Время уплывало бесшумно и размеренно, словно вода в тихой реке.
Школьники и студенты ещё вкушали прелести каникул, растянувшихся почти на полтора месяца, и сладко спали до полудня. Зато «офисный планктон» был вынужден вставать до рассвета и спозаранку отправляться на работу.
На улице ещё стояла непроглядная тепень, и лишь в единичных окнах жилого комплекса горел свет, когда Дуань Чжэн уже накинул пальто, собираясь бежать на метро.
Услышав шорох в гостиной, Дуань Иэнь открыл дверь спальни. Взъерошенный, со спутанными тёмными волосами, он застыл на пороге. Взгляд его сонно слипающихся глаз на мгновение прояснился, едва он увидел Дуань Чжэна, одетого с безупречным вкусом, словно модель перед выходом на подиум. Затем юноша мазнул взглядом по кухне, где не наблюдалось и намёка на готовку, и пробормотал:
— Ты уже уходишь? Давай я хоть яичницу пожарю, поешь перед дорогой.
Торопливо пробормотав это, он в шлёпанцах пошагал к холодильнику. Запустив пальцы в лоток с яйцами, он принялся выбирать самое крупное.
— Не стоит, я задержусь, — отказался Дуань Чжэн.
Дуань Иэнь окончательно стряхнул остатки сна и взглянул на экран телефона. Время — ровно шесть утра. Полный абсурд.
Насупившись, он забыл об эстетическом подборе яиц:
— Подожди пару минут, это же быстро!
Он с болью вспомнил, как все новогодние праздники Дуань Чжэн допоздна засиживался за стареньким ноутбуком, вырисовывая эскизы. А теперь, даже не позавтракав, снова куда-то мчится. Юноша не знал, действительно ли мир взрослых настолько суров или в компании Дуань Чжэна просто беспощадно выжимают из сотрудников все соки.
— Правда не надо, ещё слишком рано. Спи дальше, малыш, — Дуань Чжэн улыбнулся и ласково взъерошил ему вихры. Юноша привычно и упрямо увернулся.
— Тогда завтра я встану в шесть и приготовлю тебе завтрак! И попробуй только не съесть! — с юношеским упрямством заявил задира.
Он прекрасно понимал, какой груз ответственности лежит на плечах Дуань Чжэна, зарабатывающего на жизнь их маленькой семьи, и знал, что тот не может позволить себе каприза просто так взять и уволиться. Но с каждым днём в нём всё сильнее зрело желание помогать — делать для него хоть что-то, кроме хороших оценок в аттестате.
— Договорились, — тихо усмехнулся Дуань Чжэн, звякнул связкой ключей и вышел за дверь.
* * *
В вагоне метро было многолюдно. В основном вокруг стояли или сидели вялые, не успевшие переключиться с праздничного отдыха офисные работяги; кто-то дремал, прислонившись к поручню, кто-то пытался взбодриться, листая ленту в телефоне.
Дуань Чжэн чуть прищурился.
Благодаря упорному труду за последние полгода ему удалось скопить приличную сумму. На мгновение в его натуре, по своей сути довольно беспечной, вспыхнуло желание бросить всё прямо сейчас. Окончательное решение об уходе уже было принято, однако в текущий проект он вложил слишком много сил и бессонных ночей. Нужно довести дело до конца, а уж потом уходить.
Этой дорогой до офиса он ходил без малого восемь месяцев, и всё обходилось без происшествий. Однако сегодня чуть не случилась беда: чёрный «Порше» на полной скорости едва не сбил его, затормозив в самый последний момент буквально в миллиметре от его ног.
Водитель за рулём смертельно побледнел. В его испуганных глазах читался ужас, а взгляд постоянно косился на зеркало заднего вида.
Дуань Чжэн же остался совершенно спокоен. Он даже не вздрогнул. Отряхнув невидимую пыль с брюк, он кивнул водителю:
— Всё в порядке, не переживайте. Я цел.
Бросив эту фразу, он развернулся и направился к лифтам.
Кабина лифта, как обычно, была забита до отказа, но он успел прошмыгнуть до того, как сработал датчик перегруза.
Едва двери затворились, кто-то ехидно подмигнул коллеге:
— Погляди-ка, как праздники прошли! Животик-то прилично отрос, ремень ещё сходится?
— Ой, молчи! Пришлось пару новых дырок проковырять. Каждый день у родителей жирное да мясное — как тут не растолстеть?
Другой голос прозвучал куда более мрачно:
— А вы слышали? За праздники нашу контору перекупила корпорация «Цзянши». Нас присоединили к одной из их дочерних компаний и даже название сменили. Сегодня приедет целая делегация экспертов — проводить инвентаризацию и принимать дела.
— Разве это не к лучшему? За спиной такого гиганта и дышится спокойнее, — обнадёжился кто-то из тех, кто давно порывался сменить работу.
Фирма у них была мелкая, зарплаты — скромные, да ещё и кумовство процветало на каждом шагу. Попасть под крыло «Цзянши» казалось едва ли не манной небесной.
— Какое к лучшему! Сокращения будут! — осадил его осведомлённый коллега. — Руководство уже в рабочей группе рассылку сделало.
«Цзянши» — крупнейший холдинг, куда мечтает устроиться половина специалистов города. Покупка мелкой фирмачки для них — лишь элемент коммерческой рокировки. У них собственных высококлассных кадров пруд пруди, с какой стати им содержать бесполезный балласт и выплачивать жалование неэффективным сотрудникам?
Волна увольнений была неизбежна.
Получить подобные новости сразу после каникул — удовольствие сомнительное. В кабине мгновенно повисла тягостная тишина: каждый забеспокоился о собственной судьбе.
Дуань Чжэн достал телефон и заглянул в чат отдела. Сообщений пока не было, но за этой тишиной отчётливо ощущалось затишье перед бурей. В компании он отвечал за линейку молодёжной одежды. Хоть из него и выжимали все соки, буквально перед Новым годом начальник возил его с инспекцией по швейным фабрикам на юге, так что избавиться от него прямо сейчас вряд ли посмеют.
Впрочем, то, что он привык носить маску мягкого и уступчивого человека, вовсе не означало, что им можно безнаказанно вытирать ноги. Если они осмелятся его уволить, он в ту же секунду уничтожит все зашифрованные эскизы до единого.
К счастью, события развивались не по худшему сценарию. Нескольких «блатников» вызвали на ковёр, и вскоре они с перекошенными от злости лицами покидали офис, таща в руках коробки с личными вещами. Сделка купли-продажи произошла так стремительно, что многие даже не успели разослать резюме.
Заметив, что вокруг него освободилось сразу несколько рабочих столов, Дуань Чжэн всё понял. Он включил компьютер и собрался приступить к работе, как вдруг получил приглашение зайти в отдел кадров.
Едва он переступил порог, менеджер по персоналу состряпал сочувственную мину:
— Сяо Дуань, ты проработал у нас не так уж мало, и мы очень ценим твой вклад. Мы рассмотрели твоё концептуальное предложение... Знаешь, ему немного не хватает глубины. Надо бы ещё доработать, довести до ума. Потенциал у тебя, безусловно, есть, и наша фирма никогда не обижает талантливую молодёжь. Однако сейчас мы столкнулись с определёнными трудностями и вынуждены...
Закончить ему не дал внезапный звонок. Менеджер с раздражением схватил трубку, проухал что-то в ответ, и выражение его лица мгновенно преобразилось. Откинув прежний покровительственный тон, он лебезящим голосом произнёс:
— Сяо Дуань, тебя срочно вызывает к себе генеральный директор Луо.
Дуань Чжэн лишь слегка повёл бровью.
Генеральный директор Луо был высшим руководителем компании и не являлся его непосредственным начальником. Когда Дуань Чжэн вошёл в кабинет, генеральный встретил его с почтительной пылкостью:
— Сяо Дуань! Я изучил твою праздничную наработку — это просто великолепно! Потрясающая работа, именно в этом направлении и будем двигаться!
Ни слова об увольнении или финансовых сложностях. С лёгкостью перечеркнув всё, что только что пел кадровик, директор перешёл на непринуждённый тон, а затем указал на мужчину лет тридцати пяти, сидевшего неподалёку:
— Сяо Дуань, знакомься, это наш новый сотрудник — Цзян Юй. Он пробудет у нас несколько дней. Ты у нас специалист бывалый, прекрасно знаешь всю специфику отдела, так что позаботься о нём эти дни, введи в курс дела, так сказать...
Подвох был очевиден: Дуань Чжэну предлагали стать нянькой для очередного «папенькиного сынка», свалившегося неизвестно откуда, да ещё и поделиться с ним авторством проекта. Мужчина выглядел ухоженным и подтянутым, едва ли старше тридцати с небольшим, хотя в жизни встречались и тридцатилетние богатеи, наматывающие стаж на рядовых должностях.
Будь на месте Дуань Чжэна кто другой, он бы наверняка вспылил и нашёл сотню предлогов отказаться.
Однако, вглядевшись в лицо «новичка», Дуань Чжэн на мгновение лишился дара речи. В этот самый миг он понял: завтра утром он с чистой совестью подаст заявление по собственному желанию.
В кабинете генерального вовсю жарил обогреватель, а в воздухе висел густой, приторный аромат импортного парфюма.
Заметив промедление подчинённого, директор засуетился:
— Ну что ты замер, Сяо Дуань? Соглашайся скорее! Помочь младшему коллеге — это же отличная возможность обменяться опытом. Вы ведь почти ровесники, сработаетесь, подружитесь!
Дуань Чжэну ничего не оставалось, кроме как кивнуть.
Раз уж директор сам назвал этого человека «младшим коллегой», Дуань Чжэн не намеревался стесняться. Он подвёл мужчину к соседнему столу и без лишних реверансов вывалил на него часть рутинных задач. К его удивлению, тот даже не поморщился. В своём безупречно сшитом костюме он держался с такой естественной величавостью, что выглядел куда более внушительно, чем сам генеральный директор.
К девяти утра неевший с вечера Дуань Чжэн почувствовал тупую боль в желудке. Сморщившись от дискомфорта, он поднялся и пошёл в чайную комнату налить горячей воды.
Там уже шушукались молодые сотрудницы:
— Слышали? Этот новый — то ли представитель от Хуаньюй, готовый передать дела нашей компании, то ли сам наследник холдинга, приехал с инспекцией. До чего ж хорош собой!
— А вы заметили? Обручального кольца на пальце нет! Он что, свободен? Или в разводе?
Независимо от возраста, богатые и статные мужчины всегда привлекают повышенное внимание. Очевидно, статус «новичка» ни для кого не был секретом. Те, кому удалось избежать сокращения, уже прикидывали, как выстроить отношения с новым боссом в ближайшие недели.
Дуань Чжэн со спокойным видом отпил из кружки.
Вернувшись за рабочий стол, он столкнулся со внимательным взглядом Цзян Юя:
— О чём так оживлённо беседуют девицы в чайной? Моя персона их случайно не заинтересовала?
Организация работы в этой фирме хромала на обе ноги: пока Дуань Чжэн вкалывал без продыху, другие могли часами просиживать в зоне отдыха.
Дуань Чжэн мягко улыбнулся:
— О вас ни слова. Обсуждали президента корпорации «Цзянши». Мы ведь теперь их часть, вот народ и волнуется.
В глубине глаз Цзян Юя мелькнул сдержанный огонёк:
— Вот как? И что же именно о нём говорят?
— Да так... Поговаривают, что он ужасный самодур, скупает мелкие компании ради забавы и пускает людей по миру. Ещё говорят, что хоть он и из высшего общества, а имя его то и дело мелькает в жёлтой прессе рядом с актрисами. Мол, денег куча, а характер паршивый. Да ещё и с собственным сыном совладать не может — тот от него каждый день из дома сбегает...
С каждым новым словом выражение лица мужчины менялось, точно в калейдоскопе, переливаясь всеми оттенками изумления и досады. Однако спустя мгновение его поджатые губы тронула едва заметная усмешка:
— Забавно. А ты действительно любопытен. Неудивительно, что мой сорванец так к тебе привязался.
«Ну надо же, строгий папаша всё-таки выследил меня», — мысленно вздохнул Дуань Чжэн. Ещё бы: когда несовершеннолетний наследник целыми днями пропадает в квартире постороннего мужчины, любой родитель забьёт тревогу. Похоже, господин Цзян сочтёл его предприимчивым проходимцем, совращающим юного богатея. Тем более что Цзян Ханъин даже не пытался скрывать свои визиты.
Дуань Чжэн вспомнил подозрительный «Порше» возле офиса. Всё сходилось.
Его слова про сплетни были чистейшим экспромтом, но какая разница? Даже если они не поругаются сейчас, когда всплывёт правда о подмене детей, вражды всё равно не избежать. Бедность не порок, но то, что истинный наследник рос в убогих условиях и превратился в озлобленного подростка — прямая вина прежнего владельца этого тела.
Дуань Чжэн не колеблясь подписал заявление об увольнении и покинул здание.
* * *
— Ты почему так рано? — удивлению Дуань Иэня не было предела, когда в три часа дня в дверях защёлкал замок. Радость на его лице смешалась с растерянностью.
Он выскочил в прихожую и замер. Дуань Чжэн разувался, а у его ног стояла большая картонная коробка с канцелярскими принадлежностями и любимым суккулентом в горшке.
Всё это слишком сильно напоминало сцены увольнения из драматических сериалов.
— Эх... — тяжко вздохнул Дуань Чжэн.
Пройдя в спальню, он включил ноутбук, отыскал папку с эскизами и без колебаний отправил все файлы в корзину, а затем очистил её.
Дуань Иэнь, наблюдавший за этим, опешил, а потом испуганно выкрикнул:
— Зачем?! Зачем ты их удаляешь?! Ты же всю прошлую неделю над ними ночами сидел!
Юноша так надеялся, что когда-нибудь увидит спортивную одежду, сшитую по рисункам Дуань Чжэна. Раньше он совсем не разбирался в сочетаниях цветов, но, наблюдая за работой мужчины, постепенно научился видеть красоту. Модели этой марки всегда казались ему скучными и мрачными, а рисунки Дуань Чжэна буквально дышали жизнью благодаря смелым, ярким краскам. Даже такой придирчивый подросток, как он, с восторгом представлял, как надел бы такую вещь.
И теперь он своими глазами наблюдал, как Дуань Чжэн стирает файл за файлом. Глаза юноши мгновенно налились слезами. Он попытался оттолкнуть руку мужчины от клавиатуры, но было поздно — папка пуста.
— Зачем ты это сделал?! Это же была твоя мечта! — упрямо допытывался подросток, но Дуань Чжэн молчал.
Не выдержав, Иэнь набрал номер Сяо Чжао, бывшего коллеги Дуань Чжэна.
Тот лишь сокрушённо вздохнул в трубку:
— Иэнь-а... Брат Дуань безумно талантлив, но сегодня он перешёл дорогу самому президенту корпорации «Цзянши», которая нас выкупила. У него просто не осталось выбора — пришлось уйти. А поскольку он больше не сотрудник фирмы, оставлять себе наработки он не имеет права... Иначе на него тут же повесят иск за кражу интеллектуальной собственности...
Президент корпорации «Цзянши»... Цзян Цинъюй?
Семнадцатилетний юноша никогда раньше не слышал этого имени. Но именно сегодня он впервые в жизни осознал всей душой, насколько жуткой и беспощадной может быть власть денег и влиятельных кланов. Они способны походя разрушить чужую жизнь, заграбастать фирмачку, растоптать карьеру и похоронить человеческую мечту.
И пусть он не знал, что Дуань Чжэн и так собирался увольняться, это нисколько не помешало ему воспылать лютой, жгучей ненавистью к этому имени.