— Может, не надо?.. — с тревогой спросил Нин Ифань. — Вы разве не боитесь, что я только всё испорчу?
— А если ты не пойдёшь, как Янь Тяньхао сможет тебя забрать? — Нин Цзяю одарил его предельно «доброжелательной» улыбкой, а затем тихим шёпотом обратился к Янь Шуо: — Как заставить его послушно сыграть роль приманки?
— Я сам обо всём позабочусь, — Янь Шуо дал понять, что волноваться не о чем.
Проводив Нин Цзяю в комнату, он вывел людей в коридор и отдал необходимые распоряжения.
Нин Ифаня заперли в кладовой, заставленной ящиками с рисовым вином и прочими продуктами для ресторанной кухни.
Охранник был всего один. Пошатавшись какое-то время по помещению, он прихватил бутылку алкоголя и уселся закусывать арахисом из консервной банки. Опустошив штуки четыре или пять, охранник обложился пустой тарой, откинулся на дверной косяк и, изрядно захмелев, заклевал носом.
Руки Нин Ифаня были связаны за спиной, но при связывании он схитрил: натянул жилы и сжал кисти, так что сбросить веревку теперь не составляло особого труда.
Убедившись, что сторож закрыл глаза и долго не подаёт признаков жизни, Нин Ифань несмело окликнул его:
— Эй? Ты спятил? Я ведь сейчас сбегу!
Охранник не то что не поднялся — напротив, захрапел во весь голос.
Нин Ифань не помнил себя от радости. Поспешно скинув путы, он на цыпочках скользнул к выходу.
Охранник продолжал беспробудно спать.
Осторожно приоткрыв дверь кладовой и убедившись, что в служебном коридоре никого нет, Нин Ифань выскользнул наружу и припустил прочь.
* * *
Стоило ему завернуть за угол, как из тени выскользнул внимательный взгляд. Наблюдатель достал телефон и отправил короткое сообщение.
В этот момент Янь Шуо играл в шахматы с Нин Цзяю. Выслушав сигнал оповещения и глянув на экран, он спокойно произнёс:
— Нин Ифань сбежал.
Нин Цзяю взглянул на настенные часы:
— Сейчас девять двадцать. По словам Нин Ифаня, Янь Тяньхао обещал ждать его на парковке до девяти тридцати. Как думаешь, он соврал или сказал правду?
— Не имеет значения, — ответил Янь Шуо. — В любом случае ему придётся идти на подземную стоянку.
Нин Цзяю быстро сообразил, в чём дело:
— Ты велел перекрыть остальные выходы из служебного блока?
Янь Шуо скупо кивнул.
Здание отеля чётко делилось на две зоны. Парадная часть утопала в роскоши и предназначалась исключительно для постояльцев. Служебные же помещения в заднем крыле выглядели куда скромнее и подчинялись строгой функциональности.
Именно там и оказался Нин Ифань. По приказанию Янь Шуо служебные переходы заблокировали, что ничуть не помешало гостям отеля. Не зная планировки и натыкаясь на запертые двери, охваченный паникой беглец был вынужден следовать единственному оставленному для него маршруту.
Забрав целую группу чёрных фигур Янь Шуо, Нин Цзяю прибрал их в шкатулку и с тревогой заметил:
— Я опасаюсь, что Янь Тяньхао устроил там засаду с наёмным стрелком.
В оригинальном романе Янь Шуо погиб именно так — разнилось только место.
Ранее, раскрыв ему тайну своего перерождения, Нин Цзяю упоминал об этой угрозе и настоятельно просил проверить, откуда у Янь Тяньхао огнестрельное оружие.
Тогда Янь Шуо лишь объяснил, что с возможностями их семьи раздобыть пару стволов не составляет никакого труда — просто Нин Цзяю, будучи далёким от криминального мира человеком, считает это чем-то невероятным. Достать крупную партию через чёрный рынок или контрабанду из-за границы трудно, но принести с собой несколько пистолетов Янь Тяньхао вполне под силу.
Нин Цзяю тогда изрядно перенервничал, и Янь Шуо пришлось долго успокаивать его, призывая не тратить силы на пустые страхи и ценить каждый миг, проведённый вместе.
И вот угроза снова встала на пороге. Нин Цзяю панически боялся, что трагическая развязка книги повторится. Единственной отрадой было то, что верных сподвижников Янь Тяньхао они с Янь Шуо обезвредили заранее, и теперь тому приходилось полагаться на бестолкового Нин Ифаня, который способен только всё испортить.
Нин Цзяю ссыпал забранные фигуры в чашу; звонкое пощёлкивание дерева словно отражало его внутреннее смятение.
Янь Шуо снова бросил взгляд на экран:
— Он уже на подземной автостоянке.
Взгляд Нин Цзяю вспыхнул. Забыв про шахматы, он подался к окну, пытаясь разглядеть хоть что-то во дворе.
Янь Шуо с улыбкой мягко потянул его за руку обратно:
— Упадёшь ещё. Отсюда всё равно ничего не видно. Не волнуйся, за ним следят. Как только что-то прояснится, мне сразу сообщат.
Нин Цзяю утонул в глубоком кресле и тяжело вздохнул:
— Кругом одна опасность... Вот бы мы могли вместе отправиться в мой родной мир. Там царит закон и порядок, и подобного безумия просто быть не может.
Янь Шуо изогнул бровь:
— А у нас, по-твоему, закона нет?
Закон-то был, вот только персонажи, связанные с так называемым «избранником судьбы», упорно не желали его соблюдать.
Впрочем, подумав, Нин Цзяю повеселел: после его появления Янь Шуо так и не переступил черту, отделяющую от статей Уголовного кодекса. Как же хорошо! Хотя его возлюбленный изначально задумывался как главный злодей, Нин Цзяю успел удержать его от падения в бездну.
От этой мысли на душе стало совсем тепло. Подняв голову, он звонко чмокнул Янь Шуо в щёку.
Янь Шуо мягко улыбнулся, обнял его, втиснулся в то же кресло и приник к его губам глубоким поцелуем.
Атмосфера в комнате быстро накалилась, и они переместились в спальню.
* * *
Когда Янь Шуо снова выбрался из спальни и взглянул на телефон, за окном стояла глухая ночь.
Наблюдатели прислали множество сообщений, но суть всех сводилась к трём словам:
«Нин Ифань мёртв».
Причина смерти оказалась ровно той, которой опасался Нин Цзяю — огнестрельное ранение.
Взгляд Янь Шуо потемнел. Оглянувшись на сладко спящего в постели Нин Цзяю, он взял телефон и вышел в кабинет напротив, чтобы лично расспросить подчинённых о подробностях.
Нин Ифань, лишённый иных путей, был вынужден спуститься на подземную парковку.
Он действительно не подозревал о засаде. Вид стоянки вызвал у него смешанные чувства: с одной стороны, забрезжила надежда, что Янь Тяньхао всё ещё ждёт его, с другой — одолевал страх, ведь ради спасения собственной шкуры он уже успел сдать сообщника.
Однако путь назад был отрезан. Нин Ифань решил рискнуть. Даже если Янь Тяньхао схвачен людьми Янь Шуо, оставался шанс выскользнуть через запасные выезды.
Камеры видеонаблюдения на парковке заранее вывели из строя, создав искусственную аварию с электроснабжением. Но как только Нин Цзяю догадался о вероятной засаде, Янь Шуо, пока Нин Ифань сидел под замком, распорядился подключить систему наблюдения к резервному генератору отеля. К моменту появления беглеца все камеры работали в штатном режиме.
Желая замаскироваться, Нин Ифань переоделся в форму отельного официанта, из-за чего издали его легко было принять за человека Янь Шуо.
Потеряв ориентацию, он метался среди припаркованных машин точно слепой котёнок, пока случайно не наткнулся на автомобиль, в котором укрывался вооружённый наёмник.
Приняв его за присланного за ним человека, Нин Ифань начал отчаянно барабанить по стеклу, умоляя забрать его с собой.
Заметив, что «рыбка проглотила наживку», люди Янь Шуо устремились к машине для задержания.
Наёмник запаникавал, ударил по газам и попытался вырваться. Нин Ифань же мёртвой хваткой вцепился в боковое зеркало, вопя во всё горло и привлекая к машине ещё больше внимания.
В ярости стрелок опустил стекло и спустил курок.
* * *
Выслушав доклад, Янь Шуо отдал необходимые распоряжения. Услышав из спальни тихое сонное сопение Нин Цзяю, он завершил разговор и вернулся в комнату.
Нин Цзяю с трудом разлепил веки. Янь Шуо прилёг рядом. Нин Цзяю привычным движением уткнулся носом в его плечо и с закрытыми глазами пробормотал:
— Как всё прошло?..
Янь Шуо коротко пересказал случившееся.
Когда Нин Цзяю узнал о гибели Нин Ифаня, у него мгновенно сон как рукой сняло.
Если бы на парковку отправился Янь Шуо, пуля досталась бы ему.
Нин Цзяю крепче сжал в объятиях руку Янь Шуо. Ощущая горячее, мерное биение сердца в его груди, он прошептал с лихорадочным облегчением:
— Слава богу, что это был не ты...
Янь Шуо ласково погладил его по голове:
— Не накручивай себя.
Нин Цзяю кивнул, потёр заспанные глаза и с зевотой спросил:
— Что будем делать дальше?
— Стрелка уже взяли, а за Янь Тяньхао установлено наблюдение. Скоро с ними будет кончено, — ответил Янь Шуо, не вдаваясь в мрачные детали, чтобы не тревожить юношу.
Опасаясь, что главный герой романа обладает непробиваемой «сюжетной бронёй», Нин Цзяю осторожно заметил:
— Учитывая осторожность Янь Тяньхао, он едва ли ограничился одним наёмником. На парковке могут оставаться его люди.
Янь Шуо давно предусмотрел этот вариант:
— Я приказал полностью заблокировать автостоянку. Каждую машину будут досматривать на выезде.
Отправлять людей на открытый досмотр прямо сейчас было бы слишком опасно — они превратились бы в живые мишени для укрывшихся в тени киллеров. Вместо бессмысленного риска разумнее было дождаться, пока те сами высунутся из укрытий.
Нин Цзяю предложил:
— Давай заявим в полицию.
Янь Шуо погладил его по спине, словно баюкая ребёнка, и мягко проговорил:
— Всё в порядке, я сам со всем разберусь.
— Я не то чтобы тебе не верю, просто... — Нин Цзяю запнулся, глядя на него с нежностью и тревогой.
Ему стоило огромных трудов уберечь Янь Шуо от тёмного пути, и он ни за что не хотел, чтобы тот снова погружался во мрак.
Поразмыслив, Нин Цзяю добавил:
— У полиции и снаряжение лучше, и следователи опытные. А эти наёмники — отпетые головорезы, наверняка давно числятся в розыске. Мы ведь законопослушные граждане, правда? А самоуправство — это преступление. Брат Шуо, я вовсе не хочу петь тебе «Слёзы за решёткой»!
Под конец он так крепко обнял Янь Шуо, будто боялся, что тот испарится, стоит хоть ненадолго ослабить хватку.
Янь Шуо вздохнул с беспомощной нежностью и согласился:
— Хорошо, пусть будет по-твоему.
Дело приняло слишком серьёзный оборот. Даже если «сюжетный иммунитет» Янь Тяньхао даст временную отсрочку, высшую меру ему разве что заменят пожизненным сроком. Но за подобное тяжкое преступление уйти от ответственности ему вряд ли удастся.
Но сможет ли суд привлечь Янь Тяньхао, если он не нажимал на курок лично?
Эта мысль озарила Нин Цзяю внезапно. Освободившись из объятий Янь Шуо, он принялся амфибией барахтаться по кровати в поисках телефона.
— Ты чего? — спросил Янь Шуо.
— Надо кое-что проверить... Наказывают ли подстрекателей к преступлению наравне с исполнителями? — спросил Нин Цзяю.
— Кажется, да, — ответил Янь Шуо. Впрочем, твёрдой уверенности у него не было. Полагая, что смартфон Нин Цзяю остался в гостиной, он протянул ему свой: — Возьми мой.
Приняв гаджет, Нин Цзяю уже собрался открыть браузер, как вдруг его взгляд упал на значок WeChat. В глазах юноши заплясали лукавые искорки:
— Вот так просто отдаёшь мне свой телефон? Не боишься, что я пронюхаю про твои секретики?
У Янь Шуо действительно имелась тёмная сторона, скрытая от глаз Нин Цзяю. Но Янь Шуо искренне полагал, что возлюбленному вовсе незачем знать о подобных вещах. А стало быть, никаких секретов между ними нет.
— Не боюсь, — совершенно спокойно отозвался он. Всё, о чём Нин Цзяю знать не следовало, стиралось сразу же после прочтения.
— Ну раз так, я проверю! — Нин Цзяю прямо при нём зашёл в приложение.
К своему изумлению, в списке диалогов WeChat он обнаружил единственную переписку — с самим собой.
— Ух ты, какой хитрец! Заранее подстраховался и подчистил все чаты? — с шутливым подозрением фыркнул Нин Цзяю.
Он перешёл в контакты — и замер.
В телефонной книге числилась ровно одна запись.
Его собственная.
В ту же секунду сердце Нин Цзяю сладко ёкнуло, затрепетав, словно от нежного прикосновения.