— Учитель Дуань, брат Чжэн, вы правда не хотите посмотреть, как там у остальных с игрой? — оператор высунулся из-за камеры.
— Не-а, вообще не охота, — отмахнулся Ни Чжэн.
Он валялся на кровати с телефоном, уткнувшись лицом в подушку, босой и закинув ногу на ногу.
Нечего и гадать, во что превратилась игра в Туристическом бюро после их ухода. Звучит, пожалуй, бессовестно, но то, что оборотни убрали его в первую же ночь, а ведьма не стала тратить зелье и дала спокойно выбыть, оказалось настоящим подарком. Пусть эфирного времени поубавилось, зато появилось время сбежать в комнату и перевести дух. За весь этот день, полный суеты и беготни, Ни Чжэн вымотался до предела.
Знаменитости привыкли к бешеному темпу и бешеным нагрузкам: спать по четыре-пять часов в сутки между съёмками для них дело обыденное. Даже самый хрупкий с виду Лу Хэн под одеждой прятал стальной пресс — ради дебюта он пахал в танцевальном зале по пятьсот с лишним часов в год.
И лишь один Ни Чжэн в этой компании не имел никакого отношения к шоу-бизнесу. Неженка и разгильдяй, не способный ни мешок поднять, ни гвоздь забить. Задери ему футболку — и вместо подтянутых кубиков увидишь нежный, мягкий животик.
Ни Чжэн сладко зевнул. На кончиках ресниц выступили капельки слёз.
Он и не подозревал, насколько жалок и мил в этот момент. Смятый, вялый, он точь-в-точь походил на дворового щенка, что свернулся калачиком у плетня. Режиссёр трансляции даже не удержался: вывел на экран коллаж, чтобы сравнить их.
Ни Чжэн обессиленно уткнулся носом в подушку, и щенок на соседнем кадре с таким же унылым видом сдулся, безвольно уронив хвост. Сходство вышло поразительное, процентов под девяносто!
Зрители и съёмочная группа покатывались со смеху.
Глядя на эту картину, Дуань Шуань невольно подошёл к кровати и взъерошил мягкую шевелюру:
— Совсем выдохся? Держишься ещё?
Усталость юноши его не удивила. Напротив, Дуань Шуань ждал, что избалованный мальчишка сдуется в первый же день, а едва начнётся съёмка — устроит истерику и подарит хейтерам тонны материала для мемов.
Однако Ни Чжэн держался неожиданно достойно. Более того — его поведение превзошло все ожидания.
Перед камерами он преображался: сиял, улыбался так лучезарно, что даже самые заядлые хейтеры на мгновение сомневались в своей ненависти. Пусть Ни Чжэн не умел ни петь, ни играть, в нём горела та самая искра, что притягивает миллионы. Неудивительно, что режиссёр так его выделял.
Конечно, завалиться спать, пока старшие ещё заняты, выглядело не слишком вежливо. Но если бы Ни Чжэн признался, что больше не может, Дуань Шуань с лёгкостью плевал бы на любые приличия.
— Да нормально всё, — пробормотал Ни Чжэн. — Просто спать страшно хочется.
— Попаришь ноги — и ляжешь, — не терпящим возражений тоном отрезал Дуань Шуань. Затем он повернулся к Цзян Нину и негромко произнёс: — А-Чжэн устал.
От такого тона Цзян Нин скривился. В душе закипели проклятия, но спорить он не стал — отправился в соседний дом выпрашивать тазы и горячую воду.
Дуань Шуань был его главной курицей, несущей золотые яйца. Дорогой наглядный предмет его менеджерской гордости, найденный ещё в бытность скаутом. Цзян Нин до сих пор помнил тот день: юный Дуань Шуань в школьной форме проходил мимо, небрежно накинув ремень рюкзака на одно плечо. Холодный, отстранённый, чертовски красивый.
Даже через медицинскую маску Цзян Нин разглядел точёный прямой профиль, глубокий взгляд чистых глаз и небрежно рассыпавшиеся по лбу пряди. Повинуясь профессиональному чутью, он, точно маньяк, увязался за подростком.
А когда мальчишка наконец сдёрнул маску... У Цзян Нина перехватило дыхание. Чутьё не подвело.
«Этот парень взорвёт индустрию», — первой же мыслью вспыхнуло в голове.
«Отдать его кому-то другому? Да ни за что на свете!» — второй.
Время показало, что он не ошибся. Цзян Нин вложил в Дуань Шуаня всю душу, шлифуя его, точно редчайший алмаз: правя осанку, подачу, убирая шероховатости. И когда его подопечный засиял на самых престижных площадках страны, чувство гордости переполнило менеджера до краёв.
Дуань Шуань стал его шедевром.
Особенно радовало то, что, обладая магнетизмом, способным свести с ума хоть мужчину, хоть женщину, артист оставался абсолютно равнодушен к флирту. Никаких скандалов, никаких интрижек с коллегами — только работа.
Довольный Цзян Нин не упускал случая похвастаться этим на встречах с коллегами, нахваливая святую целомудренность и невероятный трудоголизм своего подопечного.
Те лишь скептически качали головами да покручивали палочками в тарелках:
— Да ладно тебе. Либо он крутит тайный роман у тебя за спиной, либо у парня проблемы. Если взрослый мужик вообще не смотрит на женщин, он либо импотент, либо с приветом.
Цзян Нин тогда лишь отмахивался со смехом.
Тогда он ещё не понимал, почему Дуань Шуань рвёт жилы, зарабатывая деньги с такой фанатичной скоростью. Лишь позже до Цзян Нина дошло: можно исправить походку, мимику, жесты, но невидимые раны в душе артиста не исцелить. И его семейный ад — тоже. Ни Чжэн постоянно требовал денег и связей, Линь Мэйлун торговала тайнами старшего сына направо и налево, а все девушки, с которыми его пытались познакомить, появлялись исключительно с подачи этой пронырливой паскуды. Откуда тут взяться обустроенной личной жизни?
Но больше всего менеджера сбивало с толку другое: он три года умолял Дуань Шуаня порвать все связи с этой семейкой — бесполезно. А тут явился Ни Чжэн, провёл с братом пару дней — и всё пошло под откос. Что это? Зов крови или ушлые родственнички плетут столь изощрённые сети? Цзян Нин уже сам не знал, что и думать.
Тяжело вздохнув, Цзян Нин расставил добытые тазы, заполнил их парящим кипятком и с напускным ворчанием скомандовал:
— Давайте, сиятельства, парьте кости. Горячая вода всю усталость как рукой снимет.
Себе он тоже отлил кайфа.
Услышав приглашение, Ни Чжэн мгновенно оживился и соскочил с кровати. Возиться с ногами ему, конечно, лень, но раз уж всё принесли и подали — грех отказываться. Он даже принялся с интересом разглядывать тазы, выбирая самый симпатичный.
Все три сосуда оказались классическими деревенскими эмалированными тазами ярко-красного цвета. На дне первого порхали бабочки над пышными пионами; на втором плескались уточки-мандаринки в окружении всё тех же цветов; третий украшала композиция из арахиса и сушёного лонгана с пожеланием скорейшего рождения сыновей. Объединял их огромный золочённый иероглиф «Двойное счастье» посередине — один нелепее другого.
На лице Ни Чжэна отпечаталась крайняя степень отвращения. Таз с уточками он великодушно уступил Дуань Шуаню, «многодетный» спихнул Цзян Нину, а себе заграбастал самый нейтральный, с бабочками.
Глядя, как белоснежные ступни юноши погружаются в воду, Дуань Шуань ухмыльнулся:
— Смотрите-ка, какая принцесса. А ведь в детстве ты в точно таком же тазу купался, сам себе из ковшика поливал.
При этих словах присутствующие невольно вообразили пухлого, белокожего кроху Линь Чжэна, который с голой попой сидит в подобном тазике и плещется водой. Вышло до невозможности мило.
— Да ну, не помню такого! — смущённо буркнул Ни Чжэн.
Чтобы скрыть неловкость, он уткнулся в телефон. Оператор, стоявший за его спиной, зафиксировал, как ловкие пальцы юноши привычно кликнули по иконке и запустили мобильную онлайн-игру.
Для современной молодёжи дело привычное — уйти с головой в виртуальный мир. Однако душевный разговор заглох, а показывать в прямом эфире крупные планы трёх пар волосатых и не очень ног оператору явно не улыбалось.
Получив инструкцию через наушник, оператор строгим голосом чеканно произнёс:
— Ни Чжэн, ты уставился в экран, бросив брата и менеджера. Тебе самому-то не кажется, что это некрасиво?
На самом деле режиссёр в гарнитуре высказался куда жёстче: пусть этот паршивец немедленно выключит игру! Он хоть и официальное лицо бренда, но разработчики игры ХХХ не заплатили шоу ни юаня за скрытую рекламу!
Вообще-то замечание справедливо. Хотя Ни Чжэн планировал совершенно обратное — обелить свою репутацию.
Поразмыслив секунду, Ни Чжэн с готовой улыбкой выпалил:
— Пардон, пацаны, забил на вас! А ну-ка быстро заходите в сеть, срубимся вместе! Я вас затащу, затащу катку!
Оператор опешил. Он разве это имел в виду?!
Впрочем, о каком «затащу» могла идти речь, если Линь Чжэн играл как абсолютный рак — в точности так, как сливали игровое сообщество и паблики. Месяц назад скрины его позорнейшей статистики утекли в сеть. Судя по всему, кто-то из его же списка друзей сделал скриншоты профиля и продал за копейки новостным блогерам.
Максимальное время выживания — восемь минут, среднее — жалкие две. Он дох почти сразу после десанта, а статистика убийств вызывала слёзы даже у школьников.
«Ну вы поглядите, каков рак. Вот она, раковая опухоль киберспорта!» — глумились паблики, и Ни Чжэна ещё долго песочили в трендах.
Цзян Нин даже восхитился дерзостью парня. Имея такое днищенское мастерство, втягивать их в матч! Замысел Ни Чжэна лежал на поверхности, но обелять себя таким способом? Надеется, что геймеры простят ему криворукость ради авторитета Дуань Шуаня? Наивный.
В итоге команда из одного нуба, двух свежезарегистрированных пустышек и одного несчастного случайного игрока, попавшего к ним через автоподбор, задесантировалась на карту. Насмерть перепуганное трио тут же срисовало припаркованую на обочине машину.
К этому моменту они уже раза три благополучно слили катку. Причём тот, кто обещал всех тащить, отлетал первым.
На этот раз Ни Чжэн оперативно сменил пластинку:
— К чему эта жестокость и кровопролитие? Брат, я устрою вам незабываемую автопрогулку! Едем на романтический пляж!
Дуань Шуань усмехнулся:
— В этой игре можно кататься?
— Ещё как! — Ни Чжэн кивнул с самым деловым видом. — Брат, садись на переднее, Цзян-гэ — назад. Я водила со стажем, доверьтесь мне!
С этими словами он запрыгнул за руль.
Цзян Нин на свою беду снова поверил этому горе-гонщику. С ужасом он наблюдал, как Линь Чжэн выжимает газ на новеньком «Мазерати», еле-еле тащится вперёд, слетает в кювет, сдаёт назад и впечатывается в ближайшую стену. Раз за разом, точно озабоченный баран.
Тут уж не до пляжа — выбраться бы из канавы живыми.
* * *
В конце концов у четвёртого игрока сдали нервы. В голосовом чате раздался детский тонкий голосок мальчика, у которого даже ломка голоса ещё не началась:
— Слышь, ты на «Мазерати» катаешься, а водить вообще не умеешь! Ну и днище!
Оба взрослых опешили. Они-то свои микрофоны выключили!
А Ни Чжэн без тени смущения выдал:
— Скилл не пропьёшь, зато донат решает!
Обычные игроки бегали в стандартных обносках, а у него гардероб трещал по швам: сверхредкие камуфляжи — пустынный, морской, городской; плащи с капюшонами, алые шарфы, да ещё и целый гараж эксклюзивных тачек.
Стоило юноше блеснуть неограниченным бюджетом, как школьник моментально сдулся. Поражённый масштабом мажорства, пацан спросил:
— Ты в каком классе?
— Сначала ты скажи! — задорно откликнулся Ни Чжэн.
— В пятом, — буркнул школьник. — А ты? Старый уже, да? И играешь хуже пятиклассника?
Ни Чжэн без зазрения совести включил режим «малолетки»::
— Вовсе нет! Я в четвёртом!
Школьник подозрительно попрыгал вокруг его персонажа:
— А эти двое с тобой кто?
— А, эти? Один в третьем классе, другой во втором. Мы все младше тебя, так что сливать тебе — вообще не зазорно!
Дуань Шуань: «...»
Цзян Нин: «...»
Лесть Ни Чжэна попала точно в цель: малолетний лидер гордо фыркнул в микрофон:
— Ладно, держаться за мной! Я жесткий пацан, затащу вас в топ! У меня ещё час пятьдесят минут есть.
— Вот это совпадение! — обрадовался Ни Чжэн. — У меня ровно столько же!
Вот он — его хитроумный план по обелению репутации! Жаль только, присутствующие взрослые ничего не поняли. Эх, не лёгкая это доля — корчить из себя нуба. Но раз уж скилла нет, приходится выживать.
В последующий час пятиклассник-киберкотлета самоотверженно тащил трёх безнадёжных раков к победе. Как бы они ни косячили и ни подставлялись, мальчишка рисковал жизнью, прикрывая их от пуль и делясь топовым лутом. Уровень защиты — сто из ста.
Цзян Нин, которого под огнём поднимали уже раз пять, мысленно признался: будь спаситель постарше, у него бы сердце ёкнуло.
Чат трансляции буквально взрывался от хохота:
«Чёрт, я совсем забыл, что Ни Чжэн ещё школьник! Ему по закону больше двух часов в день играть нельзя! Неудивительно, что он так ракует, хотя прогрессирует быстро. Ладно, беру свои слова назад!»
«Система жестко сработала... Нам, пердунам с суточным онлайном, должно быть стыдно наезжать на ребёнка!»
«И всё равно этот пиздюк, играя по два часа в день, тащит лучше, чем я за пять лет!»
Но не успели зрители до слёз отсмеяться, как «четвероклассник» Линь Чжэн и его малолетний покровитель внезапно испарились из игры. Все обомлели.
Оказалось, у обоих сработала система защиты от игровой зависимости для несовершеннолетних — время вышло, и сервер беспощадно выбросил их в оффлайн.
Вылетев из игры, Ни Чжэн тут же заглянул в соцсети оценить обстановку. Волна хейта заметно утихла. Что ж, он сделал всё, что мог, переведя стрелки единственно доступным способом: да, он рак, но у него есть железное уважительное обстоятельство, а в остальном виновата система!