Декан факультета невольно бросил взгляд на крафтовый конверт в своих руках:
— Ты что, планируешь ещё и эти тесты решить?
— Шутите? Я прошлую ночь глаз не сомкнул. Если ещё и сегодня спать не лягу, сходу от внезапной остановки сердца скончаюсь. Я просто хочу подать заявку на собственную лабораторию, — ответил Нин Цзяю.
Студенты Дида на бакалавриате могли работать в исследовательских центрах лишь ассистентами профессоров, не имея возможности заведовать отдельным помещением. А так как вся полнота власти принадлежала научному руководителю, помощники не могли проводить исследования самостоятельно — им на каждом шагу связывали руки.
Услышав его легкий, будничный тон, декан не удержался от смешка:
— Фантазёр. У нас отродясь таких прецедентов не было. Я подобное решать не вправе, да и свободных лабораторий в университете просто нет. Ты лучше сначала задолженности по кредитам закрывай, поступай в магистратуру — а уж потом к этому разговору вернёмся.
Тот ответил резво и категорично. Нин Цзяю понял, что ловить здесь нечего, и решил искать другие пути.
Заскочив в столовую на запоздалый ужин, он вернулся в общежитие и рухнул на кровать без задних ног.
Тан Чжэ и Не Хунцзе, уминая принесённый им поздний перекус, при виде спящего товарища сразу стали втягивать лапшу куда тише, чтобы случайно его не разбудить.
На следующий день прямо во время пар Нин Цзяю принялся изучать лаборатории неподалёку от университета.
Государственные исследовательские центры делились на два типа: при вузах и независимые. Ни туда, ни туда с его текущей квалификацией пробиться не представлялось возможным.
Оставалось нацелиться на частный сектор.
Университетский городок вокруг Дида являлся главным научным центром страны, поэтому частных НИИ поблизости хватало. Нин Цзяю досконально изучил их лицензии, оснащение и опубликованные данные, отобрав в итоге три варианта.
Однако первое заведение временно не набирало научных сотрудников. Второе хоть и искало специалистов, но существовало уже слишком долго, а оборудование давно устарело: его хватило бы лишь на начальные опыты, а вот ключевые этапы исследования провести бы не удалось.
Нин Цзяю стремился решить вопрос одним махом, так что в остатке имелась лишь третья организация — научно-исследовательский институт «Жуйхао». Свободный доступ, отличная база, но полное отсутствие финансирования: они предоставляли лишь помещения и приборы. Причем за любую поломку оборудования выставлялся солидный штраф.
Чёртовы капиталисты.
Единственным плюсом оставался процент роялти для независимых исследователей: если другие лаборатории оставляли авторам лишь сорок процентов патентных прав, то «Жуйхао» щедро отдавал все шестьдесят.
Условия подачи заявок в научно-исследовательский институт «Жуйхао» отличались жесткостью, поэтому Нин Цзяю решил предложить им долю от своего первичного патента — так он гарантированно получал доступ к лаборатории уровня «A».
Самый высокий класс — лаборатории категории «S» — посторонним вообще не выделялся. Однако Нин Цзяю был уверен процентов на девяносто: стоило принести институту солидный патентный доход и громкое имя, и его заявку одобрят без лишних вопросов.
В тот же день после полудня юноша подготовил пакет документов и, отбросив ложную скромность, напросился на рекомендательное письмо к декану факультета.
Декан, в этот момент читавший лекцию с кафедры, увидел всплывшее уведомление, смерил Нин Цзяю строгим взглядом. Но юноша на него даже не смотрел, уткнувшись в стол и витая где-то в своих мыслях.
Заниматься сторонними делами у него на паре — да ещё и эсэмэски швырять!
Чистейшей воды провокация!
Декан помрачнел и гаркнул:
— Нин Цзяю! Разъясни-ка аудитории, как надлежит действовать в подобной ситуации?
Смерив взглядом красную точку от лазерной указки на слайде презентации, Нин Цзяю без единой запинки отчеканил верный алгоритм действий.
Лицо преподавателя немного смягчилось:
— И до какого раздела ты уже дошёл своими силами?
— Всё прошёл, — спокойно отрезал Нин Цзяю.
Сюэ Минчэн фыркнул:
— Врёт и не краснеет.
Нин Цзяю проигнорировал выпад. А вот у декана разгорелся азарт:
— Что ж, а не замахнуться ли нам ещё на один вариант из базы?
Стоило ему озвучить идею, как вся аудитория тут же подхватила:
— Точно, устраиваем повторный экзамен!
— Ага, жутко интересно, сколько он наберёт в этот раз!
* * *
Получив единодушное одобрение группы, декан мигом извлёк электронную базу вопросов и наугад вытащил экзаменационный билет за текущий семестр.
Нин Цзяю снова разделался с заданиями за каких-то полчаса — и опять выбил максимум баллов.
Однокурсники, набравшие едва по десятку-другому очков, запричитали на весь кабинет, обозвав его инопланетным монстром.
Нин Цзяю с невозмутимым видом поинтересовался у декана:
— Надеяться на рекомендацию теперь могу?
Преподаватель задумчиво потер подбородок:
— Понимаешь, у нас в университете доселе не было ничего подобного. Сделаем так: чуть позже я распечатаю ещё несколько вариантов. Если щелкаешь их без единой ошибки, я официально признаю, что ты готов к досрочному выпуску. И уже с этой позицией подпишу любую рекомендацию.
— После трёх часов у меня как раз окно, — уточнил Нин Цзяю. — Буду ждать вас прямо здесь, идет?
Декан кивнул и, едва прозвенел звонок, направился к себе в кабинет подбирать материалы.
Пока он ждал, пока принтер с шумом выдаст страницы, в дверь воровато проскользнул Сюэ Минчэн:
— Декан, я принёс вчерашнюю домашнюю работу.
— Положи на стол, — отозвался тот, забирая первый отпечатанный комплект.
Сюэ Минчэн опустил тетрадь и ненавязчиво подошел ближе:
— Профессор, а какую это рекомендацию просит Нин Цзяю?
Декан ухмыльнулся:
— Да вот, решил замахнуться на собственную лабораторию. Целеустремлённый парень, что и говорить.
В глазах Сюэ Минчэна мелькнуло глухое раздражение, но он тут же елейно улыбнулся:
— Профессор, я ведь тоже мечтаю о своей лаборатории...
Преподаватель слишком хорошо знал его способности, а потому лишь качнул головой:
— Для самостоятельных исследований ты пока не созрел. Не торопись: вот поступишь в магистратуру, тогда и поговорим.
— А почему Нин Цзяю тогда можно?! — задетый за живое, вскинулся Сюэ Минчэн.
— А у него сейчас виден колоссальный потенциал, — с гордостью за успешного ученика ответил декан. — Чем черт не шутит, вдруг и правда выдаст серьёзный научный прорыв?
Сюэ Минчэна буквально перекосило от зависти. Преподаватель, заметив его кислую мину, попытался сгладить углы:
— Радоваться надо за однокурсника. Глядишь, в будущем подставите друг другу плечо. Да и я пока всего лишь составляю рекомендацию. Дадут ему лабораторию или нет — зависит исключительно от его собственных сил.
Не смея больше перечить, Сюэ Минчэн изобразил покорность:
— Да, я понимаю...
Он мельком косился на пачку распечатанных бланков на краю стола, задерживая на них взгляд.
Заметив его интерес, декан хлопнул себя по лбу:
— Ох ты, совсем из головы вылетело! Это тренировочные билеты к вступительным экзаменам в магистратуру. Забери их и раздай тем, кто собирается поступать.
— Спасибо, профессор, — Сюэ Минчэн протянул руки к стопке.
— Накажи всем быть внимательнее, — напутствовал декан. — Мы с коллегами подняли весь архив прошлых лет и собрали здесь самые коварные задачки — исключительно ради того, чтобы выбить максимальный балл на испытаниях. Так что если кто-то застрянет, пусть не паникует: главное — не терять очки на более простых заданиях.
Сюэ Минчэн торопливо закивал. Улучив момент, когда профессор отвернулся к принтеру за следующей порцией, он с молниеносной ловкостью выхватил один лист из пачки для магистратуры и подсунул его в стопку тестов, приготовленных для Нин Цзяю.
* * *
Расправившись с первыми четырьмя вариантами на одном дыхании — ровно за полчаса на каждый, — Нин Цзяю неизбежно столкнулся с той самой диверсионной подделкой.
Обладая феноменальной памятью с самого детства, юноша с первого взгляда понял: эти темы к программе текущего семестра не имеют ни малейшего отношения.
Он вскинул глаза на декана, восседавшего на кафедре в роли надзирателя.
Заметив его замешательство, декан в душе восторжествовал, но внешне напустил на себя строгий вид:
— Что такое? Встал в тупик?
— Да нет... Просто эти задачки чуточку мудрёнее, — скромно откликнулся Нин Цзяю.
Ответ вполне удовлетворил декана:
— Решай, решай. Если даже с таким уровнем не сладишь, какая тебе ещё рекомендация?
Тот и впрямь специально отобрал наиболее зубодробительные варианты за всю историю медицинского факультета, желая сбить с парня спесь.
Нин Цзяю склонился над листом. На этот раз ему потребовалось сорок пять минут, чтобы расщелкать тест до последнего пункта и перейти к следующему.
Декан с оживлением забрал готовые страницы, но, взглянув на заголовок, опешил:
— Вступительный тест в магистратуру?! Ты и его осилил?
— Ну да, а что такого? — Нин Цзяю решил, будто профессор намеренно устроил ему проверку на прочность, подбросив вариант повышенной сложности.
На каждый вопрос стоял четкий, каллиграфически выведенный и предельно логичный ответ. Пусть работа и не выходила идеально чистой — с него сняли ровно три балла за слишком сжатое описание экспериментальной части, — но почерк выдавал тертого калача. Сразу видно: человек провел в лабораториях не один год, а потому сокращение формальных шагов ничуть не вредило конечному результату.
Декан смотрел на лист с откровенным изумлением:
— Откуда у тебя такие знания?
Даже он сам не смог бы выдать столь безупречную работу за столь ничтожное время.
— Да просто умом Бог не обделил, — не поднимая головы, пробормотал Нин Цзяю, пока его ручка стремительно покрывала строчками последний бланк.
Ведь все задачи для магистерского билета профессор со своими коллегами составляли вручную, ориентируясь на самые заковыристые темы. В интернете готовых решебников не существовало в природе.
Неужели этот парень действительно настолько гениален?
Профессор перевел взгляд на остальную стопку выпотрошенных юношей тестов. Можно было даже не проверять — там гарантированно красовались высшие баллы.
Время подбиралось к семи вечера. Нин Цзяю сдал последний вариант:
— В семь тридцать у меня начинается пересдача, так что сбегаю навестить столовую. И про рекомендательное письмо не забудьте, ладно? Заранее спасибо!
Глядя вслед его стремительно удаляющейся фигуре, декан восхищённо покачал головой:
— Да уж... Перевелись старики — подрастает племя талантливое!
* * *
В семь тридцать стартовала официально назначенная пересдача. Нин Цзяю держал прежний темп — один комплект за тридцать минут. К полдевятому, когда завершилось время самостоятельной подготовки, перед ним лежали четыре полностью закрытых варианта.
Декан добровольно остался на сверхурочные в качестве наблюдателя, параллельно успев проверить все тесты, решённые юношей после полудня. За исключением магистерского билета, во всех остальных работах красовался стопроцентный результат.
Преподаватель буквально светился от восторга:
— Не забудь вовремя подать документы на рекомендованное поступление в магистратуру! — с воодушевлением напомнил он.
— Я не собираюсь в магистратуру, — отрезал Нин Цзяю, укладывая вещи в рюкзак.
Декан аж подскочил от возмущения:
— С такими-то мозгами?! Да как ты можешь отказываться от магистратуры!
Нин Цзяю закинул сумку на плечо:
— Хочу сразу подавать документы в докторантуру.
Будучи ведущим вузом страны, Дида, разумеется, готовил как магистров, так и докторов наук. Выпускники бакалавриата могли претендовать на льготные места в магистратуре через внутренние экзамены, и большинство шло именно этим последовательным путем. Те, кто пытался замахнуться напрямую на докторантуру, встречались крайне редко — планка требований стояла настолько высоко, что суровый отбор проходили единицы.
Но юноша излучал такую непреклонную уверенность, что декан проникся к нему неожиданной верой. Он хотел было сказать пару напутственных слов, но Нин Цзяю уже и след простыл.
* * *
У Янь Шуо днём выдались неотложные дела, поэтому процедуру ухода перенесли на вечер.
Дядя Сунь подогнал автомобиль к подножию высотки Компании Янь. Запрокинув голову к сплошь освещенному фасаду небоскреба, Нин Цзяю восхищённо хмыкнул:
— Сразу видно — флагман мировой индустрии.
Время позднее, а у них целые этажи сияют! Капиталисты — настоящие упыри, выжимающие из людей все соки.
Приложив пропуск к турникету, Нин Цзяю вошел в холл и поднялся на верхний этаж, к персональному кабинету Янь Шуо.
Тёмно-коричневая деревянная дверь в дальнем конце коридора была наглухо заперта и походила на пасть затаившегося чудовища.
В голове юноши снова проплыл образ белой акулы. Набравшись храбрости, он сделал несколько шагов вперед и постучал.
— Войдите, — отозвался густой бархатистый голос Янь Шуо.
Нин Цзяю толкнул дверь — и первым же делом наткнулся на Янь Тяньхао, стоявшего прямо напротив своего дяди. В то же мгновение юноше отчаянно захотелось затвориться обратно.
Но проницательный, глубокий взгляд Янь Шуо сквозь дверной проем уже приковал его к месту.