Несовершеннолетний ребёнок целую неделю втайне от всех прятался на звездолёте и добрался из Сайсеналина до самой Первой Империи.
Где произошёл сбой? Кто первым проявил халатность?
Выражения лиц взрослых менялись с калейдоскопической быстротой.
Малышам до взрослых проблем дела не было. Ещё прощаясь, кроха ужасно переживал: как же он проживёт без любимого старшего братика, если станет скучать? И теперь, чувствуя Флашу едва ли не ментально, ребёнок наконец перевёл дух — отлегло от сердца.
Малыш радостно подбежал ближе:
— Брат Фуфу! А Сяо Ю угадал!
Флаша только-только проснулся, голова соображала туго, поэтому сработали чистые рефлексы: он на автомате подхватил на руки карабкающегося по штанине крольчонка.
— Доброе утро, Сяо Ю...
— Доброе утро, братик! — просиял тот. — Только сейчас уже день вообще-то!
— А? День? — пробормотал парень, совсем сбитый с толку. — Это сколько же я проспал...
— Ну и ну... А ты, оказывается, умелец, — раздался за спиной ледяной голос.
У Флаши на этот тон давно выработался условный рефлекс. Вздрогнув всем телом, он стремительно развернулся — одной рукой всё ещё прижимая к себе Сяо Ю, а второй уже привычно отдавая честь:
— К-к-командующий!
Цэнь Сюньчжи смерил его холодным взглядом:
— И сколько ты это планировал?
Ни слова о том, как юноша сюда пробрался или чего добивался. Первый же вопрос бил в самую суть: когда всё началось?
Напряжение Флаши достигло предела. Цэнь Сюньчжи перевёл взгляд на растерянного малыша:
— Цэнь Сяою. Подойди.
Кроха уже усвоил: если взрослые называют по полному имени, дело принимает суровый оборот.
Он в тревоге посмотрел на Флашу. Тот опустил крольчонка на землю, слегка погладил по макушке и выдавил немощную улыбку:
— Слушайся командующего.
Сяо Ю колебался. С одной стороны — любимая мамочка, с другой — брат Фуфу, которому, похоже, сейчас зададут трепку. Занять чью-то сторону малыш не мог, ему лишь хотелось, чтобы они оба не злились.
Постоянно оглядываясь, ребёнок шажок за шажком побрёл к опекуну. Почуяв неладное, KFC тут же увёл малыша подальше.
Цэнь Сюньчжи кивнул оставшемуся подростку:
— Ты тоже. За мной.
— Виноват, командующий, — юноша вытянулся в струнку, низко опустив голову и до боли сжимая пальцами швы брюк. — Я действовал самовольно, нарушил приказ... Но... но я просто не мог иначе! Я так переживал...
В тот вечер в поместье Цэнь, под покровом ночной темноты в саду, прощальные слова Цэнь Сюньчжи прозвучали слишком веско, слишком тяжело — подросток едва смог вынести их груз.
Что должно было случиться, чтобы прозвучали подобные слова?
Опасность грозила самому командующему? Или малышу Сяо Ю?
С какими бедами им предстояло столкнуться во время поездки за пределы Федерации?
Кто бы из них ни оказался под ударом, он обязан их защитить!
Флаша обожал детективные сериалы и остросюжетные триллеры, выучив назубок сотню приёмов слежки и контрнаблюдения, и ему уже давно чесались руки опробовать всё на практике.
Проявив недюжинную изворотливость, мальчишка выследил машину семьи Цэнь и проследовал за ней до самого дока. Самое удивительное — за весь путь его так никто и не заметил.
Не появись неожиданно Санкс, у Флаши вряд ли вышло бы миновать досмотр и прошмыгнуть в грузовой отсек.
Но тот внезапно поднял суматоху, отвлекая общее внимание, и парень мгновенно воспользовался шансом, прошмыгнув прямо на багажный транспортер.
Разумеется, юноша так и не разглядел лица своего «благодетеля» — иначе вряд ли сохранил бы к нему мысленную благодарность.
Заранее запасясь планшетом, едой и игровой приставкой, Флаша прекрасно обустроился: грузовые отсеки ранее предусматривали дежурных, так что там имелся и душевой блок, и фильтрованная вода.
Для домашнего домоседа, способного спать сутками напролёт, такая тишина оказалась настоящим раем.
Никакой замкнутости и страха перед бездонным космосом он не испытывал — неделя на борту пролетела даже быстрее, чем на суше.
Флаша выпалил всё как на духу, выложив всю подноготную.
Закончив сбивчивый рассказ, он удручённо опустил глаза, лишь изредка исподлобья бросая испуганный взгляд на командующего, и сжимался всё сильнее.
Цэнь Сюньчжи просто закипал от гнева.
Ему даже страшно было представить, что произошло бы, сбойни хоть одно звено в этой цепочке, окажись удача парня хоть каплю скромнее.
Ну и сопляк...
Цэнь Сюньчжи тут же связался с госпожой Джини. Но реакция матери поразила его ещё больше: она проявила абсолютное олимпийское спокойствие.
Ни удивления, ни гнева. Она лишь сдержанно извинилась и пообещала строго наказать сопляка, когда тот вернётся.
И ни слова о том, чтобы отправить Флашу домой раньше времени или приехать за ним лично.
Воспитание госпожи Джини явно выходило за рамки привычных стандартов.
Немудрено, что и логика её сынка имела мало общего с мышлением обычных детей.
Завершив вызов, Цэнь Сюньчжи устало потёр виски.
... Что за семейка!
Впрочем, дело сделано: выслать несносного мальчишку обратно не представлялось возможным, так что пришлось включить его в группу.
К счастью, дом стариков был просторным, с множеством свободных комнат. Привыкшие к уединению хозяева были только рады шумной компании, так что ещё один рот обузой не стал.
Оказавшись в Империи, маленькие вислоухие кролики больше не нуждались в маскировке — теперь они могли открыто показывать и ушки, и пушистые хвостики.
От Флаши это до сих пор скрывали. Взрослые ожидали, что после столь неожиданного зрелища парень наконец сообразит, в чём дело.
Несмотря на свои недостатки, младший Джини был славным и добрым малым, да и в Сяо Ю души не чаял. Даже узнай он правду, никому бы не обмолвился.
Если только...
— Ой? А тут что, опять какой-то праздник? Вы чего это оба ободки с ушками нацепили? Эх, знать бы заранее, я б свои кроличьи уши тоже прихватил! Выглядели бы все трое как одна семья! Кстати, командующий Цэнь, а вы почему без кошачьих ушек?
Присутствующие: «...»
* * *
В городке
Председатель Бянь никак не ожидал, что в итоге его оставят с режиссёром Пэем.
Иными словами, Пэй Аню поручили присматривать за ним, чтобы тот не натворил глупостей.
И хотя режиссёр Пэй не поддерживал близких отношений с Цэнь Сюньчжи, он питал глубокое отвращение к любой несправедливости. Перенеся в прошлом немало боли, он прекрасно понимал: некоторые шрамы въедаются в кости и въедаются в душу, и годы над ними не властны.
А потому господина председателя он откровенно презирал.
«Лицемер» — мысленно пронеслось у него, точь-в-точь как у Цэнь Сюньчжи.
Осуждение осуждением, но светский этикет требовал соблюдать приличия — статус обязывал.
В отличие от буйного, густого леса, планета Рафаэль, столетиями прозябавшая в нищете, катастрофически нуждалась в рукотворных ресурсах. О роскоши тут не слыхивали.
Её главный административный центр сошёл бы за захудалый посёлок на любой другой планете, хотя на Рафаэле это было самое оживлённое место.
Полноценных отелей тут, разумеется, не водилось. Найти хотя бы скромную гостиницу уже считалось везением. Условия были спартанскими, но, к счастью, везде царила чистота.
Пэй Ань слегка кивнул Бянь Линьсуну:
— Придётся вам потерпеть пару дней. Впрочем, если возникнет желание вернуться в Федерацию, я в любой момент организую трансфер до ближайшей планеты с регулярным сообщением.
Бянь Линьсун поставил небольшой чемодан на пол и сдержанно улыбнулся:
— Не стоит, здесь вполне приятно. Спасибо вам, господин Пэй.
Пэй Аню не нравилось официальное «господин Пэй», но слышать от такого человека свой сценический псевдоним омерзительно вдвойне — казалось, будто даже искусство оскверняется прикосновением власти.
К счастью, годы работы в шоу-бизнесе научили его носить безупречную маску. Он выдавил вполне естественную улыбку:
— Если вопросов нет, я пойду. В случае чего — обращайтесь на ресепшен.
Что означало: «Ко мне со своими проблемами даже не суйтесь».
Бянь Линьсун кивнул:
— Благодарю.
Режиссёр уже дошёл до двери, когда его догнал тихий вопрос:
— Скажите... Сяо Ю и остальные... когда они отправятся в лес?
Пэй Ань замер на пороге:
— Без понятия. Моей задачей было доставить вас из Сайсеналина. Подробностей мне не сообщали.
Он вполоборота глянул на Бянь Линьсуна с едва заметной усмешкой:
— Господин председатель, позвольте дать вам маленький совет. Если человеку о чём-то не рассказывают, возможно, его просто не считают нужным в это посвящать.
Это был уже не намёк, а прямой укол.
Бянь Линьсун, конечно, всё понял, но сердиться не стал. Лишь тяжело вздохнул:
— Я уже совершил ошибку. И уже однажды всё упустил. Ни то, ни другое не должно повториться.
Пэй Ань лишь скривил губы, оставив его слова без ответа.
«Раньше надо было думать. Твои запоздалые извинения никому не сдались».
Он не собирался вступать в дискуссии и уже занёс ногу над порогом, как вдруг вспомнил:
— Господин председатель. Завтра или, самое позднее, послезавтра с вами кое-кто хочет встретиться.
Бянь Линьсун сначала опешил, но, сообразив, о ком речь, глубоко перевёл дыхание:
— Я понял. Спасибо.
* * *
Старики толком и испытать не успели свой новый проектор, как тут же отдали его детям — крутить мультики.
На планете Пушистый Шарик жизнь шла в согласии с природой. В доме имелся лишь один терминал, по которому господин Вислоухий Кролик связывался с торговцем да вёл бухгалтерию, так что о развлечениях для зайчат и речи не шло.
Только оказавшись на Столичной планете, Сяо Ю узнал, какие чудеса существуют в мире.
Перед мультиками не устоит ни один ребёнок! Хозяева привыкли сидеть на низеньких скамеечках, которые малышам подошли идеально.
Сяо Ю с Маньмань уселись на них и, не мигая, уставились на трёх плюшевых мишек. На экране даже слов не произносили — хватило одних песенок и танцев, чтобы полностью завладеть вниманием крох.
Впрочем, ещё с большим азартом за экран уставился Флаша. Пусть ему уже исполнилось пятнадцать, кто сказал, что в этом возрасте нельзя смотреть мультфильмы для дошколят?
По его мнению, остросюжетные шпионские триллеры — это, конечно, круто, но танцующие в балетных пачках медведи ничуть им не уступают!
Вот она — настоящая гармония между высоким искусством и народной культурой. Всестороннее развитие!
Экранные медвежата как раз начали мыть и уплетать сочные фрукты. Посмотрев на них, Маньмань тоже захотела пить.
— Братик, хочешь фруктов? — спросила она.
Сяо Ю давно заглядывался на спелый красный виноград на экране и тут же радостно закивал.
Дедушка с бабушкой разрешили им брать любые сладости и фрукты. А раз хозяева дали добро, значит, это не считается самоуправством!
Маньмань уже собралась встать, но мальчики с джентльменской учтивостью её остановили.
И хотя маленький зайчонок ещё не вполне понимал, что значит быть «джентльменом», раз брат Фуфу так сказал, значит, дело хорошее.
Ваза на обеденном столе ломилась от угощений: яблоки, персики, манго и незнакомые плоды, растущие только на планете Рафаэль.
Из осторожности Флаша решил выбрать самое проверенное — обычные яблоки.
Недавно мамочка научила его вырезать из яблочных долек маленьких зайчиков, так что он выбрал парочку самых крупных и ушёл на кухню орудовать ножом.
Сяо Ю переводил взгляд с одного плода на другой, никак не сообразив, чего бы ему хотелось.
Вдруг его внимание привлекло нечто особенное, лежащее в самой середине вазы.
Оно отличалось от остальных яблок: такое же круглое и красное, но странно прозрачное, словно выточенное из хрусталя.
Брат Фуфу говорил, что тут есть тамошние «местные деликатесы». Неужели это блестящее яблочко — один из них?
Любопытство крохи разгорелось с новой силой.
До стола он толком не дотягивался, поэтому пришлось встать на цыпочки. Над столешницей виднелись лишь круглые, блестящие, словно спелые виноградины, глазки да пара пушистых ушек, трепещущих от восторга.
Малыш изо всех сил потянулся ручонкой к заветному плоду на самом дне вазы. Стоило крошечному пальчику задеть глянцевую боковину, как «яблоко» вдруг само развернулось и заговорило!
[Здравствуйте! Вас приветствует Эрва, ваш прямоэфирный помощник. Желаете активировать персональную трансляционную комнату?]
Зайчонок недоуменно склонил головку набок.
Слишком много незнакомых слов! Он ничегошеньки не понял.
«Яблочко» повернулось, уставившись на малыша. На гладкой поверхности вспыхнули два светящихся вихря, сложившись в смайлик OvO.
[Отлично! Эрва сейчас всё активирует, подождите секундочку~]
[Поздравляем, трансляционная комната успешно активирована! Пожалуйста, придумайте название~]
И хотя никто так и не объяснил кролику, что такое «прямой эфир» и «активация», слово «название» он прекрасно знал.
Зайчонок задумчиво прикусил пальчик.
Голос этого «Эрвы» казался ужасно знакомым.
Совсем как...
Как пушистая трава!
Глазёнки Сяо Ю мгновенно вспыхнули:
— Цаоцао!
[Замечательно, Эрва всё записал! Подтверждаете название комнаты: «Цаоцао»?]
Сяо Ю ухватился обеими ручонками за край стола и энергично кивнул.
[Отлично! Трансляционная комната переименована в «Цаоцао». Приятного стриминга! Если возникнут вопросы, обращайтесь к Эрве~]
«Яблоко» продолжало дружелюбно улыбаться смайликом OvO, а объектив его встроенной камеры перешёл в режим постоянной съёмки.
Маленький вислоухий кролик ценой невероятных усилий — со второй попытки, кряхтя и сопя — наконец-то ухватил хрустальное яблоко.
Малыш ещё не ведал, что каждое его старательное движение уже транслируется в Старнет, появляясь на экранах тысяч и тысяч зрителей по всему космосу.
И он не слышал, как по всей галактике прокатился единый восхищённый вздох:
«Это ещё что такое?! Мамочки, ну до чего же мило!»