Дворец Круговорота
Три дня спустя.
Бездонный, погружённый в тишину ночной небосвод рябил бесчисленными серебристо-белыми звёздами, изливавшими мягкий, приглушённый свет. Под этим сияющим куполом линия горизонта уходила в бесконечность — величественная, загадочная и необозримая.
Хотя за прошедшие полгода Жнец Смерти видел этот пейзаж не единожды, каждый раз у него перехватывало дыхание. Находясь под бескрайним куполом в полном одиночестве, он остро, до дрожи ощущал собственную ничтожность.
Постояв немного в оцепенении, он перевёл дыхание и взял себя в руки, приводя чувства в порядок. Сегодня он явился сюда в качестве помощника старшего Ся Бинъина, чтобы вместе с ним вступить в финальную борьбу за пост Администратора.
И хотя правила позволяли кандидатам брать с собой до двух помощников, старший Ся ограничился им одним — не стал призывать даже капитана Гу Паня. Всё потому, что в условиях нынешнего этапа говорилось: уровень и боевая сила не имеют значения. Формулировка была туманной и связывала испытание лишь с одним понятием — «судьба».
Жнец Смерти так и не понял, что именно скрывалось за этим словом, однако Ся Бинъин долго размышлял над формулировкой и в итоге остановил выбор на нём.
Дело было вовсе не в превосходстве Жнеца над остальными — напротив, в отряде «Вечная жизнь» он считался самым слабым. Но Ся Бинъин выбрал его за уникальный дар видеть чужие души. А ведь именно душа, возможно, переплеталась с той самой «судьбой».
«Я обязан выложиться без остатка и помочь старшему Ся», — сжав кулаки, дал себе зарок Жнец Смерти.
Он с уважением относился и к старшей Слепой Деве, но в глубине души всецело желал победы Ся Бинъину. Став Администратором, тот получил бы шанс вернуть Ши Цзышу.
Из-под глубокого чёрного капюшона Жнец Смерти вгляделся в фигуру спутника.
Статный серебровласый мужчина точно так же смотрел в ночную высь. В его ледяных синих глазах отражалась россыпь созвездий, словно в них замерла ещё одна небесная сфера. На губах Ся Бинъина играла тихая улыбка, однако взгляд излучал тоску, гораздо более глубокую и одинокую, чем холодный свет дальних звёзд. Это сияние трепетало, готовое вот-вот угаснуть и раствориться в беспросветном мраке.
Сердце Жнеца болезненно сжалось.
Собственными руками лишить жизни того, кого любишь больше всего на свете, а затем наблюдать, как разрушается и рассеивается его душа... Подобную пытку невозможно описать словами. Вернувшись после того задания, Ся Бинъин долго сидел во Дворце с пустым, остекленевшим взглядом, находясь на самой грани безумия.
Если бы не старшая Слепая Дева, успевшая подоспеть и обнадежить их вестью о том, что у Ши Цзышу ещё есть шанс очнуться, старший Ся окончательно потерял бы рассудок.
Лишь цепляясь за эту призрачную соломинку, Ся Бинъин сумел выстоять. И хотя Слепая Дева не объяснила, как именно пробудить погибшего, Жнец знал: когда душа полностью уничтожена, помочь может только всемогущество Администратора.
А значит, старший Ся обязан завоевать этот титул любой ценой. Уступать победу даже Слепой Деве он не имел права.
Жнец Смерти сжал кулаки, подпитывая собственную решимость. Внезапно перед ними вспыхнул сноп звёздного света, и из него шагнули три фигуры.
Шедшая впереди прекрасная девушка была старшей Слепой Девой. За её спиной выступали двое помощников... Жнец с любопытством подумал: кто же они?
Он вскинул голову и, разглядев лица и, главное, души прибывших, онемел от шока. Зрачки его сузились, рот приоткрылся, но из горла не вырвалось ни звука.
Это были они... Фэн Инь и Ши Цзышу! Ошибки быть не могло: внутри этого тела пребывала та самая, подлинная душа Ши Цзышу. Они оба воскресли!
Возродить стёртую в порошок душу без силы Администратора?! Как Слепой Деве такое удалось?! Впрочем... неважно, что именно она совершила. Главное — это случилось! Это же... просто невероятно!
В носу у Жнеца защипало, а глаза заволокло слезами. Видя, что их соперники вернулись к жизни, он испытывал не досаду, а ликующую радость. Впрочем, понимая, насколько некстати эмоции, юноша торопливо смахнул слезы ладонью.
К счастью, глубокий капюшон надёжно скрывал смущение. Глаза юноши горели от восторга. Он уже собрался шепнуть Ся Бинъину о том, что перед ними подлинная душа Ши Цзышу, как вдруг увидел, что тот с абсолютно спокойным видом шагнул навстречу прибывшим. На лице Ся Бинъина заиграла мягкая улыбка. Он обменялся рукопожатием со Слепой Девой и слегка кивнул Ши Цзышу и Фэн Иню:
— Давно не виделись, — произнёс серебровласый мужчина. — После прошлого испытания вы пропали из виду, и я уж грешным делом подумал, что случилась беда. Рад видеть вас в полном здравии.
Затем его взгляд задержался на Ши Цзышу. В нем промелькнула сложнейшая гамма чувств — а может, напротив, совершеннейшая пустота. Ся Бинъин тихо повторил:
— Искренне... рад.
— Благодарю за заботу, старший Ся, — ответил Ши Цзышу с вежливой улыбкой.
Ся Бинъин чуть качнул головой, перекинулся со спутниками ещё несколькими незначащими фразами и неторопливо вернулся к Жнецу. На протяжении всей беседы он сохранял абсолютное хладнокровие.
Жнец Смерти решил, что старший Ся не догадывается об истинной природе показавшегося юноши, и приготовился открыть правду. Однако Ся Бинъин еле заметно качнул головой и приложил палец к губам, призывая к молчанию.
И только тут Жнец заметил, как изменились его глаза. Ледяная синева больше не казалась отстранённой — в ней разлилось мягкое, трепетное тепло, подёрнутое бесконечной нежностью. Словно нечто, считавшееся безвозвратно сгинувшим, вновь пробудилось к жизни, засияв ярким, живым светом.
«Значит... он всё понял».
Подавленный догадкой, Жнец промолчал и послушно проследовал за Ся Бинъином. Они отошли на приличное расстояние от группы Слепой Девы, прежде чем остановиться.
— Старший, вы ведь тоже узнали старшего Ши Цзышу?! — зашептал Жнец, с трудом сдерживая волнение. — Невероятно, он и правда вернулся! Старшая Слепая Дева оказалась права!
Справившись с первыми эмоциями, юноша недоуменно нахмурился:
— Но... почему вы скрыли, что узнали его? Разве вы не хотите поговорить начистоту?
— Поговорить? — Ся Бинъин обернулся. Он слегка улыбнулся, а затем качнул головой: — В этом нет нужды. Да и что я скажу? «Я, твой убийца, узнал тебя»?
Жнец Смерти пришел в замешательство. И действительно... Какая разница, узнал он его или нет? Какие бы мотивы ни стояли за тем поступком, убийство совершено. Былых отношений уже не вернуть.
Почесав затылок, Жнец озадаченно пролепетал:
— Может... попросить старшую Слепую Деву стать посредником? Какая-никакая, а разрядка... Даже если дружба невозможна, хотя бы... хотя бы...
— Хотя бы разойтись миром? — докончил за него Ся Бинъин. Его улыбка не угасла, но в голосе прозвучала леденящая категоричность: — Я не желаю довольствоваться ролью друга. А уж стать для него посторонним незнакомцем — тем более не смогу.
Он перевёл взгляд на бесконечный купол. Далеко у горизонта прочертила тьму падающая звезда — вспыхнула ослепительным росчерком и мгновенно погасла. Жизнь и смерть сменили друг друга за долю секунды, но этот миг был прекрасен.
Узнав, кем на самом деле являлся Ши Цзышу, Ся Бинъин сразу решил хранить молчание. И хотя Слепая Дева знала о его догадке, он заранее упросил её ни при каких обстоятельствах не раскрывать эту тайну Ши Цзышу.
Только так он сможет безропотно, бесшумно и без лишних слов принять смерть от его руки.
Если им не суждено быть любовниками или друзьями, а остаётся лишь вражда — лучше умереть.
— Судьба... — тихим, бархатным шёпотом пробормотал он. Опять улыбнулся и безмятежно прикрыл глаза: — Что ж, такова судьба.
* * *
В отличие от первого тура, за которым в прямом эфире, затаив дыхание, наблюдал весь Круговорот, нынешнее состязание проходило в абсолютной тишине. Никаких трансляций не велось. Игрокам оставалось лишь догадываться, что решающая битва разворачивается именно сегодня.
Ши Цзышу вполголоса обсуждал со Слепой Девой и Фэн Инем возможные варианты развития событий, когда небесный свод озарился мерцанием, и безразличный женский голос прорезал тишину:
[Второй этап испытания начинается. Участникам приготовиться.]
[Вам предстоит встретиться с «судьбой».]
Взгляд Ши Цзышу мгновенно потяжелел.
В этот раз он намеревался как минимум обеспечить победу Слепой Деве. А поскольку испытание не зависело от уровня и боевой мощи, при первой же возможности Ши Цзышу собирался уничтожить Ся Бинъина прямо здесь — а если выйдет, то и предать его самой изощрённой, мучительной смерти.
Раз уж речь зашла о «судьбе»... Пора поставить в ней жирную точку.
В воздухе соткались сгустки звёздного света. Они окружили присутствующих и мягкими покровами окутали каждого.
Очертания их тел начали растворяться. В отличие от обычной телепортации, это сияние полностью сковало Ши Цзышу: он не мог двинуть и пальцем, а мысли в голове постепенно замедлялись, угасая.
Он словно превратился в крошечный, беспомощный зародыш, вернувшийся в материнское лоно — туда, где царили умиротворение, ласка и абсолютный покой. Сознание подавало сигналы об опасности, но противиться не хотелось. Ши Цзышу позволил себе погрузиться в небытие и зажмурился, уходя во тьму.
* * *
«Тебя зовут Ся Бинъин.
У тебя нет родителей, только старшая сестра — Ся Юань, которая старше тебя на восемь лет. С самого детства вы были друг у друга единственной опорой. Сначала вы ютились у дальних родственников, терпевших вас из милости и относившихся к вам с черствой жестокостью, но стоит сестре немного встать на ноги, как вы съедете, чтобы жить вдвоем.
В отличие от тебя, уродившегося красавцем, сестра выглядела самым обыкновенным образом: щуплая, низкорослая, невзрачная. Рядом с тобой она казалась чужой — будто барчонок и служанка. Сколько вы себя помнили, окружающие всегда одаривали вас недоуменными взглядами, стоило им узнать о вашем родстве.
За глаза её часто высмеивали, да и тебе перепадало из-за её вида. Находились даже добрые советчики, раз за разом твердившие, что тебе лучше держаться от неё подальше — или хотя бы не демонстрировать такую привязанность прилюдно.
Ты хоть и был мал, но соображал получше взрослых. Ты прекрасно понимал, чьи речи — лишь лживый елей, а кто действительно желает тебе добра.
Твоя сестра — лучшая на всем белом свете. Ты никогда и ни за что её не бросишь, если только она сама не устанет от тебя. Но ты твердо уверен: она так не поступит.
Сегодня тебе исполняется семь лет. Сестре удалось скопить немного денег, и она повела тебя на улицу — купить новый портфель и угостить праздничным обедом.
В школе тебе не раз доводилось терпеть насмешки одноклассников из-за поношенного ранца, оставшегося от сестры, а «пир», обещанный сегодня — обычный фастфуд, который другие дети едят чуть ли не каждый день. Но в твоем сердце нет и капли обиды. Ты знаешь: сестра отдаёт тебе всё лучшее, что у неё есть».
С серого неба сыпались редкие снежинки. Мальчик с новым ранцем за спиной и молодая девушка шагали по улице, держась за руки. На симпатичном детском личике сияла радостная улыбка — они спешили в заведение фастфуда.
Одну ручонку мальчик держал в кармане, а вторую сжимала ладонь сестры, укрывая своим теплом. Рукавиц у девушки не было, и её пальцы быстро покраснели от мороза. Заметив это, мальчик попытался высвободить руку, чтобы сестра спрятала ладони, но та лишь улыбнулась и сжала его пальцы ещё крепче.
— Все в порядке, мне не холодно, — ласково промолвила она. — Если буду держать тебя за руку, ты не потеряешься.
Глядя на улыбающуюся сестру, мальчик тоже веселел. Напевая одну и ту же незамысловатую песенку, они легко шагали по заснеженному тротуару.
«Вот вырасту и обязательно куплю ей самые толстые варежки, самый тёплый пуховик и устрою настоящий пир...» — дал себе зарок мальчик.
Проходя мимо витрины модного магазина одежды, он засмотрелся на выставленные наряды и вновь мысленно пообещал себе: когда-нибудь сестра станет самой счастливой на свете, и он скупит для неё все эти вещи!
Стекло витрины отразило его смоляно-чёрные волосы и угольно-чёрные глаза. Своему обличью мальчик не придавал никакого значения — он привык к нему, а потому спокойным взглядом скользнул по собственному отражению и увлёкся рассматриванием городских улиц.