Наступили долгожданные выходные. Участники реалити-шоу подтягивали последние приготовления, но и за пределами съёмочной площадки кипела жизнь.
В одном из бюджетных учреждений сотрудники пахали без продыху несколько дней подряд. Пусть переработки и оплачивались, усталость накопилась дикая. Начальник — мужик добрый и отходчивый — видя, как вымотался коллектив, решил загладить вину и устроить в выходные тимбилдинг с поездкой на курорт Таоюань. Вдобавок разрешил каждому взять с собой по два родственника.
В общем чате «Вичата» всплыло сообщение.
Начальник: @Все_участники, друзья, спасибо вам за ударный труд! 👏🏼👏🏼👏🏼 Я вижу, как вы старались, поэтому в эти выходные отдохните как следует! Развейтесь, сбросьте накопившийся груз. Все, кто хочет поехать, пишите Сяо Яну @Янь Янян.
Сяо Ян: Поездка в деревню Таоюань — за счёт заведения! Билеты и проезд оплачивает организация. Каждому можно взять до двух членов семьи. Записываемся, не стесняемся! 🐥
Сяо Сунь: Принято, начальник.
Сяо Ли: Хорошо, начальник.
Сяо Чжао: Понял, начальник.
Строчка из «есть!» и «принято!» растянулась на весь экран, вот только реально записываться никто не спешил.
В другом чатике — куда не позвали ни начальника, ни Сяо Яна — энтузиазма не наблюдалось вовсе.
Сяо Сунь: Да я после этих авралов еле ноги таскаю, спина отваливается! И в такую жару начальник сватает нас в какую-то глушь «сбрасывать усталость»? [гифка: умираю на месте.jpg] Это же чистой воды каторга. А уж тащить туда семью... Жена с ребёнком меня засмеют.
Сяо Ли: Я в этой зоне отдыха Таоюань прошлым летом был с туром. Поглазел на горы, пощёлкал бамбук с цветочками — и назад. Захолустье унылое! Днём крутят спектакль с какими-то заборными статистами, вечером — костёр, вокруг которого все водят хороводы, как дурачки. У меня от испанского стыда пальцы на ногах сводило! В этом году точно пас.
Сяо Чжао:...
Сяо Ли: Чжао, ты чего молчишь?
Сяо Чжао: Да вот уточняю у девушки и её мамы, поедут ли.
Сяо Сунь: (в шоке) Серьёзно?! Ещё и тёщу прихватишь? Мы же пахали без продыху! Разве не кайф завалиться на диван, включить кондей и зарыться в телефон?
Сяо Чжао: (хладнокровно) Если дают халяву — надо брать. Халява лишней не бывает.
Сяо Сунь:... А ведь аргумент.
Сяо Ли:... Даже возразить нечего.
Сяо Цянь: (тихонько подаёт голос) Вы просто не в курсе. Каждые корпоративные покатушки за счёт фирмы — будь то Санья или захудалая деревня — брат Чжао со своей пассией не пропускают принципиально.
В общем, вся четвёрка — Чжао, Цянь, Сунь и Ли — дружно отправилась сдаваться Сяо Яну.
Субботнее утро выдалось погожим, без изнуряющего зноя.
Около полутора десятков сотрудников вместе со своими семействами загрузились в экскурсионный автобус. Что характерно, начальника, который божился делить с коллективом любые невзгоды при любой погоде, среди них не оказалось. Видимо, прохлада родного кондиционера перевесила тёплые чувства к подчинённым.
Организатором и гидом выступал Сяо Ян. В панамке, солнцезащитной ветровке и с флажком на груди он выглядел весьма представительно. Едва войдя в салон, парень тут же уткнулся в телефон.
— И чего опять он рулит? — кто-то скривился и принялся припоминать старые грешки. — В прошлый раз устроил нам ралли на выживание, едва в кювет не ухнули.
— Эх, да ты матчасть не знаешь! У него же родня в этой деревне Таоюань. Дядька вроде держит агроусадьбу. Сяо Ян всех туда сватает — мол, экономия бюджету, а сам по-тихому откаты гребёт.
— Ну и фу-у, мерзость какая.
Сяо Ян как раз завершил вызов. Обладая чутким слухом, он прекрасно уловил сплетни коллег, но лишь загадочно улыбнулся:
— Вы обо мне предвзятого мнения! К дяде я вас везти не собирался, забронировал совсем другое место. В этот раз попробуем новинку — а вдруг вас ждёт приятный сюрприз?
«Ага, так мы и поверили».
Обойдёмся без мучений — и то за счастье, какие уж тут сюрпризы. Коллеги дружно проигнорировали разглагольствования гида и уставились в экраны: кто листал ленту, кто залипал в головоломки.
Сяо Ян лишь усмехнулся. Вообще-то он звонил дяде, но выяснилось, что группа вымахала слишком большой. С чего вдруг вечные оппоненты — Чжао, Цянь, Сунь и Ли — решили одуматься и приволокли с собой тёщ, девушек и парней, парень понятия не имел. Народу набралось ощутимо больше, чем планировалось.
У дяди в усадьбе и без того всё было забито, такую орду не поместить. Если только эти гордые, как петухи, коллеги не согласятся усадить своих матушек и невест за столы прямо на обочине пыльной дороги. Но это вряд ли, так что куш достанется кому-то другому.
Вздохнув, Сяо Ян перебрал пачку рекламных буклетов, раздумывая, какому счастливичку перепадёт заказ. Лучше выбрать кого-то неизвестного, чтобы не создавать конкуренцию дядиному бизнесу.
Вчера Линь Чжэн — тот самый «счастливчик» — лёг рано, а потому поднялся раньше всех остальных участников передачи. И тут же удостоился звонка с нежданной манной небесной.
— Простите, не ослышался? Сколько у вас человек?
Юноша стоял в пижаме и домашних тапочках, с немного растрёпанными волосами. На камере было видно, как он недоверчиво похлопал ресницами.
Сяо Ян стоял в начале салона и пересчитывал по головам:
— Тридцать девять... ой, сорок! — Едва не забыл про себя. — У вас хватит посадочных мест? Рассадите столько народа?
— Рас... рассадим, — Линь Чжэн обернулся, окидывая взглядом столы и скамьи в заведении.
Он-то опасался, что в день открытия у соседей будет не протолкнуться, а к ним и пара человек не заглянет, а тут сразу эдакий подарок судьбы!
Вот уж воистину: «Кто рано встаёт, тому Бог подаёт»! Народные мудрости не врут!
Услышав радостное заверение Линь Чжэна, да ещё со слегка дрожащими от восторга нотками в голосе, Сяо Ян заподозрил неладное. «Это что ещё за забегаловка третьей категории? Только открылись и клиентов отродясь не видели, раз от сорока человек у них дух захватывает?»
Парня уже подмывало дать задний ход, но Линь Чжэн держался невероятно обходительно, взахлёб рассказывая о здешних развлечениях и угощениях. К тому же из салона на гида со скепсисом косились десятки пар глаз, так что деваться было некуда — пришлось соглашаться.
На том и порешили.
Линь Чжэн со степенным видом повесил трубку, но, едва отключив связь, с радостным воплем бросился созывать остальную команду. Мужчины с улыбками взъерошили ему шевелюру, нахваливая за оперативность, а дамы, прознав о скором прибытии гостей, придали наведению марафета максимальное ускорение.
До курортной зоны Таоюань путь лежал неблизкий. Автобус отбыл спозаранку, но к полудню так и не добрался до цели. В салоне то и дело вспыхивал ропот — на сей раз возмущались родственники:
— Сынок, маму уже два часа трясёт, сил никаких нет! Скоро мы там?
— Пап, я кушать хочу... И в туалет!
— Мне солнце прямо в глаза светит! Поменяй меня с кем-нибудь местами, а не то я прямо сейчас выйду!
Всё то же нытьё, что выдавали участники шоу в свою первую поездку, накрыло и обычных экскурсантов. Вот только звёзды сдерживались из-за камер, а у простых людей тормозов не имелось: одни жаловались на духоту и усталость, другие требовали остановку, где-то заходился плачем ребёнок, а кто-то и вовсе перешёл на повышенные тона.
Красочный буклет с обещаниями «пасторальной идиллии, бескрайних цветочных полей, чистейших водоёмов и целебных термальных источников» давным-давно измяли и порвали. Измученные жаждой, голодом и укачиванием люди буквально закипали от раздражения.
Сяо Яна терзала тревога. Поняв, что хозяева усадьбы вышлют встречать гостей своего человека, он опасался: если тот сплошает, вся эта буря гнева обрушится прямо на него.
Но Линь Чжэн подготовился на славу.
В полдень, миновав череду возделанных полей, экскурсионный автобус с грехом пополам дополз до пункта назначения, затерянного вдали от городской суеты.
— Слава те господи, приехали!
Пассажиры гурьбой повалили из салона — и застыли как вкопанные.
Перед ними раскинулось бескрайнее море цветов. Оно не было монотонно-розовым или фиолетовым: буйство пёстрых, ослепительных красок сливалось с узором деревенских домиков, рассеянных по склонам живописного ущелья. Пейзаж казался сошедшим с полотна художника — чарующий, сказочный, дарящий мгновенное умиротворение.
Усталость как рукой сняло.
Уезд Таоюань — воистину персиковый край, оправдывающий своё поэтичное название.
Восхитительный вид мгновенно рассеял недавнее недовольство. А на фоне цветочного океана стоял встречающий — парень с лучезарной улыбкой махал им рукой.
Судя по стройной фигуре, перед ними стоял совсем юноша лет шестнадцати-семнадцати. Но по мере того как он приближался, у туристов перехватило дыхание.
Юноша был невиданно хорош собой: точёные черты, яркие губы, белоснежные зубы, а стоит ему улыбнуться — на щеках прорисовываются аккуратные ямочки. Роскошный цветущий луг за его спиной вмиг поблёк, превратившись лишь в неброский фон. Внешность парня превосходила даже эффектный глянец экранных идолов, так что даже самые скромные из прибывших засмотрелись на него без стеснения.
Тем более что за ним шествовала целая свита: пара внушительных чёрных видеокамер и куча персонала. Едва объективы нацелились на толпу, люди обомлели. Смущение, испуг, сумятица — неужто они угодили на съёмки какого-то кино?
Где уж тут возмущаться или срывать злобу на встречающем! О прежних обидах все забыли в ту же секунду.