Прошло довольно много времени после их ухода, а девушки всё ещё сжимали ладонями бешено колотящиеся сердца и наперебой лепетали:
— У-у-у, кажется, у меня и правда тепловой удар... Мне только что привиделся мой краш!
Её подруга, чьё средство связи уже во второй раз за день нырнуло в стакан с водой, судорожно спасала телефон и с совершенно пьяным видом вторила:
— Тогда у меня удар куда тяжелее: я видела не только краша, но и его младшего брата!
Речь, разумеется, шла о Ни Чжэне.
Заметив, что гости их узнали, Ни Чжэн тут же воспользовался моментом и подошёл ближе. В отличие от своего «брата», облачённого в белоснежную рубашку и отглаженные брюки, юноша вырядился в ярко выраженном этническом стиле. На белой шее и изящных запястьях красовалось такое изобилие рукотворных украшений, что глаза разбегались.
На его лице сияла обворожительная, располагающая к себе улыбка:
— Милые барышни, вам нравится мой наряд? Хорошо смотрится? Не хотите взглянуть, как всё это будет сидеть на Пэй Яне? Сканируйте QR-код для оплаты — и сможете прямо сейчас приобрести вещи точно как у звезды!
Благодаря фарфоровой коже и безупречной внешности юноша, даже обмотавшись всеми цветами радуги, выглядел изысканно и дорого — будто демонстрировал коллекцию от-кутюр.
Девушкам вблизи оставалось лишь восхищённо пищать и доставать деньги с невероятной скоростью. Оператор даже растерялся, не понимая, чему именно адресованы их восторги: невероятным вещам или самому юному продавцу.
Где бы ни появлялся Ни Чжэн, покупательницы не могли удержаться, чтобы не окликнуть его:
— Парнишка, а можно примерить ту фиолетовую шляпу у тебя на голове?
— Я хочу вот эту светло-бирюзовую шаль!
— Какая прелесть! Браслеты из сандалового дерева! Осталось всего два — давай возьмём по одному, мы же лучшие подруги!
Без всяких звёздных ухищрений, стоило Линь Чжэну просто показать своё лицо, как покупатели сами тянулись за кошельками. Хорошая модель — залог успешных продаж, поэтому многие втайне доставали телефоны и исподтишка его фотографировали.
Лу Хэн стоял за кассой и слушал непрерывные звуковые оповещения о поступающих платежах. Капитал пополнялся с бешеной скоростью. Понимая, насколько огромная прибыль кроется за этой затеей, он даже немного струхнул, мысленно перекрестившись: как хорошо, что когда Ни Чжэн подбивал его нарядиться, он отказался. Попробуй он сам заняться продажами — язык бы обломал, а ничего не продал.
Не успел Лу Хэн порадоваться своей предусмотрительности, как прибежал запыхавшийся Ни Чжэн. Волосы юноши слегка растрепались, а сам он выглядел так, будто его обобрали до нитки.
Пожалев беднягу, Лу Хэн поспешил навстречу и налил ему стакан теплой воды.
Но не успел юноша сделать и глотка, как Лу Хэн, словно наряжая трогательную фарфоровую куклу, водрузил ему на голову несколько разноцветных шляп, а на тонкие белые запястья нанизал с десяток браслетов с резными лотосами. Изящные старинные безделушки лишь подчеркивали изящество его рук, хотя весили они немало.
[Лу Хэн, ты что, дьявол?! Он же только-только вернулся!]
Ни Чжэн едва не расплакался. Камера крупным планом запечатлела его невероятно обиженную физиономию.
Лу Хэн мягко улыбнулся и ласково утешил:
— Давай, нажми ещё немного! У тебя всё получится!
«Эх, будь у меня такой милый младший брат, я бы целыми днями играл с ним в переодевание!»
Проводя взглядом гружёную фигуру Линь Чжэня, Лу Хэн улыбнулся так загадочно, что даже следовавший за ним оператор с испугом отшатнулся.
* * *
Прошло всего полчаса с момента открытия, а многие посетители уже догадались, что попали вовсе не на съёмки рядового регионального шоу. Им хотелось растрезвонить об этом всему свету, но пришлось ограничиться сдержанным ажиотажем: подкрасить губы да выложить завуалированные посты в соцсетях.
Пока у Ни Чжэня торги шли как по маслу, сменивший его на прежнем посту Пэй Ян столкнулся с действительно несносными клиентами.
За одним из столиков царила странная атмосфера. На главном месте восседал молодой человек в футболке с черепом — типичный местный хулиган, а его приятель выглядел под стать. Оба уже расправились с обедом, но уходить явно не собирались.
Вдруг раздался громкий звонок телефона, заставив окружающих обернуться.
Приятель парня неловко поежился:
— Брат, ты чего до сих пор держишь такую древность на звонке?
Ему было немного стыдно — казалось, остальные смотрят на них как на каких-то ископаемых. А ведь так хотелось показать, насколько они крутые и продвинутые!
Играла песня «Опасная женщина». Мотив её был вполне хорош, но пик популярности давно прошёл, и трек безнадёжно списали в утиль.
— Ты ни черта не смыслишь! — парень отвесил спутнику легкий подзатыльник. — Это заглавная песня из сериала! Её пела моя богиня, в которую я был влюблён в старшей школе. Я слушаю не просто музыку — это ностальгия! Моя незабываемая юность!
Приятель потёр ушибленное место и поморщился:
— Да какая разница, юность или ностальгия! Брат, мы тут торчим уже слишком долго. Давай уже начнём, я в телевизор хочу!
— Не суетись, народу всё ещё много, — парень предостерегающе кашлянул.
Подождав, пока зал немного опустеет, он подозвал проходящего мимо Пэй Яна:
— Эй, красавчик-официант, а у вас повар — мужчина или женщина?
Пэй Ян, сбивавшийся с ног от заваливших его заказов, не понял подоплёки и отрезал на ходу:
— Женщина.
И тут же умчался дальше.
Занятый работой, Небесный король даже не заметил, как хулиган ухмыльнулся, незаметно поднял с пола волосок и подбросил его в тарелку. Движение было ловким, скрытым от глаз посетителей и вне зоны видимости камер.
Спустя пять минут заведение огласил грубый, раскатистый окрик.
Пэй Ян от такого хамства аж озверел:
— Вы утверждаете, что повар уронила волосок в блюдо, вам противно, и вы требуете вернуть деньги вместе с компенсацией?!
Он лично разносил еду и точно знал, что при подаче никакой грязи там не было. Нашлись же умники, решившие подставить и облапошить его, самого Пэй Яна!
Он вам не Лу Хэн, только-только переступивший порог шоу-бизнеса, а вспыльчивый артист, избалованный толпами фанатов и многомиллионными продажами альбомов.
Он развернулся с явным намерением поставить наглеца на место:
— Да ты, сука, совсем заврался...
В этот самый момент из-за угла вынырнул Линь Чжэн. Увидев свирепую, почти перекошенную яростью физиономию Пэй Яна, юноша испуганно ойкнул и чуть не шлёпнулся на пол.
Заметив, как перепугался его маленький поклонник, и глядя на его побледневшее, растерянное личико, Пэй Ян мгновенно опомнился. Гнев как рукой сняло. Он судорожно подхватил Линь Чжэня под локоть и виновато забормотал:
— Чжэн-ди, ты только не бойся! Я не на тебя орал, правда, не бойся...
Ласковые заверения помогли Линь Чжэню перевести дух. На самом деле он нарочно выскочил перед самым взрывом, чтобы погасить конфликт, и ни капли не испугался.
Понимая, что певец всё ещё кипит от возмущения, юноша тихонько потянул его за рукав:
— Брат Ян, что стряслось?
Вспышка гнева на съёмках могла дорого обойтись звёздной репутации — в скандале победителей не бывает.
Перекошенное злобой лицо Пэй Яна выглядело устрашающе, но хулигана это ничуть не смутило. Он вразвалочку взгромоздил ногу на скамью и заговорил ещё наглее:
— Я всё слышал! У вас мало того что волосы в тарелке, так вы ещё, когда вас прижали к стене с уликами, гостей материте и драться лезете! Я сейчас же позвоню в администрацию курорта и накажу вашу шарашку!
По залу прошёл шумок. Посетители стали вытягивать шеи и шептаться:
— Что там происходит? Звёзды ругаются с клиентом?
— Говорят, в тарелке нашли волос, вот парень и качает права!
— Фу, волос! Какая гадость!
Линь Чжэн сразу понял: неважно, подстроила это съёмочная группа или нет, крик нужно гасить немедленно.
В оригинальном сюжете происходило нечто похожее. Тогда из-за вспыльчивого характера оригинального владельца тела и Пэй Яна всё закончилось выплатой компенсации ради замятия скандала, что дало шоу кучу хайпа и сочного материала для монтажа.
К ним подошёл Дуань Шуань. С мягким, сдержанным выражением лица он сделал шаг вперёд и непринуждённо увёл Линь Чжэня за свою спину, защищая от возможной опасности:
— Уважаемый гость, я управляющий этого заведения, а это наш официант. Не могли бы вы при всех изложить суть претензии? Если ошибка действительно наша, мы полностью возместим вам ущерб.
Несмотря на миролюбивый тон, Дуань Шуань чётко выделил последние слова.
Хулиган фыркнул и ткнул пальцем в блюдо:
— Сам разуй глаза! Кто готовил этот тыквенный рис? В каше торчит волос!
Все замерли. Прежде чем кто-либо успел ответить, у парня снова оглушительно зазвонил телефон. В такой напряжённой обстановке мелодия прозвучала особенно дико. Любой нормальный человек тут же сбросил бы или ответил, но парень дождался самого кульминационного припева.
Услышав знакомый мотив, Дуань Шуань и Линь Чжэн одновременно переглянулись и синхронно улыбнулись.
В их чистых глазах отразилось взаимное понимание. Без лишних слов, на одном лишь дыхании, между ними возникла та редкая чуткость, доступная только умным людям. Линь Чжэню до безумия нравилось это ощущение.
Подавив желание расплыться в улыбке, он кротко произнёс:
— Уважаемый гость, обождите минутку, я сейчас позову шеф-поваров.
Пэй Ян напрягся: неужели они так просто сдаются? Позвать подмогу с кухни вместо того, чтобы дать отпор на передовой, казалось ему признаком поражения.
Он хотел было вмешаться, но Линь Чжэн приложил палец к губам и хитро прищурился, явно замышляя какую-то проделку.
Пэй Ян толком ничего не понял, но наглый вид юноши показался ему до умиления милым.
Вскоре из кухни вышли два повара. Увидев двух ослепительных красавиц, посетители ахнули и снова принялись судорожно доставать телефоны.
Линь Чжэн представил их:
— Это наши шеф-повара — мисс Цинь и мисс Ся.
Ся Вэйвэй сбросила поварской колпак. Ей была чужда робость: подбоченившись, она спокойно спросила:
— Кто меня искал?
Линь Чжэн ничего не объяснял, но она и сама догадалась: раз её вызывают в зал, вряд ли для того, чтобы рассыпаться в комплиментах. Девушка была готова к бою.
— Этот господин? — Её взгляд вопросительно упёрся в хулигана.
Камера плавно переместилась на волосы Ся Вэйвэй. Высоко завязанные в конский хвост, они имели естественный винно-каштановый оттенок. Затем объектив переключился на Цинь Цзытэн: сегодня её волосы были заплетены в две аккуратные косы дымчато-серого цвета.
Крупный план наглядно демонстрировал: благодаря дорогому уходу волосы обеих девушек лоснились, были мягкими и шелковистыми.
А тот чёрный волос, хоть и принадлежал женщине, оказался жёстким, толстым и с секущимися кончиками. Он совершенно не совпадал ни по цвету, ни по текстуре.
Правда всплыла на поверхность.
Приятель парня застыл с открытым ртом, не зная, куда деваться от стыда. Под многочисленными пристальными взглядами он всё ещё пытался брыкаться:
— Ну и что?! Откуда тогда этот волос? Не сами же мы его подкинули! Обед копейки стоит, нафига нам это? У вас есть доказательства?!
Но не успел он договорить, как его зачинщик-товарищ, залившись густой краской, виновато дёрнул его за рукав и пробормотал:
— Заткнись... Давай просто извинимся.
— Брат, ты чего?! — опешил тот.
В следующую секунду у него отвисла челюсть: его дерзкий приятель вдруг низко, на девяносто градусов, поклонился Ся Вэйвэй и сбивчиво, искренне проговорил:
— Простите нас, мы были не правы... Простите! Я... я ваш давний поклонник, обожаю вас ещё со школы! Извините, что устроил этот глупый скандал. Желаю вам процветания и больших успехов в карьере!
Ся Вэйвэй, неожиданно получившая пылкие пожелания у своего порога в разгар несостоявшейся драки, застыла в полном недоумении.
В кадре она лишь растерянно хлопала ресницами, так и не поняв, что только что произошло.
Вот так конфликт, грозивший обернуться громким скандалом, бескровно угас, не оставив и следа.