Чжуан Чао очнулся в заброшенном храме.
Демон, похитивший его, караулил неподалёку, нервно поводя хвостом. Вскоре скрипучая ветхая дверь отворилась, и внутрь вошёл ребёнок. На вид лет семи-восьми: растрёпанные волосы, абсолютно остекленевший, пустой взгляд. Переведя его по нескольким углам, мальчишка наконец заметил Чжуан Чао, лежавшего на полу и скрученного остальными тварями точно сноп.
— Где вещь? — Мальчик подошёл ближе, присел перед ним на корточки и тихо спросил: — Где рукоять меча?
Чжуан Чао закусил губу и смолчал.
Раны, полученные в тюрьме клана, ещё не зажили, а недавнее побоище и вовсе лишило его сил. Сейчас он даже подняться не мог, не то что сбежать.
— Какая ещё рукоять? — выдавил Чжуан Чао. — Не понимаю, о чём ты.
— Не притворяйся, — мальчик протянул руку и коснулся его века ледяным пальцем. — Ты ведь нашёл её сегодня на призрачном рынке. Рукоять меча Белого тигра, верно?
— Ничего я не находил! — Чжуан Чао почувствовал, как из-под ногтя твари высунулся острый коготь, с тихим треском прокалывая кожу. Веко отозвалось резкой болью. Чжуан Чао судорожно вдохнул: — Погоди, дай подумать... Могу и вспомнить, ты только не кипятись...
Ребёнок на мгновение замер и тихо усмехнулся. Руку, впрочем, так и не убрал.
Разгромив лавку торговца тёмными артефактами, Чжуан Чао меньше всего рассчитывал найти среди хлама рукоять меча Белого тигра. Личное оружие Владыки, прошедшее с ним сотни битв и пропитанное духом безжалостной резни, пылилось в грязном углу как ненужный мусор.
То ли Чжуан Чао улыбнулась невероятная удача, то ли эта свора оказалась беспросветно глупа.
Перед тем как потерять сознание, он успел запрятать рукоять под диван в отделении полиции, скрепив тайник остатками своей духовной силы. Находясь в храме, он не мог чувствовать запечатанную область, но, судя по поведению мальчишки, враги до неё ещё не добрались.
Чжуан Чао не знал, зачем им понадобилась эта деталь, но отдавать вещь Владыки демонам нельзя ни при каких обстоятельствах.
— Вспомнил? — спросил ребёнок.
— Она была в кармане, когда меня скрутили, — на ходу сочинял Чжуан Чао. — Наверное, выронили по дороге?
Мальчик внимательно вгляделся в его лицо и вдруг звонко расхохотался. Убрав руку от его головы, он, прежде чем Чжуан Чао успел перевести дух, с жестокой силой вонзил когти прямо ему в плечо.
— Ты спрятал её в полицейском участке. Мы её уже забрали.
У Чжуан Чао перехватило дыхание.
— Тысячу лет назад ты уже посмел вмешаться в битву, помешав войску демонов и тварей захватить Небеса ради своего Владыки. Ты навлёк на себя общий гнев, — ледяным тоном произнёс мальчик. — Я думал, за тысячелетие ты осознал свою вину. Дал тебе шанс: отдал бы рукоять добровольно — я бы сохранил тебе жизнь.
— И что теперь? — Чжуан Чао с трудом встретил его взгляд. — Убьёшь меня?
— Убить? Не спеши. — Мальчик достал из-за пазухи рукоять. — В обоих мирах — и демонов, и призраков — тебя ненавидят до глубины души. Слишком простая смерть была бы для тебя подарком.
Чжуан Чао моргнул. Кровь с пробитого века наконец скатилась вниз, застилая глаз и склеивая ресницы.
— Наказание нужно отмерять по частям, — прошептал мальчишка.
Тошнотворное предчувствие беды волной накрыло Чжуан Чао. Он весь напрягся, вытянул шею, пытаясь разглядеть, что задумал этот нечистый.
Не обращая на него внимания, мальчик достал из-под постамента старой статуи алтаря иссиня-чёрный сосуд. Внутри копошился жирный, мерзкий червь. Чжуан Чао сразу узнал эту тварь — гибельного паразита из тёмных глубин Царства демонов. Его скверна разъедает всё изнутри, против неё не устоит даже божественная сущность. А ведь оружие Владыки душой и плотью связано со своим хозяином.
Мальчик без колебаний бросил рукоять в кувшин.
Раздался пронзительный, душу раздирающий визг. На западе белая звезда на небосклоне судорожно дёрнулась, несколько раз мигнула и стремительно угасла.
Чжуан Чао оцепенел. Ему показалось, будто он услышал, как где-то на самом краю небес затихает исполненный боли тигриный рык.
Глаза его расширились. Из горла вырвался сокрушительный, рвущий связки вопль.
Червь сожрёт духовную суть рукояти. А поскольку рукоять неделима с Владыкой, это ударит прямо по Лу Чжэньшу.
Лу Чжэньшу умрёт.
Лу Чжэньшу погибнет из-за этой твари!
Вытаскивая рукоять с призрачного рынка, Чжуан Чао думал лишь о том, что во время прохождения небесного испытания она поможет Владыке принять на себя часть удара молний. Он и помыслить не мог, что так глупо подставит его под смертельный удар!
Он снова погубил Лу Чжэньшу.
Опять из-за него Владыка теряет жизнь!
Заслышав его отчаянные крики, мальчик заходился от хохота. Его рот растянулся в отвратительной ухмылке.
— Ну как? Каково это — смотреть, как он угасает, и ничего не мочь сделать?
— Если вам нужно наказание, если ищете предателя и грешника — карайте меня! — Чжуан Чао в ярости впился в него взглядом. На его лице проступили кроваво-красные демонические узоры. — При чём тут он?!
Мальчик лишь зловеще ухмыльнулся, собираясь сказать что-то ещё, как вдруг снаружи полоснул ослепительный алый луч. Голова твари слетела с плеч мгновенно. Чёрная, зловонная кровь хлынула фонтаном, окропив Чжуан Чао с ног до головы. Остальные демоны в страхе взвыли.
— Ах ты ж чёрт, да твою маму! — В храм вихрем ворвалась фигура. — Я же говорил тебе, старый пердун, двигай быстрее! Белый тигр уже копыта отбрасывает, а ты всё дрыхнешь! Вот вернётся на своё место — он с тебя панцирь-то спустит!
— Я... я не виноват, — заикаясь, ответил шедший следом. — В-вы же мне раньше не ск-сказали... Ск-сказали бы — я бы не спал!
— Да ну тебя, бесишь! — Краснобай в огненно-алой одежде подскочил к сосуду и прямо голой рукой выудил из него изуродованную, источенную червём рукоять. Вспыхнуло алое пламя, в мгновение ока испепелившее паразита. — Глянь, живой ещё?
— Живой, — заика скромно спрятал рукоять в свой широковатый карман. — Н-нет таких тигров, которых нельзя спасти.
Лишь после этого он перевёл взгляд на Чжуан Чао, всё ещё лежавшего на земле, и добродушно расплылся в улыбке. Из-за его воротника высунулась маленькая змеиная головка и вполне дружелюбно кивнула:
— П-привет... Давно не виделись, м-маленький Фэйфэй.
* * *
— Туда! — Инь Чжу, почуяв в воздухе след Чжуан Чао, подхватил Лу Хуаньи и устремился вперёд.
Рядом с ними на мече летел Лу Чжэньшу. Его разум разрывался от тревоги: удушливый шлейф тёмной энергии и осознание того, что Чжуан Чао в беде, выбивали почву из-под ног.
Они пролетели лишь небольшое расстояние, когда грудь Лу Чжэньшу прожгла невыносимая, дикая боль. От кончиков пальцев до самого сердца разлился ледяной холод. Внезапно потеряв контроль над телом, он камнем сорвался со своего меча. Инь Чжу среагировал мгновенно, перехватив его мощным хвостом. Но прежде чем кто-либо успел произнести хоть слово, с небес донёсся громовой тигриный рык.
Тучи над их головами мгновенно рассеялись.
Высоко в Небесных чертогах раздался отвесный рёв Цинлуна.
Четвёрка божественных зверей и без того недосчитывалась одного хранителя, а этой ночью остальные трое и вовсе покинули свои посты, спустившись в смертный мир. Границы Небес остались без защиты, и в чертогах начался хаос.
Небесный император, восседавший на высочайшем престоле, с глубоким вздохом окинул взглядом западный небосвод, где угасала белая звезда.
— Да что ты за судьбу ему нацарапал, а?! — Цинлун с каждым словом отвешивал Владыке судеб Цзиньгэ увесистые затрещины по затылку. — Я тебе что, нашего Белого тигра на растерзание отдавал?! Ты за кого его держишь, а?!
— Ой-ой-ой, пощадите! — Владыка судеб Цзиньгэ судорожно прикрывал голову руками, пытаясь увернуться. — Божественный владыка, не гневайтесь! Это всё Владыка Сюаньу просил, чтобы Белый тигр скорее вернулся! Я лишь исполнял...
— Ах, исполнял он! — Цинлун прописал ему ещё один подзатыльник. — Ты его чуть в могилу не загнал! Его меч выкован из его собственной божественной кости! Если рукоять осквернена, каково ему сейчас, а?!
— Владыка Сюаньу и Владыка Чжуцюэ уже спустились в мир смертных, чтобы защитить рукоять! Всё обойдётся, всё обойдётся! — Владыка судеб Цзиньгэ вытащил из стопки свиток. — В своё время Небесный император повелел Белому тигру познать всю горечь людского бытия. Его божественную душу разделили, отправив в перерождение лишь малую часть. И сколько жизней он успел пройти?..
Цинлун рявкнул на него так, что тот поперхнулся.
— Если возвращать его досрочно, ему придётся пройти через адские муки, а его душевная сущность окажется на грани разрушения, — взмолился Владыка судеб Цзиньгэ. — Но четыре хранителя не могут пустовать! Небесный император не станет рисковать душой Белого тигра, ему придётся призвать его обратно, собрать душу воедино и вернуть Владыку Цзяньбина!
Едва он закончил, у дверей чертога появился небесный вестник.
— Воля Небесного императора! — Гонец не решился войти внутрь и прокричал прямо с порога: — Божественному владыке Цзяньбину, Белому тигру — незамедлительно вернуться на своё место!