Пока Пэй Ян изумлялся находчивости Линь Чжэна, остальные участники застыли в полном оцепенении. Каждым овладело невольное замешательство: двигались вроде вместе, зверей видели одних и тех же, но пока все думали лишь про банальный провиант, Линь Чжэн зашёл куда дальше. Он не просто сохранил животных как кулинарный резерв, но и придумал, как выжать из них всю оставшуюся пользу — превратить в живой аттракцион для туристов. И ведь за просмотр ещё и деньги брать! Изворотливость поистине выдающаяся.
Вслух никто ничего не произнёс, но про себя восхитились абсолютно все. Получив скромную стартовую тысячу юаней, они едва скрывали досаду. Скажи им кто час назад, что на этот грошовый бюджет можно развернуться на все три тысячи, — подняли бы на смех: хвастаться тоже надо уметь! Теперь же пришлось признать поражение перед чужой сообразительностью.
Цинь Цзытэн даже почувствовала лёгкий укол зависти. Ах, если бы только эта мысль осчастливила её голову! Она бы непременно подала её на камеру первой, и все операторы не спускали бы с неё объективов. В шоу-бизнесе она крутилась давно и отлично знала: публика без ума от милых, улыбчивых девушек. А если в придачу к обаянию прилагается острый ум — образ выходит вовсе безупречным.
Пока она предавалась унынию, Дуань Шуань неожиданно спросил:
— Хочешь конфету?
Перед ней оказалась его ладонь, на которой лежало несколько молочных ирисок «Белый кролик». Новенькие, хрустящие фантики обещали сладкое лакомство.
«Что... что это значит? С чего бы Дуань Шуаню выделять её при всех?»
От его слов сердце Цинь Цзытэн ёкнуло. Заметив, что объектив направлен прямо на них, она приняла смущённый вид и судорожно сжала подол платья. Грудь вздымалась от бешеного стука сердца — утаить радостное изумление казалось невозможным.
Язык заплетался, она едва не прикусила его от волнения и лишь спустя пару секунд робко выдохнула:
— Да, спасибо...
Отказать она бы ни за что не смогла. Приняв угощение из рук Дуань Шуаня, Цинь Цзытэн осторожно развернула обёртку и отправила ириску в рот. Едва густой сливочный вкус разлился по языку, настроение её взмыло вверх, окутанное нежным восторгом.
— Спасибо тебе, — прошептала она, прикусив губу и заливаясь краской.
Подумаешь, копеечная конфета! Зато её вручил сам Дуань Шуань, да ещё под прицелом камер. Когда выпуск выйдет в эфир, этот эпизод гарантированно превратится в вирусный и невероятно трогательный момент.
— Не за что, — отозвался Дуань Шуань.
Не успела она добавить и слова, как он развернулся и ушёл. Цинь Цзытэн растерянно замерла.
На её глазах Дуань Шуань подошёл к двум мужчинам, всё ещё обсуждавшим судьбу скота, и небрежно бросил:
— Конфету хотите? До ужина ещё далеко.
Пэй Ян с недоумением воззрился на него: предлагать сладости взрослому мужику?
— Я не по сладким делам, — открестился он абсолютно убеждённым тоном. — Всякие молочные ириски — девчоночья забава.
Услышав это, Линь Чжэн, успевший уже протянуть руку, мгновенно сдёрнул её назад. Наступив на горло собственной гордости, он вынужденно соврал:
— И правда... Я ведь тоже не девчонка, не буду.
Увидев, как парень отдёрнул руку, Пэй Ян опомнился. Проклятье! Настоящей-то целью Дуань Шуаня явно был его «младший брат» — эдакая похвала прислужливому мальчику. А его спросил просто за компанию, чтобы перед камерой не выглядеть предвзятым.
И надо же было ему так топорно высказаться! Отрезал на корню, отбив у сладкоежки всё желание тянуться за угощением.
К счастью, Дуань Шуаня неловкостью было не смутить. Мягко улыбнувшись, он просто вложил горсть конфет Линь Чжэну в ладонь:
— Раз сам не хочешь, сходи спроси у сестры Вэйвэй и брата Лу Хэна, будут ли они.
Линь Чжэн кивнул и, сжимая в кулаке лакомство, поторопился исполнить поручение.
Едва он отвернулся, как в ближайшую урну полетел свежий фантик. Оператор, дергавшийся следом на благоразумном расстоянии, лишь тихонько хмыкнул.
Раз старший дал задание, Линь Чжэн послушно отправился выполнять. Отдёрнув занавеску импровизированной кухни, он поинтересовался:
— Сестра Вэйвэй, брат Лу Хэн, хотите по конфете?
— О, давай! А какие? — Ся Вэйвэй любопытно подскочила ближе, но, разглядев угощение, разочарованно скривилась: — Эх, а я-то надеялась, леденцы от горла... Немного першит. Раз обычные ириски, тогда не надо. Слишком приторные и молоком разит — не мой вкус.
Выпалив всё это на одном дыхании, она вдруг заметила за спиной парня объектив. Выражение её лица на мгновение окаменело, она едва не прикусила язык. Кое-как выдавив натянутую улыбку, Ся Вэйвэй аккуратно взяла конфетку двумя пальцами и смущённо переспросила:
—... Это ведь не спонсорская интеграция? Ты же не рекламу сейчас зачитывать собрался?
«Боже мой! Неужели на второй день съёмок я умудрилась обидеть инвесторов?!»
Будь это правда, она б умоляла монтажёров вырезать этот позорный дубль и дать ей переснять сцену! Она бы так расхвалила эту ириску — до небес! Выдала бы что-то вроде: «Шок! Отечественная конфета заставляет рыдать от восторга!» или «Покупайте только её, иначе какой из вас патриот!» — лишь бы не лишиться рекламных контрактов в будущем.
К счастью, Линь Чжэн тут же мотнул головой, и у неё отлегло от сердца.
— Брат Лу Хэн, а ты? Будешь? — Линь Чжэн протянул ему белоснежную, мягкую ладонь со сладостями.
Пока он говорил, за щекой у него перекатывался явный бугорок — ириска кочевала с левой стороны на правую и обратно. По всему видно, юноша уплетал её с превеликим удовольствием, словно невербально доказывая, насколько она вкусная.
Вопрос прозвучал вскользь, и никто не заметил, как дрогнул взгляд Лу Хэна.
Он перевёл взор с лица юноши на сладости в его руке. Протянув пальцы, Лу Хэн с трудом подавил крупную дрожь; собственное сердце бухало в ушах оглушительным молотом.
Никто не догадывался, что эти невзрачные конфеты мгновенно унесли его в прошлое — в сиротский приют.
Едва их пальцы соприкоснулись, воспоминания хлынули неудержимым потоком, затопив разум. То было скудное, нищее время, в котором лишь изредка проскальзывали капли сладости.
Приюту регулярно перепадала гуманитарная помощь: одежда, книги, иногда лакомства. Каждой конфетке дети радовались как величайшему сокровищу.
Картины прошлого путались. Вот кто-то гладит его по голове и ласково шепчет: «Сяо Хэн — хороший мальчик. Учись прилежно, а дядя будет часто тебя навещать».
Каждая встреча приносила ему пару ирисок. Он радостно улыбался, озаряя всё вокруг светлым счастьем, когда сладкий сок таял на языке.
А потом раздался голос директора: «Господин Цяо, вы уже решили, кого именно хотите усыновить?»
«Да. Оба мальчика замечательные: старший рассудительный, младший смышлёный, нам с женой оба по душе. Сперва мы опасались, что ребёнок испугается чужих людей, но теперь видим, как легко он идёт на контакт».
Запечатлелся и другой образ: маленькая фигурка в белоснежной кофточке проливает слёзы и умоляет: «Брат Лу Хэн, ты такой умный и послушный, все взрослые от тебя в восторге. Я не такой... Пожалуйста, уступи мне этот шанс! Мне так нравятся дядя Цяо с женой, я ужасно хочу стать их сыном!»
Просил его названый младший братишка — самый близкий человечек в приюте, которого Лу Хэн опекал с малых лет и с которым делил каждую конфету.
В памяти всплыл собственный беспомощный ответ: «Но мне тоже очень нравится дядя Цяо...» Ему до безумия нравилось тепло широкой ладони на голове, мягкая улыбка и ненавязчивые наставления.
«Но если ты уедешь, как же я?! Брат Лу Хэн, я не хочу с тобой расставаться!» — малыш карабкался к нему на колени, крупные слёзы градом капали из глаз, заставляя сердце Лу Хэна сжиматься от жалости. — «Откажись от дяди Цяо, скажи, что хочешь остаться со мной навсегда!»
«Хорошо», — отозвался тогда Лу Хэн. Из того дня он запомнил только эту фразу. Потом его сморил смутный сон. А когда он проснулся, листок календаря сменился дважды.
На воротах приюта красовался транспарант: «Поздравляем маленького Сяо Жаня с усыновлением господином Цяо! Желаем счастливого старта в новой семье!»
Директор хлопал в ладоши, дети невпопад подхватывали аплодисменты, недоумённо переглядываясь: «Значит, у Сяо Жаня теперь есть мама и папа?»
Кто-то из малышей, сося палец, наивно спросил: «А как же брат Лу Хэн? Сяо Жань его бросил?»
«Вот глупый! У него теперь настоящие родители есть, новая одежда и школа! Зачем ему какой-то брат!» — задиристо осадил его другой сирота.
Слушая эти детские пересуды, шестилетний Лу Хэн стоял как вкопанный, чувствуя, как внутри всё вымораживает пустота...
* * *
— Брат Лу Хэн, что с тобой? — Очнувшись от наваждения, Лу Хэн обнаружил, что Линь Чжэн стоит прямо перед ним и тревожно всматривается в его лицо.
Такое же обращение. Такая же смышлёность и обаяние.
Черты юноши находились совсем рядом: аккуратное, миловидное лицо с едва заметной детской припухлостью на щеках мгновенно вытеснило из памяти туманный образ давнего приютского мальчика.
«Такого сообразительного и славного ребёнка, как Линь Чжэн, подобная участь точно не постигла бы, — невольно подумал Лу Хэн. — Сам Киноимператор Дуань потакает любому его капризу. Нашлись бы в мире родители, способные выбросить такое сокровище? Даже окажись он волею судеб в приюте, очередь из желающих усыновить его растянулась бы на километры».
— Всё в порядке, — Лу Хэн выдавил улыбку. К счастью, кроме Линь Чжэна, его замешательства никто не заметил. Быстро проведя рукой по лицу, чтобы скрыть следы чувств, он пояснил: — Готовил тут, сок от перца случайно в глаз попал.
Он смахивал слёзы над «коронным блюдом», которое по правилам шоу обязан был приготовить каждый участник. Из-за элемента соперничества все стряпали втайне друг от друга. Впрочем, Линь Чжэн, заранее изучивший сценарий, и без того знал рецепт каждого наизусть.
— Понятно. Ну, не буду мешать, — он уже собрался уходить, но Лу Хэн окликнул его:
— Я как раз закончил. Не хочешь стать первым дегустатором?
— А? — юноша удивлённо распахнул глаза. — Я — первым?
Перед камерой он растерянно хлопнул густыми ресницами — движение вышло невероятно естественным и миловидным. Лу Хэн молча улыбнулся и протянул ему чистые палочки для еды. В его жесте проскользнула странная, едва уловимая робость.
— Погоди... Разве ты не должен был готовить курицу с песочным имбирём — любимое блюдо моего брата? — Линь Чжэн взял палочки и уже занёс их над блюдом, но, разглядев содержимое тарелки, обомлел.
Когда это сюжет успел завернуть не туда?! Почему он не в курсе?!