Наутро Сюй Цинцзянь проснулся с раскалывающейся головой. Слова Хермансы, сказанные накануне вечером, не давали ему покоя: он всю ночь крутился с боку на бок, судорожно пытаясь гадать, сколько в её откровениях правды. В итоге заснуть так и не удалось.
А ведь сегодня они с капитаном договорились отправиться на поиски Гу Цзышу, так что отлежаться и подремать не выходило.
Приняв лекарство, Сюй Цинцзянь кое-как поднялся, умылся и отворил дверь личного пространства. В «Вечной жизни» комнаты членов отряда выходили прямо в гильдейский холл — в отличие от «Чанфэна», где двери вели в Главный холл Круговорота.
Когда он вышел, Гу Пань уже сидел за столом и завтракал. Услышав шаги, юноша отставил чашку с кофе и тепло улыбнулся:
— Пришёл? Позавтракаешь со мной?
— Нет, аппетита нет, — Сюй Цинцзянь покачал головой и прижал пальцы к вискам. Лекарство немного сняло тупую боль, но дикую усталость смыть не могло.
— Ты выглядит неважно. Что-то случилось? Плохо себя чувствуешь?
Гу Пань чуть сощурил свои чистые янтарные глаза, лучившиеся искренней заботой. Натренный светом взгляд напоминал прозрачный лесной ручей; юноша смотрел с такой кротостью и участием, что казался самым безгрешным и славным парнем на свете.
— Всё в порядке, — Сюй Цинцзянь снова качнул головой, но брови его едва заметно сдвинулись.
В памяти снова всплыли ночные слова Хермансы. Она утверждала, что Гу Пань смертельно опасен, а все погибшие члены команды пали от его же руки, и умоляла держаться от него подальше. Вот только сколько Сюй Цинцзянь ни присматривался к капитану, тот совершенно не походил на безжалостного монстра.
И если выбирать, кому верить меньше, то на роль лгуньи куда больше подходила сама Херманса. Взбалмошная, фривольная, непредсказуемая — она вечно паясничала. Вполне возможно, что и на этот раз решила просто над ним посмеяться.
С другой стороны... какими бы выходками ни славилась эта девица, вряд ли она стала бы шутить подобными вещами. Да и выражение её лица, тон, взгляд — ничего из этого не казалось фальшью.
Неужели у капитана и впрямь есть столь жуткая изнанка? Но как это проверить? И если Херманса не солгала, то, затягивая Гу Цзышу в «Вечную жизнь», он своими руками толкает парня в смертельную ловушку?
Сюй Цинцзянь погрузился в мысли так глубоко, что лицо его совсем омрачилось. Он очнулся только тогда, когда прямо перед его носом щелкнули пальцы.
— Эй, ты о чём так задумался? — спросил Гу Пань. — Точно всё хорошо?
— Просто не выспался, — Сюй Цинцзянь поднялся. — Доел? Тогда пошли.
Гу Пань кивнул, сделал пару шагов, но затем снова обернулся с обеспокоенной миной:
— Ты правда...
— Да в порядке всё с Сюй Цинцзянем, — бросил парень, сидевший на ковре с игровой консолью и даже не удостоивший их взглядом. — Я вчера сам видел, как они с капитаном возвращались. Она ещё так томно промурлыкала, что будет ждать его у себя. Так что наш Сюй просто вымотался, не допытывайся, капитан.
Сюй Цинцзянь мгновенно посуровел:
— Да не было ничего такого!..
— Слушай, а ты у нас, оказывается, только с виду такой грозный, — парень наконец оторвался от экрана и одарил Сюй Цинцзяня насмешливым взглядом. — Надо же, всего за одну ночь Херманса выжала тебя досуха!
— Я с Хермансой вообще не...
— Ой, да бросьте! Ночка была просто отвратительной, — раздался от двери ленивый, капризный голос.
Роскошная брюнетка в откровенном пеньюаре опиралась о косяк, держа в пальцах незажжённую сигарету.
— Больше я к нему ни ногой. Девственник — он и есть девственник. Совершенно ни на что не способен.
— Девственник?! — парень заиграл желваками от хохота, уставившись на Сюй Цинцзяня. — Ты ещё и девственник?! Да ещё и не справился! Пресвятые угодники, ты оказался ещё бесполезнее, чем я думал!
БАМ!
Сюй Цинцзянь с такой силой влупил ногой по дивану, что тот проехал по полу больше метра. Лицо красноволосого юноши потемнело от ярости, в глазах блеснул ледяной оскал:
— Старшие, если вам так неймётся проверить, на что я способен, милости прошу на боевую арену!
* * *
Переткнув Центральный район и пройдя в Восточный, Гу Пань похлопал спутника по плечу и добродушно произнёс:
— Да не кипятись ты так. Херманса и Бай уже извинились, не принимай близко к сердцу.
— Между мной и Хермансой ничего не было! Не слушай их! — сквозь зубы процедил Сюй Цинцзянь.
Его раздирала досада: он уже тысячу раз проклял себя за то, что накануне чуть не поверил этой девице. Она же лжёт на каждом шагу! В её словах нет ни капли правды!
— Я знаю, мне отлично известны их замашки, — улыбнулся Гу Пань. — И тебе я, конечно же, верю больше.
— Тоже мне, старшие товарищи... — пробормотал Сюй Цинцзянь, растирая виски.
Если бы не тот факт, что эти двое были чертовски сильны в бою, он бы давным-давно с ними расправился. И капитан хорош — неужели нельзя было набрать в команду более нормальных людей?
При этой мысли Сюй Цинцзянь снова вспомнил ночные откровения. И хотя он твердил себе не верить ни единому слову, язык словно сам собой вытолкнул вопрос:
— А куда делись предыдущие члены отряда?
— Нашей гильдии? — взгляд Гу Паня мгновенно потух. Он опустил глаза и тихо произнёс: — Погибли на заданиях. В «Вечной жизни» побывало много людей, но никто не смог пройти со мной этот путь до конца. Из первоначального состава осталась только Херманса... Я просто не смог их защитить.
Сюй Цинцзянь на мгновение замер. Найти нужные слова он не умел, да и успокаивать людей никогда не пробовал.
Но сейчас он чётко видел: боль Гу Паня была настоящей. Капитан действительно искренне винил себя за гибель товарищей, и это не могло быть притворством.
"И всё-таки не стоило верить той стерве!" — окончательно убедил себя юноша.
— Ладно, забудь! Пойдём искать моего брата! — Гу Пань мгновенно переменился в лице, снова воссиял жизнерадостной улыбкой, а его глаза при упоминании брата вспыхнули ярким светом. — Ты знаешь, где он может быть?
— По расписанию «Чанфэна» они в это время обычно тренируются, — ответил Сюй Цинцзянь. — Я знаю их любимую арену.
Они поднялись на верхний ярус боевой арены. Через специальное прозрачное ограждение вся площадка внизу была как на ладони, и состав «Чанфэна» действительно оказался там в полном составе.
Гу Пань сразу же разглядел брата. Навалившись на перила, он с ребячьим восторгом замахал руками:
— А-а, это брат! Он так круто тренируется!
Красноволосый юноша тоже посмотрел вниз. Его взгляд мгновенно прикипел к фигуре тонкого юноши.
В отличие от их недавней дуэли, сейчас Ши Цзышу работал с огнестрельным оружием. Он стремительно уклонялся от автоматических атак, сыпавшихся с разных сторон, ловко перекатывался по полу и навскидку бил по дальним мишеням. Почти все пули ложились ровно в яблочко.
Выпрямившись, Ши Цзышу тыльной стороной ладони смахнул со лба пот. Напряжённый, тяжело дышащий, он полностью погрузился в тренировочный процесс.
Глядя на его спину, Сюй Цинцзянь против воли вспомнил их поединок. Тогда юноша выглядел совершенно иначе — соблазнительный, порочный, с белеющей сквозь распахнутые одежды кожей, покрытой лёгкими алыми отметинами... Его золотистые глаза искрились опасным влечением, а манящая улыбка лишала воли, когда он протягивал к нему руку...
— Цинцзянь... Цинцзянь!
Голос Гу Паня выдернул его из оцепенения. Спустя пару секунд пристального разглядывания капитан озадаченно спросил:
— У тебя точно всё в порядке?
Сюй Цинцзянь уставился на него, не понимая вопроса.
— Просто у тебя лицо... — Гу Пань указал пальцем. — Оно ужасно красное.
* * *
Сюй Цинцзянь вытаращился на него, чувствуя, как щеки вспыхивают сумасшедшим жаром. Он тут же закрылся согнутой рукой, но краска уже залила не только лицо, но и уши.
— Всё со мной в порядке!
Повернувшись к прозрачному ограждению, он увидел своё пылающее отражение. Мозг словно заклинило от стыда и злости. Не сдержавшись, он со всей силы грохнул кулаком по защитному стеклу:
БАМ!
Да с какого черта он вообще краснеет?! Они оба мужчины! Всё, что есть у Гу Цзышу, есть и у него, причем у него даже больше! Чего тут смущаться?!
— Пойдём вниз, — позвал Гу Пань и направился к лестнице. Сюй Цинцзяню ничего не оставалось, кроме как скрежетать зубами и плестись следом.
* * *
На боевой арене члены «Чанфэна» продолжали отрабатывать навыки, когда снаружи раздался сигнал дверного звонка. Вскинув головы, они увидели за прозрачной дверью красноволосого Сюй Цинцзяня и незнакомого симпатичного юношу.
— Сюй Цинцзянь? Чего это он припёрся? — удивился Юй Синь. — А что за парень с ним? Кто-нибудь знает? Впускать их?
— Это младший брат Цзышу. По совместительству — капитан «Вечной жизни». Его зовут Гу Пань, — пояснил Цзяо Лэань. — Наверное, к нему пришёл.
Все обомлели. Брат Цзышу... капитан «Вечной жизни»?!
Слышать о том, что члены одной семьи попадают в Ужасный круговорот, им приходилось, но видеть такое вживую — да ещё когда речь шла о легендарном лидере топовой гильдии — было сродни фантастике!
— Как... как это? — Юй Синь почесал затылок, соображая на ходу, а потом вдруг просиял: — Постойте! Если твой брат — капитан «Вечной жизни», получается, их гильдия теперь ходит под нами?! Ха-ха! Если этот красномордый Сюй ещё хоть раз попробует косо на нас посмотреть, просто попроси брата его проучить! Да он же... Тун Мяо, ты чего меня дергаешь?
— Да заткнись ты, — шепнула Тун Мяо, настороженно поглядывая на Ши Цзышу. — Они, похоже, только-только воссоединились. Подумай своей головой: его брат — лидер «Вечной жизни». Их отряд куда сильнее нашего. А если Цзышу решит уйти к нему?
Юй Синь аж подпрыгнул:
— Не может быть! Зачем Цзышу уходить в «Вечную жизнь»?! Родственникам необязательно состоять в одной команде! Ему же с нами хорошо! — Однако под конец его голос заметно сбавил оборот.
— Я не уйду в «Вечную жизнь», потому что у нас с Гу Панем паршивые отношения, — с мягкой улыбкой вмешался Ши Цзышу. — К тому же, как и сказал старший, мне очень нравится в «Чанфэне», так что я никуда не собираюсь.
Произнося это, он словно ненароком встретился взглядом с Цзяо Лэанем. В его золотистых глазах мелькнула нежная, почти неуловимая ласка. Сердце Цзяо Лэаня заколотилось как бешеное, на мгновение он вообще забыл, где находится, и едва сдержал порыв прижать к себе этого юношу.
[Симпатия Цзяо Лэаня: +2. Текущий уровень: 62]
Раз сам Ши Цзышу не изъявил желания встречаться с братом, остальным тем более не было резона открывать дверь. Все сделали вид, что снаружи никого нет, и продолжили тренировку.
Оставшись ни с чем за запертой дверью, Гу Пань поник. Улыбка сползла с его лица. Он упрямо уселся прямо на пол, обхватив колени руками, и приготовился ждать.
У Сюй Цинцзяня в голове царил полный хаос. Он абсолютно не понимал, какого черта так заливался краской, но всё равно сел рядом. Впрочем, сидеть спокойно у него не получалось: сколько он ни приказывал себе выбросить Ши Цзышу из головы, перед глазами то и дело всплывал тот пленительный образ. В конце концов, не выдержав напряжения, он просто забронировал соседнюю арену и ушёл тренироваться в одиночестве.
Занятия «Чанфэна» затянулись до самого вечера. Когда выжатые без остатка бойцы начали выходить из зала, Гу Пань всё ещё сидел на том же месте. Но стоило ему увидеть Ши Цзышу, как вся печаль мгновенно испарилась, уступив место ликующему восторга:
— Брат!
Гу Пань бросился вперед и крепко обнял его. Ши Цзышу с холодным видом отпихнул его от себя, но тот ничуть не обиделся и радостно засновал следом:
— Брат, я видел, как ты тренировался! Ты такой крутой!
Ши Цзышу игнорировал его, поднимаясь по лестнице. Внешне он сохранял абсолютное равнодушие, но про себя судорожно пытался просчитать уровень симпатии Гу Паня. Находясь вне пределов испытаний, его способность не работала, поэтому точных цифр он видеть не мог.
Впрочем, вряд ли показатель был низким. Попадись им случай оказаться в одном сценарии, нужно действовать без промедления — взять Гу Паня под контроль как можно быстрее. Получить поддержку «Вечной жизни» было бы грандиозным козырем.
А сейчас главное — разыграть естественное смягчение. Постепенно сменить «ненависть» на «сдержанную симпатию», причём так плавно, чтобы ни у кого не возникло подозрений.
— Брат, ты наверняка проголодался? Пойдём поужинаем вместе? — Гу Пань крутился рядом, словно преданный пёс, из кожи вон лезущий ради похвалы хозяина.
Ши Цзышу поморщился, показывая крайнюю степень раздражения, а затем неожиданно с силой прижал Гу Паня к стене, сжав его плечи:
— Что тебе от меня нужно?!
Члены «Чанфэна», никогда не видевшие, чтобы обычно мягкий Цзышу проявлял такую суровость — да ещё по отношению к собственному брату — замерли от неожиданности.
Лишь Фэн Инь прошёл мимо, даже не повернув головы. Держа руки в карманах, он сухо роздал:
— Пошли. Пора ужинать.
— Извини, — Цзяо Лэань виновато улыбнулся Гу Паню.
Ши Цзышу медленно разжал пальцы и холодно предупредил:
— Прекрати за мной таскаться.
— Не прекращу! — Гу Пань вцепился в его рукав с отчаянным упрямством. — Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, мне хватит и моей любви! Только не игнорируй меня, брат... Я просто хочу быть рядом!
— Мечтать не вредно, — Ши Цзышу попытался вырвать руку, но на этот раз Гу Пань держал насмерть.
— Переходи в «Вечную жизнь», брат, — Гу Пань опустил голову, и его голос свалился в глухой, удушающий шёпот: — Я буду заботиться о тебе. Раньше у меня не было выбора... но теперь я никому не позволю нас разлучить.
— Сказал всё? — Фэн Инь бесстрастно шагнул вперёд и жестко перехватил запястье Гу Паня, заставив того разжать пальцы. — Тогда отвали.
— Ты ведь капитан «Чанфэна»?
Пальцы Гу Паня медленно сжались в кулак. Когда он поднял голову, от прежней чистой улыбки не осталось и следа. Его янтарные глаза затянула мрачная тень, а от фигуры повеяло такой леденящей угрозой, что у остальных перехватило дыхание.
Ши Цзышу едва заметно повел бровью. Никакого удивления он не испытал: человек, возглавивший гильдию «Вечная жизнь», априори не мог быть тем безобидным и солнечным мальчиком, каким притворялся.
— Мой брат должен быть со мной. Ему не место в других отрядах, — тихо произнёс Гу Пань, глядя прямо в глаза Фэн Иню. — Пожалуйста, отпусти его из «Чанфэна» как можно скорее. Я сам найду вам подходящую замену. Иначе... — он жутко улыбнулся, — мне бы очень не хотелось, чтобы ваш отряд распался сам собой.
Юй Синь и остальные мгновенно вспыхнули от ярости:
— Ты на что намекаешь, сопляк?!
— Я вам не угрожаю, но в том, что касается брата, я не уступлю, — спокойно продолжал Гу Пань. — Я знаю, что вы его друзья, и по возможности не хочу применять крайние меры. Но запомните: даже если брат будет на меня обижен, снова я его не отпущу.
— Он боец «Чанфэна» и никуда не перейдёт, — отрезал Фэн Инь ледяным тоном. — Хочешь попробовать заставить? Вперёд. Если кишка не тонка.
С этими словами он увлёк Ши Цзышу за собой по лестнице. Остальные, не удосужившись даже взглянуть на Гу Паня, проследовали за ними.
Гу Пань остался стоять на месте. Он смотрел им вослед, и тень в его глазах сгущалась, превращаясь в бездонный, затягивающий омут.
ДИНЬ!
Внезапно вся группа замерла.
В ушах каждого прозвучал системный сигнал. В обычной ситуации Игрок Круговорота слышит и видит только оповещения собственной системы. Но сейчас этот звук раздался одновременно для всех — общее системное объявление, событие чрезвычайной редкости.
— Добрый вечер, игроки, — раздался в сознании каждого глубокий, бархатный мужской голос с лёгкими теплыми интонациями. — Я — Администратор Пространства. Можете называть меня К.
Это был не привычный синтетический гул бездушного автоответчика, а живой, чарующий голос мужчины. Но куда больше всех шокировал сам статус говорящего.
Администратор Пространства. Абсолютный властелин Ужасного круговорота.
С самого первого дня в этом месте каждый игрок слышал о существовании десяти Администраторов, удерживающих в своих руках власть над всеми мирами. По их воле рождались и гибли целые вселенные, что уж говорить о судьбах отдельных людей.
Однако кроме самого факта их существования никто не знал о них ничего. Не было известно даже то, являются ли они людьми. Многие и вовсе считали истории об Администраторах мифом, выдуманным самой Системой.
И вот теперь они вживую слышали голос одного из них.
В Восточном районе мгновенно поднялся хаос — отголоски общего суматошного гула доносились даже сюда. Впрочем, и члены «Чанфэна» пребывали в крайнем возбуждении. Юй Синь со всей силы впился пальцами в плечи товарища и заору орлом:
— Живой Администратор! Дикий Администратор явился!
Ши Цзышу изобразил на лице глубокое изумление, хотя внутренне был полностью готов к происходящему. Он заранее знал, что Администратор К выйдет на связь, чтобы объявить о Битве Кандидатов.
Скользнув взглядом по соратникам, он отметил, что Фэн Инь ничуть не удивлён — впрочем, это логично, учитывая, что его мать сама была Администратором.
А вот кто действительно привлёк внимание Ши Цзышу, так это Гу Пань. По неизвестной причине тот тоже не выглядел ошеломлённым и лишь молча провожал их взглядом снизу.
— Прошу всех сохранять спокойствие.
Голос К звучал из системы с мягкой улыбкой, обволакивая своей завораживающей интонацией.
Ши Цзышу уже приходилось встречать этого человека по имени К, но вспомнить его лицо он не мог. Сколько бы он ни напрягал память, перед глазами вставал лишь размытый силуэт. И он знал: совсем скоро из памяти изгладится даже сам этот голос. Администраторы не позволяли игрокам удерживать в голове информацию о себе.
Хотя прежний облик Фэн Иня он помнил отчетливо — вероятно, потому, что в те времена Фэн Инь ещё не занимал этот пост.
— От лица всей коллегии Администраторов я уполномочен объявить о важнейшем решении, — продолжал К. — Оно напрямую затронет судьбу каждого из вас, поэтому прошу отнестись к моим словам с предельным вниманием.
Шум в холле постепенно угас. К, словно видя всё происходящее изнутри, выждал, пока установится полная тишина, и произнёс:
— Как вам известно, Пространством управляют десять Администраторов. Однако приблизительно через год один из нас покинет свой пост. На его место будет избран новый преемник из числа игроков. И прямо сейчас объявляется начало Битвы Кандидатов.