Заметив, что Янь Шуо так и не открыл глаза, Нин Цзяю с усмешкой позвал:
— Директор Янь?
Янь Шуо уловил в его голосе явную насмешку. Поняв, что притворство раскрыто, он с трудом подавил легкий трепет и медленно разлепил веки.
Они лежали вплотную друг к другу. Нин Цзяю сиял той самой загадочно-довольной улыбкой, словно с удовольствием высмеивал этот детский трюк.
Янь Шуо отвел взгляд и неловко выдавил:
— Утро.
— С добрым утром, — Нин Цзяю с нескрываемым интересом разглядывал его. — И давно вы изволили проснуться, директор Янь?
— Только что, — не дрогнув мышцей, отчеканил Янь Шуо, стойко поддерживая статус властного босса.
— А мне вот показалось, что вы уже давным-давно бодрствуете и просто притворяетесь, — въедливо протянул Цзяю, совершенно не замечая, что всё еще уютно гнездится в чужих объятиях.
Янь Шуо прибег к стратегическому маневру:
— И зачем мне, по-твоему, притворяться?
Цзяю замялся. Причину он, вообще-то, так и не придумал. Застыв на мгновение, он наигранно нахмурился:
— Это я задал вопрос! С чего вы перекладываете стрелки? Откуда мне знать, зачем вы притворялись?
— Раз ты сам не знаешь ответа, то с чего вообще решил, будто я притворялся? К чему мне это? — с железной логикой ответил Янь Шуо. Причем вышло это настолько убедительно, словно его глубоко оскорбили несправедливым подозрением.
Цзяю отлично понимал, что это чистой воды софистика, но возразить было нечего. Ему оставалось лишь недовольно буркнуть:
— Ну я-то знаю, и всё тут.
Долго лежать в одной позе было неудобно, и Цзяю чисто автоматически попытался сменить положение. Вот только в пылу спора он совершенно забыл, что крепко обнимает Янь Шуо. Стоило ему шевельнуться, как мужчина мгновенно это почувствовал.
Прикосновение нежной, молодой кожи, обжигающей юношеским жаром, будто искорка проскочила между ними, растопив мерзлую тишину.
Янь Шуо плотно сжал губы, ничем не выдавая захлестнувших эмоций, а рука, покоившаяся на талии Цзяю, невольно притянула его чуть ближе. Он уже собирался сделать следующее движение, как вдруг будильник, молчавший пару минут, зазвонил вновь.
Цзяю от неожиданности подскочил, вырвавшись из рук Янь Шуо.
— Ой, напугал-то как! — пробормотал парень и поспешно повернулся, чтобы выключить злосчастный сигнал. Даже сквозь тонкую ткань пижам в тесном пространстве под одеялом соприкосновение их тел ощущалось до предела четко.
Шумно вздохнув, Цзяю отключил будильник и по привычке собрался снова уткнуться носом в подушку, как вдруг замер.
Он... неужели...
Они ведь только что лежали вплотную. Вдруг Янь Шуо что-то заметил?!
Сгорая от смущения, Цзяю осторожно сменил позу и виновато оглянулся на мужчину.
Янь Шуо пристально смотрел на него. Встретившись с ним взглядом, он с самым невозмутимым видом отвел глаза — будто это был лишь случайный, мельком брошенный взор.
«Кажется, не заметил...»
Цзяю застыл в совершенно нелепой позе на кровати, отчаянно молясь про себя, чтобы Янь Шуо поскорее ушел и не стал свидетелем его утреннего конфуза.
Однако тот не только не ушел, но, понаблюдав за ним некоторое время, заботливо поинтересовался:
— Тебе нехорошо?
— Нет... — Цзяю уткнулся лицом в сгиб локтя, хотя кончики его ушей, оставшиеся снаружи, предательски вспыхнули алым.
Янь Шуо находил это зрелище чрезвычайно милым и не удержался — слегка щелкнул его по уху пальцем.
Движение было невероятно легким, но Цзяю показалось, будто через пальцы Янь Шуо прошел разряд тока прямо в раковину уха.
Его «младший брат», который только-только вознамерился утихомириться, мгновенно снова заявил о себе во весь рост.
Да что же это такое...
Когда это он успел превратиться в этакого соблазнительного бесенка, реагирующего на малейшее прикосновение?!
Цзяю поспешно повернул голову, пряча ухо в подушках, чтобы не давать Янь Шуо ни малейшего шанса.
Янь Шуо тихо усмехнулся:
— Вообще-то второе ухо всё еще на виду.
Парень тут же крутанулся в другую сторону, спрятав второе.
Но локти не могли укрыть всё сразу — одно ухо неизбежно оставалось снаружи. Цзяю со строгостью в голосе попытался призвать мужчину к порядку:
— Не трогайте мои уши!
— Я и не трогаю, — беззастенчиво возразил Янь Шуо.
«И еще открещивается! Кто бы мог подумать, что главный злодей окажется таким!»
Цзяю мгновенно взвился на кровати, поднес руку к своему уху и принялся с возмущением тормошить его перед носом у Янь Шуо:
— А это вы только что чем занимались, по-вашему?!
«Просто показалось милым...»
Янь Шуо рассудил, что правдивый ответ разозлит парня еще сильнее, и уже собирался придумать какое-нибудь отвлекающее объяснение для взъерошенного юноши, как его взгляд случайно упал пониже... и тут же поспешно переместился в сторону.
Цзяю мгновенно понял, куда именно тот посмотрел, и, вспыхнув до корней волос, сгреб краешек одеяла, пытательно сооружая импровизированный шатер над своей утренней реакцией.
Он правда не собирался вести себя как распутник!
Взгляд Янь Шуо медленно вернулся к нему.
Панически пытаясь загладить неловкость, Цзяю принялся сбивчиво тараторить:
— Я... это... вы... я не специально! Утро же... ну, вы сами понимаете...
Едва сдерживая улыбку в уголках губ, Янь Шуо с предельным достоинством и невозмутимостью кивнул.
Он тоже мужчина, он всё отлично понимает. Очень хорошо понимает.
Большая часть одеяла оставалась на стороне Янь Шуо, а Цзяю достался лишь жалкий уголок. Хотя Янь Шуо и был готов уступить ему свое, Цзяю не осмелился тянуть ткань на себя и решил тихонько дотянуться до того одеяла, что ночью сползло на пол.
Но поскольку уголок, прикрывавший его конфуз, был не слишком велик, радиус движений Цзяю оказался строго ограничен, и подцепить упавшее одеяло никак не удавалось.
Опасаясь, как бы парень не свалился с края, Янь Шуо из самых благих побуждений спросил:
— Тебе помочь?
Цзяю застыл.
«Какую именно помощь имеет в виду этот злодей?»
«Неужели ту самую... пикантную помощь?!»
«Звучит невероятно вульгарно...»
«Но почему-то... кажется, я даже слегка этого жду...»
В этот момент Цзяю от всей души пожалел, что в свое время так тщательно подчистил учебные материалы на двадцать четыре гигабайта, принадлежавшие прежнему владельцу тела. Теперь в его голове стояла звенящая пустота, и он понятия не имел, как реагировать на подобное предложение.
Мысли в его голове неслись с бешеной скоростью.
Помимо пикантных фантазий, его охватила и легкая тревога.
«Вот так сразу — взаимная выручка? Не слишком ли мы торопим события?»
«Это же похоже не на романтические отношения, а на банальное удовлетворение плотских утех!»
Сколько Цзяю знал Янь Шуо, тот всегда вел себя чинно и сдержанно, словно монах. С чего это вдруг он стал таким раскрепощенным?
Ему-то хотелось настоящей, красивой любви, где души и тела сливаются в гармонии.
Пока в его голове бушевал ураган, в реальности прошла лишь секунда. Не удержав равновесие на самом краю кровати, Цзяю соскользнул и кубарем полетел на пол.
Первым делом он судорожно замотался в лежавшее на полу одеяло. Все мысленные построения разлетелись в пух и прах, а в звенящей пустоте осталась лишь одна фраза Янь Шуо: «Тебе помочь?».
Он так и сидел на полу в полном ошеломлении. Встретившись со взглядом Янь Шуо, Цзяю весь напрягся и инстинктивно выпалил:
— Не нужно! Я в ванную!
Крепко сжав вокруг себя одеяло и даже не вспомнив про тапочки, он вихрем умчался в уборную и заперся на замок.
«Нет, нужно двигаться постепенно, а не начинать с вожделения к чужому телу!» — рассуждал парень.
Янь Шуо остался в недоумении. Он ведь просто хотел помочь поднять с пола одеяло... Чего парень так перепугался?
Восстановив в памяти детали произошедшего, Янь Шуо внезапно осознал двусмысленность собственных слов и замер.
Вышло грандиозное недоразумение.
Янь Шуо хотел было объясниться и приподнялся на кровати. Одеяло соскользнуло, открыв взгляду его собственное утреннее положение.
Осознав, что сам попал в точно такой же пикантный конфуз, Янь Шуо так и не произнес ни слова.
Он молча перебрался в кресло и, прикрывшись своим одеялом, уехал к себе в комнату.
Цзяю не слышал, как Янь Шуо ушел, и, думая, что тот всё еще ждет снаружи, долго не решался высунуть нос из ванной.
Лишь когда Паньцзюй начал настойчиво мяукать в его спальне, а ответа от Янь Шуо так и не последовало, Цзяю понял: в комнате никого нет.
Осторожно приоткрыв дверь, он выскочил наружу. На кровати действительно никого не было — только пухлый рыжий кот отчаянно скакал по матрасу, словно компенсируя отсутствие компании этой ночью.
Увидев хозяина, Паньцзюй жалобно замяукал, требуя еды.
Цзяю бросил взгляд на распахнутую настежь дверь и тихо спросил:
— А где твой папа Шуо?
— Мяу, — кот настойчиво напоминал про завтрак.
Делать было нечего. Цзяю подхватил его на руки и спустился вниз кормить.
Когда он снова поднялся наверх, чтобы переодеться, Янь Шуо как раз выезжал из своей комнаты.
Вспомнив утреннее происшествие, Цзяю снова смутился.
Янь Шуо уже переоделся. Окинув взглядом Цзяю, всё еще стоящего в пижаме, он изогнул бровь:
— Только вылез?
Цзяю ответил молчанием.
Это он так иносказательно хвалит его выносливость?!
Смущенно улыбнувшись, парень юркнул к себе, запер дверь, молниеносно переоделся, умылся и приготовился спуститься на кухню, чтобы приготовить завтрак.
Однако, к его великому удивлению, на столе уже дымился готовый завтрак.
Неужели благородный господин злодей сам встал к плите?!
Цзяю охватило чувство невероятного счастья, как вдруг он заметил, что изысканные блюда на столе смотрятся до боли знакомо. Точно такие же они часто заказывали в отеле, где любили завтракать.
Он повернулся к Янь Шуо, который в гостиной гладил кота:
— Вы заказали завтрак?
Янь Шуо слегка кивнул и, подъехав к столу с котом на руках, с самым будничным видом ответил:
— Я велел им приготовить кое-что на свой вкус и привезти. Если хочешь чего-то конкретного, скажи, они позже доставят прямо к тебе в лабораторию.
— У пятизвездочного отеля есть служба доставки?! — изумился Цзяю.
Янь Шуо положил ему в пиалу сочный сяолонгбао и без тени бахвальства ответил:
— Для меня — есть.
«Понятно», — подумал Цзяю. Это привилегия главного инвестора и ключевого клиента.
Но в душе парня всё же поселилась легкая тревога. Обычно, если он сам не ленился, Янь Шуо всегда ел завтрак его приготовления.
Зачем же сегодня понадобилось вызывать доставку из отеля?
Цзяю откусил кусочек от сяолонгбао и, глядя, как Янь Шуо в какой уже раз сгоняет пытающегося взобраться на стол Паньцзюй, осторожно поинтересовался:
— С чего это вы вдруг решили заказать еду?
Янь Шуо замер с соусником в руках и взглядом указал Цзяю на настенные часы:
— Не хотел, чтобы ты с самого утра метался в спешке. Не бери в голову.
Обычно Цзяю вставал в семь и выходил из дома в восемь. Но из-за утреннего переполоха время уже перевалило за восемь. Если ждать, пока он приготовит завтрак, они выйдут не раньше девяти.
Янь Шуо опоздания не грозили, но он знал, что у Цзяю день расписан по минутам. Потерянный час утром означал, что парню придется нагонять упущенное вечером.
Янь Шуо просто не мог позволить ему засиживаться допоздна.
Цзяю с облегчением вздохнул и тихо пробормотал:
— А я уж подумал, вам надоела моя стряпня...
Янь Шуо тихо усмехнулся и с убежденностью в голосе успокоил его:
— Твоя еда никогда не надоест.
Цзяю радостно улыбнулся. Покончив с завтраком, они оба снова погрузились в работу.
Лечение ног Янь Шуо перешло в следующую фазу — теперь он регулярно делал упражнения для восстановления мышечной силы.
Закончив с делами в офисе, Янь Шуо по обыкновению отправился в спортзал на том же этаже.
Вдоль дальней стены зала были смонтированы специальные поручни, позволявшие ему тренировать ходьбу.
Чжоу Цзэ наполнил для него термокружку и, наблюдая, как Янь Шуо, держась за поручни, шаг за шагом уверенно идет вперед, искренне радовался:
— С каждым днем вы восстанавливаетесь всё лучше! Уверен, совсем скоро вы сможете полностью поправиться!
Янь Шуо бросил взгляд на стоящее неподалеку кресло и строго велел помощнику:
— Цзяю ни слова.
Чжоу Цзэ мгновенно всё понял:
— Хотите сделать господину Нину сюрприз?
Сюрприз сюрпризом, но было и кое-что еще...
При мысли о том, как каждый вечер Нин Цзяю помогает ему делать упражнения и поддерживает его, Янь Шуо становилось невероятно тепло на душе.
После ужина Цзяю, как обычно, помогал Янь Шуо разрабатывать ноги.
Процесс восстановления шёл то быстрее, то медленнее — четкой динамики не мог уловить даже сам Цзяю, что вызывало у него немало беспокойства:
— Не торопитесь, наступайте уверенно, каждым шагом фиксируйте стопу, чтобы не потерять равновесие.
Янь Шуо кивнул и под внимательным взглядом парня осторожно выставил правую ногу, надежно уперевшись в пол.
Цзяю одобрительно кивнул:
— Вот именно так. Перенесите вес тела на правую ногу. Отлично, теперь шагайте левой.
Янь Шуо послушно сделал шаг, и только Цзяю подумал, что тот обрел устойчивость, как мужчина вдруг пошатнулся и всем телом навалился на него.
Цзяю поспешно обнял его за талию, удерживая от падения.
За этот вечер Янь Шуо падал на него уже не в первый раз. Цзяю всерьез усомнился в собственных профессиональных способностях:
— По идее, вы уже должны медленно ходить самостоятельно... Почему же шаги даются всё тяжелее? Неужели я где-то допустил ошибку в методике?
В глазах Янь Шуо промелькнуло чувство вины, но он с невозмутимым видом сослался на физиологию:
— Нет, что ты. Просто я, видимо, медленнее поддаюсь восстановлению.
Цзяю всё равно тревожился:
— Давайте допьем этот курс лекарств до следующего месяца, и если сдвигов не будет, придется менять схему терапии.
Янь Шуо кивнул, понимая, что со следующего месяца притворяться больше не выйдет — придется ходить самому.
От этой мысли ему стало даже немного досадно. Он заронил пробный шар:
— А может, подождем до послеследующего?
Цзяю безнадежно улыбнулся:
— Вы думаете, это конфеты, про которые можно договориться? У любого лекарства есть побочные эффекты, и пить их без нужды не стоит. К тому же в медицине главное — точность. Неправильный курс может навредить, так неужели я стану закрывать на это глаза?
— А если схема верна? — Вес Янь Шуо постепенно перемещался на парня. Они и без того стояли у самой стены, и Цзяю, чтобы удержать мужчину, невольно прислонился спиной к панели. Сам того не замечая, он оказался полностью прижат к стене широкой грудью Янь Шуо.
Цзяю на мгновение потерял ход мысли. Подавив вспыхнувший на щеках румянец, он принялся рассуждать с самым серьезным видом:
— Если бы схема работала, не было бы такого застоя. По моим расчетам, в следующем месяце вы уже должны нормально ходить. Раньше ваше восстановление даже опережало графики! Так что даже если вы еще не готовы к уверенной ходьбе, то хотя бы медленно перемещаться должны были научиться. Вы не могли бы падать после каждого второго шага.
Чем больше он говорил, тем сильнее возрастало его беспокойство:
— Пожалуй, надо собрать консилиум экспертов. Я узнаю у профессоров, когда они свободны, и мы устроим видеоконференцию. А завтра утром я лично отвезу вас в больницу на обследование.
Сердце Янь Шуо ёкнуло. Опасаясь разоблачения, он попытался возразить:
— Я полностью доверяю твоему врачебному искусству, незачем беспокоить других.
— Ну уж нет! Я, конечно, хорош, но и коллег со счетов сбрасывать нельзя. Консультация со специалистами всегда полезна — а вдруг удастся найти новое решение? Не волнуйтесь, я сделаю всё, чтобы вылечить вас! — Цзяю с чувством похлопал Янь Шуо по плечу.
Янь Шуо чутко уловил изменение: раньше парень говорил «постараюсь найти способ», а теперь — «обязательно вылечу». В душе его бушевала благодарность, но страх, что Цзяю раскроет его обман, побеждал:
— Мы же вроде договорились подождать до следующего месяца?
Цзяю, боясь, что Янь Шуо упадет, крепче обхватил его руками:
— Следующий месяц — это лишь крайний срок. Если появятся улучшения — отлично. Но если всё останется как есть, лучше выгадать время и начать действовать раньше.
Чем больше искренней заботы проявлял Цзяю, тем больше вины и тревоги испытывал Янь Шуо. Если парень узнает правду, нахлобучка — полбеды, а вот если он обидится и уйдет — это будет катастрофа.
Губы Цзяю — яркие, влажные — непрерывно шевелились, расписывая детали нового плана лечения.
Этот парень отдавал ему всего себя, без остатка.
Янь Шуо больше не мог слушать ни слова. Он внезапно наклонился и накрыл губы Цзяю своими.