Ся Бинъин действительно очутился здесь вместе с ними.
Преодолев первое замешательство, Ши Цзышу выпростал пальцы из его ладони и мягко улыбнулся.
Парный мир не мог превратиться в смешанный на четыре человека без постороннего вмешательства. Вспомнив некоторую неопределённость в словах Слепой Девы, Цзышу быстро догадался: Ся Бинъин пустил в ход некие ухищрения, чтобы проникнуть сюда и устроить проверку. А последним участником, без сомнения, являлся Жнец Смерти — тот самый, кто способен видеть души насквозь.
Ши Цзышу огляделся. В просторном соборе находились лишь они вдвоём и маркиз Каролус. Жнеца поблизости не наблюдалось — возможно, тот отправился на разведку, а может, Старший Ся и сам пока с ним не пересекался.
В таком случае…
Взор юноши потемнел.
План остаётся в силе: нужно сделать так, чтобы Ся Бинъин снова потерял от него голову.
Ся Бинъин ответил едва заметной улыбкой. При маркизе он не стал вдаваться в подробности и обменялся с тем лишь парой дежурных фраз. В королевстве Церковь Богини Луны пользовалась непререкаемым авторитетом, а Бинъин занимал высокий сан епископа, так что даже знатный маркиз относился к нему с подчёркнутым почтением.
— Мне необходимо переговорить с вами наедине. Мисс Клеа, пройдёмте в молитвенную комнату.
Седовласый мужчина сделал приглашающий жест, увлекая Ши Цзышу за собой в небольшое изолированное помещение сбоку от главного зала. В отличие от величественного собора, убранство молельни выглядело весьма скромно: пара кресел да скупая отделка.
— Старший Ся, как ты здесь оказался? — едва они сели, Цзышу изобразил на лице изумление.
Попутно он мельком глянул на системную панель: уровень симпатии Ся Бинъина по-прежнему равнялся нулю.
Не то чтобы это стало сюрпризом. Бинъин только казался обходительным и мягким, на деле же отличался холодной отстранённостью, и пробиться сквозь его вежливую броню удавалось редким избранным.
Именно поэтому Цзышу понимал: если он хочет вновь покорить этого человека, придётся действовать тонко — изредка ронять знакомые интонации, воскрешать в его памяти образ «того самого Ши Цзышу», будить ностальгию по прошлому... И в то же время оставаться чужим. Любая оплошность, любое разоблачение — и он опять окажется на грани гибели.
Опасно? Безмерно. Но игра стоила свеч.
Когда Ся Бинъин окончательно заглотит наживку, он рухнет в бездну, откуда нет возврата.
Прокручивая в голове эти мысли, Цзышу открыто и безмятежно смотрел на собеседника.
— У меня появились вопросы, требующие проверки, — с прямой улыбкой отозвался Бинъин.
— Вопросы? — Цзышу не выдал волнения, хотя от столь откровенного намёка внутри всё сжалось. Впрочем, голос его прозвучал безупречно: — Что именно Старший хочет проверить? Это касается текущего мира или нас с капитаном?
Епископ лишь улыбнулся и качнул головой:
— Не будем спешить. Пока это лишь смутные догадки, подтверждений у меня нет. Давай лучше обсудим задание. Я попал сюда вместе с новым членом гильдии «Вечная жизнь». Ты, вероятно, слышал — он Жнец Смерти. Однако его следов я пока не обнаружил. Тебе не встречался ни он, ни твой капитан?
— С капитаном я уже виделся, — ответил Цзышу. — В этом мире он возглавляет орден Чёрного Терновника.
Цзышу вкратце обрисовал обстановку. Бинъин ненадолго задумался, а затем произнёс:
— Выходит, настоящая Клеа — адептка секты Салемана. Для каких-то своих целей она приготовила всё необходимое в замке, но из-за внезапной помехи сбежала или вовсе погибла. Причём вряд ли она действовала в одиночку — вполне вероятно, её сообщники всё ещё находятся в замке.
— Граф, скорее всего, тоже замешан, — добавил Цзышу. — В его владениях уже несколько лет бесследно пропадают девушки. Их до сих пор не нашли — не исключено, что их пустили на человеческие жертвоприношения.
— Жители не поднимают панику не только из-за изоляции, но и потому, что кто-то умело заметает следы с помощью магии, — продолжил мысль Цзышу.
— Секта Салемана… — пробормотал Ся Бинъин, кивнув. — Я заметил, что от некоторых родственниц маркиза исходит весьма неприятная, скверная аура. Это явно следы воздействия культистов. Но эти женщины прибыли ненадолго, так что скверна занесена не людьми графа. Похоже, в окружении самого маркиза тоже затаились последователи Злого Бога.
Цзышу удивлённо изогнул бровь. Перед этим Бинъин упомянул, что поскольку данный сценарий рассчитан всего на 45-й уровень — что несопоставимо ниже его ранга как Игрока Дворца, — его личные силы урезали более чем наполовину. Взамен ему достались способности епископа Богини Луны: очищение, чутьё на тьму и прочие святые дары. Словно он и впрямь был истинным служителем церкви.
— Поклонники Салемана есть с обеих сторон, — подытожил Цзышу. — Выходит, через предстоящий брак они рассчитывают вступить в контакт и провернуть некий тёмный ритуал?
— Или же между ними идет вражда, — возразил Бинъин. — Внутри одного культа тоже бывает междоусобица. Клеа могла сбежать именно для того, чтобы не встречаться со своими врагами из той же секты.
Он сделал паузу и добавил:
— Если так, то тебе, как её двойнику, грозит смертельная опасность. Тебя примут за Клеа, и неважно, союзники они или враги — обе фракции попытаются выйти на тебя или устранить. Фанатики Салемана безумны. На банкете будь предельно осторожен.
Ши Цзышу кивнул. Если их догадки верны, на пиршестве культисты непременно попытаются привести свой план в действие.
[Прошло три часа. Разблокировано 30% способностей.]
Сухой системный голос подтвердил, что его силы частично вернулись. Тридцать процентов — этого вполне достаточно, чтобы в случае нужды призвать Сильви или Цюна, а значит, за свою безопасность он мог не переживать.
Впрочем, и уровень угрозы отныне возрастал кратно.
— Время подходит к концу, — Бинъин бросил взгляд на песчаные часы и поднялся. — Мне нужно уладить ещё пару вопросов с маркизом Каролусом. — На его губах мелькнула едва уловимая улыбка с особым подтекстом: — Касательно вашей предстоящей свадьбы.
Цзышу тоже встал, но длинная, ниспадающая до самого пола фата зацепилась за какой-то острый край. Убор съехал набок и чуть не свалился на паркет.
— Осторожно.
Ся Бинъин среагировал мгновенно. Он подхватил кружево, шагнул ближе и бережно, с безупречной мягкостью принялся поправлять фату на голове юноши.
— Подними немного голову, — тихо попросил он.
Цзышу послушно приподнял подбородок. Теплые пальцы мужчины случайно коснулись его щеки. Высокий сереброволосый епископ чуть склонился, устремив на него внимательный, пристальный взгляд. Его серебристые ресницы поддрагивали, словно крылья бабочки, а в глубине ледяных, синих, как океан, глаз плескался тёплый, заворожённый свет. И ласковые движения, и этот чарующий взор — всё в нём дышало такой бесконечной нежностью, что даже лунный свет за окном, казалось, поблёк перед его красивым лицом.
—…Спасибо, Старший Ся.
Цзышу медленно моргнул, задержал на нем взгляд на пару секунд и сам поправил фату, словно ненароком проведя подушечками пальцев по тыльной стороне ладони Бинъина.
Рука епископа на мгновение замерла.
— Тебе очень идёт, — мягко промолвил он.
— Не нужно насмехаться, — Цзышу изобразил на лице наигранную досаду. — Кому понравится постоянно ходить в женском платье?
— Твоя правда.
Бинъин на миг замолчал, но руки не опустил. Он легким касанием провел пальцами по щеке Цзышу и тихо прошептал:
—…Хоть ты и прекрасен в этом наряде, но мне, признаться, куда милее твой прежний облик.
«…»
Цзышу вежливо улыбнулся и отступил на шаг, выскользнув из-под его руки:
— Благодарю за добрые слова, Старший. Я, пожалуй, пойду.
— Иди, — Ся Бинъин больше не стал его удерживать. — Не тревожься. Если на банкете что-то случится, я тебе помогу.
Цзышу кивнул и выскользнул из молитвенной комнаты.
Стоило ему переступить порог и повернуться спиной, как мягкая улыбка мгновенно исчезла с его лица, уступив место равнодушной, холодной тени. Однако едва впереди показался ожидавший в коридоре маркиз Каролус, Цзышу вновь преобразился: на его губах заиграла пленительная, нежная улыбка. Подобрав пышные юбки, он присел в изящном реверансе:
— Простите за задержку, господин Каролус.
— Не стоит такой церемонности… Зови меня просто Каролус. Или Кайро, если тебе так больше нравится.
Молодой маркиз, увидав свою ослепительную невесту, окончательно растерялся. На его щеках выступил румянец. Он порывисто протянул руку, чтобы помочь ей подняться, но тут же смутился, боясь показаться развязным, и нерешительно отдёрнул пальцы. Куда только девалась его привычная государственная суровость и хладнокровие!
— С удовольствием, Кайро, — улыбнулся Цзышу. Мельком оглядев собеседника, он всё понял и сам непринуждённо коснулся его ладони: — А ты зови меня Клеа.
Сердце Каролуса сладко сжалось. Ему безумно захотелось обнять эту очаровательную девушку, прижать к себе и поцеловать, но внутри его ждал епископ. С трудом совладав с собой, маркиз понизил голос и спросил:
— О чём вы так долго беседовали с епископом?
— Да так, о пустяках, — Цзышу мягко усмехнулся. — Он лишь благословил наш союз и пожелал нам счастья.
— Вот как… — маркиз задумчиво кивнул, но затем прищурился: — Мне показалось, или он относится к тебе как-то необычно?
В его голосе проскользнула лёгкая нотка ревности. Впрочем, Каролус тут же тряхнул головой и улыбнулся:
— Да и какая разница? Завтра же я увезу тебя отсюда, и мы больше никогда с ним не увидимся.
— И то правда, — Цзышу лукаво прищурился и, приподнявшись на цыпочки, лёгким поцелуем коснулся его щеки. — А теперь иди, он ждёт тебя.
Совершенно потерявший голову маркиз с блаженной улыбкой на лице, словно во сне, шагнул в молитвенную комнату.
* * *
Когда над замком воцарилась серебряная луна, в главном зале торжественно начался праздничный банкет. Помещение утопало в огнях роскошных люстр, повсюду искрились хрусталь и золото, а в воздухе витали пьянящие ароматы дорогих вин, изысканных блюд и редких благовоний. Знаменитые аристократы королевства, собравшиеся здесь, со счастливыми улыбками поднимали кубки, празднуя предстоящее бракосочетание маркиза Каролуса и юной дочери графа, мисс Клеа Гавоэр.
Ши Цзышу восседал в окружении знатных дам и юных дворянок, непринуждённо поддерживая светскую беседу. Гостьи от всей души восхищались неземной красотой и грацией молодой невесты. Цзышу отвешивал им безупречные улыбки и поднимал хрустальный бокал с игристым шампанским. Но стоило ему бросить взгляд на искрящуюся поверхность напитка, как в золотистых пузырьках отразились не миловидные дворянские личики, а жуткие, гниющие, искажённые злобой рожи.
Всех без исключения женщин в зале окутывала густая, зловещая чёрная дымка. Причем у мужчин ничего подобного не наблюдалось — скверна поразила только женщин, причем как из свиты графа, так и со стороны маркиза. И судя по плотности этой тьмы, заражение произошло далеко не день и не два назад.
«Похоже, Ся Бинъин прав, — подумал Цзышу, прищурившись. — Культисты Салемана затаились по обе стороны».
В этот момент среди гостей прокатился тихий ропот. Цзышу поднял глаза и увидел, как сквозь толпу дам к нему приближается статный, аккуратно одетый мальчик с не по годам серьезным выражением лица. Подойдя ближе, он изящно поклонился:
— Добрый вечер, мисс Клеа. Позвольте поздравить вас с предстоящим бракосочетанием.
— Это Мия, приёмный сын моего младшего брата, — с улыбкой пояснила сидевшая рядом сестра маркиза. — Чудесный, очень способный мальчик. Отныне он станет и вашим сыном тоже, мисс Клеа. Уверена, вы полюбите его.
Цзышу мягко улыбнулся женщине, а затем обратился к ребёнку:
— Добрый вечер, мой маленький джентльмен. Пусть благословенный свет Богини Луны всегда озаряет твой путь.
— Мне не нужен свет Богини Луны.
Мия вскинул голову. Его темные, бездонные глаза впились в лицо Цзышу. На губах мальчика внезапно расцвела странная, недетская улыбка. Сделав шаг вперёд, он с неожиданной дерзостью положил тонкие ладошки на плечи юноши и прижался губами к его щеке.
— Я хочу лишь одного, — прошептал он. Его чистый, звонкий голос таил в себе странное, почти дьявольское искушение. — Чтобы меня озарял твой свет.