Нин Цзяю быстро собрался и сбежал по лестнице:
— Уже решил, где будем завтракать?
Янь Шуо еле заметно кивнул и назвал место — тот самый отель, куда они ездили прошлый раз. Похоже, здешние завтраки действительно пришлись ему по душе.
— Ладно, погнали! — Цзяю взялся за ручки инвалидного кресла.
Паньцзюй, задрав хвост трубой, трусцой устремился за ними, но Нин Цзяю безжалостно преградил ему путь:
— Ты вчера вел себя отвратительно, так что сегодня сидишь под домашним арестом.
«Мяу!» — возмутился упитанный рыжий кот. Отступив на шаг, он сильным прыжком запрыгнул на подножку коляски и мертвой хваткой вцепился в брючину Янь Шуо, всем видом показывая, что намеревается ехать с ними.
Нин Цзяю отцепил пушистого бунтаря, унёс в гостиную и распаковал сразу несколько купленных вчера игрушек:
— Пока прививки не сделаем, никаких прогулок. А если подхватишь какую-нибудь дрянь? Давай, играй с игрушками. Будь умницей и не разноси дом!
Внимание Паньцзюя мгновенно переключилось, и он проигнорировал хозяина, с головой уйдя в охоту за плюшевой мышкой.
Пока «сынок» был занят, Нин Цзяю юркнул за дверь и помог Янь Шуо забраться в машину.
— Чему ты так радуешься? — спросил Янь Шуо.
— Да так... Такое ощущение, будто мы тайком от ребёнка сбегаем на свидание, — ляпнул Нин Цзяю, не подумав. Опомнившись, он тут же смутился и засуетился: — Ой, я вовсе не это имел в виду!
— Я понял, — отреагировал Янь Шуо.
"А ведь и правда похоже" — промелькнуло у него в голове.
До отеля они добрались быстро. Едва Янь Шуо появился в холле, к ним тотчас поспешил управляющий:
— Господин генеральный директор Янь! Рады приветствовать вас!
Янь Шуо коротко кивнул:
— Столик на двоих.
— Слушаюсь! — Управляющий вежливо поклонился Нин Цзяю: — Прошу за мной.
Ресторанная зона отеля занимала два этажа. Большинство постояльцев завтракали на первом, где уже практически не оставалось свободных мест. Второй этаж был компактнее и гораздо спокойнее — там сидела всего пара человек. Похоже, так выглядела местная VIP-зона.
При входе пробегавший мимо ребёнок случайно плеснул на Нин Цзяю молоком. К счастью, пятнышко оказалось совсем небольшим — достаточно было протереть водой.
Пока он ходил в уборную, Янь Шуо поднялся в зал.
Управляющий усадил Янь Шуо за небольшой столик у окна с прекрасным видом и сокрушённо виноватым тоном произнёс:
— Вынужден принести извинения, господин Янь. Все столики на террасе сегодня заняты. В следующий раз мы обязательно забронируем для вас лучшее место.
Обычно Чжоу Цзэ бронировал всё заранее, но сегодня Янь Шуо решил поехать спонтанно, так что упрекать администрацию было не за что.
Обычно Янь Шуо не придавал значения подобным мелочам. Не придавал — пока не заметил, кто именно занял террасу. Это был Янь Тяньхао.
Отель располагался у самого озера, и с трёх столиков на открытой террасе открывался потрясающий вид на воду.
Янь Тяньхао расположился за одним из них, а два остальных буквально затопил ало-красными розами. Вся площадка превратилась в романтический уголок, к которому вела дорожка, усыпанная розовыми лепестками. Похоже, племянник затевал нечто грандиозное.
Янь Шуо отпустил управляющего. Некоторое время он созерцал спину племянника, а затем набрал Нин Цзяю:
— Тебе нравятся розы?
— Ну, симпатичные цветы, — без задней мысли отозвался Цзяю. — А что такое?
— Ничего. Я забыл лекарство в машине, сходи принеси, пожалуйста.
Отослав парня, Янь Шуо постучал по стеклянной двери, ведущей на террасу.
Янь Тяньхао обернулся и опешил:
— Дядя? Откуда вы здесь? — Он поспешно подошёл ближе и, заметив, что старший родственник один, удивлённо спросил: — Вы один?
Янь Шуо проигнорировал вопрос. Обведя бесстрастным взглядом импровизированный розарий, он ровным голосом заметил:
— Выглядит неплохо.
Янь Тяньхао, давно не слышавший от дяди похвалы, мимолётно обрадовался, но тут же почувствовал неясную тревогу:
— Да так... Едва закончил...
— Закончил — значит, освобождай площадку, — произнес Янь Шуо.
—??? — Янь Тяньхао окончательно растерялся: — В смысле? Куда уходить?
— Куда угодно. Теперь это место нужно мне, — ответил Янь Шуо с абсолютным спокойствием, точно распоряжался собственной собственностью.
— Но зачем вам...
Янь Шуо кивнул подбородком в сторону террасы:
— Я приехал позавтракать не один. Место забираю, счета отдай Чжоу Цзэ — он компенсирует расходы.
Да это же откровенный грабёж среди бела дня!
Янь Тяньхао вспыхнул:
— Третий дядя! Я встал ни свет ни заря, потратил столько сил, чтобы все здесь устроить! Я планировал...
— Меня не интересуют твои планы, — беззастенчиво перебил его Янь Шуо. — Площадка нужна мне. Прямо сейчас.
Злость закипела в груди Тяньхао. При всей своей боязни перед дядей, отдавать свои труды без боя он не желал:
— Дядя, для меня это невероятно важно! Если вам так приглянулось оформление, я завтра устрою для вас точно такое же! Нет, в сто раз пышнее! Идёт?
Янь Шуо лишь презрительно ухмыльнулся.
Сердце Тяньхао ушло в пятки. С тех пор как Третий дядя оказался прикован к инвалидному креслу, подобная ухмылка на его лице никогда не предвещала ничего хорошего.
Подавив накативший страх, Тяньхао забормотал:
— Дядя... Хоть немного подумайте о моих чувствах...
— А ты задумывался о чужих чувствах, когда изменял и выставлял человека на всеобщее посмешище? — холодным тоном спросил Янь Шуо.
Янь Тяньхао ошеломленно воззрился на него, не веря, что дядя заступился за Нин Цзяю:
— Но это совсем другое дело! Мы с Бай Туном искренне любим друг друга...
— Твоя так называемая искренность меня нисколько не волнует, — раздражённо оборвал его Янь Шуо. — У тебя два варианта: либо ты освобождаешь террасу прямо сейчас, либо её не получит никто.
Столкнувшись с такой неприкрытой угрозой, Тяньхао едва удержался, чтобы не растоптать все эти розы в щепки. Однако безумная мысль лишь на миг мелькнула в его голове и тут же затухла.
Сделай он это — и месть Янь Шуо будет беспощадной. Сейчас у него нет ни единого шанса выстоять против Третьего дяди.
Оказавшись выброшенным из корпорации Янь, Тяньхао тайком копил силы. И хотя он действовал предельно осторожно, сформированная им подпольная сеть не так давно была разом разгромлена и уничтожена подчистую.
Тяньхао до сих пор не знал наверняка, чьих это рук дело, но чутьё подсказывало: за этим стоит Янь Шуо.
В семье, за исключением старейшины, абсолютно каждый находился у Янь Шуо под подозрением. Он был из тех людей, что скорее истребят сотню невиновных, чем упустят врага. И он до сих пор не сровнял всех с землёй лишь потому, что жаждал добраться до истинного виновника своей инвалидности и устроить над ним максимально жестокую расправу.
Жизнь Янь Шуо рухнула в тот день, когда отнялись ноги. Ему нечего было терять, и утащить с собой на дно пару-тройку родственников он счёл бы лишь приятным бонусом. Разозлить его сейчас — значит просто подтолкнуть к преждевременной расправе.
В голове Янь Тяньхао пронеслась вереница мыслей, и в итоге он вынужден был отступить:
— Я понял...
Янь Шуо едва заметным жестом велел ему проваливать. Послав брошенному розарию исполненный тоски и обиды взгляд, Тяньхао в бешенстве удалился.
Янь Шуо направил кресло на террасу. Внутрь вели два пути: один усыпали алые лепестки, второй оставался обычной мощёной дорожкой.
Он проехал по каменным плитам и велел официанту встретить Нин Цзяю, когда тот появится, и провести его исключительно по цветочной аллее.
С трудом подавляя бушующий восторг от свалившихся на него сплетен, официант заверил, что все исполнит в лучшем виде, и уточнил:
— Для этой площадки был забронирован наш фирменный романтический сет для двоих. Желаете оставить заказ?
"Ого, а Тяньхао, оказывается, толкает романтическую программу по полной".
Раз уж декорации готовы, глупо переводить добро попусту.
Янь Шуо кивнул:
— Подавайте всё, что заказывал Янь Тяньхао.
Официант чуть не подпрыгнул от волнения: хладнокровный господин генеральный директор сегодня собирается делать предложение прямо здесь, на террасе!
Спустя пять минут ничего не подозревающий Нин Цзяю с баночкой лекарства в руке поднялся на второй этаж. Официант, поджидавший его у входа, тут же подхватил гостя и подвёл к началу импровизированного алого ковра.
Площадка из белого мрамора буквально тонула в пышных бутонах и лепестках, превратившись в алое море. Пройти сквозь пышную арку из роз — и он автоматически станет самым прекрасным цветочным эльфом этой новеллы!
Тьфу ты, бред какой!
Это же та самая сцена, где Янь Тяньхао по сюжету делал предложение Бай Туну!
Нин Цзяю поморщился от отвращения, но вместе с тем почувствовал лёгкий укол азарта.
В каноне до самого предложения эта парочка сладких голубков наслаждалась романтикой, попутно вытирая ноги о первоначального «Нин Цзяю». Зато после помолвки у них начался настоящий трэш с взаимной грызнёй и подставами.
При одной мысли о том, как эти двое начнут драть друг другу глотки, Цзяю предвкушающе потирал руки. Алые розы вокруг теперь казались ему окроплёнными их кровью.
Впрочем, одно дело — запастись попкорном, и совсем другое — лезть в чужие дела. Цзяю вовсе не собирался срывать предложение Тяньхао, чтобы случайно не вытащить парочку из наготовленного им ада.
— Вы меня с кем-то перепутали, — обратился Цзяю к официанту. — Я пришёл к господину Янь Шуо, который на инвалидном кресле. А не к Янь Тяньхао.
Сотрудник заведения уверенно качнул головой:
— Встреча назначена именно господином Янь Шуо. Он ожидает вас внутри.
Ничего не понимая, Нин Цзяю под подбадривающим взглядом официанта осторожно ступил на усыпанную лепестками дорожку. Миновав цветочную арку, он увидел Янь Шуо, восседавшего посреди алого моря.
Утренние лучи солнца мягко огибали его силуэт, набрасывая золотистую флёр-накидку, а сочные алые бутоны делали бледное, благородное лицо ещё более эффектным и неотразимым.
Янь Шуо лениво опирался на перила, устремив взгляд куда-то вдаль — точно холодное и гордое божество из древних легенд, взирающее на бренный мир с высоты своего величия.
— Господин Янь, ваш спутник прибыл, — подал голос официант, нарушая хрупкую тишину.
Янь Шуо обернулся. И хотя Цзяю уже давным-давно привык к безупречной внешности босса, у него на мгновение перехватило дыхание.
Мужчина чутко уловил восхищение в его взгляде и чуть прищурился:
— Что-то не так?
"Мамочки, а когда этот злодей улыбается, он становится ещё краше!"
Справившись с мгновенным замешательством, Нин Цзяю опустился на стул напротив и полюбопытствовал:
— С чего вдруг такую красоту навели?
Янь Шуо с невозмутимым видом скользнул взглядом по официанту:
— Какая-то акция от отеля, наверное.
Смышленый сотрудник мгновенно подхватил:
— Совершенно верно! Сегодня 20 мая, праздник «520», вот мы и устроили тематическое оформление.
Нин Цзяю прекрасно помнил, что по сюжету Тяньхао делал предложение именно 20 мая. Надо же, какое совпадение!
— Вы уверены, что здесь никто не забронировал площадку под какое-то важное событие? — недоверчиво уточнил Цзяю.
Официант замешкался и вопросительно взглянул на Янь Шуо.
Янь Шуо почувствовал легкий укол неловкости, но бровью не повёл:
— Если бы место забронировали, администрация была бы в курсе. Не забивай голову глупостями. Подавайте блюда.
"А ведь и правда, — подумал Цзяю. — Будь это предложение Тяньхао, он бы сам тут крутился. А на террасе только мы вдвоем. Выходит, просто совпало".
Удивительный все-таки этот книжный мир!
В ожидании завтрака Нин Цзяю завел разговор:
— Интересно, как там наш рыжий арестант?
— Хочешь посмотреть через камеру? — предложил Янь Шуо.
— Ой, давай! — просиял Цзяю.
Янь Шуо разблокировал смартфон, и вскоре на экране появилось изображение из гостиной: упитанный кот упоенно нарезал круги, пытаясь поймать собственный хвост.
Глядя на эту уморительную картину, Цзяю весело заулыбался. И тут его озарило! Вот же он — идеальный способ доказать свою невиновность!
— Слушай, а если глянуть вчерашнюю запись с камер, ты же сам увидишь, что я включил то видео совершенно случайно!
Янь Шуо посмотрел на него со сложным, неописуемым выражением лица:
— По-твоему, я способен на такое?
— В смысле? — растерялся Цзяю.
— В твоей спальне нет камер, — с мрачным видом отрезал Янь Шуо.
До Цзяю моментально дошло. Сгорая от смущения, он закрыл лицо ладонями:
— Ой, прости-прости! Я вовсе не хотел намекнуть на слежку! Просто эта сомнительная история до сих пор у меня из головы не выходит...
Зависла пауза. Затем Янь Шуо медленно произнёс:
— Вообще-то, если бы ты сам сейчас не напомнил, я бы уже благополучно про неё забыл.
Нин Цзяю, загнавший сам себя в ловушку, остался без слов.
Всё, зарёкся! Ни слова больше об этом конфузе!
Сервис в отеле оказался на высоте: заметив, что гости уткнулись в экран, официант любезно принёс подставку под телефон. Янь Шуо тут же настроил доступ к камерам на телефоне Цзяю, чтобы тот мог в любой момент проведать «сынка».
Подали фирменный европейский завтрак. Ни Цзяю, ни Янь Шуо не отличались капризностью в еде, так что трапеза прошла весьма приятно.
Спустя некоторое время официант торжественно принёс и поставил перед Нин Цзяю изысканный бенто-торт с вытекающим кремом. До этого все блюда дублировались, а десерт оказался в единственном экземпляре. Цзяю вежливо подвинул тарелку к Янь Шуо:
— Прошу, это вам.
Янь Шуо заподозрил, что внутри торта скрыт какой-то сюрприз:
— Я наелся. Ешь сам.
Нин Цзяю перемялся с ноги на ногу и тихонько промямлил:
—... Вообще-то я тоже под завязку.
Он так увлекся просмотром кошачьих дурачеств под завтрак, что натрескался до отвала.
— Может, с собой заберём? — предложил Цзяю.
Янь Шуо опасался сугубо технической накладки при транспортировке:
— Сначала раскрой купол и посмотри.
Цзяю не стал спорить. Потянув за алый шелковый бант, он снял прозрачный колпак. Лишенные преграды густые сливки живописным водопадом хлынули с верхушки торта.
В тот же миг зазвучала чарующая мелодия. На мощёной дорожке, словно из воздуха, появилась группа музыкантов в строгих костюмах, вдохновенно выводивших сентиментальный мотив на скрипках.
Нин Цзяю замер. Где-то он это уже видел... Память судорожно подсовывала знакомые образы.
Сливки стекли, обнажая центр, и посередине показался герметичный пакетик, внутри которого покоилось изящное мужское обручальное кольцо.
И ровно в эту секунду в голове Цзяю наконец кликнуло!
Мать твою за ногу! Да это же романтический сюрприз, который Янь Тяньхао заготовил для Бай Туна!
Столько совпадений подряд! Будь Цзяю хоть круглым дураком, и то бы всё понял. Он воззрился на Янь Шуо, потеряв дар речи. С какого перепугу босс-злодей отжал у главного героя его собственную церемонию помолвки?!
При виде кольца на лице Янь Шуо мелькнула тень удивления, которую тут же сменило полное понимание.
Нин Цзяю сделал вид, будто ни о чём не догадывается, и, тыкнув пальцем в украшение, невинно спросил:
— Третий господин, это ваш подарок для меня?
Янь Шуо мгновение поразмыслил. Если парню так приглянулась вещица, почему бы не сыграть на опережение? А деньги за кольцо Чжоу Цзэ потом просто переведёт на счёт Тяньхао. И Янь Шуо невозмутимо кивнул.
"Ну смотри, босс, сам напросился! Потом не жалей!"
— Тогда огромнейшее вам спасибо, Третий дядя! — Цзяю с лучезарной улыбкой выудил пакетик из крема и тщательно протёр его влажной салфеткой.
На Янь Шуо вдруг повеяло ледяным сквозняком. Улыбка Нин Цзяю показалась ему подозрительно хищной. От греха подальше он решил уточнить:
— Если тебе так нравятся кольца, мы можем прямо сейчас поехать в ювелирный и выбрать что-нибудь получше.
— Ну что вы! Мне нравится именно это, — с чувством открестился Цзяю, аккуратно вытирая пальцы. — Раз вы мне его подарили, я буду беречь его как зеницу ока! — На последних словах он сделал особый упор.
Янь Шуо чуял: добром это не кончится.
— Постой, не вскрывай...
Но было поздно. Нин Цзяю разорвал защитную плёнку и вытащил кольцо. На внутренней стороне ободка отчетливо красовалась гравировка: «Y&B» — инициалы фамилий Янь и Бай.
Цзяю понятия не имел, зачем Янь Шуо понадобилось умыкать чужую помолвку, но упустить шанс включить «драматическую актрису» он просто не мог.
— А это ещё что такое?! — трагичным тоном воскликнул он, ткнув пальцем прямо в гравировку.
Мда, полный провал...
Янь Шуо поджал губы, судорожно подбирая оправдания.
Цзяю прижал руку к груди, преисполненный глубочайшего страдания:
— Буква «Y» — это ведь ваша фамилия Янь, верно? А что за «B»? Неужели у вас есть тайная возлюбленная?!
Янь Шуо технично перевел стрелки:
— Должно быть, ошибка персонала отеля.
— Ошибка?! В таком серьезном деле?! — «ужаснулся» Цзяю. — Или вы собирались подарить кольцо кому-то еще, кроме меня, и просто перепутали коробочки?!
Понимая, что парень откровенно паясничает, Янь Шуо с неохотой включился в игру:
—... Никого больше нет. Только ты.
— Не верю! Моя фамилия начинается вовсе не на «Б»! — Цзяю скривил губы и изобразил рыдания. — Как вы могли отдать мне кольцо, предназначавшееся другой?! Я что, должен донашивать за кем-то обноски?! Я для вас настолько ничтожен?! Ох, бедная я сиротка, хнык-хнык-хнык...
Янь Шуо едва сдерживал улыбку:
— Хорош паясничать.
Цзяю и не думал останавливаться, продолжая заламывать руки:
— Ах, моё бедное сердечко разрывается от боли...
— Хочешь, я поглажу? — невозмутимо предложил Янь Шуо.
Цзяю не выдержал и прыснул, окончательно выходя из образа:
— Ха-ха-ха, нет-нет, спасибо, не надо!
Он крутил в пальцах ювелирное изделие. Работа была тончайшая: хоть и без бриллиантов, но выглядело кольцо дорого и стильно.
— И все-таки, как оно оказалось у вас? — полюбопытствовал Цзяю.
Янь Шуо упёрся намертво:
— Ничего не знаю. Служба сервиса накосячила.
Цзяю, разумеется, не поверил ни единому слову, но развивать тему не стал.
В этот момент на террасе раздался звонкий, кокетливый голос Бай Туна:
— Тяньхао, ты пригласил меня сюда, потому что хотел...
Договорить он не успел. Увидев Нин Цзяю и Янь Шуо, Бай Тун осекся на полуслове.
Янь Шуо скользнул по нему равнодушным взглядом и снова отвернулся к пейзажу, возобновив образ неприступного босса.
Не найдя глазами Янь Тяньхао, Бай Тун почувствовал недоброе:
— Что вы здесь делаете?
— Завтракаем, — Цзяю указующим перстом ткнул в пустую посуду.
— А где Тяньхао? — нажимая на имя, спросил Бай Тун.
Нин Цзяю развёл руками:
— Понятия не имею. Спроси у нашего Третьего дяди.
Хотя Тяньхао не говорил прямо, Бай Тун прекрасно знал о намеченной на сегодня помолвке. Чтобы слегка поиспытывать терпение ухажёра и набить себе цену, он намеренно опоздал на двадцать минут.
И вот результат: вместо долгожданного предложения руки и сердца он застаёт двух самых ненавистных ему людей, оккупировавших романтическую обстановку!
Бай Тун кипел от досады. Набравшись дерзости, он обратился к Янь Шуо:
— Господин Янь...
— Не знаю, — обрубил тот ещё до того, как парень успел сформулировать вопрос.
Бай Тун замёрз посередине площадки, сгорая от стыда. Даже музыканты, чуя неладное, сбавили темп и умолкли.
Нин Цзяю скосил глаза на Янь Шуо и советующе бросил Бай Туну:
— Набери Тяньхао, да спроси. Чего гадать-то?
В глазах Янь Шуо на миг проскользнула едва уловимая неловкость.
Бай Тун и сам бы рад, да только ради полного эффекта неожиданности он нарочно выключил телефон и оставил его в машине!
Опасаясь дальнейших разоблачений, Янь Шуо бросил Цзяю:
— Закончил? Поехали отсюда.
Нин Цзяю поднялся и взялся за ручки инвалидного кресла. Тут он заметил, что на колесах и подножке не было ни единого лепестка. Значит, Янь Шуо въезжал по чистой каменной дорожке?
Получается... алая аллея предназначалась исключительно для него?!
От этой мысли в груди Нин Цзяю разлилось теплое, сладостное чувство.
Он повел коляску прямо по розным лепесткам. Бай Тун, маячивший посреди пути, под ледяным, убийственным взглядом Янь Шуо спохватился и отскочил в сторону.
Проезжая мимо, Цзяю ловким щелчком отправил пакетик с кольцом прямо в руки Бай Туну:
— Случайно под ногами валялось. Наверное, кто-то выбросил этот мусор. Дарю!
Уголки губ Янь Шуо едва заметно дрогнули. Едва они покинули террасу, он спросил:
— Как ты догадался, что кольцо принадлежит ему?
— Буква «B» — первая буква фамилии Бай. Я же не совсем идиот, — весело отозвался Цзяю. От недавнего взбалмошного нытика не осталось и следа.
Янь Шуо помолчал, затем тихо спросил:
— И ты совсем не злишься?
— А с чего мне злиться? — растерялся Цзяю. Поразмыслив, он решил, что Янь Шуо намекает на его прошлое в качестве бывшего парня Тяньхао, и махнул рукой: — Кто по молодости не совершал ошибок? Расстаться с таким типом — всё равно что вырваться из ада! Я радоваться должен!
— А почему тогда на юбилее дедушки ты со слезами на глазах умолял его вернуться? — с непонятной жёлчью напомнил Янь Шуо.
Нин Цзяю показалось, что в голосе босса проскользнули ревнивые нотки.
— Тогда у меня просто мозги набекрень съехали! А теперь прозрел. Вы же не думаете, будто я до сих пор сохну по Тяньхао?
Янь Шуо откинулся на спинку кресла и промолчал, всем видом выражая: «Тебе лучше знать».
— Да чтоб я провалился! Кто ещё хоть раз вздохнет по Янь Тяньхао — тот последняя собака! — торжественно поклялся Цзяю.
Не успел он договорить, как за спиной раздался оглушительный звон. Бай Тун, выскочивший с кольцом в руке, со всего маху налетел на официанта, убирающего посуду. Поднос перевернулся, и фарфор с грохотом разлетелся по полу.
Нин Цзяю застыл в неловкости. Он видит бог, никого не хотел оскорбить!
Зато Бай Тун принялся орать во все горло. Не смея выместить ярость на Янь Шуо или Цзяю, он обрушил весь свой гнев на бедного официанта:
— Ты куда прешь?! Глаза дома забыл?!
Официант рассыпался в извинениях, но сбрендивший юноша и слушать ничего не хотел — замахнулся ногой, намереваясь пнуть парня.
Цзяю сработал молниеносно: сорвавшись с места, он в последний миг дернул официанта за плечо, спасая того от удара.
Бай Тун мазнул ногой по воздуху, потерял равновесие и едва удержался на ногах.
— Не суй нос не в свое дело! — рявкнул он на Цзяю.
— Сам налетел на человека, а теперь ещё и сваливаешь вину? Тебе принесли извинения, ты их не принял. А теперь будь добр, извинись перед парнем сам! — строго чеканя слова, произнес Нин Цзяю.
— Да кто он вообще такой?! С какой стати я должен перед ним извиняться?! — фыркнул Бай Тун.
— А ты сам кто такой, чтобы орать на сотрудников моей компании? — раздался ледяной голос Янь Шуо.
Отель входил в структуру корпорации Янь. Нин Цзяю мог этого и не знать, но Бай Тун осведомлен отлично.
Под тяжестью давящей ауры Янь Шуо парень мгновенно сдулся и, процедив сквозь зубы, буркнул официанту:
— Извини!
Парнишка с подносом оторопел:
— Н-ничего страшного...
Убедившись, что инцидент исчерпан, Бай Тун испуганно взглянул на Янь Шуо.
Янь Шуо даже не удостоил его взглядом. Из его уст вылетело лишь одно короткое, беспощадное слово:
— Вон.
Бай Тун метнулся прочь со всех ног, опасаясь задержаться хоть на секунду.
Глядя вслед улепётывающему юноше, Цзяю вздохнул. Янь Шуо оставался всё тем же жестким и холодным человеком, каким он увидел его в самый первый день. Просто по отношению к нему, Нин Цзяю, босс проявлял удивительное попустительство — настолько сильное, что Цзяю порой ошибочно принимал его за милого и доброго дядечку.
"Мда, надо всё-таки вести себя поскромнее и не перегибать палку..."
Пока Цзяю размышлял, Янь Шуо подал голос:
— О чём задумался?
— Да так, ни о чём. Просто подумал, что вы невероятно круто выглядите, когда защищаете своих! — с лучезарной улыбкой ответил Цзяю.
Янь Шуо уловил в его тоне едва заметные нотки отчуждения и подчеркнутой вежливости. Неужели всё из-за того проклятого кольца?
Немного помолчав, Янь Шуо сказал:
— Если тебе действительно хочется кольцо, давай прямо сейчас поедем и купим.
— Купим что? — не понял Цзяю.
— Кольцо.
Нин Цзяю искренне рассмеялся:
— Да не нужно! Я же понимаю, что это чистой воды недоразумение. — Знай Янь Шуо заранее о сюрпризе, он ни за что бы не разрешил подавать этот торт.
— Точно не обижаешься? — Янь Шуо осторожно смерил его взглядом.
— А чего ради мне дуться? — пожал плечами Цзяю с абсолютным спокойствием. — Это Тяньхао с Бай Туном сейчас локти кусают от злости! — Представив их перекошенные от бессильной ярости лица, Цзяю не удержался и хихикнул.
Янь Шуо поразился его отходчивости, но всё же решил купить парню подарок, чтобы окончательно загладить неприятный осадок.
— Поедем в торговый центр, — распорядился он.
Нин Цзяю охотно согласился:
— А ведь я как раз об этом думал! Вчера пришла государственная стипендия первой степени, так что у меня есть деньги, чтобы купить вам кое-что.
Замыслив загладить вину, Янь Шуо неожиданно сам оказался в роли получателя подарка. Настроение его заметно улучшилось:
— И что же ты собрался мне купить?
— Я раньше всё время был занят дипломной работой, да и все сбережения уходили на исследования. Поэтому так и не возместил стоимость той одежды, что порвал. А тут как раз пришли гонорары, премия за конкурс и стипендия — самое время отдавать долги!
Пусть подарок и не был оригинальным, Янь Шуо почувствовал искреннюю радость:
— Идёт.
— В какие торговые центры вы обычно ездите? — поинтересовался Цзяю.
Янь Шуо, который отродясь не ходил по магазинам лично:
—... Куда хочешь.
Нин Цзяю назвал самый фешенебельный торговый комплекс столицы, логично рассудив, что брендовые вещи босса можно сыскать только там.
Янь Шуо не стал возражать, и Цзяю повез его за покупками.
Время шло к полудню, и на пешеходной улице уже толпился народ.
Припарковавшись, Цзяю вкатил кресло в элитный пассаж и направился прямиком на четвертый этаж, где располагались бутики мужской одежды.
Коллекции обновлялись каждый сезон. С их последней встречи в магазине прошло три месяца, и витрины сплошь пестрели летними новинками.
Давно не занимавшийся шопингом Цзяю вдруг понял, что упустил даже сезонные распродажи:
— Ой... Я же испортил ваши зимние вещи...
— Летняя одежда тоже сгодится. Как раз по сезону, — спокойно ответил Янь Шуо.
"И надо же, какой понимающий босс! Не будь утренней сцены, я бы решил, что окончательно растопил его ледяное сердце".
Впрочем, упускать шанс закрыть долг Цзяю не собирался:
— Тогда вы выбирайте, а я оплачиваю!
На самом деле Янь Шуо никогда в жизни сам не покупал себе одежду. Перед каждым сезоном модные дома присылали в поместье семьи Янь эксклюзивные новинки, сшитые строго по его меркам. Ему оставалось лишь выбрать понравившуюся вещь из гардеробной.
Присылали так много, что гардеробные трещали по швам. Прислуга регулярно проводила ревизию, выкидывая двухгодичный гардероб, чтобы освободить место под свежие поступления.
Глядя на воодушевленного Нин Цзяю, Янь Шуо предпочёл умолчать об этом факте и просто позволил катать себя по салонам.
Торговый центр считался самым дорогим в столице. Посетителей здесь было немного, но яркая внешность этой парочки неизбежно привлекала взгляды. А уж высокий мужчина на инвалидной коляске в сопровождении симпатичного юноши и подавно притягивал взоры.
Нин Цзяю нагнулся к его уху и полушутя вздохнул:
— Опять все на вас засматриваются... Прямо жаба душит делиться такой красотой!
Янь Шуо хмыкнул и с особым подтекстом заметил:
— Ты постоянно говоришь подобные вещи. Ещё подумают, будто у тебя на мой счёт какие-то особые виды.
— Что вы! Моё почтение к вам безгранично, как высота гор и ширь дорог! Пусть мне не достать до ваших высот, но я всей душой стремлюсь к этому идеалу!
— Говори по-человечески.
— Я восхищаюсь вами, уважаю вас, вы мой кумир и главная суперзвезда!
— Подлиза, — с наигранным пренебрежением буркнул Янь Шуо, хотя уголки его губ предательски поползли вверх.
Цзяю, стоя за спиной, не видел его лица и, решив, что босс не поверил, с удвоенным усердием начал расточать дифирамбы:
— Чистая правда! Каждое слово — от чистого сердца!
Слушая его лепет, Янь Шуо рассеянно скользил взглядом по витринам. Затем немного помедлил и, сделав самый непринужденный вид, небрежно спросил:
— Стало быть, ты отдаешь мне свое сердце?
Нин Цзяю кивнул без тени сомнения:
— Конечно!
Настоящий профессионал льстивого дела не отступает перед трудностями!
Янь Шуо тихо засмеялся. Голос его понизился до едва слышного шёпота:
— Я запомнил. И если ты когда-нибудь дерзнешь отдать свое сердце кому-то другому, я лично вскрою твою грудную клетку и посмотрю, сколько народу там набилось.
Нин Цзяю: «???»
"Это как вообще?! Я просто отвесил пару комплиментов, а в итоге подмахнул себе смертный приговор?!"
— Постойте... Господин Янь, не слишком ли это радикально? — с нервным смешком уточнил Цзяю.
— Ты сам это только что пообещал, — отрезал Янь Шуо.
"Да разве можно принимать лесть подлизы за чистую монету?!"
Цзяю не рискнул озвучить эту мысль вслух и забормотал:
— Убийство — это статья Уголовного кодекса! Вы же не станете ломать себе жизнь из-за такого незначительного человека, как я?
— Чтобы меня посадить, сначала нужно найти улики, — безразлично парировал Янь Шуо.
Ну всё, классический репертуар главного злодея.
Цзяю вовсе не желал ему печальной судьбы из оригинала, поэтому попытался зайти с научной стороны:
— Современная медицина ушла далеко вперед, и вы отлично знаете: сердце — это просто мышечный орган. Да если его и вырезать, никаких духовных категорий там всё равно не разглядеть!
— Хочешь сказать, мне стоит препарировать ещё и твой мозг? — уточнил Янь Шуо.
—... Да нет же! Вскрытие мозга ничего не даст, на сером веществе тоже имен не печатают! — Цзяю поразился его кровожадной логике.
— И что же ты предлагаешь вырезать? Печень, селезенку, легкие, почки? Выбирай любой орган, — Янь Шуо произнес это настолько будничным тоном, будто предлагал выбрать зелень к ужину.
"Я же просто хотел выказать преданность, чтобы сохранить шкуру! Почему диалог превратился в обсуждение бальзамирования мумии?!"
"Все злодеи такие живодеры, или мне так повезло?!"
Нин Цзяю преисполнился абсолютной серьезности:
— Вблизи жизненно важных органов проходят крупные артерии. При вскрытии всё заливает кровью! Зачем пачкать ваши драгоценные руки? Ручаюсь: вы единственный и неповторимый!
Янь Шуо изогнул губу в полуулыбке:
— И что же нам тогда делать?
"Вот ведь жук! Сначала пригрозил потрошением, а теперь перекладывает ответственность на жертву!"
Цзяю ухватился за шанс спасти собственную шкуру:
— Старая мудрость гласит: «Время покажет, каков человек на самом деле». Давайте просто жить дружно! Со временем вы сами убедитесь в моей беспредельной верности. Посмотрите на последние дни — разве наше общение не гармонично? Разве оно не прекрасно?
— На людях-то всё гладко, — протянул Янь Шуо. — А откуда мне знать, что ты не проклинаешь меня за глаза?
"За глаза я и сам боюсь... Я всё больше про себя, тихонечко..."
Цзяю мысленно огрызнулся, но наружу выдал честнейшее заверение:
— Что вы, я человек искренний! И если у вас возникают такие сомнения, значит, мы просто слишком мало времени провели вместе. Поживем побольше — и всё прояснится. Слово «со временем» как раз и означает долгое время!
Янь Шуо изогнул бровь. В его глазах блеснул странный огонек; он явно хотел что-то сказать, но сдержался, нажал на кнопку на пульте управления и направил кресло вперед.
"И к чему были эти двусмысленные взгляды?"
Цзяю смущенно поспешил следом, гадая, уцелели ли в итоге его внутренние органы.
— Притормозите, я сам повезу! Смотрите, вот эта рубашка очень даже хороша. Не хотите примерить?
Янь Шуо оставил коляску и посмотрел на предложенную вещь. Это была шелковая рубашка с мягким градиентом от глубокого синего к угольно-черному.
Обычно он носил строго чёрный цвет, но этот вариант смотрелся благородно и идеально вписывался в его привычный стиль.
Янь Шуо коротко кивнул.
— А какой у вас размер? — поинтересовался Цзяю.
Вся одежда в его гардеробных шилась на заказ и сидела как влитая. Янь Шуо никогда не задумывался о стандартных размерах и от неловкости промолчал.
Цзяю быстро сообразил, в чём дело, и пришел на помощь:
— Ваши вещи мне обычно приходились впору. Думаю, разница небольшая. Давайте возьмем размер по моим меркам.
Янь Шуо согласился. Нин Цзяю отошел к стойке и вскоре вернулся с аккуратно сложенной рубашкой:
— Вот, примерьте!
В груди Янь Шуо кольнуло привычное отторжение, но, увидав искреннее воодушевление в глазах парня и вспомнив, что это первый подарок от Цзяю, он справился с собой и мрачно буркнул:
— Где примерять?
Консультант с приятной улыбкой указала на примерочную в углу зала.
Обычному человеку там было более чем просторно, но инвалидная коляска помещалась с трудом.
Янь Шуо насупился и замер.
Заметив его замешательство, Цзяю мысленно отругал себя за невнимательность и поспешно сказал продавщице:
— Мы, пожалуй, берем без примерки. Размер точно подойдет.
Даже если рубашка окажется мала, это лучше, чем заставлять Янь Шуо чувствовать себя неполноценным.
Однако Янь Шуо подал голос:
— Главное, чтобы коляска прошла.
Примерочная в элитном бутике действительно отличалась повышенной комфортабельностью и легко вместила коляску.
Цзяю всё ещё сомневался:
— Может, не стоит? У меня интуиция отличная, сядет идеально!
А дома он бы сам втайне проверил размер и, если что, приехал бы поменять.
Но Янь Шуо твердо качнул головой. Ему хотелось вести себя как нормальный человек: ходить с Нин Цзяю по магазинам, обедать в ресторанах и не пасовать перед банальной примеркой.
Он въехал внутрь и развернул кресло спиной к дверному проему.
Цзяю подошел ближе:
— Я задерну штору. Как закончите — зовите!
— Угу, — отозвался Янь Шуо. Уловив виноватые интонации в его голосе, он тихо добавил: — Ты ни в чём не виноват.
"Ты не калечил меня, не нужно так расстраиваться".
Нин Цзяю застыл, задёргивая плотную бархатную портьеру. В памяти вспыхнул взгляд Янь Шуо — на миг ему показалось, что тот смотрел на него с поразительной нежностью.
Сумасшествие какое-то! Это слово вообще не вяжется с образом главного злодея!
Цзяю похлопал себя по щекам, прогоняя абсурдные мысли.
Консультантка — ухоженная дама средних лет с безупречным макияжем — подалась чуть ближе и сочувственно-умиленно прошептала:
— Вы такая замечательная пара! Просто загляденье!
Нин Цзяю: «???»
"Да я с этого человека пылинки сдуваю, как с хрустальной вазы, а вы разглядели тут любовь?!"
Цзяю уже открыл рот, чтобы опровергнуть домыслы, но женщина энергично перебила его:
— Ой, милок, меня не обманешь! Я жизнь прожила и сразу вижу: вы души друг в друге не чаете!
"Да нет же! Неправда! Тётушка, пощадите мою грешную душу!"
Цзяю замахал руками, но даму было уже не остановить. Она прикрыла рот ладошкой и с заговорщицким видом понизила голос:
— Твой кавалер на коляске, а ты его не бросаешь, ухаживаешь — разве это не настоящая любовь? Да и он сам каков! Стоит тебе шагнуть в сторону, как его взгляд неотрывно следит за тобой. В его глазах же кроме тебя вообще никого нет!
До этого Нин Цзяю и не подозревал о подобных тонкостях. Зато теперь, зная, он пришел к логичному выводу: Янь Шуо пасет его исключительно из опасения, как бы «наглядное пособие» не сбежало до того, как из него вырежут органы!
— Тётушка, вы ошибаетесь. У нас исключительно рабочие отношения, — максимально серьезно произнес Нин Цзяю.
Женщина опешила, но тут же лукаво подмигнула:
— А-а-а, ну да, служебный роман! Зашла любовь с заднего двора!
Цзяю сразу вспомнил того мясника с рынка.
"Да что ж у вас, людей старшего поколения, так бурно фантазия-то работает?!"
— Честное слово, ничего подобного! Обычные, чистые, трудовые отношения, — с горячностью заверил её Цзяю.
И ровно в этот момент из-за портьеры донесся отчетливый, трескучий звук разрываемой ткани.
Консультантка встрепенулась:
— Ой, вещица порвалась?
Из примерочной раздался глухой, явно раздраженный голос Янь Шуо:
— Нет.
Женщина недоверчиво нахмурилась, уставившись на плотную штору.
Цзяю знал, что босс врать не станет, и мгновенно догадался:
— Это ваша собственная штанина треснула?
Зависла долгая, тяжкая пауза.
— Угу, — наконец выдавил из себя Янь Шуо.
— Так у нас и брюки отличные есть! — Дама безо всяких экивоков сдернула с вешалки подходящие штаны и пихнула их в руки Цзяю: — На, милый, скорее неси своему парню, помоги переодеться!
Нин Цзяю: «???»
Тётушка! Вы в курсе, что по правилам безопасности в одну примерочную вдвоем заходить строго запрещено?!
Даже если оба одного пола!