— Мать твоя кошка! Ни одной ошибки?!
— Да он читер!
— Или сам чит во плоти!
Студенты наперебой зашумели. Сье Цзинь, не веря ушам, переспросила декана:
— Профессор, вы точно не ошиблись?
— Ну, пару вопросов я мог бы проглядеть, но не всё же подряд! Не веришь — взгляни сама. — Профессор бросил работу Нин Цзяю на стол Сье Цзинь, сидевшей в первом ряду.
Вокруг неё тут же сгрудилась толпа. Ответы были не просто безупречны и даны с молниеносной скоростью — сам почерк поражал изяществом, вызывая у окружающих жгучую зависть.
Не Хунцзе сам едва ли наскрёб паршивую пару правильных ответов, но за приятеля искренне радовался:
— Цзяю, ну ты даёшь! Ты что, на каникулах у репетиторов сидел? Познакомь с профессором, а? Я тоже хочу подтянуться!
— Сам выучил, — ответил Нин Цзяю.
Не Хунцзе удручённо уткнулся носом в стол:
— За что мне такая доля горькая...
— Чай, не в школе, чтобы по репетиторам бегать, — ухмыльнулся Тан Чжэ и кивком указал на сгорбившегося впереди Сюэ Минчэна.
Тот сидел ни жив ни мёртв, не вымолвливая ни слова.
Не Хунцзе сразу всё понял и с ехидным видом громко спросил:
— Профессор, а сколько у Сюэ Минчэна?
Сюэ Минчэн мгновенно выпрямился и яростно огрызнулся:
— На себя посмотри!
— Да я-то незачёт получил, вот и хочу подтянуться за нашим старостой, передовиком учёбы, — с фальшивым смирением протянул Не Хунцзе.
Сюэ Минчэн закипал от унижения, намереваясь отвесить пару ласковых, но тут прозвенел звонок.
Вообще-то он набрал сорок пять баллов из ста. Хоть и пересдача, на фоне прочих бедолаг с их двадцатью-тридцатью баллами результат выглядел вполне достойно.
Вот только соперник у него оказался не из простых, а сам Сюэ Минчэн, переоценив свои силы, глупо полез рожей на рожон.
Профессор, понимая, насколько тщеславен Сюэ Минчэн, не стал привселюдно втаптывать его в грязь:
— Староста, после занятия скопируй работы и скинь в общий чат. Проанализируйте свои ошибки. Все свободны.
Он сбросил файлы на флешку и вернул тетради сначала Сюэ Минчэну, а затем Нин Цзяю.
Нин Цзяю решил не упускать момент:
— Профессор, можно с вами посоветоваться?
— Слушаю.
— У меня было восемнадцать долгов. Если сдавать по предмету в день с перерывом на выходные, уйдёт не меньше месяца. Нельзя ли отправить меня на практику пораньше?
Тратить попусту ни дня не хотелось.
— К практике допускают только с определённым минимумом академических часов. У тебя их нет, так что я бессилен. Хотя... — Декан щелкнул пальцем по листу с идеальным ответом. — Если удержишь такую планку и сдашь всё на высший балл, я могу поговорить с преподавателями, чтобы тебе разрешили досрочную пересдачу.
— Называйте время! — без колебаний согласился Нин Цзяю.
— Считай, мой предмет ты уже сдал. По остальным я помогу договориться. Но учти: подставишь меня — пощады не жди, — шутливо пригрозил профессор.
— Не подведу!
Глядя на уверенного юношу, не имеющего ничего общего с прежним взбалмошным раздолбаем, преподаватель с облегчением вздохнул:
— И чего тебе раньше в голову не пришло взяться за ум? А ведь лучший результат на вступительных экзаменах по всей провинции показал! Впустую спустил два с половиной года. Ладно, иди, готовиться не забудь — вечером у тебя очередной экзамен.
Нин Цзяю на секунду опешил. Он и понятия не имел, что оригинал был первым медалистом на Гаокао! На душе снова заскребли кошки от жалости к такой глупо упущенной судьбе пушечного мяса.
Потеряв несколько минут, Нин Цзяю понимал, что до встречи с Чжоу Цзэ осталось совсем ничего. Наскоро бросив пару слов соседям по комнате, он подхватил рюкзак и направился к выходу.
Однако у самой двери Сюэ Минчэн, делавший вид, будто консультируется с профессором, исподтишка выставил ногу, искоса наблюдая за приближением Нин Цзяю.
«Ишь чего удумал, слизняк, подножку мне ставить?»
Перехватив его взгляд, Нин Цзяю лучезарно улыбнулся.
В душе Сюэ Минчэна кольнуло недоброе предчувствие, но прежде чем он успел сообразить, в чём дело, ступню прожгла дикая боль — Нин Цзяю от души наступил ему на ногу!
— А-а-а-й! — взвыл Сюэ Минчэн.
Все вокруг обернулись:
— Что стряслось?
Он рванулся было сграбастать обидчика, но тот уже растворился в людском потоке, спеша к северным воротам университетского городка.
У ворот кипела жизнь: студенты толпились, отправляясь на прогулку или поужинать после пар.
Стоило Нин Цзяю подойти, как Чжоу Цзэ окликнул его из припаркованного неподалёку авто:
— Доктор Нин, сюда!
Это был коричневый «Майбах». Заводская отделка салона осталась нетронутой — видимо, машина покупалась Янь Шуо ещё до аварии и теперь использовалась для представительских нужд.
Когда оба сели в салон, Чжоу Цзэ представил водителя:
— Это дядя Сунь. У меня много дел, так что сопровождать вас каждый раз я не смогу. В дальнейшем заезжать за вами будет он.
— Очень приятно, дядя Сунь. Спасибо вам, — отозвался Нин Цзяю.
Крепенький, круглолицый дядя Сунь выглядел добряком и при улыбке напоминал симпатичного кота Манеки-нэко:
— Да бросьте вы, чего там! Если что надо — только шепните.
Автомобиль плавно тронулся и, миновав бурлящий жизнью университетский городок, выехал на эстакаду.
Зарубившись за весь день, Нин Цзяю только сейчас спохватился:
— А мы успеем вернуться до половины восьмого?
— Сейчас четверть шестого, — прикинул Чжоу Цзэ. — Час на дорогу в обе стороны, час на процедуры... Аккурат к семи тридцати будете в общежитии. А что, у вас какие-то планы?
— Экзамен у меня.
— Пересдача?.. — удивлённо переспросил ассистент.
— Угу, — Нин Цзяю достал из рюкзака учебник, намереваясь использовать время в пути, чтобы заучить текущий семестровый курс.
Видя такое рвение, Чжоу Цзэ из вежливости решил подбодрить его:
— Медицинский — штука сложная, это всем известно. Ничего страшного, если провалили пару предметов.
Нин Цзяю честно посмотрел ему в глаза:
— У меня их восемнадцать.
Чжоу Цзэ потерял дар речи.
В этот момент ассистент почувствовал, что его шефа развели как последнего простофилю, и у него были для этого все основания.
Ладно ещё взять студента-медика на роль сиделки... Но нанять откровенного двоечника, который даже зачёты сдать не способен?!
Чем больше Чжоу Цзэ об этом думал, тем сильнее становилась тревога. Он достал телефон и отправил сообщение Янь Шуо.
Однако вплоть до самой остановки ответа от босса так и не последовало — то ли тот не заметил, то ли просто проигнорировал.
Корпорация «Янь» выкупила целое здание в деловом кластере на востоке города, где земля ценилась на вес золота. Водитель высадил их у главных дверей, и Чжоу Цзэ повёл гостя внутрь.
В без четверти шесть гигантская башня всё ещё сияла огнями. Внутренние службы работали вовсю, и в воздухе даже не пахло скорым окончанием рабочего дня.
Кабинет Янь Шуо располагался на самом верхнем этаже. К западу от лифтового холла находились рабочие места Чжоу Цзэ и ещё двоих помощников, а вся восточная часть принадлежала генеральному директору.
Помимо просторной рабочей зоны, здесь имелись комната отдыха с широкой кроватью, отдельная ванная комната и даже зимний сад.
Мягкие ковры глушили шаги, в углах высились пышные тропические растения — сдержанная роскошь интерьера идеально подходила характеру хозяина.
Чжоу Цзэ коротко постучал и вошёл:
— Господин Янь, доктор Нин прибыл.
За массивным столом из чёрного дерева, среди открытых папок и монитора, сидел Янь Шуо.
— Проект переделать, — сухо отрезал он, швырнув папку на стол.
Взгляд его, тёмный и тяжело давящий, напоминал затаившийся перед извержением вулкан.
Чжоу Цзэ молча забрал документы и выскользнул за дверь.
Нин Цзяю остался с боссом один на один.
Парню стало немного неуютно, но он набрался храбрости и обратился к злодею:
— Господин Янь, я пришёл провести процедуру.
— Угу, — отозвался тот и на электроколяске въехал в дверь справа от стола.
Нин Цзяю замялся, не зная, следует ли идти следом.
— Чего застыл? — донёсся из комнаты холодный голос.
— А? — Нин Цзяю поспешил к дверному проёму и замер.
Коляска уже стояла у кровати, а сам гордый хозяин, категорически отвергавший чужую помощь, своими силами перебрался на матрас.
До юноши наконец дошло, что «угу» означало разрешение начать работу.
Комната отдыха оказалась полноценными апартаментами: огромная кровать, платяной шкаф, плазменная панель — здесь можно было жить неделями.
Все необходимые для массажа и терапии средства, список которых Нин Цзяю заранее выслал Чжоу Цзэ, уже аккуратно расставили на журнальном столике.
Вымыв руки в ванной, Нин Цзяю вернулся к больному:
— Господин Янь, ложитесь удобнее, я начинаю.
Янь Шуо вытянулся на постели, безучастно уставившись в потолок.
Нин Цзяю мысленно погладил себя по головке: надо же, сам главный злодей у него как шёлковый!
Потешив собственное эго, он забрался на кровать и принялся разминать ноги Янь Шуо.
Атрофия мышц у пациента только начиналась. При должном уходе и регулярных занятиях шанс на полноценное восстановление оставался высоким.
В комнате установилась тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием ткани под умелыми пальцами.
Янь Шуо прикрыл глаза. Изящный разрез его фениксовых очей чуть приподнимался к вискам, и пусть пугающих зрачков не было видно, Нин Цзяю всё равно дерзить не рисковал.
Минут через десять, когда массажист вовсю трудился, Янь Шуо вдруг подал голос:
— Руки у тебя вроде из нужного места растут. Отчего же по уходу незачёт?
Он открыл глаза, в которых сквозила лёгкая насмешка.
— Э-э... Накладка вышла, — смутился Нин Цзяю.
— Восемнадцать накладок подряд? — изогнул бровь Янь Шуо.
— Ну... да.
Генеральный директор иронично хмыкнул и снова смежил веки.
Высмеянный Нин Цзяю уже покаялся, что выложил всё Чжоу Цзэ. Ему катастрофически требовались эти триста тысяч, и вылететь с работы из-за глупости очень не хотелось.
Помявшись, он заговорил с пафосом:
— За мои профессиональные навыки можете не переживать, господин Янь. Каждую из ваших трёхсот тысяч я отработаю сполна!
— И как же? — с ленивым интересом уточнил Янь Шуо.
— Я составил для вас индивидуальный рацион.
Янь Шуо смерил его скептическим взглядом.
— Это поможет не только восстановить баланс микроэлементов, но и подтянуть форму, — Нин Цзяю выудил из сумки тетрадь, услужливо передал её боссу и с удвоенным усердием принялся разрабатывать ему коленный сустав.
Это была чистая тетрадь для заданий, изготовленная по заказу Дида и выдаваемая студентам для выполнения работ каждый учебный год. Тетрадь формата 16K, а на её обложке красовались четыре крупных иероглифа «Пекинский университет» и знаковое здание — библиотека Дида.
Стоило Янь Шуо приподняться, как Нин Цзяю мигом подложил ему под спину пышную подушку.
На первой же странице шёл подробно расписанный рацион: мясо, овощи, свежие фрукты — меню не повторялось ни разу за весь месяц.
— В кулинары тебе надо было идти, пропал талант, — сдержанно прокомментировал Янь Шуо.
Однако, перевернув страницу, он обнаружил скрупулёзно расписанную программу реабилитации на полгода вперёд.
Каждая процедура была продумана до мелочей и выстроена по нарастающей — так, словно автор ни капли не сомневался, что его пациент снова встанет на ноги.
Янь Шуо долго разглядывал ровные строчки, после чего медленно поднял тяжёлый, нечитаемый взгляд на юношу, бережно разрабатывавшего его голеностоп.