Сайсеналин, Столичная планета
Едва председатель Бянь Линьсун прибыл сегодня в Парламент, как к нему наперерез устремился секретарь. Не произнеся ни слова, он протянул планшет и сразу запустил видеозапись передачи «Лес дружбы».
В последнее время рабочее расписание председателя было урезано до предела, выкраивать минуты удавалось разве что на короткий сон. Какие уж тут развлекательные шоу? Разум не сразу включился в происходящее. Однако секретарь славился своей безупречной исполнительностью и никогда не стал бы отвлекать начальника пустяками в разгар суматохи.
Бянь Линьсун взял себя в руки и всматривался в экран... Пока не обомлел.
На видео крошечный детёныш вислоухого кролика исцелял увядающий, едва живой росток пушистой травы. Малыш был ему отлично знаком — председатель успел искренне привязаться к Цэнь Сяою.
Бянь Линьсун знал, что Сяо Ю способен сосуществовать с пушистой травой без вреда для неё: побеги, пересаженные в секретный сад в поместье Цэнь Сюньчжи, ничуть не увядали от присутствия крохи. Ведал он и о том, что близость малыша снимала у Сюньчжи фантомные боли от ментальных травм.
Но чтобы вислоухий кролик исцелял пушистую траву?..
Возможно ли такое вовсе? Это рушило не просто вековой незыблемый закон Федерации — это переворачивало представления, укоренившиеся в сознании целых поколений.
— Это... правда? — Бянь Линьсун насупился, не в силах подавить сомнения. — Никакого монтажа, никаких склеек или графики?
Секретарь кивнул:
— Официальные сетевые ресурсы Первой Человеческой Империи уже выпустили подтверждение. Запись подлинная, без единой склейки. К тому же есть множество свидетельств очевидцев из числа зрителей.
Лицо Бянь Линьсуна омрачилось. Помощник, естественно, не догадывался, что его начальник лично знаком с главным героем новостных сводок, а потому, считывая недовольство шефа, осторожно добавил:
— Господин председатель, межзвёздное общественное мнение сейчас... настроено крайне враждебно по отношению к нам.
Впрочем, Бянь Линьсун и без чужих подсказок отлично понимал, какая буря бушует в сети.
За пределами Сайсеналина весь освоенный космос в один голос клеймил жестокие обычаи и непреклонные законы Федерации. А внутри государства творилось нечто ещё более страшное. Каждый гражданин задавался вопросом: неужели правила, которым все слепо следовали столько лет, оказались чудовищной ложью?
Кто первым пустил слух, будто вислоухие кролики губительны для пушистой травы?
Какими низкими помыслами руководствовались те, кто изгнал этот кроткий и добрый народ за пределы федеративного пространства?
Кто возвёл клевету на их исцеляющий дар?
И главное — если прежние правители так бессовестно искажали факты и принимали лживые законы, как народ может верить нынешней власти? Не окажется ли любой из них следующей жертвой оговора?
Бянь Линьсун вдруг понял, почему у него с утра не открывался портал обращений граждан — он-то списал всё на технические работы, а серверы просто рухнули под лавиной гнева и жалоб. Грехи предшественников тяжелейшим грузом легли на плечи текущего состава Парламента.
Бянь Линьсун сжал переносицу, пытаясь унять пульсирующую боль в висках.
— И ещё кое-что, господин председатель, — с мрачным видом секретарь переключил документ на экране.
Вверху чернел заголовок:
* «Резолюция Межзвёздного союза 293-85-2: Руководящие принципы по содействию Сайсеналинской Федерации в пересмотре вопроса о приёме расы вислоухих кроликов»*
«1. Призвать Сайсеналинскую Федерацию пересмотреть культурный и социальный вклад расы вислоухих кроликов в целях содействия инклюзивности и многообразию;
2. Рекомендовать Сайсеналинской Федерации сформировать экспертную комиссию для проведения повторного исследования взаимодействия расы вислоухих кроликов и популяции пушистой травы;
3. Предложить Сайсеналинской Федерации обменяться практическим опытом с сопредельными государствами, уже принявшими вислоухих кроликов;
4...»
Глас народа разнёсся по галактике, и вслед за ним заговорили официальные инстанции.
— Господин председатель, все члены Совета собрались в зале заседаний. Постоянные члены в полном составе.
—... Иду, — выдохнул Бянь Линьсун.
* * *
Человеческая Империя, планета Рафаэль
В игровой каюте «Чёрной Музы» собравшаяся детвора суетилась вокруг стеклянного флакона со спасённым ростком пушистой травы.
Ребята наперебой делились впечатлениями:
— А что это такое? Я раньше никогда подобного не видел!
— И я, и я! Какая красивая травинка!
— А она нас слышит?
— Кажется, да!
— Сяо Ю, Сяо Ю, а как ты её вылечил?
— Я... я и сам не знаю...
— Сяо Ю, ты просто невероятный!
— Мой братишка — самый умный крольчонок во всём мире!
— Зайка... хороший!
Разговоры малышни перескакивали с темы на тему со скоростью мысли. Только что они с любопытством разглядывали чудо-растение, которое раскачивалось из стороны в сторону, будто прислушиваясь к голосам, а мгновение спустя уже вовсю осыпали Цэнь Сяою восторженными похвалами. Маленький кролик, застенчиво смущаясь, восседал в самом центре компании. Он бережно сжимал стеклянный пузырёк, и его глаза искрились чистой радостью.
Спасённый росток словно всё понимал: зацепившись крошечными листочками за горлышко, он внимал детскому лепету и то и дело дотрагивался до пальчиков Сяо Ю, забавно покачивая стебельком.
Тем временем в соседнем помещении съёмочная группа выясняла, кто подменил растения. Не окажись на месте участника Цэнь Сяою, передача обернулась бы катастрофой мирового масштаба — и последствия вышли бы далеко за рамки испорченного прямого эфира.
Цэнь Сюньчжи присматривал за малышами, а Цзинь вызвался составить ему компанию. Обменявшись парой фраз, Цзинь изумлённо узнал, что его собеседник — тоже военный, причём дослужившийся до генеральского чина.
Сам Цзинь проходил службу во флоте, расквартированном на планете Ноэ. Их командующий, Юй Янь, был ровесником Сюньчжи и пару лет назад получил звание полковника за разгром драконьего клана — невероятный карьерный взлёт для столь молодых лет. Но Цэнь Сюньчжи в том же возрасте носил погоны генерал-майора! Впрочем, тот сразу добавил, что уже несколько лет как ушёл в отставку.
Взглянув на кресло-коляску Сюньчжи, Цзинь без труда догадался, какая трагедия скрывалась за этими скупыми словами. Столько боли и лишений, выплеснутых в пару обыденных фраз... От этого у молодого солдата сжалось сердце. Проявив чуткость, он не стал бередить чужие раны и перевёл разговор на неповторимые пейзажи Ноэ.
Удивительный мир, раздвоенный пополам: сухая пустыня и сочные леса, бесплодная пустошь и буйство жизни, багровые пески и изумрудная зелень. Завораживающее зрелище.
Поговаривали, что до назначения командующего Юй Яня Ноэ оставалась такой же захолустной и никому не нужной глубинкой, как и Рафаэль. За несколько лет службы Юй Янь навёл жёсткий порядок, помог местной администрации превратить контрастные ландшафты в туристский бренд, и экономика планеты вместе со всем укладом жизни устремилась вверх.
Цзинь прослужил там недолгий срок, но уже успел страстно полюбить эту живописную планету, напоминавшую десерт из матча и красных бобов. Он твёрдо решил, что даже после окончания службы останется жить там.
— Сэр, — с уважением обратился он к Сюньчжи, — если у вас выдастся свободное время, приезжайте на Ноэ. Я с радостью стану вашим гидом.
И тут же мысленно отругал себя: «Мы же знакомы от силы пару дней! К чему эта развязность? Вдруг я показался навязчивым?»
Цзинь готов был сквозь землю провалиться от собственной бестактности.
—... С удовольствием, — тихо отозвался Сюньчжи.
Цзинь вскинул голову, не веря собственным ушам. Сюньчжи же, не поворачиваясь, всё так же ласково наблюдал за игравшими неподалёку детьми:
— Вислоухим кроликам ведь там тоже будут рады?
— Ко-конечно! — забормотал Цзинь, интенсивно кивая. — В Империи рады кроликам в любом уголке! Да и наш командующий Юй обожает зверушек — у него самого живут духовный питомец и маленький дракончик...
Голос солдата постепенно сошёл на нет, но Сюньчжи уже не слушал — на его коммуникаторе замигал сигнал входящего видеовызова от Лян Ши. Слегка кивнув собеседнику, генерал-майор дал понять, что ему нужно ответить.
Поняв всё без слов, Цзинь торопливо отошёл и присоединился к детворе, с интересом приобщившись к их беседе, но время от времени бросал взоры назад. Увы, объект его симпатии был целиком поглощён разговором.
На экране возникли лица Лян Ши и зампреда суда Чэн. Насмотрившись вирусящихся видеороликов из «Леса дружбы», они поспешили связаться с Сюньчжи, чтобы узнать, как у них дела.
Всё вполне ожидаемо.
Сюньчжи со вздохом произнёс:
— Вы об этом...
Впрочем, взволнованы были не только Лян Ши с Чэн — весть о том, что вислоухий кролик способствовал исцелению пушистой травы, со скоростью лесного пожара охватила весь Сайсеналин.
Кадры из шоу не оставляли сомнений: крольчонок спасает чахлый росток. Но главный вопрос состоял в другом: уникальный ли это дар маленького Сяо Ю или же способность, присущая всей его расе? Могут ли вислоухие кролики и пушистая трава жить в гармонии?
А люди, изнывавшие от ментальных недугов, ликовали: раз пушистую траву можно спасать, значит, лекарственные снадобья из неё снова станут доступны? Неужели их мучениям пришёл конец?
После завершения съёмочного дня Хьюс, выступавший врачом проекта (знаменитый бродячий целитель и здесь нашёл применение своим талантам), прошёл с плановым осмотром всех троих крольчат. Убедившись, что малышам ничто не угрожает, он усадил их перед спасительным стеклянным флакончиком.
Сяо Ю всё ещё с опаской относился к Пятому брату, поэтому Маньмань рассудительно уселась между мальчиками. Следуя указаниям доктора, дети по очереди дотрагивались до зелёного листика.
Хьюс въедливо фиксировал каждое изменение. При приближении ушастых росток задорно трепетал, словно пускаясь в пляс, а уж под пальчиками Сяо Ю его плавный вальс и вовсе переходил в безудержную самбу.
Доктор, успевший набить руку в ботанике (специализация: семейство пушистотравных), досконально изучил состояние стебелька после каждого контакта. Вывод напрашивался сам собой: чудодейственной силой, способной возвращать к жизни чахлые побеги, обладал лишь Цэнь Сяою. Однако и присутствие остальных крольчат благотворно сказывалось на росте травы.
Тогда Хьюс раздал малышам по несколько драгоценных семян пушистой травы, официально назначив детей маленькими смотрителями. В благоприятной среде эти растения прорастали буквально на глазах.
Для чистоты эксперимента врач распределил семена не только между малышами, но и вручил по зёрнышку себе, Цзи Ю и режиссёру Пэй Аню. Последний, впрочем, так и не понял, за какие заслуги его причислили к испытателям.
Таким образом, образовалось четыре группы испытуемых: вислоухие кролики, сайсеналинец, человек и феникс. Все прочие условия соблюдались в абсолютной точности. Эксперимент должен был дать разгадку: действительно ли между вислоухими кроликами и пушистой травой существует та самая вековая непримиримая вражда, о которой твердили в Сайсеналине?
Цэнь Сюньчжи издали наблюдал, как росток переполз с края флакона на пальчик Сяо Ю и крепко обхватил его листочками, словно нашёл неиссякаемый источник тепла. Сяо Ю и Маньмань бережно поглаживали крошечный стебелёк, а У Яо смотрел на это с открытым ртом.
— Наше представление изначально было ошибочным, — задумчиво произнёс Сюньчжи, обращаясь к собеседникам по связи. — Вислоухие кролики и пушистая трава... они существуют в синергии. Это симбиоз.