Возле университетского городка стоял шум и гвалт: только что прозвенел звонок, и на улицу валом валили студенты — кто сплоченными компаниями, кто поодиночке. Цинь Цзытэн слегка покраснела. Заботясь о собственном достоинстве, она никак не решалась окликнуть прохожих, а вот Ся Вэйвэй ловко улучила момент и смело шагнула навстречу парню с сумкой через плечо.
— Эй, студент! Найдется минутка? Взгляни на нашу листовку!
Парень даже не поднял головы от экрана смартфона:
— Некогда, в качалку не хожу.
Ся Вэйвэй аж поперхнулась:
— Да это и не фитнес!
— Карточки не оформляю, квартиру покупать не собираюсь. Ищите кого другого.
— Слушай, мы не банк и не риелторы! У нас тут новая агроусадьба открылась — куча акций, огромные скидки! — Несмотря на недружелюбие собеседника, Ся Вэйвэй с неиссякаемым терпением расписывала выгоду спецпредложений, заливаясь соловьем.
— Говорю же, мне это неинтересно. — Парень намеревался пройти мимо, но, когда путь ему в очередной раз перекрыли, хмуро задрал подбородок. Однако, разглядев перед собой двух красавиц и маячившую за их спинами профессиональную видеокамеру, он поперхнулся готовой сорваться с языка руганью и сменил тон: — Ну... я подумаю. На выходные, говорите? Спрошу у соседей по комнате, свободно ли у них время.
Ся Вэйвэй не удержалась от довольной ухмылки.
Успех подобной «женской хитрости» влиял не только на поток гостей, но и напрямую задевал самолюбие звездных участниц.
Впрочем, радовалась она недолго. Цинь Цзытэн тяжело вздохнула, словно ушат холодной воды на неё вылили:
— Сестра Вэйвэй, затянуть пару человек — это, конечно, здорово, но КПД у нас стремится к нулю.
Университетский городок казался золотой жилой для рекламщиков, однако за весь перерыв под палящим солнцем им удалось зазвать от силы двоих-троих студентов. Девушки попытались было пробраться на территорию кампуса, но из-за их броских, будто для подиума, нарядов и чересчур дежурных улыбок местная охрана встала грудью: пронырливых зазывал внутрь не пустили.
Оставалось лишь стоять у ворот, с тоской глядя на стайки потенциальных клиентов, и в конце концов с досадой набрать номер Ни Чжэня.
Ни Чжэн в этот момент как раз ползал на коленях, закрепляя последнюю камеру.
Получив сигнал о помощи, он без лишних слов переоделся в простую белую футболку, надел кроссовки и накинул за плечи рюкзак. Благодаря юному, почти детскому лицу он без труда сошел за своего и проскользнул мимо строгой охраны прямо в корпус.
В следующие два-три часа он во всей красе продемонстрировал зрителям прямой трансляции, что такое тысяча и один способ продвижения товара. Он атаковал каждого, кто попадался на пути.
Заметив парочку, Ни Чжэн тут же вырастал перед ними:
— Ребята, не хотите рвануть куда-нибудь на выходных? Знаю одно потрясающее местечко!
Студенты сначала лишь удивленно вскидывали брови, оставаясь внешне равнодушными: похоже, заманчивые посулы юноши их не впечатляли.
Но Ни Чжэн не сдавался. Он как бы между прочим добавлял, что усадьба сотрудничает с закрытым термальным отелем: после сытного ужина можно прогуляться до горячих источников, посчитать яркие звезды и светляков в тишине ночных гор или искупаться в море цветов, освежив чувства. Девушки тут же замедляли шаг и начинали с интересом прислушиваться.
Слушая звонкий девичий смех, оператор едва не краснел. В душе он поражался, до чего же ловко Линь Чжэн вешает лапшу на уши, рисуя одну романтическую картину за другой. А ведь для свидания на выходных большего и не надо: завоюешь сердце девушки — и парень уже никуда не денется.
Расспросив доброжелательных прохожих, Ни Чжэн добрался до репетиционной базы музыкального клуба и без тени смущения постучал в дверь:
— Дорогие старшие! Я знаю, где на выходных состоится мини-концерт Пэй Яна. Вход абсолютно бесплатный! Хотите поехать?
«Какие они тебе еще старшие, бесстыдник! Экая душевность!» — мысленно проворчал оператор.
И тут же застыл в изумлении. Описать увиденное словами было сложно: едва юноша произнес эти слова, как все находящиеся в аудитории — кто бренчал на гитаре, кто настраивал микрофон, кто болтал или обсуждал дела, — одновременно повернули головы. Их глаза вспыхнули голодным блеском, словно у стаи волков при виде сочного куска мяса. И бог его знает, что сработало сильнее — дофаминовый всплеск от имени Пэй Яна или магическое слово «бесплатно».
Заглянув в клуб студенческих знакомств, Ни Чжэн застал председателя, который в словесной прострации ломал голову над тем, где провести очередное мероприятие. У юноши уже выработался безусловный рефлекс, и слова сами слетели с языка:
— Старшие, собираетесь устроить встречу? Я знаю отличное местечко, где тихо, но не скучно! Всего полчаса езды. Можно пошашлычить на природе, поплавать в источниках, порыбачить, а если останетесь на ночь — полюбоваться звездным небом и светлячками. Это куда интереснее, чем сидеть с девушками в душном торговом центре и цедить молочный чай.
Все присутствующие моментально переключили внимание на Ни Чжэня. Завороженные его речью, они совершенно забыли, что этот симпатичный, незваный гость вообще-то втюхивает им обычную рекламу.
Заметив перед председателем реквизит для настолок, Ни Чжэн мгновенно цеплялся за деталь:
— Вы еще и в «Мафию» играть любите? Вечером там устраивают костер. Поверьте, играть в сумерках у огня гораздо атмосфернее и щекочет нервы куда сильнее, чем в душном классе!
Под его напором большинство не выдержало. Председатель даже попросил у Ни Чжэня контакты, пообещав перезвонить, как только наберется группа.
Когда довольный Линь Чжэн удалился, студенты мгновенно обступили своего предводителя.
От одинокой холостяцкой жизни в общаге им даже собственные соседи по комнате казались миловидными, что уж говорить о парне, чей ангельский лик выбивался из всех рамок. Орава заядлых холостяков уставилась на телефон с откровенным вожделением:
— Прежик, с какого факультета этот первокурсник? Почему мы его раньше не видели?
— Такой юный на вид... Он точно с первого курса? И почему у него кожа такая белая?
— Председатель, а этот младший сам на встречу поедет? Дай на его контакты хоть краем глаза взглянуть! — Парни едва не выли от досады. В наши дни младшие курсы пошли больно шустрые да пригожие — куда красивее девчонок. С такой внешностью хоть на кастинг айдолов иди, статус первого красавца факультета ему обеспечен. А после такого «экспоната» кто вообще захочет смотреть на обычных девчонок на послезавтрашней тусовке?
Председатель лишился дара речи.
«Да он же просто рекламщик! В карточке контактов черным по белому написано „Агроусадьба“! Вы, голодные кобели, только на его мордашку уставились, а ушами вообще хлопали?! Эх, неспроста тут столько народу в список записалось...»
Видя, как Линь Чжэн на одном дыхании гребет заказы, обставляя по эффективности обеих участниц, зрители в сети прониклись к нему беспредельным уважением, бурлившим, как воды Хуанхэ.
На берегу университетского озера две группы участников наконец воссоединились, чтобы подвести итоги.
Да-да, именно две. Ся Вэйвэй и Цинь Цзытэн сняли солнечные очки, стерли яркую помаду и всё-таки смогли пробраться на территорию. Вот только хвастаться им было нечем. Они набрали пачку листовок и сначала подкидывали их к дверям аудиторий, но мусор быстро убирали.
Не падая духом, они пробрались в женское общежитие и подсовывали рекламу под двери комнат, пока суровая комендантша не выставила их вон за несанкционированную расклейку.
Окончательно выбившись из сил, девушки позвонили Линь Чжэню с просьбой о встрече.
А тот проявил недюжинную хитрость. Зайдя в университетский магазинчик, он купил на казенные деньги самое дешевое эскимо. Заметив, что оператор обливается потом, Линь Чжэн щедро раскошелился на второе такое же. Оператор, смущенный подобной заботой, предложил в ответ угостить его газировкой. На что Линь Чжэн с наигранной скромностью ответил:
— Брат, ну что ты, мне даже неудобно как-то!
Впрочем, рука его уже уверенно указала на полку, а глаза сверкали озорными огоньками.
Оператор лишь добродушно рассмеялся и купил две бутылки колы — по одной на брата. Зрители в комментариях тут же с завистью отметили, что даже звездные участницы не удостоились такой щедрости от съемочной группы.
Так что, когда Ся Вэйвэй с подругой добрались до места, их глазам предстала картина: двое мужчин прохлаждаются в тенечке у воды, уминая лакомства. Контраст с их собственным изможденным и жаждущим видом был просто разительным.
Цинь Цзытэн, вежливо поздоровавшись, первым делом спросила:
— Брат Чжэн, мы смогли завлечь десятерых. А у тебя как? — Линь Чжэн пришел куда позже них, так что результат у него наверняка скромнее. Цинь Цзытэн про себя отметила, сколько сил они ухлопали на уговоры — обещая и «десятипроцентную скидку за репост в соцсетях», и «восемьдесят лайков за бесплатные напитки», едва наскребли этих десятерых.
Линь Чжэн доедал мороженое и пробормотал с набитым ртом:
— Да не... немного... — Из-за занятых губ его бубнеж прозвучал почти как жалобное всхлипывание.
Услышав это, Ся Вэйвэй сочувственно похлопала его по плечу, боясь, как бы парень не расстроился:
— Ничего страшного! Ты пришел слишком поздно, вполне естественно, что народу мало. Ты и так молодец.
— Вот именно, брат Чжэн, ты очень старался. Даже если бы никого не нашел, мы бы слова не сказали, — с мягкой, всепрощающей улыбкой добавила Цинь Цзытэн.
... А потом наступили выходные, и девушки впали в ступор: заведение буквально трещало по швам от наплыва юных, ярких студентов. Рты у обеих так и остались открыты. Неужели всю эту ораву притащил Линь Чжэн?! Он оказался куда пронырливее, чем они думали, а поток гостей все не иссякал. Настоящий кошмар!
Даже деревенские жители из любопытства высовывали носы из подворотень:
— Слышь, говорили ж, лавочка обанкротилась? Откуда ж столько народу?
— Сестра Вэйвэй, сестра Цзытэн, да не стойте вы истуканами! — Лу Хэн, перетаскивавший тяжести и уже весь вспревший, забыл про привычную скромность и с досадой крикнул им. После того как Линь Чжэн перепланировал пространство, скорость подачи блюд заметно возросла, да и заторов больше не возникало.
Слыша оклик, Ся Вэйвэй наконец подобрала отвисшую челюсть и опомнилась:
— А ты чем занят? — Она узнала металлическую конструкцию в руках Лу Хэна — вроде как мангал с решеткой и кисточкой для маринада.
— Брат Чжэн велел вытащить мангалы на воздух, чтобы гости сами жарили барбекю. От нас требуются только продукты, — пояснил Лу Хэн. Студенты — народ куда более раскованный, чем взрослые. Им только дай жаровню, пару колод карт, кости да пару ящиков пива — и они будут гудеть весь день. Некоторые даже столы сдвинули и устроили быстрые свидания прямо на траве.
— А где Пэй Ян? Что-то его не видно, — Ся Вэйвэй огляделась по сторонам, нахмурив тонкие брови. Она решила, что тот опять где-то сачковать изволит.
Вспомнив тайные наставления Линь Чжэня и опасаясь перепалки, Лу Хэн поспешил его обелить:
— Брата Пэй облепили со всех сторон! Студенты из музклуба выстроились за автографами, он теперь нескоро освободится.
У популярности свои сладкие обещания и суровые будни — даже в туалет спокойно не сходишь, орава фанатов зажмет. Неудивительно, что брат Дуань предпочёл забаррикадироваться на кухне.
Ся Вэйвэй потеряла дар речи.
Пока участники в поте лица обслуживали клиентов, на горизонте возник незваный гость. Это был тот самый хамоватый тип, требовавший халявы. На сей раз он явился с целой ватагой приятелей. Набив брюхо до отвала, парень развязно взмахнул рукой:
— Управляющий, расчет!
— Опять он! — Цинь Цзытэн сжалась. При виде этого наглого типа, из-за которого на нее в прошлый раз вылили ушат грязи в сети, всё её хорошее настроение мгновенно испарилось.
По-хорошему, будь она полноценным управляющим, ей следовало бы шагнуть вперед и дать отпор, чтобы вернуть уважение зрителей. Но ноги словно налились свинцом — перешагнуть через себя она не смогла.
Отступать перед трудностями — значит заранее обречь себя на роль свадебного генерала в этом сезоне.
Линь Чжэн лишь нахмурился и без лишних слов направился к столику. Не успел он показать чеки, как клиент вальяжно заявил:
— Я уже выложил пост в соцсетях и ляпанул вам пять звезд. Так что на этот раз снова за счет заведения, идет? — Он покрутил экраном смартфона прямо перед носом Линь Чжэня, будто боялся, что тот слепой.
— С вас пятьсот шестьдесят семь юаней. Оплата по QR-коду или наличными? — Линь Чжэн смерил его невинным взглядом и наивно поинтересовался: — Простите, сударь, а с какой стати за счет заведения?
— Да по вашим же правилам! Ваша красотка-менеджер сказала: пять звезд и репост — и все за наш счет! — Наглец явно пришел скандалить. Его басовитый орангутанский ор разнесся по всей усадьбе.
Заглушив и шум карт, и стук костей, он привлек внимание всех студентов. Похоже, тип решил сыграть на толпе и взять на понт.
Но Линь Чжэн был готов. Он спокойно почесал за ухом и указал на свежий плакат на стене, с сожалением произнес:
— Вынужден расстроить: у нас сменился управляющий, да и название теперь другое. Старые правила больше не действуют. На стене висит новый регламент, и он един для всех, без исключений~
Клей на плакате еще не просох, но крупный текст был виден каждому. За пять звезд полагалась максимум скидка пятнадцать процентов да тарелка свежих экзотических фруктов. Набор ограничен, кто успел — тот и съел. Для прочих гостей и такая скидка была за счастье.
— Вы че тут, совсем сдурели?! Постоянно правила меняете, дурите людей! За дураков нас держите?! Я на вас жалобу накачу за обман потребителей! — Парень вышел из себя и вместе с дружками грохнул кулаком по столу, подскочив с места.
Новая власть — новые порядки, сменился менеджер — сменились и правила. Этот грубиян, не разобравшись, решил свалить с больной головы на здоровую, обвинив заведение в мошенничестве. Вот только Линь Чжэн оказался не из пугливых. Он достал телефон, набрал номер и жалобным, почти детским голосом запричитал в трубку:
— Алло! Это администрация курортной зоны Таоюань? Вас беспокоит агроусадьба. Я хочу заявить на посетителя: напился, устроил дебош и пытается уйти, не заплатив! Да, замахнулся уже, кажется, бить меня собирается...
Он умел опережать события куда лучше любого дебошира.
Услышав текст жалобы, наглец сдулся еще до прибытия охраны.
А поскольку Линь Чжэн наотрез стоял на своем и не поддавался на провокации, заготовленный в кармане клиента диктофон оказался бесполезен — он записал лишь его собственное хамство. В итоге дебоширу пришлось несолоно хлебавши расплатиться и ретироваться.
Только тут Цинь Цзытэн осознала: окажись она чуточку жестче, любой конфликт угас бы в зародыше, и никто не посмел бы садиться ей на шею. Все решалось куда проще, чем она думала. Просто она слишком дорожила статусом «утонченной леди» и идольским багажом, боясь проявить грубость, за что обычные хамы и топтали ее достоинство.
А вот Линь Чжэн, несмотря на юный возраст, держался дерзко и отчаянно. У него не было армии фанатов, а потому он шел напролом, безоглядно и ярким ураганом.
«Пусть проект и напялил на меня корону управляющего, Линь Чжэн гарантированно затмит меня и взлетит на вершину», — была её первая мысль. А второй стала горечь: даже без нее и остальных такой самородок, попади он на любое шоу, все равно обречен на бешеный успех.
Он жил так, будто за ним стояли миллионные инвестиции: сногсшибательная харизма, брат-киноимператор под боком и феноменальная способность заводить нужные знакомства. Остальным оставалось лишь служить для него серым фоном.
Слава — это лишь вопрос времени.