Тем временем автомобиль Янь Шуо подезжал к уединённой горной вилле.
Это было старое, давным-давно построенное здание. Под мрачным, нависшим небом оно до жуткого напоминало заброшенный дом из городских легенд.
Двор утопал в сухих опавших листьях, а мутные, затянутые толстым слоем пыли стёкла не позволяли разглядеть, что происходит внутри. В углах оконных рам раскачивалась рваная паутина. От всего имения веяло могильным холодом и запустением.
У входа остановились несколько ничем не примечательных чёрных седанов. Янь Шуо вышел из машины, опираясь на массивную трость, обвитую чёрным и золотым узором. Он двигался абсолютно ровно, без видимой хромоты — трость лишь помогала снять лишнюю нагрузку с ног.
Сквозь тяжёлые металлические двери с улицы доносилась ожесточённая ругань.
Спор продолжался уже долго, и оба участника, выбившись из сил, постепенно сбавили тон.
Телохранитель в чёрном костюме распахнул массивные двери. Янь Шуо неторопливо вошёл внутрь — сдержанный и осанистый, он походил на аристократа викторианской эпохи.
Прекратившие ссору Янь Лу и Пань Линь одновременно обернулись на звук шагов и мгновенно замолкли.
Янь Лу уставилась на брата в полном изумлении, пристально оглядывая его с ног до головы:
— Ты… Твои ноги… ты выздоровел?
— Ещё нет, — спокойно ответил Янь Шуо, перенося вес на трость.
Вчера до Янь Лу дошли слухи о Янь Шуо и Нин Цзяю, но, погрязнув в собственных проблемах, она не придала им значения, решив, что брату просто стало немного лучше. Она и помыслить не могла, что он уже способен ходить.
В душе её поднялась липкая волна тревоги. Пытаясь сохранить лицо, она спросила:
— Зачем ты приехал? Если ноги не прошли, сидел бы дома!
— А ты разве не хочешь поблагодарить меня за то, что я нашёл для тебя Пань Линя? — ответил Янь Шуо вопросом на вопрос.
Эту виллу Янь Лу купила ещё в молодости. В первые годы брака они с мужем проводили здесь по паре месяцев каждое лето. Позже Пань Линю надоело таскаться в такую глушь, и про дом забыли на годы.
Сегодня утром Янь Лу получила сообщение о том, что её сбежавший супруг прячется именно здесь, и тут же помчалась сюда, даже не подозревая, что наводку ей дал брат.
Ощущение смертельной ловушки сдавило ей горло.
— Что ты задумал?
— Ты моя родная сестра. Что я могу задумать? — с абсолютным равнодушием отозвался Янь Шуо.
Лишь в глубине его тёмных глаз прошмыгнула тень, обещавшая шторм, способный стереть всё на своём пути.
Пань Линь тем временем оправился от шока при виде ходячего Янь Шуо и, ткнув в него пальцем, завопил:
— Ты же обещал! Обещал, что если я всё выложу, ты не станешь меня преследовать!
Янь Лу впала в панику и с визгом набросилась на мужа:
— Что ты ему наплетал?!
Пань Линь с ненавистью вылупился на неё. Терять ему было нечего:
— Янь Шуо, клянусь, я не соврал ни единым словом! В ту аварию тебя отправила твоя собственная сестричка!
— Враньё! — визгливо перебила его Янь Лу.
— У меня есть доказательства! Я уже всё показал твоему брату! — Пань Линь с вызовом задрал подбородок, глядя на Янь Шуо.
Люди Янь Шуо скрутили его при попытке сбежать за границу и привезли сюда. Помещения он покидать не мог, но в остальном с ним обращались сносно: не пытали, требований не выдвигали и сам Янь Шуо к нему не приходил.
Однако со временем Пань Линя охватила паранойя. Он испугался, что, пока он сидит под замком, Янь Лу приберёт к рукам всё его имущество и оставит его ни с чем, поэтому сам потребовал встречи с Янь Шуо.
В знак благих намерений он предложил отдать половину своих активов и раскрыть коммерческие тайны Янь Лу, лишь бы его выпустили из страны.
Ответа не последовало. Пань Линь понял: такой куш Янь Шуо не интересует. Тот купался в деньгах, и подачка в виде его имущества была для него каплей в море.
Страх заставил Пань Линя пойти на крайнюю меру — выложить главную козырную карту. Он передал через охрану, что знает секрет автокатастрофы. Лишь тогда Янь Шуо снизошёл до телефонного разговора.
Пань Линь поклялся, что автокатастрофу спланировала Янь Лу, и пообещал предоставить железные улики. Только после этого Третий господин Янь лично прибыл на виллу.
Услышав слова мужа, Янь Лу пришла в неистовство:
— Чушь собачья! Никаких доказательств быть не может! Я ничего не делала, не смей на меня навешивать свои грехи!
Она рванулась к выходу, но путь ей тут же преградили охранники.
Поняв, что вырваться не удастся, Янь Лу в бешенстве накинулась на брата:
— Мы родные люди! Ты поверишь этому мерзавцу, а не мне?!
Янь Шуо перенёс вес на трость. Его фигура чуть наклонилась, что придало ему ещё более холодный и властный вид.
Возможно, он уже перестрадал своё, переболел этой предательской болью, а может, нахлынувшее чувство к Нин Цзяю заслонило прежние обиды, но сейчас лицо Янь Шуо выражало лишь ледяное спокойствие. Ни тени злобы, ни капли печали.
— Я и сам долго думал над этим, — тихо произнёс он, глядя ей прямо в глаза. — Мы ведь родные. Зачем ты попыталась меня убить?
— Я этого не делала! — завопила Янь Лу.
Янь Шуо кивнул в сторону её мужа:
— У него есть видеозапись. На ней чётко видно, как ты нанимаешь киллера.
Янь Лу застыла, выпучив глаза.
Пань Линь ядовито ухмыльнулся:
— Я берёг эту запись на крайний случай, Лулу. Всё-таки мы были супругами, и я не хотел действовать жёстко. Но ты сама заставила меня: потребовала развод, да ещё и в руки к твоему братцу я попал. Так что не обессудь.
Янь Лу затрясла головой, бледнея на глазах:
— Нет… Невозможно! Откуда у тебя запись?!
— Скрытая камера, дорогая. Честно говоря, я и сам не ожидал, что ты способна на расправу над родным братом. И до смерти перепугался, что однажды ты поступишь так же со мной. Вот и сделал запись — для подстраховки.
Каждое «Лулу» из его уст звучало как звонкая пощёчина. Янь Лу корчило от тошноты и ярости.
Липкий ужас сжимал её сердце. Обычно Пань Линь перед ней пикнуть не смел, ползал на цыпочках, а она в последние дни совсем потеряла голову от гнева и приехала сюда без охраны.
Кто же знал, что эта молчаливая собака при случае вцепится прямо в горло!
Янь Шуо явно пришёл с готовым приговором. Понимая, что нельзя допустить его союза с Пань Линем, Янь Лу, подавляя дрожь во всём теле, обратилась к брату:
— Не верь ему! Он всё спланировал заранее, чтобы подставить меня! Это он тебя заказал! Старший брат уже не у дел, и если бы мы с тобой погибли, вся семья Янь досталась бы ему!
— Заткнись, дура! — рявкнул Пань Линь. — Твой отец не из глупых! Даже если бы вы все трое подохли, меня бы и близко к компании не подпустили!
— Заткнись сам! Это твоих рук дело! А-Шуо, я докажу! Я сейчас же найду улики! — Янь Лу снова метнулась к двери, но её опять грубо оттолкнули назад.
Теряя самообладание, она закричала:
— Да не я это, сколько повторять?! Янь Шуо, чего ты от меня хочешь?!
— Я хочу знать одну вещь, — чеканя каждое слово, проговорил он. — Все эти годы, каждый раз, когда ты смотрела на меня… ты жалела, что я не подох в той машине?
— Нет! Это была не я! — забилась в истерике Янь Лу.
Янь Шуо бросил короткий взгляд на помощника.
Чжоу Цзэ мгновенно всё понял. Достав из портфеля ноутбук, он развернул экран к Янь Лу.
На видео запустилась запись. На кадрах отчетливо виднелось лицо Янь Лу и человека, который позже на таран пошёл против машины Янь Шуо и погиб в той аварии.
Из динамиков отчётливо раздался узнаваемый, властный голос Янь Лу:
«Не суй нос не в своё дело. Делай, что сказано! Чего ты ссутулился? Всё равно у тебя рак, долго не протянешь. Неужели не хочешь оставить бабки жене и детям? Струсил — так дербахни для храбрости».
«Я ж о тебе пекусь. Твои задохлики при тебе нищету хлебали, а так хоть перед смертью куш им оставишь. Плохо, что ли?»
«И запомни: дерпнешься, сдашь меня — я всю твою семейку в землю закатаю!»
* * *
Каждое слово, каждая интонация, даже надменная мимика — это была она, во всей своей привычной стервозности.
Янь Лу побелела как полотно. Дрожащей рукой она попыталась нащупать в сумочке телефон, но увидела, что её вещи давно забрали люди Янь Шуо.
— Отдайте! — в бешенстве рявкнула она, пытаясь вырвать сумку.
Янь Шуо молниеносно выставил перед её грудью трость. Тонкое дерево толщиной в пару пальцев заставило Янь Лу замереть на месте — скинуть его она не посмела.
Обливаясь холодным потом, она уставилась на брата:
— А-Шуо… Ты правда веришь этому видео?
Янь Шуо никогда не отличался мягкосердечием, а после аварии и вовсе стал жестким и злопамятным. Даже Янь Лу всегда остерегалась переходить ему дорогу, шпыняя его дома по мелочам, но никогда не задевая за живое.
Но покалечить его на всю жизнь — это совсем не то же самое, что обменяться колкостями за обедом.
За такое Янь Шуо заставит страдать вдесятеро сильнее.
Янь Лу затрясло.
— У Пань Линя на руках прямые улики. С чего бы мне ему не верить? — спросил Янь Шуо.
Янь Лу с ненавистью полоснула взглядом по мужу:
— Да он сам увяз по уши!
Пань Линь занервничал:
— Я всё выложил! Янь Шуо, ты же видишь, она фактически созналась! Ты отпустишь меня?!
Янь Шуо неторопливо прошёл к дивану и сел, опершись на трость.
— Сегодня один из вас отсюда точно не выйдет, — бросил он, скользнув взглядом по двери.
Оба замерли.
— Я родная сестра! — завопила Янь Лу.
— Я же всё тебе слил! — закричал Пань Линь.
— Расклад простой: кто даст более ценные сведения, тот и живет. Бесполезный мусор пойдёт на убой, — проговорил Янь Шуо негромко, но на последнем слове в его голосе прорезалась жуткая, давящая ярость.
Пань Линь понимал, что у него нет родственного прикрытия, поэтому затараторил без остановки:
— Янь Шуо, слушай меня! Она не просто наняла киллера! Когда ты выкарабкался, она подменила твои лекарства! Она хотела добить тебя!
Янь Шуо приподнял бровь. В прошлый раз Пань Линь об этом молчал, и Янь Шуо специально выжидал сегодняшнего дня, чтобы выжать из них всё.
— Враньё! Я ничего не подменяла! Не смей вешать на меня дерьмо! — Янь Лу схватила со стола вазу и швырнула в мужа. Пань Линь увернулся и продолжил орать:
— Это была она! Она убедила твоего старшего брата привести своего врача, заставила Пань Фан выведать схему лечения и пыталась подсунуть фальшивку! Пань Фан смогла только украсть оригиналы, а точной копии пустышек не нашла, вот Лулу и пришлось действовать самой! Вспомни, как у тебя адски болели ноги после аварии! Это всё из-за её таблеток!
— Я этого не делала! Янь Шуо, не слушай его! Это всё его рук дело! — лицо Янь Лу из бледного стало пунцовым от бешенства.
— Всё делала ты! — с пеной у рта доказывал Пань Линь. — Ты лопалась от зависти, что он у руля компании! Ты ему постоянно подножки в бизнесе ставила, да только он на твои уловки не попадался! И между прочим, твой старший брат вылетел из правления тоже из-за твоих интриг! Ты хотела убрать Янь Хуайлина, а потом подсидеть и А-Шуо!
Янь Шуо знал обо всех её прежних кознях и уже давным-давно проучил сестру. После аварии она больше не смела сунуть нос в дела корпорации.
Янь Лу затряслась ещё сильнее — то ли от страха, то ли от бешенства.
Янь Шуо бросил на неё ледяной взгляд и кивнул Пань Линю:
— Как именно подменили лекарства?
Пань Линь торопливо заговорил:
— Она боялась прямого отравления — слишком заметно. Поэтому решила подсыпать препараты, которые усиливают боль. Ты тогда был слаб и физически, и морально, вот она и хотела довести тебя дикой болью до суицида или сумасшествия! Лишь бы ты не мешал ей занять твоё кресло!
— Заткнись! — закричала Янь Лу, срываясь на ультразвук.
Пань Линь даже не обернулся:
— Чтобы отвести от себя подозрения, она вообще не расспрашивала врачей, а действовала через Янь Хуайлина и его жену. Хотела сделать из них козлов отпущения! Но твой старший брат — трусливый слизняк, он бы на убийство не пошёл, только и думал, как бы верхушку вернуть. А фальшивые таблетки она заказала на обанкротившемся фармзаводе «Куаньчжу»!
— Это ты меня подставил! — визжала Янь Лу. — Я вообще ничего о лекарствах не знаю! Какая ещё подмена?!
Пань Линь хмыкнул:
— Да не жмись ты! Скажешь, ты бы не выиграла больше всех, загнись твой братец?!
— А как же старший брат?! — рявкнула Янь Лу.
— Да твой старший брат хоть и идиот, но кишка у него тонка кого-то убивать!
Янь Шуо молча слушал их перепалку. Когда оба выдохлись и уставились на него в ожидании вердикта, он тихо позвал:
— Чжоу Цзэ.
Помощник достал из сумки два прозрачных пластиковых контейнера размером с фалангу пальца и дружелюбно улыбнулся присутствующим:
— Это те самые препараты, которыми лечили господина Янь. В одном контейнере — оригинальное лекарство, во втором — подделка. Прошу вас выбрать и принять.
— Ты хочешь меня отравить?! — ужаснулась Янь Лу.
— Это лечебные препараты, от них не умирают, — вежливо уточнил Чжоу Цзэ, выкладывая коробочки на журнальный столик. — Кто первый?
Янь Лу хотела посмотреть на реакцию мужа, но Пань Линь опередил её: он подскочил к столику, сгрёб обе коробочки и стал лихорадочно вглядываться в них, пытаясь найти отличия.
Превозмогая желание вцепиться ему в рожу, Янь Лу ядовито усмехнулась:
— Не пытайся, ты же не фармацевт, хрен отличишь. Янь Шуо, ты просто хочешь убить нас обоих, да?
Пань Линь вздрогнул и испуганно уставился на Янь Шуо.
Тот лишь вальяжно откинулся на спинку дивана и вдруг тонко, беззвучно улыбнулся. От этой улыбки у обоих побежали мурашки по коже.
— Убийство — это преступление, а я чту закон, — мягко проговорил Янь Шуо.
Скользнув взглядом по Пань Линю, который всё ещё пытался угадать безопасную дозу, Янь Лу глубоко вдохнула, заставляя себя успокоиться.
— И кому из нас ты веришь? — спросила она.
— А ты как думаешь? — перебил Янь Шуо.
— Не крути мне мозги! Какой смысл заставлять нас пить таблетки? Мы не врачи, мы не знаем, что из этого оригинал, а что фальшивка! И если кому-то не повезёт съесть подделку, ты на этом основании сделаешь вывод, кто виновен?! — Янь Лу попыталась ухватиться за остатки логики, надеясь остановить этот безумный фарс.
Но Янь Шуо оставался непреклонен:
— Вы оба валите вину друг на друга. Выяснять, кто прав, слишком муторно. Пусть всё решит судьба. Ни один из препаратов не смертелен. Просто один содержит седативное, а второй вызовет сильнейшую неврологическую боль. Через день-два отпустит. Не помрёте, не бойтесь.
Янь Лу фыркнула и со всей силы заехала каблуком по руке Пань Линя. Тот взвыл от боли, разжав пальцы, и коробочки посыпались на пол.
Не давая ему опомниться, Янь Лу наступила на них туфлей, подогнала ближе к себе и нагнулась.
— Воды, — отрезала она.
Чжоу Цзэ достал из упаковки две бутылки минералки и поставил перед ними. Всё это время на его руках были белые тканевые перчатки.
Увидев, что Янь Лу собирается заглотить таблетку, Пань Линь ткнул в неё пальцем:
— Смотрите! Она поняла, где нормальные!
Янь Лу рявкнула:
— Заткнись! Если думаешь, что у меня безопасные — давай меняться!
Пань Линь замялся, разглядывая свою коробочку. Там лежало несколько внешне одинаковых капсул. Даже запах казался идентичным.
Он не мог понять: сеструха блефует или реально просчитала комбинацию? Подумав, он решил не рискнуть и оставить всё как есть.
Янь Лу открыла минералку и посмотрела на брата:
— Если я выпью, ты мне поверишь?
Она знала: Янь Шуо никогда не полагается на волю случая. Эта игра с таблетками — просто проверка на вшивость.
Вся комната забита его людьми. Не выпьет сама — запихнут силой. Лучше показать покорность, вдруг появится шанс выкрутиться.
Янь Шуо молчал, переведя взгляд на Пань Линя.
— Думаешь, мой братец тебя погладит по головке?! Пей! — выкрикнула Янь Лу и разом заглотила содержимое коробки, запив водой.
Пань Линь, зажмурившись от страха, сглотнул свои капсулы.
Янь Лу перевела дух:
— Теперь я могу идти?
— С какой стати? — отозвался Янь Шуо.
— Я выпила лекарство! И авария — не моих рук дело! — вспыхнула она.
— А как быть с видеозаписью? — спокойно спросил Янь Шуо.
— Да откуда я знаю?! Может, Пань Линь нанял похожую бабу! Я тут ни при чём! — орала Янь Лу.
Янь Шуо поднял трость и указал на замерший кадр на экране ноутбука:
— Ты, похоже, забыла, где именно нанимала исполнителя?
Янь Лу оборвала крик. На видео застыл каменный павильон, в котором она давала инструкции киллеру.
Дыхание перехватило.
Это был Центральный парк в Пекине...
В тот самый день Янь Шуо приехал туда лично — до него дошли слухи, что муниципалитет планирует реконструкцию парка. И там они случайно пересеклись.
И хотя проект реконструкции застрял на семь лет, Янь Шуо крайне редко выезжал на объекты лично. Тот день он запомнил отлично.
Янь Лу смертельно побледнела:
— Ты… ты с самого начала знал…
Янь Шуо кивнул.
— Тогда зачем ты заставил меня пить эту дрянь?! — в ужасе заверещала она.
— Я дал тебе то, чем ты кормила меня, — ответил Янь Шуо.
Пань Линь, думавший, что ему досталась безопасная доза, облегчённо вздохнул.
Но Чжоу Цзэ добродушно улыбнулся ему:
— Извините, я перед выездом оплошал: в обеих коробочках была подделка.
Настоящие лекарства, выписанные врачом, отправляли Янь Шуо в глубокий сон, чтобы облегчить боль. Но подменённые таблетки не давали уснуть — напротив, они провоцировали дикие вспышки боли в повреждённых нервах, разрывая мозг.
Янь Шуо не собирался лишать их сознания. Ему нужно было, чтобы они прочувствовали каждый адский круг, через который прошёл он сам.
Янь Шуо поднялся с дивана, опираясь на трость, и направился к выходу.
Янь Лу, не веря, что он вот так просто уходит, кинулась за ним, но охранники скрутили её:
— И это всё?!
Янь Шуо обернулся:
— М-м?
— Ты… просто уйдёшь?!
— А тебе есть что ещё мне сказать?
— Я… — Янь Лу судорожно искала слова и наконец не выдержала: — Ты даже не спросишь, за что я так с тобой?!
— Ты просто решила, что я стою у тебя на пути, — с ледяным равнодушием отозвался он и сделал шаг к двери.
Он победил, ему не о чем было с ней разговаривать.
Глядя на его уверенную, прямую спину, Янь Лу вдруг осознала, что все её многолетние интриги и планы оказались пшиком. Она прожила жизнь как ничтожная шутиха.
— Янь Шуо! — перекосив лицо, закричала она ему в спину. — Я просто хотела, чтобы ты подох!
Янь Шуо на секунду замер и медленно обернулся.
Янь Лу безумно расхохоталась:
— Ты думаешь, ты выпустишь кого-то из нас?! Ты хочешь, чтобы мы оба здесь сдохли! Да, я наняла того мужика! Но Пань Линь обо всём знал! И таблетки помогал доставать он!
Она поняла, что живой отсюда не выйдет, и решила утащить за собой мужа.
Пань Линь от страха затаил дыхание и хотел было возразить, но Янь Лу перебила его:
— А-Шуо, тебе надо было сдохнуть ещё в той машине!
Янь Шуо сжал набалдашник трости так, что побелели костяшки, но тут же заставил себя расслабить пальцы:
— Я выжил. Тебя это расстроило?
Янь Лу кивнула, окончательно сбросив маску:
— Сдох бы в аварии — и не мучился бы столько! А я бы спокойно забрала компанию! Умер бы сразу — не пришлось бы возиться с подменой таблеток, и ты бы не гнил заживо годами! Ты вообще не должен был рождаться на свет!
Взгляд Янь Шуо стал тёмным и тяжёлым, как свинец.
Пань Линь забился в угол, потрясённый её безумием.
Янь Лу жутко улыбнулась:
— Кабы ты не родился, мама бы не умерла так рано!
— Заткнись, — процедил Янь Шуо.
Увидев, что задела его за живое, Янь Лу испытала дикое, садистское наслаждение. Вырвавшись из рук Чжоу Цзэ, она подступила к брату:
— Отец берег твои нежные чувства и молчал! Но я скажу! Мать родила тебя в старом возрасте, сорвала всё здоровье и загинула в пятьдесят лет! Это ты её укокошил!
Чем темнее становилось лицо Янь Шуо, тем сильнее распалялась Янь Лу:
— Так что, А-Шуо, почему бы тебе просто не отправиться на тот свет?! Не родись ты — мама была бы жива, а мне не пришлось бы грех на душу брать! Ты сам во всём виноват!
Янь Шуо молча взмахнул тростью.
Тяжёлое дерево со свистом рассекло воздух и с оглушительным треском врезалось Янь Лу в плечо.
— А-а-а! — дико завизжала она, свалившись на пол.
Трость с грохотом упала рядом. Янь Шуо не стал бить снова. Он стоял над ней и смотрел сверху вниз с ледяным презрением:
— Маму в могилу свела ты.
Янь Лу расширила глаза от ужаса.
— Ты сбежала с Пань Линем, расписалась с ним, ничего не сказав родителям, а потом сфабриковала беременность, чтобы вымучить у них пышную свадьбу. А когда после праздника животу так и не откуда было взяться, мама обо всём догадалась. Ты призналась ей в лицо и заявила, что дело сделано и нечего ей лезть не в своё дело.
Когда Янь Лу выходила замуж, Янь Шуо был мал, но уже всё помнил. Он помнил, как мать ночами плакала от горя, как сдало её сердце и как родителям пришлось смириться с этим браком.
Пань Линя в семье не любили, старик Янь держал его подальше от семейных дел, но никогда не унижал.
Ему и Янь Лу дали всё, что полагалось.
И только когда Пань Линь сам попался на махинациях, Янь Шуо перестал церемониться.
Янь Лу хотела ударить его по больному, но брат выставил наружу её собственное гнилое нутро. Она задохнулась от гнева и стыда, не в силах вымолвить ни слова.
Янь Шуо высокомерно окинул её взглядом и повернулся к выходу.
Пань Линь попытался рвануть за ним, но охранники грудью перекрыли проход.
— Я всё выложил! — заверещал он. — Ты обещал отпустить!
— Я ничего не обещал, — отрезал Янь Шуо, не оборачиваясь.
Янь Лу, корчась на полу, захохотала в безумном припадке:
— Дурак! Ты думал, Янь Шуо святой?! Поверил ему, идиот!
— Заткнись, сука! Это всё ты! — орал Пань Линь.
Янь Шуо даже не взглянул на них. У самой двери он бросил сухую фразу:
— Не забывайте: живым отсюда выйдет только один.
Янь Лу стиснула зубы:
— Кого из нас ты хочешь убить?!
Янь Шуо ответил не раздумывая:
— На кухне есть ножи.
Пань Линь изменился в лице. Оттолкнув охранника, он со всех ног бросился в глубину дома, к кухне.
Поняв замысел брата, Янь Лу застыла на месте, глотая воздух.
Она хотела закричать, но Янь Шуо уже переступил порог.
Чжоу Цзэ и остальные вышли следом. Тяжёлая дверь с глухим щелчком закрылась, и снаружи повернулся ключ.
Янь Лу медленно обернулась.
Из коридора, сжимая в дрожащей руке длинный кухонный нож, на неё надвигался Пань Линь...