— Ши Цзышу.
Услышав это имя, юноша преобразился: застывшие черты лица смягчились, взгляд потеплел, а на губах сама собой скользнула едва заметная, искренняя улыбка. Сердце затопила тихая радость. Для него эти три слога звучали прекраснее любой музыки на свете — они трогали душу даже сильнее, чем имя, данное матерью.
Вслед за матерью он покинул безбрежный звёздный океан и ступил в обитель Администраторов. Это место казалось сотканным из призрачных грёз: на недосягаемой высоте, над бесчисленными светилами, возвышался величественный храм. С его уступов срывались водопады серебристого света, в воздухе струился густой аромат цветов, а повсюду парили туманные ореолы и мерцающие созвездия. Один неверный шаг — и ты навсегда затеряешься в глубинах этого сияющего хаоса.
Внутри чертогов простиралась бесконечная, туманная высь. Если не искать намеренно, встреча с кем-то из братьев-хранителей была редкой удачей. Подобно метеорам, они скитались по Вселенной, где каждая сияющая звезда являла собой отдельный мир, требующий неусыпного взора и заботы, дабы его незримый механизм не сбился с хода.
Одиночество, холод, безмолвная монотонность. Восхитительное зрелище, и всё же слишком тихое, почти неотличимое от того уединения, к которому юноша привык прежде.
Но скука обошла его стороной. Пусть мать вечно пропадала в делах и редко уделяла ему время, она оставила сыну нечто вроде Смотровой площадки. Юноша мог бесконечно наблюдать за тем самым человеком, и пока этот образ оставался перед глазами, уныние не имело над ним власти.
— Ши Цзышу...
Он шептал это имя снова и снова, заучивая каждый звук, пока чужое сочетание букв не превратилось в самое привычное из слов. Сначала его речь звучала сбивчиво и неловко, но эти три слога срывались с губ удивительно легко и чисто.
Юноша неустанно повторял их, точно заклинание. Мать пообещала, что однажды они встретятся. А значит, к той самой минуте он обязан научиться вести себя правильно, не вызвать отторжения, заставить встречный взгляд потеплеть... И потому он часами просиживал перед прозрачной гладью экрана, по крупицам впитывая науку человеческого общения.
Так дни его одиночества обрели смысл и перестали казаться невыносимой обузой.
Лишь изредка в тишине проскальзывала смутная мысль: когда же настанет этот день?
— Скоро тебе выпадет такой шанс.
Кроме матери, единственным, кто навещал юношу, был L. K. Время от времени тот присаживался рядом, заводил неторопливый разговор и терпеливо отвечал на наивные расспросы.
— Мы собираемся создать новое пространство под названием «Дворец Круговорота», — делился L. K. — Там будут взращивать наших преемников, будущих Администраторов Пространства.
Заметив затаённое любопытство в глазах собеседника, он с мягкой улыбкой добавил:
— Когда придёт время, мы созовём Игроков Круговорота. И он тоже окажется там. Ты сможешь попросить Фэнхуа взять тебя с собой, и тогда наконец увидишь его наяву.
Юноша кивнул. Суть сказанного едва ли в полной мере доходила до его сознания, но главное он уловил: долгожданная встреча близка.
— А если после этого захочешь подобраться к нему ещё ближе, подай прошение и стань Игроком Круговорота, — рассмеялся L. K. — Сделав это, ты навсегда покинешь этот унылый и склеивающий веки покой.
Юноша снова кивнул и, помедлив, несмело спросил:
— Ты считаешь... здесь скучно?
— Естественно, — ответил L. K. — Или тебе кажется иначе?
— Тогда почему ты не уйдёшь?
— Я бы с радостью. — В улыбке Администратора проскользнула горькая, застарелая усталость. — Но вырваться отсюда не в моих силах.
Он опустил тяжёлую ладонь на плечо юноши, и в голосе его прозвучало искреннее затаённое чувство:
— А вот ты иной, Фэн Инь. Ты совсем другой. А потому, ступив за порог этой обители, никогда больше сюда не возвращайся.
* * *
Нахлынувшее головокружение улеглось, и Ши Цзышу открыл глаза.
Пламя в его керосиновой лампе заметно притускнело, однако света всё ещё хватало, чтобы выхватить из мрака обшарпанные каменные стены с глубокими выбоинами. Сырость и въедливый запах земли почти улетучились, уступив место сухому, свежему воздуху — откуда-то из едва заметных щелей доносилось легкое дыхание сквозняка.
Морок рассеялся. Оставив чужие воспоминания, он вернулся в Башню. Мадам Доси поблизости не наблюдалось — чутьё подсказывало, что демоница вновь укрылась в глубине кольца.
Перед ним опять возвышалась каменная дверь. Но на этот раз вместо кровавых потёков на шероховатой поверхности мерцали серебристые строки, словно выведенные чистым звёздным светом:
«Ты узрел самого себя».
Ши Цзышу протянул руку и кончиками пальцев коснулся сияющих знаков. Теперь сомнений не оставалось: Башней повелевает никто иной, как Администратор Пространства. И, судя по всему, этим человеком был сам L. K.
Именно этим объяснялись странности соревновательного мира. Лишь благодаря вмешательству столь могущественной сущности Ши Цзышу сумел заглянуть в память Администраторов, ощутил их первозданную силу и в конечном счёте соприкоснулся с воспоминаниями Фэн Иня.
Никому иному подобное чудо не под силу.
Похоже, сама Башня была создана из осколков какого-то погибшего мира. Администратор удержал его от окончательного распада, соткал из иллюзий каркас и заполнил его безумными, тёмными, гротескными остатками бытия. Потому-то Башня и казалась такой фальшивой и искажённой, хотя порождённые ею твари оставались смертельно опасной реальностью.
А огонь в их фонарях — не что иное, как сгусток хозяйской силы, указующий путь сквозь руины искажённого пространства.
Разумеется, запертым внутри чудовищам путь наверх был заказан. «Вершина» располагалась за пределами мира, в обители самих Администраторов, и те ни за что не допустили бы туда порождения гнили.
Впрочем, даже Игрокам Круговорота закрыт доступ в эти пределы. В некотором смысле они мало чем отличались от монстров.
Изначально этот сценарий вообще не должен был открыться. Но по неизвестной причине Администраторы устроили соревнование и распахнули двери, а он сам каким-то образом заслужил право пройти дальше...
За этой дверью его наверняка кто-то ждёт.
Зачем хозяин Башни потчевал его призрачными видениями, заставляя заново переживать прошлое и вникать в тайны Фэн Иня?
У Ши Цзышу имелись догадки на этот счёт, пусть и не было полной уверенности. Впрочем, какими бы мотивами ни руководствовался Администратор, этот порог придётся переступить. За свою жизнь Ши Цзышу не опасался: захоти тот его уничтожить, он бы давно обратился в прах.
Глухой гул.
Ши Цзышу толкнул тяжёлые створки и шагнул вперёд. Каменная дверь за его спиной бесследно растаяла.
Перед ним простиралась ослепительно белая платформа, уходящая в бесконечность. Вверху раскинулся бархатный купол ночи, усыпанный миллиардами сияющих звёзд, а вокруг вились туманные серебристые шлейфы и разливалось призрачное свечение, увлекающее взгляд в глубины космической бездны.
Посреди этой пустоты одиноко стояло кресло. В нём, спиной к гостю, восседал человек. Судя по выправке, это был молодой мужчина в белоснежном одеянии. Его коротко остриженные пепельно-серые волосы переливались мягкими искорками, подобием звёздной пыли.
Мужчина обернулся. Его утончённое, исполненное мягкости лицо озаряла едва заметная улыбка.
Это действительно был L. K. — тот самый, какого Ши Цзышу видел в чужой памяти. Однако лишь теперь, когда рассеялась дымка таинственных чар, в глаза бросилась странная деталь. Правая половина лица Администратора скрывалась за ниспадающими прядями, а единственный открытый левый глаз... оказался точной копией того самого Демонического ока из хрустального шара Слепой Девы.
В памяти всплыли слова Фэнхуа: L. K. отдал свой глаз слепой малышке. Неужели та девочка и есть Слепая Дева?
Но почему он пошёл на такую жертву? Что их связывает?
Впрочем, Ши Цзышу не обольщался. Он помнил, как совсем недавно этот человек с улыбкой на устах, без тени сомнений уничтожил двоих дерзких Игроков. Назвать его добряком не повернулся бы язык. А потому расспрашивать о лишнем было бы безумием — оставалось лишь хранить молчание и строить догадки про себя.
Собравшись с духом, Ши Цзышу сдержанно наклонил голову в знаке почтения:
— Здравствуйте, господин L. K.
— Приветствую, — с улыбкой отозвался Администратор. — Сколько лет прошло, а ты совсем изменился.
То, что собеседник сходу прозрел его подлинную суть, не вызвало удивления. Владыка Башни наверняка изучил его воспоминания до последнего укромного уголка, включая и жизнь в обличье Гу Цзышу. В глазах Администратора у него не оставалось тайн.
Возвращение Игрока Круговорота с того света — случай из ряда вон выходящий, хотя и возможный при наличии Билета воскрешения. Однако тот артефакт обладал жёсткими условиями: тело не должно быть разрушено до завершения сценария, да и возродиться удавалось лишь в собственной оболочке — ни о каком «возвращении души в чужое тело» и речи быть не могло.
Следовательно, его воскрешение произошло вопреки правилам. Но раз L. K. проигнорировал этот факт, а сам Ши Цзышу только что узрел прошлое Фэн Иня, мучивший его вопрос обрёл чёткий ответ.
Это Фэн Инь вернул его к жизни. И с самого начала знал, кто скрывается под чужой личиной. Теперь нелепое, внезапно вспыхнувшее расположение получило исчерпывающее объяснение.
Ши Цзышу опустил веки, пряча захлестнувшие душу сложные чувства.
— Не беспокойся, наш разговор сокрыт от посторонних глаз, — произнёс L. K., вперив в него проницательный взгляд. Чёрный зрачок его единственного глаза казался бездонным колодцем, поглощающим свет, однако в самом взоре проскальзывала странная смесь детской чистоты и ледяного, божественного равнодушия. — Я лишь хотел поглядеть на тебя. Думаю, виденное в чужих воспоминаниях помогло тебе кое-что понять.
Сделав паузу и не дождавшись ответа, Администратор добродушно продолжил:
— Если тебя терзают сомнения, спрашивай не таясь. Я не прогневаюсь, о чём бы ты ни заговорил.
Ши Цзышу уловил прозрачный намёк и не стал упрямствовать:
— Почему вы решили показать мне прошлое Фэн Иня?
— Пусть он сын Фэнхуа, я рос вместе с ним и привык считать его своим воспитанником, — пожал плечами L. K. — Видеть, как он молча берёт на себя весь груз этой безумной привязанности и не обронит ни слова... Мне стало немного жаль его. Раз уж парень хранит упорство, я решил немного помочь. По крайней мере, ты не должен оставаться в неведении.
— Я безмерно благодарен Фэн Иню, — тщательно подбирая слова, вымолвил Ши Цзышу.
— Само собой, я не требую от тебя немедленного ответа, — мягко заметил Администратор. — В остальное я вмешиваться не намерен. Как бы ни сложились ваши отношения, это лишь ваше личное дело. Включая и те замыслы, что ты вынашиваешь в глубине души, — мы останемся сторонними наблюдателями.
L. K. смерил его многозначительным взглядом и добавил:
— Да и благодарить меня за эту встречу не стоит. Я лишь выполняю просьбу Фэнхуа — взглянуть на того, кто сумел с первого взгляда покорить сердце парня и лишить его покоя.
«...»
Ши Цзышу молча склонил голову, ощущая, как скользким холодом подбирается опасность. Любое необдуманное слово сейчас могло стать роковым.
— Ах да, раз уж зашёл разговор... Пусть мы не вмешиваемся, но одну мелочь исправить всё же стоит.
Красивый мужчина подпёр подбородок и с непринуждённой улыбкой бросил Ши Цзышу Флакон иммунитета к способностям, внутри которого переливался туманный сгусток света.
— Забери. Это снадобье можно соединить с любой вещью и передать Фэн Иню. Если он примет его внутрь или станет носить при себе, твоя способность перестанет действовать на него.
Ши Цзышу замер, сжимая в ладони Флакон иммунитета к способностям.
— Ты ведь держишься от него подальше именно из страха навредить своим даром, верно? — продолжал L. K. — Теперь эта проблема решена. Даже если ты не питаешь к нему взаимности, прошу, не отталкивай его. Пусть внешне он кажется неприступной глыбой льда, душа у этого мальчика ранимая и чуткая. Твоё отчуждение причиняет ему глубокую боль.
—... Слушаюсь, — отозвался Ши Цзышу, убирая флакон.
— Есть ли у тебя ещё вопросы? Абсолютно любые, — ласково спросил Администратор. — Если нет, я отправлю тебя назад и объявлю Ся Бинъину и Слепой Деве, что ты стал победителем состязания. Ты сможешь и дальше оставаться в «Чанфэне».
Ши Цзышу ненадолго замолчал, собираясь с духом, а затем произнёс:
— Да, у меня есть вопрос. И я прошу ответить на него.
— Слушаю, — кивнул L. K.
— Вам известно, что прежде я состоял во Дворце Круговорота и имел право претендовать на статус Администратора.
Ши Цзышу вскинул голову, прямо и открыто встретив взгляд всемогущего создания:
— Что я должен сделать, чтобы снова стать Кандидатом?