Признав чувства друг друга, Ни Чжэн и Ци Сян стали жить вместе.
Повседневность под одной крышей сложно было назвать принципиально новой: они всего лишь вернулись к тому, как жили пару-тройку лет назад, до отъезда Ци Сяна за границу. Разница заключалась лишь в статусе. Раньше они были старшим и младшим студентами, мангакой и его преданным читателем, а теперь — влюблёнными, связанными взаимными чувствами.
Ни Чжэн опасался, что испытает неловкость или долго будет привыкать к новому положению вещей, но все страхи оказались напрасными. Быт наладился сам собой, а общение приносило одно лишь удовольствие.
Ни Чжэн целыми днями пропадал в кабинете за работой. Ци Сян, давний поклонник его творчества, всегда уважительно относился к его труду и попусту не беспокоил. Лишь время от времени он тихонько стучал в дверь, чтобы принести тарелку вымытых фруктов, молочное пирожное, стакан свежего молока или чашку свежесваренного кофе.
Спустя месяц Ни Чжэн встал на весы и... обомлел: плюс два килограмма.
Вот уж действительно повод для беспокойства.
В остальном же жизнь текла гладко. Его новый проект, в котором Ни Чжэн решился на смелый эксперимент и кардинально сменил привычный стиль, как раз подошёл к концу. Изначально ни редакция, ни читатели не верили в успех этой затеи, однако результат превзошёл все ожидания. Поначалу, пока сюжет раскачивался, история казалась незамысловатой, но по мере того как раскрывался масштабный авторский мир, на проект посыпались голоса. Манга уверенно поднималась в рейтингах читательских симпатий, пока не взлетела на самую вершину. Сомнения в комментариях уступили место искреннему восторгу.
Шумиха вокруг публикации привлекла компании, занимающиеся адаптациями. Первыми потенциал разглядели продюсеры, решившие приобрести права по дешёвке, пока автор не стал слишком недосягаем. Они попытались выйти на Фэнчжэна напрямую, минуя еженедельник «Синяя птица».
Однако издательство отдавать свою главную курицу, несущую золотые яйца, не собиралось. Успех новой работы был очевиден, и когда на горизонте замаячили другие покупатели, редакция взвинтила цену. Мелкие торги переросли в борьбу между студиями, и первой компании пришлось уступить требованиям.
Вышедшая адаптация произвела фурор — такого успеха не ожидал даже сам Ни Чжэн. В этот момент в углу экрана замигал значок мессенджера с аватаркой Ультрамена. Писал его редактор, Цзи Минь, за которым у художника закрепилось прозвище «Монстр Дедлайнов».
— Пользуйся моментом, пока зашла волна! — убеждал редактор. — Нужно срочно запускать следующий проект.
— Слишком рано, — неторопливо напечатал Ни Чжэн. — Новый проект ещё не проработан.
Выходить в печать с сырым материалом было слишком рискованно.
— Досадно терять такой ажиотаж, — вздохнул Цзи Минь. — Слушай, если у тебя сейчас есть свободное время, нарисуй короткую повседневную мангу для следующего номера? Я выбью баннер на главной странице сайта, закрепим твою популярность.
— А вот это можно, — согласился Ни Чжэн.
Сайд-проект не требовал много сил, и его всегда можно было быстро закончить.
— Только о чём писать? Нарисовать «Великое противостояние мангаки и дедлайнов»? О том, как я восемьсот раундов сражался с прокрастинацией? Или «Смертельную битву редактора и художника»? Как думаешь, это кому-то интересно?
— Кому сдались твои дедлайны! — тут же отозвался Цзи Минь.
— И о чём тогда нарисовать? — Ни Чжэн окончательно зашёл в тупик.
— Ты ведь недавно завёл девушку? — после паузы спросил Цзи Минь. — Твою давнюю фанатку, с которой вы теперь съехались?
В индустрии подобная связь с читателями считалась неоднозначной, но, по правде говоря, в авторских чатах Ни Чжэн вызывал лишь глухую зависть.
Ни Чжэн поперхнулся, откашлялся и медленно набрал:
— Ну... есть такое.
Он вспомнил, что так и не представил Ци Сяна редактору официально, хоть они уже и пересекались однажды. Впрочем, какое это имело отношение к короткой манге?
Цзи Минь прислал завистливый смайлик и пояснил:
— В Японии писатели и мангаки сплошь и рядом женятся на своих ассистентках или фанатках. А потом с удовольствием рисуют комиксы о своей сладкой парочке, чтобы похвастаться перед читателями. Это называется «романтической милотой». Читатели от такого слюной капают! Попробуй, отличный ход.
— Ну-у... — Ни Чжэн почесал затылок. — У людей там кроткие и заботливые жёны, а у меня совсем другой случай.
Да и с полом редактор немного промахнулся.
— Слышь, а ну не выделывайся! — возмутился Цзи Минь. — Твоя пассия красивая?
— Красивый... но тут такое дело...
— А любит тебя? — не дал ему договорить редактор.
— Ну... конечно, — вспыхнул Ни Чжэн.
Кабы не признание Ци Сяна, они бы ещё долго ходили вокруг да около.
— Твоё творчество поддерживает? Заботится о тебе по доброй воле?
— Заботится, и очень хорошо, но...
— Да о такой «жене» любой холостяк мечтает! — окончательно закипел Цзи Минь. — Ни Сяо-Чжэн, ты совсем обнаглел от счастья!
Редактор, мечтавший найти хоть кого-то, исходил желчью. У парня под боком идеал, а он ещё и выкобенивается!
— Да послушай же ты... — попытался вставить Ни Чжэн.
— Ничего не хочу слушать! Если только у неё нет такой же одинокой подруги, которую ты мне сосватаешь!
* * *
Попререкавшись ещё немного, они утвердили концепт. Проект получил название «Дневник наблюдений за молодожёнами». Ничего сложного — просто зарисовки их совместных будней с Ци Сяном. Ни Чжэн не знал, насколько милым это выйдет со стороны, но сам считал их повседневность весьма уютной.
Едва он набросал первые эскизы, как незаметно подкрался полдень.
Ни Чжэн занёс перо, собираясь закончить скетч на одном дыхании, когда в кабинет вошёл Ци Сян. Окинув взглядом беспорядок на столе и измазанные тушью пальцы художника — следы доходили почти до самых запястий, будто у неряшливого ребёнка, — он взял чистое полотенце и бережно вытер его руки. Он заботливо очистил каждую складочку: от узких межпальцевых промежутков до мягких ладоней и изящных запястий.
— Пора обедать, — тихо проговорил Ци Сян. — Я приготовил рыбу.
Заметив нерешительный взгляд Ни Чжэна, устремлённый на незавершённый рисунок, Ци Сян привычно привлёк проверенный аргумент:
— Время ещё есть, поработаешь после еды. У тебя и так слабый желудок, пропустишь приём пищи — опять приступ начнётся. Если сам не встанешь, я перенесу тебя на руках.
Ни Чжэн тут же послушно поднялся.
Поначалу он надулся, жалея об уходящем вдохновении, но едва взял в руки палочки и попробовал кусочек рыбы, как от упрямства не осталось и следа. Ци Сян готовил безупречно — человеку, годами сидевшему на доставках, было невозможно устоять перед его стряпнёй.
Пока художник уплетал за обе щеки, Ци Сян заботливо подкладывал ему лучшие кусочки и время от времени аккуратно вытирал его губы салфеткой.
Сытость принесла с собой клонящую в сон негу. Понимая, что работать сейчас не выйдет, Ни Чжэн зашлёпал мягкими тапочками в сторону спальни. Ци Сян, убрав со стола и снимая фартук, неторопливо пошёл следом:
— Я с тобой.
— Угу, — кивнул Ни Чжэн.
В следующее мгновение его мягко взяли за подбородок и приподняли лицо для поцелуя.
Это произошло без предупреждения. Ци Сян наклонился и накрыл его губы своими. На мгновение Ни Чжэн растерялся, хлопая ресницами, и к щекам прилила жаркая краска. Но вместо того чтобы отстраниться, он несмело обнял Ци Сяна за шею, полностью отдаваясь его воле.
Они прижались друг к другу ближе, поцелуй становился всё глубже и томительнее, пока Ни Чжэн не затаил дыхание от нехватки воздуха.
Ци Сян подхватил его на руки, перенёс в спальню и осторожно опустил на кровать, усыпанную мягкими игрушками.
Оказавшись в крепких объятиях, Ни Чжэн почувствовал, как изменилось тело партнёра. Поначалу он сжался от мысли, что вчерашняя бурная ночь может повториться и днём.
Сжимая в руках небольшую подушку, художник тревожно замер, но Ци Сян лишь притянул его к себе, словно плюшевую игрушку, и мерно задышал. Глаза его были закрыты — он действительно собрался спать.
При дневном свете этот мужчина казался удивительно мягким, заботливым и совсем не опасным.
Постепенно страх улетучился, и Ни Чжэн заснул. Погружаясь в дрёму, он уютно уткнулся носом в грудь Ци Сяна, слегка приоткрыв розоватые губы.
Ци Сян долго сдерживал порыв, прежде чем позволить себе прикоснуться губами к гладкому лбу заснувшего возлюбленного, так и не решившись снова вовлечь его нежный язычок в долгий, сладостный поцелуй.
Поскольку главный герой крепко и сладко спал, создание «Дневника наблюдений за молодожёнами» пришлось ненадолго отложить.