Игроки, все ещё остававшиеся в многоквартирном доме №4, один за другим начали замечать творящуюся вокруг чертовщину.
Стены здания покрылись мелкой испариной, и влажность в коридорах подскочила в считаные мгновения. Тяжёлый, липкий знобящий зной давил настолько ощутимо, что, казалось, висящую в воздухе водяную взвесь можно было потрогать руками.
Цянь Сяохао, отмахиваясь от духоты, случайно задел локтем стену в подъезде. Руку обдало чем-то влажным и холодным. Нахмурившись, он решил, что это обычный конденсат, но, бросив беглый взгляд на рукав, замер: на ткани расплывалось тёмно-красное пятно.
Из пор размякшей штукатурки сочилась настоящая кровь.
Осознание накрыло его мгновенным липким страхом. Цянь Сяохао тут же отпрянул на середину пролёта, диковато оглядевшись. Обе стены вокруг него набрякли кровью, словно губки.
Не раздумывая ни секунды, он бросился вниз по лестнице.
В этот же момент у входа в дом столкнулись вернувшиеся Ся Уфэн и Цуй Ань. Почувствовав неладное, они ринулись внутрь, и все трое игроков пересеклись на площадке второго этажа, после чего вместе устремились к выходу.
Судя по планировке обычной многоэтажки, они должны были преодолеть пролёт и тут же оказаться на улице. Однако, сбежав по ступеням, троица в замешательстве застыла: перед ними снова красовалась знакомая табличка с цифрой «2».
Переглянувшись в полном молчании, они предприняли ещё одну попытку и спустились ниже.
И вновь попали на всё тот же второй этаж.
Сам того не заметив, отряд угодил в бесконечную замкнутую петлю — классическую морок-западню.
И это было только началом.
Чем больше времени они проводили в этом кольце, тем сильнее распалялась духота. Влажный воздух стал настолько плотным, что обжигал лёгкие при каждом вдохе. А учитывая, что стены продолжали непрерывно кровоточить, оставалось только гадать, из чего на самом деле состоял этот багровый туман. Впрочем, глубоко задумываться над подобными вещами никому не хотелось.
Вместе с влажностью стремительно росла и температура. В конце октября, когда на улице стояло приятное двадцатиградусное тепло, здесь — стоит только преодолеть три-четыре марша — градусник уверенно перемахнул за тридцать. Пока ещё терпимо, но если они продолжат бесцельно нарезать круги, воздух в подъезде попросту закипит.
Игроки остановились посреди бесконечной лестницы.
Цуй Ань вытер взмокший лоб и тяжело выдохнул:
— Так дело не пойдёт.
Слепо шагать дальше было нельзя. Стены вокруг уже начинали размякать, наливаясь тревожным, гулким жаром.
— У пространственной мороки обычно есть три способа решения, — произнёс Цуй Ань. — Первый — если ты не нажил себе врагов среди местной нечисти и попался случайно. Тогда достаточно встать как вкопанный, мысленно попросить прощения и искренне покаяться. Обычно после этого отпускают.
Очевидно, их случай под эту категорию не подходил. Уж с кем-кем, а с местным хозяином они поладить не сумели. Меланхоличный и ранимый А-Чжуэ разозлился ещё во время завтрака, когда игроки бесцеремонно помешали ему, а Цуй Ань и вовсе успел задеть юношу за живое.
Они ещё не догадывались, что этот ключевой персонаж обладает исключительно капризным, злопамятным и мстительным характером. Извиняться перед ним про себя было абсолютно бесполезно.
— Второй способ, — продолжил Цуй Ань, — осмотреться и найти прореху, трещину или дыру в иллюзии. Если расширить её и вылезти, петля рухнет.
Но вокруг простирался лишь глухой бетонный колодец без единой щёлочки.
— Остаётся последний вариант. Через равные отрезки пути делать резкий поворот под прямым углом. Раз за разом, пока пространство не перестроится.
Правда, в замкнутом лестничном марше поворачивать было попросту некуда. Приходилось импровизировать — например, перешагивать через перила или ломиться прямо сквозь конструкции.
— Шагать по прямой, — одновременно выпалили Ся Уфэн и Цянь Сяохао.
Все трое бывалых игроков пришли к одинаковому выводу. Цуй Ань поначалу сомневался, не покажется ли его идея слишком безумной, ведь без крайнего повода никто не хотел тратить редкие ценные артефакты. К счастью, соратники мыслили в том же направлении.
Не теряя времени, они приступили к делу.
Температура в коридоре подскочила ещё на пару градусов, обжигающий зной сдавливал грудную клетку. Сбежав до середины марша, первый из игроков перемахнул через перила, цепляясь за липкие, неприятно мягкие поручни.
За ним проследовали остальные.
Они оказались на промежуточной площадке. Поверни они сейчас по ступенькам дальше — и снова уткнулись бы в проклятый второй этаж.
Шедший впереди Цуй Ань собрался с духом и решительно шагнул прямо в бетонную стену.
Старая штукатурка на ней давно облупилась, потемнела и покрылась тёмно-красными, сочившимися подтёками крови, похожими на разинутую пасть чудовища. Выглядело это зрелище жутко, но Цуй Ань, готовый к любой опасности, зажмурился и сделал шаг вперёд.
Все трое по очереди прошли сквозь твёрдую с виду преграду.
В то же мгновение в нос ударил резкий едкий запах ржавчины, который тут же сменился густым, удушливым дымом. Не успели игроки осмотреться, как их накрыла плотная чёрная гарь.
Мелкая сажа мгновенно забила глаза и ноздри. Веки обожгло острой болью, из глаз градом потекли слезы, не позволяя ничего разглядеть. Горло сжало спазмом, начался мучительный кашель. Уровень кислорода упал до предела, легкие горели огнём, словно в них плеснули кипятком.
Такой ловушки за стеной никто из них не ожидал, хотя они готовились к встрече с монстрами или опасными заклятиями.
Ся Уфэн, превозмогая боль, нащупал в пространственном инвентаре бутылку воды, щедро окропил свою куртку и плотно прижал ткань к лицу, защищаясь от копоти.
Но дым лишь густел, а снизу уже накатывала волна чистого пламени. Обжигающие языки огня лизнули подошвы Цуй Аня.
* * *
В лавке завтраков за пределами жилого комплекса «Счастье» А-Чжуэ допил последние капли молока.
Юноша сидел, низко опустив голову, так что никто не мог разглядеть выражения его лица — и уж тем более никто не заметил бы злорадную, торжествующую ухмылку, искривившую его губы.
Ещё немного.
Кончики тонких пальцев юноши слегка дрожали от едва сдерживаемого возбуждения: он ждал той самой секунды, когда пламя в коридоре полностью поглотит дерзких игроков.
Ещё совсем чуть-чуть.
В глубине его тёмных, как ночь, глаз начала разрастаться зловещая алая пелена. Но в тот самый момент, когда зрачки уже готовы были полностью налиться кровавым багрянцем, на его плечо опустилась тяжёлая, тёплая ладонь.
А-Чжуэ вздрогнул, и алая краска мгновенно рассеялась, вернув глазам прежний, обманчиво-обыденный вид.
Юноша сразу понял, кто стоял за его спиной.
Он поднял голову. На бледных щеках проступил лёгкий румянец.
Рядом стоял Гу Юй. Мужчина смотрел на него сверху вниз, чуточку прищурившись.
Пальцы А-Чжуэ судорожно сжались.
И в то же мгновение, когда игрокам грозила верная гибель, удушающий ад внутри многоэтажки испарился. И густой дым, и ревущий огонь, подбиравшийся к их одеждам, развеялись без следа, оказавшись лишь мгновенной иллюзией.
Зашедшиеся в бешеном стуке сердца и жгучая боль в лёгких у игроков остались, но сами они были целы и невредимы. Троица переглянулась, не в силах поверить в неожиданное спасение.
А-Чжуэ ничуть не расстроился, что огненный змей не успел сожрать чужаков. Он и не рассчитывал, что всё пройдет гладко с первого раза.
Слегка прикусив кончик языка, юноша тихо проговорил, обращаясь к Гу Юю:
— Здравствуйте.
Голос звучал еле слышно, но это было первое искреннее приветствие с его стороны.
В отличие от взгляда А-Чжуэ, глаза Гу Юя, хоть и казались абсолютно тёмными, таили в себе странную, затягивающую глубину — таинственную и неимоверно древнюю.
И хотя внешне этот человек ничем не напоминал его прежнего знакомца, Ши Чжуэ при первом же взгляде на него снова уловил то самое неуловимое сходство с сущностью из прошлого данжа.
Невольно юноша проникся к этому игроку совершенно особым интересом.
А ведь внимание демона — вещь крайне опасная.
На приветствие А-Чжуэ Гу Юй лишь едва заметно кивнул. Он опустился на стул напротив и выложил на стол пакетик с молочными конфетками.
А-Чжуэ посмотрел на точёные длинные пальцы мужчины, а затем — на сладость. Не веря своим глазам, он несмело указал пальчиком на себя. Тёмные глаза юноши моментально вспыхнули живым восторгом.
— Это... мне? Брат... то есть, господин?
Он едва не сорвался на своё привычное обращение, но вовремя поправился, изобразив смущённого, кроткого ягнёнка.
В глубине глаз Гу Юя на мгновение мелькнула тёплая улыбка, которую он тут же сдержал.
— Гу Юй, — повторил он вчерашнее имя. — Я старше тебя, так что, если не против, можешь звать меня братом Гу.
Он пододвинул конфеты ещё ближе.
А-Чжуэ тут же цапнул пакетик, развернул одну и отправил в рот. Сладкий сливочный вкус медленно разлился по языку, наполняя душу юноши детской радостью.
Конфета растаяла, но приятная сладость всё ещё оставалась во рту. Пользуясь моментом, юноша набрался храбрости и, прорепетировав про себя фразы несколько раз, наконец тихо произнёс:
— Брат Гу... Если в полдень ты будешь свободен, может... пообедаешь у меня дома?
За этим застенчивым приглашением прятался едва заметный, истинно демонический оскал.