Когда пламя утихло, от исчадий в коридоре остался лишь пепел. На полу белели горы больничной одежды.
Ши Цзышу окинул взглядом сгоревшие останки и заметил странность: абсолютно все монстры носили форму медперсонала. Среди тварей не оказалось ни одного халата пациента. Это вряд ли было простым совпадением.
«Не связано ли это с Цюном?» — мысленно задался он вопросом. Паршивец и раньше проявлял откровенную неприязнь к врачам, да и чудовища, пусть и неявно, тянулись именно к нему.
— Ц-Цзышу... — раздался дрожащий шёпот.
Ши Цзышу обернулся. Хрупкий, тонкокостный юноша бледнел на глазах. Его изумрудные глаза наполнились слезами, заблестевшими, точно чистейшие самоцветы под водой.
Он смотрел на Ши Цзышу с диким испугом и виной. До крови закусив бескровные губы и чуть не рвя пальцами подол пижамы, Цюн сбивчиво запричитал:
— Прости! Я... я просто не хотел тебя втягивать, поэтому побежал... Но я не думал, что из-за этого ты чуть не сорвёшься с пятого этажа! Мне так жаль, я... я...
Слёзы хлынули градом. Цюн опустился на корточки, вцепился руками в собственные волосы и разрыдался до красноты на кончике носа:
— Не обращай на меня внимания, брось меня! Я только обуза... Из-за меня вы все погибнете! Прости... Мне так жаль... Ужасно жаль...
На плечо юноши опустилась ладонь. Цюн поднял заплаканное лицо. Прекрасный юноша перед ним мягко погладил его по плечу и тепло улыбнулся:
— Не вини себя, Цюн. Я рад, что ты беспокоишься обо мне, но и я тревожусь за тебя. Хочу, чтобы мы вместе выбрались отсюда живыми и невредимыми. Ты вовсе не обуза. Мы ведь друзья, верно?
— Цзышу... — пробормотал Цюн, глядя на него, точно покинутый щёнок.
Он дрожащей рукой потянулся к рукаву Ши Цзышу, но его запястье тут же перехватила чужая хватка.
— Вставай, — раздался ледяной голос.
Фэн Инь сжал его руку. Взгляд капитана был ещё холоднее его тона.
Цюн, панически боявшийся его, мгновенно отдёрнул руку и вскочил. От обиды и страха слёзы снова подступили к глазам, но Фэн Инь отрезал:
— Не реви.
Мальчишка замер от ужаса, принявшись судорожно вытирать лицо рукавом, не смея даже всхлипнуть.
— Капитан сегодня просто лютует... — пробормотал один из бойцов, сжав плечи.
Ему не казалось: хотя капитан и обычно не отличался мягкостью, сейчас от него веяло откровенной угрозой. Только вот кто сумел его так взбесить?
— Я чуть со страху не умер, — сглотнул Юй Синь, всё ещё помня недавний пожар. — Я знаю, что капитан скорее покончит с собой, чем дастся монстрам, но... до тупика ведь ещё не дошло! Зачем было так рисковать и сжигать всё подряд?
Хотя говорил он тихо, Фэн Инь всё равно услышал. Капитан бросил на него короткий, равнодушный взгляд, от которого у Юй Синя мурашки побежали по коже. Он тут же спрятался за спину девушки-союзницы, но та немедленно выдрала его оттуда за ухо и заставила замолчать.
Ши Цзышу прищурился, разглядывая точёный профиль Фэн Иня.
Он не был глупцом. Сначала они почти не пересекались, но чем больше времени проводили вместе, тем отчётливее Ши Цзышу ощущал: отношение Фэн Иня к нему далеко от обычного.
К тому же шкала симпатии открыто показывала семьдесят баллов. Даже больше, чем у Юй Синя.
Если бы Ши Цзышу добивался этого намеренно, он бы не удивился. Но он ничего не предпринимал. В присутствии Фэн Иня его пассивные способности не работали, и он даже не видел самого момента прироста, так что догадаться о причинах не мог.
Будь на месте Фэн Иня кто-то другой, Ши Цзышу принял бы это с удовольствием. Но капитан «Чанфэн» был именно тем человеком, связываться с которым категорически не следовало.
Заметив, что Фэн Инь перевёл на него взгляд, Ши Цзышу непринуждённо отвёл глаза и заговорил с остальными, объясняя суть скрытого задания.
Семьдесят баллов — это терпеть можно. Но если показатель перевалит за восемьдесят, станет опасно. Нужно выяснить причину такого скачка и сбить уровень где-то до шестидесяти — это самый безопасный вариант.
Что же касалось недавних обещаний Фэн Иня, Ши Цзышу не принимал их всерьёз. Будущее туманно. Ся Бинъин, пройдя с ним сквозь сотни смертельных битв, в итоге всё равно предал его и бросил умирать. Что уж говорить о Фэн Ине, которого он едва знает?
Помимо Цзин Имина, готового отдать за него жизнь, и Сильви, находившегося под полным контролем, Ши Цзышу не верил никому.
С безупречной улыбкой на лице он изложил команде детали побочной ветки.
Задание активировалось внезапно, и пока они его выполняли, время в самом центре остановилось, поэтому отряд ничего не заметил.
— Вот оно что, — кивнули игроки, выслушав истолкование подсказки с красной бумаги. Теперь стало понятно, почему капитан спалил монстров дотла.
Впрочем, лёгкий озноб всё ещё пробирал каждого. Обычный человек помедлил бы, прежде чем поджигать тварей прямо на себе, но их капитан и глазом не моргнул — просто швырнул зажигалку в гущу врагов.
— Но ваша побочка ведь ещё не закончена? — любопытствующе спросил Юй Синь. — Почему вы вернулись?
— Некоторые составные квесты работают иначе, чем обычные, — пояснил Цзяо Лэань. — Завершив один этап, ты возвращаешься в основной сценарий. Следующая фаза открывается лишь спустя время. За счёт такого переплетения нитей игрокам Круговорота проще докопаться до истины.
— Логично, — согласились остальные. — Без этого этапа мы бы ни за что не догадались использовать огонь.
— Не будем терять время, — подвёл итог Цзяо Лэань. — Пока не нахлынула новая орава тварей, нужно найти карту доступа к лифту. В этот раз держите Цзышу и Цюна в центре. То, что нас разделили — грубый просчёт. Хорошо, что капитан успел их прикрыть.
Все с уважением посмотрели на Фэн Иня, но тут же заметили, что Цюн вжался в стену и смотрит на капитана так, словно тот вот-вот его пришьёт.
Наступила пауза.
— Кхм, — откашлялся Цзяо Лэань. — Двинулись. Цзышу, забери Цюна.
Ши Цзышу кивнул и протянул юноше руку. Цюн боязливо косился на Фэн Иня, бледнея ещё сильнее. В его глазах стояли слёзы. Помотав головой, он поднялся сам.
Хлоп.
Из кармана его больничной пижамы на пол выпала тонкая пластиковая карточка, покрытая слоем сажи. Бойцы «Чанфэн» до этого тщательно обыскивали мальчишку и знали, что при нём ничего не было. Откуда она взялась?
Ши Цзышу поднял карточку.
— Это карта доступа к лифту, — удивлённо приподнял он бровь и повернулся к мальчику: — Цюн, где ты её взял?
— Из пепла выгреб... — Цюн потёр размазанной сажей глаза, окончательно испачкав чумазое лицо. — Вы разговаривали, я ничего не понимал, и мне стало скучно... Смотрю, а там блестит что-то. Вот и подобрал...
— Молодец. Спасибо тебе, Цюн, это как раз то, что мы искали.
Ши Цзышу мягко улыбнулся и погладил его по волосам. Цюн просиял, точь-в-точь как похваленный ребёнок, но в следующее мгновение его улыбка застыла: к ним подошёл Фэн Инь.
Капитан молча вырвал карту из пальцев Ши Цзышу и бросил без единой эмоции:
— Пошли.
Отряд дошёл до конца коридора, активировал лифт и спустился на первый этаж.
Едва двери раздвинулись, как на них хлынула орава монстров — куда большая, чем на пятом этаже. Однако игроки не спешили сразу пускать в ход огонь: сначала они методично рубили тварей, заставляя их делиться и накапливая опыт с очками, и лишь затем швырнули зажигалку, превратив всё месиво в пепел.
Покончив с тварями, отряд вышел в главный холл первого этажа. На стенном интерактивном экране светилась карта всего комплекса.
Территория центра оказалась огромной. В отличие от обычных больниц, здесь преобладали парковые зоны, искусственные ландшафты и даже имелось довольно крупное озеро. Здание, в котором они находились — корпус №1 для проживания больных — располагалось в самом центре. Всего таких жилых корпусов насчитывалось пять.
Судя по отделке, раньше тут всё выглядело весьма изысканно, но теперь интерьеры лежали в руинах, залитые кровью и заваленные трупами — ровно так же, как и на пятом этаже.
Помимо экрана, внимание привлекал угол, усыпанный сухими цветочными лепестками. Там царил разгром, но угадывались следы былых подношений. На стене висел огромный плакат — чёрно-белый портрет представительного мужчины средних лет в белом халате и очках в чёрной оправе. На его лице застыла утончённая, мягкая улыбка, располагающая к себе с первого взгляда.
Несколько игроков подошли ближе. Плакат был забрызган засохшей кровью, так что прочесть удалось лишь фрагменты текста.
Юй Синь вслух разобрал надпись:
— «С прискорбием извещаем о кончине профессора Лорена Коадиса. Основатель Центра психического здоровья Святого Фроса, двукратный лауреат премии „Золотой Грецкий Орех“, один из выдающихся психиатров страны...»
Лорен Коадис. Услышав имя основателя, Ши Цзышу мгновенно вспомнил научные работы, найденные в секционном зале. На каждом документе стояла подпись: Лорен Коадис.
Та прозекторская явно была напрямую связана с профессором, если и вовсе не принадлежала ему лично.
Премия «Золотой Грецкий Орех» вручалась за прорывные исследования в области психиатрии. Чтобы получить её дважды, Лорен должен был провести колоссальное количество экспериментов. А учитывая мутировавшие трупы в подвале, выводы напрашивались сами собой.
Внезапно за спиной Ши Цзышу раздался глухой удар.
Ши Цзышу обернулся. Цюн сидел на полу. Лицо мальчика стало мертвенно-бледным, лоб покрылся холодной испариной, а остекленевший взгляд упёрся прямо в портрет Лорена. Из его горла вырывалось судорожное, хриплое клекотание. Мышцы юноши окаменели от нечеловеческого ужаса.
— Нет... Не-ет!..
— Цюн, что с тобой?
В глазах Ши Цзышу вспыхнул огонёк. Он нагнулся, чтобы поднять юношу, но Цюн вдруг дико визгнул, вырвал руку, с силой оттолкнул его и в безумном порыве бросился на плакат, впиваясь ногтями в бумагу и разрывая портрет в клочья.