Жнец Смерти несколько секунд растерянно смотрел на Ши Цзышу, а тот ответил ему молчаливым, ледяным взглядом.
Что не успел договорить Жнец? «Ты и есть...»? Что это значит? Неужели он хотел сказать, что Цзышу — тот самый человек со снимка?
На мгновение Ши Цзышу обдало волной убийственной решимости: не прикончить ли Жнеца прямо здесь? Но Ся Бинъин находился слишком близко. Если парень закричит, завязавшуюся драку увидят, и его настоящую личность тут же разоблачат. Впрочем, если дать Жнецу время убедиться в своих догадках и выдать всё Старшему Ся, исход окажется тем же. Единственный шанс — немедленно довести шкалу симпатии до предела. Но вокруг царил хаос, смертельная опасность подступала со всех сторон, и возможности для маневра попросту не было.
Покуда в голове Цзышу проносились эти мрачные мысли, Жнец повёл себя совсем не так, как тот ожидал. Бледный, юношеского вида парень вдруг просиял, в его глазах вспыхнула надежда, словно перед ним предстал спаситель. Он метнулся ближе и торопливо зашептал Цзышу на ухо:
— Не бей меня! Ты же слышал системное уведомление? Я твой сокомандник, мы на одной стороне!
В то же мгновение в сознании Цзышу раздался сигнал системы:
[Симпатия Жнеца Смерти возросла на 30 пунктов]
Ши Цзышу не подал виду, но в душе удивился. Скачок симпатии обмануть не мог — значит, этот наивный испуг Жнеца не был притворством. Всё происходило совсем не так, как виделось изначально. И, похоже, по какой-то причине Жнец не распознал в его душе человека с фотографии. Если так, Цзышу вполне мог использовать юношу, чтобы развеять подозрения Ся Бинъина.
Заметив, как посторонний приблизился к Цзышу, стоявший рядом Мия хищно прищурился. В его ладони клубился тёмный туман, готовый сорваться в сторону Жнеца.
Цзышу едва заметно качнул головой, останавливая духа:
— Всё в порядке, я его знаю.
Мия медленно опустил руку. Жнец с опозданием осознал, каким леденящим взглядом одарил его черноволосый мальчик, и в страхе отпрянул за спину Цзышу. Впрочем, прямо за Цзышу располагался зловещий тайный ход, куда Жнец возвращаться категорически не желал, поэтому ему пришлось снова шагнуть в сторону.
— Как ты очутился в тайном ходе? — спросил Цзышу, видя его смятение, и коротко бросил взгляд на Ся Бинъина, очищавшего зал от скверны и щупалец. — Ты столкнулся там с чем-то?
Чтобы выполнить задание, им необходимо было спуститься в подземный лабиринт и уничтожить новорождённого — а возможно, уже родившегося — младенческого духа Салемана. Любые сведения были на вес золота.
— Там... там полно неупокоенных душ! И ещё злой бог... он вот-вот явится в этот мир!
При этих воспоминаниях и без того мертвенно-бледное лицо Жнеца стало белее бумаги. Запинаясь от ужаса, он торопливо выложил всё, что успел увидеть.
Оказавшись в этом мире, Жнец — в отличие от троицы Цзышу — очутился в самых глубинах подземного хода, прямо посреди роя беснующихся призраков. Пусть он и носил статус Жнеца Смерти, вид множества изуродованных, жутких неупокоенных духов чуть не заставил его лишиться чувств.
Спасло его лишь то, что сам он давно не принадлежал к живым и мало чем отличался от призрака. Его появление привлекло внимание духов, но большинство из них лишились разума и пребывали в полубессознательном состоянии. Вскоре они перестали отличать Жнеца от себе подобных. Так ему удалось уцелеть и затеряться в их толпе.
Осторожно пробираясь среди неупокоенных, юноша быстро подметил одну жуткую особенность: призраков было невероятное множество, они теснились в узких проходах, и почти все они принадлежали женщинам. Мужских духов среди них практически не встречалось.
Несмотря на свою слабость — справиться даже с одним из этих духов Жнецу было не под силу, — за триста лет жизни он повидал немало. Он сразу понял, что такое скопление призраков могло возникнуть лишь искусственно. Скорее всего, здесь проводился кровавый ритуал, требовавший колоссального количества женских жертвоприношений.
Из глубины подземных ходов доносились исполненные отчаяния женские вопли, которые быстро затихали — так гибли всё новые и новые жертвы. Жнеца колотила дрожь, но, сжав волю в кулак, он всё же решил спуститься ниже и узнать, что происходит.
Но подземный ход оказался настоящим лабиринтом — разветвлённым, запутанным, простиравшимся куда глубже и дальше, чем можно было вообразить. Жнец быстро потерял ориентацию и заблудился.
Он брёл наугад, пока не заметил, что призраков становится меньше, а истошные крики затихают. Поняв, что уходит всё дальше от эпицентра зла, он замялся, не зная, сможет ли отыскать дорогу назад.
И тут неподалёку раздался оглушительный грохот. Стены задрожали, из глубины туннеля вырвался яркий свет. Перепуганные неупокоенные духи ринулись на шум, но в следующее мгновение незнакомец с лёгкостью развеял их, превратив в облачка дыма.
— А потом... я встретил вашего капитана.
Жнец судорожно сглотнул, на его лице отразился пережитый кошмар. Не окажись у него системного уведомления о сокоманднике, тот юноша по имени Фэн Инь бестрепетно развеял бы и его вместе с остальными духами.
— Капитана? — переспросил Ши Цзышу, приподняв бровь. — Он тоже спустился под землю?
— Да...
Замок содрогнулся от нового удара. Сжав зубы, Жнец перевёл дыхание и снова толкнул тяжёлую дверь тайного хода:
— Нет времени! Надо идти внутрь, на ходу всё расскажу. У меня есть карта подземного лабиринта, которую дал ваш капитан, так что мы не заблудимся. И ещё...
Он повернулся и громко крикнул в сторону руин:
— Старший Ся! Злой бог вот-вот воскреснет! Нам нужно спуститься вниз, чтобы прикончить его!
Ши Цзышу прищурился, пристально вглядываясь в каждое движение Жнеца. Убедившись, что тот не замышляет предательства и действительно не обмолвился о его тайне, Цзышу перевёл взгляд на подоспевшего Ся Бинъина и коротко кивнул.
Главный зал замка к этому моменту наполовину обрушился, превратившись в груду обломков. Вся цитадель содрогалась, к небу клубился густой чёрный туман. Из всех присутствующих в живых остались лишь маркиз Каролус и пара его прислужников. Спастись из замка они не могли и теперь в панике рвались на верхние этажи, куда скверна ещё не успела добраться. Убегая, маркиз пытался увлечь за собой Ши Цзышу, но, получив твёрдый отказ, спасся бегством один.
Что касается Имана и Айфло, их нигде не было видно. Про Айфло Цзышу ничего знать не мог, но вот показатель симпатии Имана был заполнен до предела. Если бы тот погиб, система немедленно прислала бы уведомление. Но сообщения не поступало — а значит, Иман был жив. Однако бросить Цзышу и сбежать юноша тоже не мог, так что оставалось лишь гадать, какая судьба его постигла.
Времени на поиски Имана не оставалось. Ши Цзышу нахмурился и, оставив сомнения, вместе с Жнецом, Ся Бинъином и Мией шагнул в мрак тайного хода.
Едва они переступили порог, как им навстречу ринулся клубящийся чёрный туман. Несколько изувеченных, искажённых мукой призраков с дикими криками бросились вперёд — но не для того, чтобы напасть, а спасаясь бегством.
Их лица перекашивал смертельный ужас. Из мрака позади них вырывались извивающиеся щупальца тьмы, мёртвой хваткой впивавшиеся в бестелесные души. Как бы те ни бились, вырваться из этих объятий они не могли: скребя ногтями по каменным плитам пола, призраки с беспомощным воем утягивались вглубь подземных чертогов.
Хлопнула о камень основательная подножка. Ся Бинъин ударил тростью о землю. Ослепительный, чистый свет мгновенно озарил туннель. Вопящие духи, попавшие в этот поток, тут же растаяли, а щупальца скверны рассыпались чёрным дымом и стремительно отступили во тьму.
Мия поморщился. Сила очищения Ся Бинъина причиняла ему явный дискомфорт. Черноволосый мальчик сделал манящий жест пальцами: остатки не успевших исчезнуть духов и чёрной дымки устремились к нему. Мия глубоко вдохнул их, впитав без остатка, после чего его лицо омрачилось ещё сильнее. Смахнув с губ невидимую грязь, он с отвращением прошипел:
— Какая дрянь...
«Гло-гло-гло... Гло-ха-ха...»
В глубине лабиринта вновь раздался жуткий, пронзительный смех младенца, эхом отдаваясь от каменных сводов.
Услышав этот звук, Жнец задрожал всем телом и невольно попытался шагнуть под защиту Ся Бинъина. Но в тот же миг Старший Ся стремительно подался вперёд: перехватив вырвавшееся из земли щупальце, целившее в Ши Цзышу, он сжал ладонь — вспыхнула яркая искра, и тьма рассыпалась прахом.
— Ты в порядке? — тихо спросил Ся Бинъин, не сводя глаз с Цзышу.
—... Всё хорошо, спасибо, Старший Ся, — ответил Цзышу, замерев на мгновение и мягко улыбнувшись.
— А-а-а-а! — огласил туннель диким воплем Жнец. Из-под каменных плит выскочило другое щупальце и насквозь пробило ему бедро. Заливаясь слезами, юноша с мясом вырвал чёрную плеть из раны и оглянулся в поисках сочувствия — но обнаружил, что до него никому нет дела.
Ся Бинъин и Ши Цзышу молча смотрели друг на друга, а Мия одарил его настолько тяжёлым, ледяным взглядом, что стало ясно: мальчик с большей радостью прикончил бы самого Жнеца, чем это щупальце.
Зажав рот и боясь выдать хоть звук, бедолага, превозмогая боль, достал и развернул кусок пергамента:
— Вот... это карта тайного хода, которую мне дал капитан Фэн Инь. Только благодаря ей я и выбрался.
Тогда, встретив Фэн Иня и поняв, что перед ним сокомандник, Жнец чуть не расплакался от облегчения. Это было всего лишь его второе задание, но он попал в мир наивысшей сложности. Он знал, что Ся Бинъин взял его с собой исключительно для проверки Ши Цзышу и Фэн Иня, и рассчитывал на защиту сильного игрока, но в итоге оказался отрезан от всех. Не случись чуда, он был бы мёртв.
Он видел Фэн Иня на экране до начала испытания, но столкнувшись с ним лицом к лицу, не мог не восхититься идеальной, филигранной структурой его жизненной сущности. Впрочем, при всей своей наивности Жнец понимал, что подобные мысли озвучивать не стоит. Поприветствовав капитана, он сразу перешёл к делу.
Он полагал, что Фэн Инь точно так же попал в ловушку подземного лабиринта, и не ожидал, что у того окажется подробный план всех ходов.
— Наконец-то мы спасены... — едва не рыдая от нахлынувших чувств, пробормотал тогда Жнец. — Ты просто мой спаситель! Постой, а откуда у тебя эта карта?
Фэн Инь ответил ровным, безразличным голосом:
— Клеа Гавоэр, дочь графа Гавоэра. Я убил её и забрал карту у неё с тела.