Алая капля сорвалась с измазанной в крови руки Сильви и глухо упала на одежду черноволосого юноши.
Будто посчитав, что сказанного прежде было недостаточно, юноша изящно нахмурился и без малейших колебаний оттолкнул ладонь Сильви:
— Я же сказал: ты грязный. Не смей ко мне прикасаться.
Зрачки Сильви сузились, и в их глубокой зелени вспыхнул ледяной алый огонь. На мгновение всё его тело содрогнулось от ярости. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, лишь титаническим усилием воли подавляя безумное, рвущееся наружу желание размозжить дерзкого мальчишку на месте.
«Нельзя… Сдержись. Я ждал слишком долго».
Он ждал эту совершенную, безупречную живую куклу. Разрушить её плоть, изувечить беломраморную кожу? Недопустимо. Она должна остаться целой.
«Но непослушная игрушка заслужила наказание. Как заставить его судорожно молить о смерти, не испортив его изысканной красоты?»
Сильви впился взглядом в лицо юноши. В его голове пронеслись десятки искушённых пыток, но этот облик завораживал. Особенно теперь, когда алая капля медленно катилась по белоснежной щеке, создавая порочный, пьянящий контраст.
Юноша же просто поднял руку, небрежно смахнул кровь и, оторвав кусок от порванного подола собственной рубашки, шагнул ближе к Сильви. Взяв его за испачканную кисть, он слегка потянул её на себя.
От подобной дерзости Сильви изумлённо распахнул глаза, на мгновение забыв помешать ему.
— Грязь нужно смывать сразу.
Юноша опустил глаза. Густые, пышные ресницы бросали мягкую тень, а гладкая фарфоровая кожа выглядела настолько безупречно, что он казался не человеком, а ожившим шедевром великого кукольника.
Он бережно обернул пальцы Сильви тканью и аккуратно, шаг за шагом, стёр всю чужую кровь. Когда обе ладони стали идеально чистыми, юноша взглянул на Сильви и слегка улыбнулся:
— Запомни: только так. Тогда я буду играть с тобой. Я ведь люблю чистоту.
— Ха…
Замерев на мгновение, Сильви вдруг выдохнул короткий смешок. Плечи его задрожали. Хохот нарастал, превращаясь в безумный, надрывный раскат. Юноша смеялся до слёз, едва не сгибаясь пополам.
И внезапно резко умолк.
Вскинув голову, он вцепился в плечи Ши Цзышу, притянув его к себе вплотную. На мертвенно-бледных щеках Сильви выступил нездоровый, лихорадочный румянец, а взгляд вспыхнул жутковатым восторгом.
— Ты мне нравишься… — прошептал он, без конца поглаживая Ши Цзышу по волосам и щекам, точно ребёнок, нашедший долгожданное сокровище. — Ужасно нравишься! Ты невероятный! Слышишь? Я был неправ. Такой удивительный человек не должен превращаться в бездушный манекен!
Он перехватил ладонь Ши Цзышу. На смену жестокому безумию мгновенно пришла детская, ангельская чистота. Взгляд вспыхнул искренним, диким азартом.
— Стань моим другом, а? Будем играть вместе — всегда-всегда! А эти… — Сильви небрежно кивнул на монструозных марионеток, хлынувших из дверного проёма. — Я отдам тебе половину. Делай с ними всё, что захочешь! Или предложи что-нибудь своё. Во всё, что ты придумаешь, я с радостью сыграю!
Ши Цзышу мягко улыбнулся:
— С удовольствием.
— Мой новый друг! Меня зовут Сильви. А тебя?
— Гу Цзышу. Можешь звать меня просто Цзышу.
Ши Цзышу не назвал своего настоящего имени. Указав на наряд золотовласого юноши, он добавил:
— Но сначала смени одежду. Разве тебе самому не противно ходить в этом?
— Я сейчас же переоденусь! Пойду наверх, а ты подожди меня здесь, с куклами. Я быстро!
Сильви, казалось, настолько дорожил новым «другом», что был готов беспрекословно выполнять его просьбы. Направившись к лестнице, он действительно пошёл менять костюм. Ши Цзышу же не предпринял ни единой попытки сбежать. Напротив, он спокойно выбрал относительно чистое место и присел, нисколько не боясь окруживших его жутких деревянных чудовищ.
— Возвращайся скорее… юный господин.
Опёршись подбородком о ладонь, юноша чуть склонил голову. На его губах застыла нежная улыбка, будто он поджидал возвращения любимого человека.
Мысль о побеге была глупой. Сильви почти наверняка наблюдает за ним через эти игрушки, и любое подозрительное движение приведёт к мгновенной расправе. Но главное — рисковать требовал его собственный план.
Если довести расположение Сильви до ста единиц и сделать его полностью покорным, пройти этот мир не составит ни малейшего труда.
К тому же подробно описанные свойства способности «Обольщение» гласили, что у неё есть множество развиваемых навыков. Если прокачать один из них, подчинённого злобного духа можно будет забрать с собой и призывать в следующих мирах Круговорота.
Ши Цзышу мысленно вызвал интерфейс. Индикатор расположения Сильви к нему сейчас застыл на отметке в 30 баллов.
Опасная игра принесла неплохие плоды. Он избежал немедленной смерти, получил статус «друга» и сразу же завоевал 30 единиц симпатии. Его поступки не были случайными: он тщательно проанализировал архивные данные о характере Сильви, прежде чем совершить этот шаг.
В дневнике одной из служанок описывался случай с бродячей кошкой, которую Сильви когда-то принёс в особняк. Он заботился о ней с поразительной нежностью и баловал без меры. Все слуги, считавшие юного господина исчадием ада, были поражены и надеялись, что тот исправился.
«Потому что она интересная», — с улыбкой объяснил тогда Сильви своему отцу.
Дикарка царапала его каждый раз, когда он пытался прикоснуться. В тот момент, когда Сильви уже готов был своротить ей шею, кошка внезапно лизнула его пальцы, проявив ласку. Это мгновенно изменило его решение, и он забрал её себе.
Все решили, что зверёк сумеет растопить ледяное сердце мальчика. Но чудо так и не свершилось.
В одно утро слуги обнаружили кошку повешенной под окном Сильви.
«Мне надоело», — ответил ангелоподобный юноша, изящно вытирая руки платком и бросая его на землю. На его лице играла улыбка, от которой цепенела кровь. — «Мне нравится только то, что вызывает азарт. А она стала постоянно липнуть ко мне. Это так скучно».
Стать «другом» Сильви вовсе не означало оказаться в безопасности. Напротив, в каком-то смысле опасность лишь возросла.
Один неверный шаг — и смерть гарантирована.
Ши Цзышу тихо замяукал себе под нос какую-то беззаботную мелодию. Его тонкий, призрачный мотив разносился по запятнанной кровью комнате, звуча до жути холодно и отчуждённо.
Впрочем, какая разница? Коль так, он сам поиграет с Сильви. И взглянет, кто в итоге станет кукловодом…
Внезапно голову Ши Цзышу пронзила дикая, оглушительная боль.
Смех мгновенно сошёл с его лица. В ушах зазвенело, а перед глазами всё пошло тёмными пятнами.
На лбу выступил холодный пот. Легкие будто сдавило стальным обручем — сделать вдох стало невозможно. Сердце забилось с такой бешеной силой, словно готово было вот-вот разорваться. Не выдержав, юноша рухнул на пол.
Выстроившиеся вокруг деревянные фигуры медленно повернули свои налитые кровью стеклянные глаза, уставившись на него сверху вниз.
Но Ши Цзышу было уже не до них.
«Что… за…»
Сжав одной рукой воротник, он из последних сил впился пальцами в деревянные половицы, пытаясь ползти. Аккуратные ногти с треском ломались, оставляя на досках кровавые полосы, но он даже не замечал этого: боль в груди в тысячи раз превосходила любую телесную рану.
«Нет… Это не Сильви! У него нет такой силы… Кто же это?! Неужели… он?!»
От боли и лютой ненависти лицо Ши Цзышу исказилось жуткой, ядовитой гримасой.
Этот человек действительно нашёл его?! Неужели даже после смерти и воскрешения тот явился, чтобы снова лишить его жизни?!
«Нет! Я не смирюсь! Не дождёшься!!»
[Обнаружено несоответствие души и тела Игрока Круговорота.]
[Активирован защитный механизм.]
[Вид наказания: Вторжение души.]
[Наказание исполняется.]
[Данная душа временно замещает оригинальную душу Игрока Круговорота. Условие постоянного замещения: использование «Билета воскрешения» по завершении текущего мира.]
[Наказание завершено. Приятного путешествия!]
Мучительная адская боль и удушье исчезли в то же мгновение.
Истязаемое тело всё ещё содрогалось от пережитого шока. Ши Цзышу беспомощно лежал на полу, жадно глотая холодный, пропитанный железом и кровью воздух.
— Что с тобой?
За спиной раздался голосок Сильви.
Куклы расступились, освобождая дорогу. Из мрака вышел золотоволосый юноша, облачённый в белоснежный, отглаженный мундир. Его чёрные кожаные сапоги с тихим всплеском ступали по лужицам крови.
Он нагнулся над Ши Цзышу и протянул ему ладонь, беспечно улыбаясь:
— Теперь ты сам весь измазался. Впрочем, я не стану тебя за это ненавидеть. Вставай скорей.
Ши Цзышу вцепился в чужую руку и с трудом поднялся на ноги. Сбросив на пол испачканную куртку, он стал неторопливо стирать следы крови со щеки. На его бледные щеки постепенно возвращался румянец.
— О чём задумался? — Сильви поддел его подбородок пальцем, заставляя посмотреть на себя. — Если это что-то интересное, ты просто обязан поделиться со мной!
Ши Цзышу посмотрел ему прямо в глаза:
— О да… Это невероятно интересная вещь.
Настоящий Гу Цзышу был мёртв. Ши Цзышу занял его оболочку, но система сразу же вычислила подмену. Он получил лишь временную отсрочку: когда испытание закончится, его душа будет уничтожена.
У него остался единственный шанс выжить — достать «Билет воскрешения» до того, как этот мир закроется.
А получить его можно было только одним способом:
Завершить сценарий, став единственным выжившим, пока все остальные члены отряда погибнут.
Глаза Ши Цзышу слегка сузились, а на губах расцвела нежная, почти ласковая улыбка.
— Юный господин… Не хочешь сыграть со мной в одну игру? Обещаю, тебе очень понравится.