Старик одарил Нин Цзяю мрачным взглядом и замолчал — от ярости у него перехватило дыхание.
Естественно, он понимал, что вины Янь Шуо в случившемся нет. Покусись на него кто-то чужой, дед первым размазал бы мерзавца по стене.
Но ведь предателем оказался свой, родной человек.
Пожилой мужчина в бессилии приложил ладонь к занывшему лбу.
— Спрятали бы вы эмоции, дедушка, — снова попытался остудить его Янь Шуо. — В такие-то лета из-за дряни всякой здоровье гробить.
— Да я только и живу, чтобы этот позор терпеть! — в сердцах рябнул старик. — Повезло твоей покойной матери — ушла рано, не дожила до подобного свинства!
Янь Шуо предпочёл промолчать.
— Вот эти слова вы бы лучше Янь Тяньхао адресовали, — тихо заметил Нин Цзяю. — Не ваш ведь сын перчатку бросил.
— Знаю, — отмахнулся дед. При всей своей вспыльчивости самодуром он не был.
Тяжело переведя дух, он поднялся с дивана. Янь Шуо подал ему трость и неторопливо пошёл следом.
— Уезжаете? — спросил Янь Шуо.
— В следственный изолятор поеду! — стиснул зубы дед. — Собственными руками этого щенка зашибу, пока он всю семью до конца не опозорил!
— Возьмите с собой побольше людей, — заботливо напутствовал его Янь Шуо, провожая до машины.
* * *
Вернувшись в комнату, Янь Шуо застал Нин Цзяю в глубоком раздумье.
— А Янь Хуайлин-то каков, — покачал головой юноша. — Растил сына больше двадцати лет — и выбросил из жизни, словно мусор.
— Он обычный трусливый эгоист, — усмехнулся Янь Шуо. — Сыграет свадьбу за границей и вряд ли уже вернётся.
— То есть попросту сбежал?
— Вроде того. Забудь о нём. — Янь Шуо погладил развалившегося на диване Паньцзюя и сжался губами к щеке Нин Цзяю. — Чем забивать голову чужими делами, давай лучше обсудим нашу свадьбу.
У Нин Цзяю блеснули глаза:
— Не рановато? Мы ведь и года не встречаемся.
— Если хочешь подождать — без проблем.
Нин Цзяю сдвинул кота в сторону, обнял Янь Шуо за шею и уткнулся носом в его плечо:
— Давай хотя бы дождёмся, пока я завершу пару важных экспериментов?
Ему хотелось встать рядом с Янь Шуо на равных — чтобы люди, представляя его, называли его собственные заслуги, а не только «партнёр Янь Шуо». Нин Цзяю намеревался доказать каждому, что достоин быть с ним рядом.
— Хорошо, — легко согласился Янь Шуо и нежно коснулся мочки его уха.
Пока они наслаждались близостью, Паньцзюй, свернувшись на диване, выводил недовольное «мяу».
Почему про кота забыли? Кот же идеален!
Лишь когда мяуканье стало совсем настойчивым, Нин Цзяю высвободил руку и почесал за ухом пушистого возмутителя спокойствия.
Кот тут же заурчал от удовольствия.
— Мы перестали стесняться его, когда целуемся, — прошептал Нин Цзяю. — Как бы не развратить животное.
— Он уже взрослый кот, пора бы привыкнуть или уходить в другую комнату, — невозмутимо свалил вину на питомца Янь Шуо.
Нин Цзяю фыркнул:
— Пойду приготовлю ужин.
* * *
В деле о покушении на Янь Шуо Янь Тяньхао запирался до последнего, но против железных улик устоять не смог. Суд признал его виновным и вынес приговор как соучастнику и заказчику.
Поданная апелляция ничего не изменила: высшая мера наказания осталась в силе.
Глядя на официальное заключение, Нин Цзяю погрузился в мысли. Из транса его вывел Янь Шуо, поставивший перед ним тарелку с нарезанными фруктами.
Юноша поддел шпажкой ломтик арбуза. Сладкий мякиш таял во рту — из рук любимого человека всё казалось вкуснее.
— О чём так заново задумался? — поинтересовался Янь Шуо.
— Вспоминал новеллы, которые мне Чу Ци советовал. Там полно историй про перерождение, — вздохнул Нин Цзяю. — Вот и думаю: а ну как Янь Тяньхао после казни переродится, вернётся в прошлое и сведёт с нами счёты?
Янь Шуо аккуратно подхватил на руки Паньцзюя, пытавшегося стянуть кусок арбуза, и задумчиво произнес:
— Если так случится — ничего не поделаешь. Это вне нашей власти.
— Ты вот так просто смиришься? — изумился Нин Цзяю.
— Дело не в смирении. Если он переродится, а я не смогу дать отпор и сгину, значит, я ни на что не годен, — ответил Янь Шуо, глядя юноше в глаза. — Меня волнует другое: будешь ли ты в том мире прежним собой?
— Хм, вопрос и правда непростой...
Если Янь Тяньхао переродится, у него будет колоссальное преимущество. И если в той реальности «Нин Цзяю» окажется первоначальным хозяином тела, его участь станет еще плачевнее. А если переместится сам Нин Цзяю... судя по его опыту попадания в книгу, даже не догадываясь о перерождении главного героя, он всё равно заметит странности.
Заметив озабоченность на лице парня, Янь Шуо добавил:
— Допустим, Янь Тяньхао способен переродиться. Но разве мы не можем?
— Я бы и одного раза ему не дал, — фыркнул Нин Цзяю.
Янь Шуо отправил ему в рот ещё один сочный ломтик:
— Вот и не забивай себе голову. Проблемы надо решать по мере их поступления, а гипотетические сценарии можно строить бесконечно. Пока ничего подобного не произошло, излишняя тревога бессмысленна.
Пережевывая арбуз с надутыми щеками, Нин Цзяю вынужден был признать его правоту.
* * *
За несколько дней до исполнения приговора Янь Хуайлин спешно вывез Чжоу Ланин с дочерью за границу, где они и сыграли свадьбу.
Отъезд держали в тайне от деда. Старик узнал об этом лишь тогда, когда решил оформить на внучку страховку. Он сразу понял: сын просто испугался ассоциаций с делом Янь Тяньхао и решил держаться подальше от Янь Шуо.
Поскольку Янь Хуайлин в заговоре не участвовал, Янь Шуо не стал его преследовать. Дед лишь махнул рукой: пусть живут на разных концах света, меньше поводов для конфликтов.
Пань Фан же после ареста сына металась в поисках спасения. Пользуясь её отчаянием, Янь Хуайлин с помощью хитростей и давления вынудил её подписать расторжение брачного договора. Бедняжка верила, что после этого бывший муж займется спасением Янь Тяньхао, но тот, получив свободу, в тот же день расписался с Чжоу Ланин, а на следующее утро улетел за рубеж.
Капитала у Янь Хуайлина оставалось немного — по меркам клана Янь, конечно. Но для скромной жизни семьи из трех человек за границей этого вполне хватало. Пань Фан же осталась у разбитого корыта.
Осознав, что бывший супруг бросил сына на произвол судьбы, Пань Фан едва не сошла с ума от ярости. В офис «Корпорации Янь» её бы не пропустила охрана, поэтому она отправилась в больницу — искала Нин Цзяю.
Завидев её в коридоре, юноша заподозрил неладное и попытался уйти, но Пань Фан прибавила шаг и завопила:
— Нин Цзяю, а ну стой!
Он ускорил шаг, однако на перекрестке коридора санитары катили каталку с пациентом без сознания, перекрыв проход.
Эта секундная замишка позволила Пань Фан настичь его.
— Я же вам жизнь спас в прошлый раз... — напомнил Нин Цзяю, пытаясь урезонить её.
— Ты погубил моего Тяньхао! — взвизгнула женщина, извлекая из сумки кухонный нож.
Заразу занесло!
Нин Цзяю мог бы легко отступить, но вокруг находились люди. Вдруг безумная баба бросится на случайных прохожих?
Он сделал шаг назад, блокируя ей путь. Пань Фан с воплем замахнулась:
— Ты ответишь за Тяньхао своей жизнью!
— Да жив ещё ваш Тяньхао! — Нин Цзяю перехватил её запястье, крутанулся и с силой провел бросок через плечо.
Пань Фан с грохотом свалилась на пол. Юноша выбил нож и мгновенно прижал нападавшую к полу.
В приёмном покое поднялся визг. Нин Цзяю крикнул коллегам, чтобы вызывали полицию.
Пань Фан брыкалась и орала во всё горло:
— Пусти! Если с Тяньхао что-нибудь случится, я тебя из-под земли достану!
— Вы с ним скоро вместе сможете дуэтом петь «Слёзы за решёткой», — отрезал Нин Цзяю и резким движением вывихнул ей плечевой сустав, чтобы не дергалась. — Ваш сын сел за то, что пытался убить Янь Шуо. Напасть первым, а потом корчить из себя жертву — совести совсем нет?
— Это вы его подставили! Вы с Хуайлином сговорились против меня!
— Поступок Янь Хуайлина — гнусь, конечно, но мы тут ни при чём. Включите голову: если бы он действительно хотел спасти сына, стал бы требовать развода? Он просто умыл руки, чтобы не тянуть за собой ваш балласт. — Тут Нин Цзяю осенило, и он строго спросил: — А ведь вы знали, что Янь Тяньхао готовит покушение на Янь Шуо, верно?
Потеряв и мужа, и положение, Пань Фан отчаялась окончательно.
— Знала, и что с того?! — завопила она. — Я хотела, чтобы Янь Шуо подох! А ты... Зачем ты связывался с ним? Чем тебе наш Тяньхао не угодил?!
— Забыли, как сами же вместе с ним выкручивали мне руки, требуя расторгнуть помолвку? — Нин Цзяю не стал больше тратить на неё слова, передав подоспевшим охранникам.
* * *
Нин Цзяю не собирался распространяться об этом инциденте, но замглавврача Мэн Цзюнь, опасаясь гнева Янь Шуо за плохую охрану, лично доложил боссу. В итоге Янь Шуо, бросив все дела, мчался в больницу со всех ног.
К этому времени его ноги благодаря стараниям Нин Цзяю полностью восстановились. Юноша даже успел обучить его элементам чечётки.
(Правда, танцевал в основном Нин Цзяю, а кот Паньцзюй смешно вилял задом под музыку, но Янь Шуо поддался на уговоры и сделал пару па. В тот вечер Нин Цзяю шутил, что Янь Шуо пора прикупить обтягивающие кожаные брюки, чтобы оценить его подтянутую форму — за что на следующее утро едва смог подняться с кровати).
Пань Фан за попытку нанесения тяжких телесных отправили в СИЗО, лишив возможности попрощаться с сыном перед казнью.
* * *
После оглашения приговора дед приехал к Янь Тяньхао на свидание.
— Зачем? Зачем ты это сделал? — с болью спросил старик.
Янь Тяньхао убежденно выкрикнул:
— Потому что всё это принадлежало мне по праву! Я видел будущее! Если бы не эти двое, сейчас в могилу лезли бы они, а не я! Дед, ты всегда был предвзят! Передай ты мне компанию раньше, ничего бы не случилось!
— Чушь собачья! — вспылил дед. — Твой третий дядя встал у руля благодаря собственному уму и хватке! А тебе сколько лет тогда было? Я должен был доверить корпорацию сопляку?!
— А когда я вырос?!
— Я дал тебе место в компании! Но ты оказался бездарем, да ещё и пытался подставить дядю на сделках. Он тебя раскусил! Ты сам всё разрушил! У Янь Шуо нет детей, по крови ты ему самый близкий человек. Будь у тебя хоть капля ума и усердия, стал бы он тебе вредить? А ты мало того что пакостил в бизнесе, так ещё и на жизнь его посягнул!
Янь Тяньхао заскрипел зубами от злости:
— Ты просто защищаешь своего любимого сыночка!
— Разумеется, я переживаю за своего сына! А твоя мать ради тебя вообще кинулась с ножом на Нин Цзяю! — гаркнул старик.
Янь Тяньхао замер, и на его губах мелькнула злорадная усмешка.
Видя это, дед почувствовал, как сердце сжимается от отвращения и тоски.
— Нин Цзяю цел. А твоя мать арестована и сядет в тюрьму.
Усмешка мгновенно сошла с лица Янь Тяньхао.
Дед тяжело вздохнул:
— Как ты дошёл до жизни такой? Живи да радуйся в статусе молодого господина — чего тебе не хватало?
— Мне нужна «Корпорация Янь»! — отрезал Янь Тяньхао. — Она принадлежит мне! Я видел это своими глазами!
Услышав об этом во второй раз, дед нахмурился:
— Где ты это видел?
— Во сне!
— Ты совсем свихнулся! — окончательно вывели из себя деда эти речи. — Верить снам?!
— Я знаю, что это правда!
Счёл сумасшествием... Не будь заключения экспертов об абсолютной психической нормальности Янь Тяньхао, старик потребовал бы повторного освидетельствования.
Покинув тюрьму с тяжелым сердцем, старик велел шофёру ехать в офис «Корпорации Янь».
С тех пор как Янь Шуо возглавил компанию, дед бывал здесь крайне редко.
Помощник Чжоу Цзэ встретил его как важного гостя, проводил в кабинет главы и подал свежий чай:
— Генеральный директор Янь заканчивает совещание, пожалуйста, подождите немного.
— Не суетись, пусть спокойно закончит, — дед с чашкой в руках подошел к панорамному окну. Из кабинета сына открывался великолепный вид на столицу.
Вскоре вошел Янь Шуо:
— Что-то случилось?
Дед отпил чаю и меланхолично произнес:
— Я был у Тяньхао...
— Снова заявляет, что это я его подставил?
Старик кивнул, а затем добавил:
— Он утверждает, будто видел будущее.
Перо в руке Янь Шуо замерло:
— Какое ещё будущее?
Дед пересказал бредни внука, а в конце добавил с тревогой:
— Боюсь, у него совсем с головой плохо.
— Напади он на меня с ножом прямо в коридоре, можно было бы списать на психоз, — хмыкнул Янь Шуо. — Но заказать убийство, достать огнестрел... Это холодный расчёт. Психи на такое не способны.
Однако в душе Янь Шуо нарастала тревога.
Будущее, о котором твердил Тяньхао... Это ведь та самая реальность, которую видел во снах Нин Цзяю.
Почему совпадение столь точно?
Нин Цзяю объяснял всё тем, что он «пришелец из другого мира». Но почему тогда и он, и Тяньхао видели один и тот же сценарий?
— А тебе самому ничего подобного не снилось? — вдруг спросил Янь Шуо у отца.
Дед качнул головой:
— Я стар, мне сны редко снятся... Хотя... В день, когда арестовали Тяньхао, мне приснился странный сон про тебя. Но сны ведь сбываются наоборот!
— И что там было?
— Будто тебя застрелили на яхте. Ноги твои так и не срослись, а характер стал совсем невыносимым. Ну да ладно, к чему эти глупости? Главное, что сейчас ты жив и здоров.
Точь-в-точь как в его собственном кошмаре.
Пальцы Янь Шуо сжали ручку до белизны костяшек. Отправив отца домой, он вызвал Чжоу Цзэ:
— Тебе снились сны обо мне, Нин Цзяю или Янь Тяньхао?
Чжоу Цзэ замотал головой:
— Босс, я с этой работой сплю по четыре часа, мне вообще ничего не снится!
Янь Шуо расспросил Янь Хуайлина и Пань Фан через своих людей — никто из них подобных снов не видел.
Значит, это касается только их троих.
* * *
Заручившись поддержкой деда, Янь Шуо решил уехать из офиса пораньше.
Дома он усадил на колени Паньцзюя и стал ждать возвращения Нин Цзяю.
Мысль, почти ускользавшая от него, постепенно обретала чёткие очертания. Нин Цзяю знал всё до момента, когда Янь Тяньхао пришёл к власти. Это была бывшая временная линия. Но почему именно Нин Цзяю стал фактором, изменившим всё?
Когда Нин Цзяю переступил порог и переобулся, Янь Шуо подошел к нему и сходу вовлек в страстный, глубокий поцелуй.
Нин Цзяю, слегка захмелевший от нежности, выронил кота из рук и прижался к груди любимого, восстанавливая дыхание.
— Что это ты сегодня такой пылкий? — прошептал он.
— Скажи мне... в чём суть нашего мира? — вдруг тихо спросил Янь Шуо.
Нин Цзяю растерянно моргнул:
— Какая ещё суть? Ты о чём вообще?
Янь Шуо наклонился, подхватил Паньцзюя и аккуратно опустил его в картонную коробку из-под посылки, которую юноша недавно распаковал. Кот с удовольствием устроился внутри, но когда Янь Шуо прикрыл крышку, погрузив нутро во тьму, Паньцзюй недовольно замяукал, пытаясь выбраться.
— Для Паньцзюя это просто новая игрушка или уютное гнездышко, — спокойно произнес Янь Шуо. — Но для нас это обычный кусок картона.
Нин Цзяю непонимающе уставился на него:
— И к чему ты подводишь?
— Твой прежний мир... он ведь находился в более высоком измерении, верно? — спросил Янь Шуо, фиксируя взгляд на лице юноши.
Нин Цзяю замер.
— Это был параллельный мир! Я же тебе рассказывал! — попытался он включить дурачка.
— В параллельном мире люди живут в том же времени, с похожими технологиями. Но ты с самого начала в деталях знал, как подсадятся события у нас. Твои «пророческие сны» — лишь прикрытие. На самом деле наше существование для твоего прежнего мира — это просто история, игра, комикс... или новелла.