— Вы это серьёзно? — Нин Цзяю изумлённо уставился на неё.
Цзо Цинь кивнула и с живым интересом спросила:
— А что, есть интерес? Сколько тебе сейчас платит Янь Шуо? Я дам вдвое больше.
Нин Цзяю никак не ожидал, что деньги могут сами приплыть к нему в руки, стоит лишь сидеть сложа руки.
— Сестрица, с вашими-то данными вы за кого угодно выйти можете. Даже если с генеральным директором Янь не сложится, у вас от женихов отбоя не будет. Зачем тратить деньги на какого-то постороннего парня? — Нин Цзяю искренне не понимал её логики.
— У меня есть и деньги, и красота. С какой стати мне заживо хоронить себя в браке? Намного приятнее нанять симпатичного молоденького мальчика и жить в своё удовольствие. Надоест — сменю на другого. Каждый день новые развлечения — разве не прелесть? Если бы не давление семьи, я бы вообще замуж не собиралась.
Нин Цзяю на мгновение показалось, что в её словах есть здравое зерно.
Он пожевал утиную шейку, не зная, что ответить.
— Младший брат, ты правда не хочешь пойти ко мне? — не сдавалась Цзо Цинь.
Ей было двадцать девять. Завитые в пышные волны волосы, чувственная и одновременно элегантная — даже сейчас, когда она масляными глазками рассматривала Нин Цзяю, она выглядела чертовски привлекательно.
А сам Нин Цзяю смотрелся совсем юным — в этом мире ему исполнился двадцать один год, самый расцвет свежести и обаяния.
— Я всё же предпочитаю зарабатывать своим трудом, — честно ответил он.
Цзо Цинь рассмеялась, тронутая его серьёзностью:
— Да не переживай ты так! Будешь послушным мальчиком — я тебя на улицу не выброшу. Даже если заведу кого-то нового, без щедрых отступных не останешься.
— Спасибо, конечно, но у меня строгое воспитание. Дома альфонсов не терпят.
— А какая разница — сидеть на шее у Янь Шуо или у меня? — недовольно буркнула Цзо Цинь.
— Ни на чьей шее я не сижу, — стал оправдываться Нин Цзяю. — У господина Яня я зарабатываю исключительно благодаря своим навыкам и технике.
— О-о, если у тебя хорошая техника, я тебе ещё доплачу! — тут же оживилась Цзо Цинь.
— Я про медицинскую технику!
Цзо Цинь, держа чашку чая в одной руке, отмахнулась другой:
— Да какая разница, техника — она и в Африке техника.
Неужели он настолько непонятно выражается?!
— Молю вас, выбросьте из головы эту пошлость, — с тяжёлым вздохом произнёс Нин Цзяю. — Я самый обычный, бедный и несчастный сиделец-сиделка.
Цзо Цинь задумчиво отпила чай. Нин Цзяю уж было решил, что до неё наконец дошёл смысл его слов, как вдруг барышня Цзо просияла, словно её осенило:
— А-а-а! Так вы любите ролевые игры? То-то ты мне только что про башни да замки затирал! И во что вы обычно играете? Принцесса и принц? Рыцарь и дракон? Может, даже с элементами БДСМ?
Чем дальше в лес, тем гуще пошлость...
Нин Цзяю чуть не затрясло от возмущения. Что вообще произошло с этим миром? Неужели в нём не осталось ни одного чистого уголка для скромного медицинского работника?!
— Ладно, раз уж разговор явно свернул не туда, давайте лучше сменим тему, пока всё окончательно не запуталось, — глубокомысленно произнёс Нин Цзяю.
Цзо Цинь разочарованно вздохнула:
— И чем я только уступаю Янь Шуо? Тем, что у меня одной ноги не хватает? Так у него обе остальные не работают...
Нин Цзяю предпочёл проигнорировать её сомнительные шуточки ниже пояса:
— Госпожа Цзо, разрешите вопрос.
— Насчёт размера содержания? — с надеждой встрепенулась она.
—... Нет. Скажите, если бы вы не знали, что у господина Яня кто-то есть, вы бы согласились на этот брак? — Нин Цзяю помнил, что по сюжету романа у Янь Шуо не было возлюбленной, но семьи всё равно планировали этот союз.
Цзо Цинь пожевала утиную шейку и задумчиво ответила:
— Скорее всего, да. Если посмотреть вокруг, только он мне и ровня.
— А если бы он был против свободных отношений?
— Ну, это была бы проблема, — поморщилась Цзо Цинь. — Я могу гулять на стороне, он — тоже. Старейшина Янь хочет внуков? Без проблем, я родить могу. Я красива, богата, с хорошим происхождением и умею зарабатывать деньги. Идеальный бизнес-партнёр! С какой стати ему отказываться?
Без любви такой расклад действительно мог бы сработать. Вот только...
— Мне кажется, брак не должен быть просто инструментом, — тихо произнёс Нин Цзяю.
— Я знаю, — вздохнула Цзо Цинь. — Но родственники давят со всех сторон, что мне остаётся? Я слишком мягкосердечная, не хватает духу обрубить все связи с семьёй.
Цзо Цинь была не просто балованной дочкой, она имела весомое влияние в бизнесе семьи Цзо. Раз уж даже она так говорила, значит, давление родственников было действительно колоссальным.
— А если с господином Янем ничего не выйдет, что будете делать? — поинтересовался Нин Цзяю.
— Ну... может, присмотреться к его племяннику? — нехотя протянула Цзо Цинь.
— Исключено! — тут же возразил Нин Цзяю.
Цзо Цинь удивленно выгнула бровь, а затем хитро ухмыльнулась:
— Охо-хо, а ты всё ещё неравнодушен к его племяннику, да? Я навела справки: вы ведь раньше встречались с Янь Тяньхао.
А она времени даром не теряла.
— Я возражаю вовсе не поэтому, — стал объяснять Нин Цзяю. — К Янь Тяньхао у меня давно нет никаких чувств, мне всё равно, на ком он женится. Я просто не советую вам влезать в эту мутную воду между ним и Бай Туном. Вы здесь человек новый и можете не знать: цель Бай Туна — стать единственным полновластным хозяином дома Янь. Он ни за что не потерпит рядом законную госпожу Янь, которая встанет у него на пути.
— У него нет ни власти, ни связей. Что он мне сделает? — пренебрежительно отмахнулась Цзо Цинь.
— Зато у него есть Янь Тяньхао, — Нин Цзяю видел, что она слушала внимательно, поэтому принялся раскладывать всё по полочкам. — Ситуацию в семье Янь вы наверняка знаете: Янь Тяньхао и Янь Шуо — это два разных лагеря. Если вы выйдете за Тяньхао, семья Цзо неизбежно станет на его сторону.
— Опасаешься, что я пойду против Янь Шуо?
Нин Цзяю кивнул:
— Именно. Вам может казаться, что Янь Шуо, отвергнув вас, сам виноват, но не забывайте древнюю мудрость: пока богомол охотится на цикаду, за его спиной уже целит иволга. В данном случае Янь Шуо — цикада, вы — богомол, а Бай Тун, мечтающий захватить власть, — та самая иволга.
— Думаешь, Бай Тун сможет со мной тягаться? С Янь Шуо мы на равных, а если выберу племянничка, то Янь Тяньхао будет просто жить за мой счёт. И он ещё надеется перехватить инициативу?
— Если Янь Шуо падёт, семья Цзо, возможно, и отхватит кусок пирога, но не слишком большой. Ваша основная база — в городе Юэчэн, в столице у вас нет такого влияния, а до многих вещей руки просто не дотянутся. Как думаете, кому в итоге достанется всё наследие семьи Янь? — Нин Цзяю твердо намеревался не допустить, чтобы Янь Тяньхао получил столь мощную поддержку.
Цзо Цинь откинулась на спинку дивана, погрузившись в раздумья:
— А ведь ты прав... Но если не брак с семьёй Янь, дома мне жизни не дадут. Слушай, а может, ты со мной распишешься? Из знати ты, конечно, никаким боком, зато собой хорош!
— Исключено! — неожиданно раздался резкий, ледяной голос, отчего оба вздрогнули.
Нин Цзяю и без того сидел на приличном расстоянии от Цзо Цинь, но чуть ранее подошёл ближе, чтобы взять утиную шейку.
Увидев Янь Шуо, он по неопределённой причине ощутил укол вины. Подобрав тарелку с закуской, он отскочил в сторону и демонстративно показал её Янь Шуо — мол, подошёл исключительно ради еды!
Цзо Цинь совершенно не смутилась и с улыбкой спросила:
— И давно ты тут?
— Только что подошёл, — лицо Янь Шуо напоминало грозовую тучу.
С какого перепугу его потенциальная невеста заглядывается на его парня?!
Они уже до свадьбы договорились?!
С чего бы это?!
Подъехав на кресле прямо к дивану, где сидел Нин Цзяю, Янь Шуо полностью заслонил его своей спиной и отчеканил, глядя на Цзо Цинь:
— Уже поздно. Госпожа Цзо, вам пора.
— Ну что вы так официально, господин Янь? Старейшина Янь наверняка говорил вам, что я приехала на смотрины. Не волнуйтесь, я не буду лезть в вашу личную жизнь, мне просто нужен штамп в паспорте и пышная свадьба. А в будущем... — Цзо Цинь кокетливо подмигнула Нин Цзяю, — глядишь, с этим младшим братишкой мы вообще окажемся одной семьёй.
— Мечтай больше! — отрезал Янь Шуо.
— А ты про что? — улыбнулась Цзо Цинь. — О браке с тобой или о браке с ним?
— И то, и другое — невыполнимые бредни.
Услышав за спиной шуршание, Янь Шуо обернулся. Нин Цзяю с превеликим удовольствием продолжал грызть утиную шейку.
Бессовестный!
Почувствовав на себе тяжёлый взгляд, Нин Цзяю смутился. Всё, что нужно было сказать, он уже сказал. Теперь, когда жених и невеста объясняются, ему тут делать нечего — можно и перекусить.
Цзо Цинь оказалась слишком прожорливой: сам Нин Цзяю успел съесть всего две штучки, и если не поспешить, последние утиные шейки уйдут прямо у него из-под носа.
Обычно Янь Шуо лишь мимоходом бросал на него взгляд и отворачивался, но на этот раз, похоже, всерьёз разозлился и не сводил глаз.
Неужели тоже захотел утиную шейку?
Нин Цзяю несмело протянул ему закуску, от которой успел откусить лишь кусочек:
— Хотите попробовать? Очень вкусно.
— Да! — подхватила Цзо Цинь. — Отдай лучше мне последнюю!
Она подалась вперёд, собираясь сгрести утиную шейку с тарелки, но Янь Шуо внезапно вытянул руку и забрал ту, что держал Нин Цзяю. А сам Нин Цзяю мгновенно сцапал последнюю с тарелки и тут же её укусил.
Цзо Цинь застыла:
—... Вы это специально спланировали, да?
Нин Цзяю хихикнул:
— Поздние перекусы вредны для фигуры, госпожа Цзо. Сберегаем вашу талию!
Нечаянно наступив на больной мозоль, он навлек на себя бурю.
— Сам ты толстый! Вся твоя семья толстая! — вспыхнула Цзо Цинь.
Нин Цзяю заставил себя сжаться:
— Виноват, исправлюсь! Если не брезгуете, могу отдать эту... Правда, я уже откусил.
Цзо Цинь фыркнула, смерила Янь Шуо уничтожающим взглядом и гордо удалилась.
— Я попрошу на кухне приготовить ещё порцию и занести вам в комнату! — крикнул ей вослед Нин Цзяю.
— До десяти часов! — бросила она через плечо.
— Без проблем! — Нин Цзяю тут же набрал номер кухни по внутреннему телефону.
— Зачем ты вообще с ней возишься? — хмуро буркнул Янь Шуо.
— Подумаешь, тарелка закуски. Зачем портить человеку настроение? — Нин Цзяю с аппетитом доедал свою шейку, слегка смущаясь: — Я просто слишком быстро среагировал, надо было сразу ей отдать.
— С чего такая забота?
— Гость в доме — как-никак. К тому же нельзя подталкивать её к Янь Тяньхао. Поговорив с ней, я понял, что она вполне нормальный человек. Хоть у неё и... хм... весьма прогрессивные взгляды на жизнь, она вполне сговорчивая.
— Ну так иди и распишись с ней, — мрачно проговорил Янь Шуо.
Нин Цзяю обомлел:
— Это ещё с чего?
— Я смотрю, она тебе весьма симпатична. — Слово вырвалось у Янь Шуо невнятно, будто ему стоило огромных усилий вообще его произнести.
— С чего вы взяли?
— Не нравилась бы — не обсуждал бы с ней загс, — Янь Шуо прищурился.
— Да не собирался я с ней никуда идти! Она же просто пошутила. Ну что вы начинаете?
Янь Шуо на мгновение замолк, осознав, что перегнул палку, и с досадой насупился.
Вдруг кто-то осторожно потянул за утиную шейку, которую он держал в руке. Подняв глаза, он застукал Нин Цзяю, пытавшегося незаметно утащить добычу.
Пойманный с поличным, Нин Цзяю виновато улыбнулся и напомнил:
— Я же от неё откусил.
Янь Шуо взглянул вниз: на шейке действительно отпечатался аккуратный след от зубов.
— Моя, — отрезал он.
— Да я же говорю, я укусил!
— Всё равно моя. — Непонятно, имел ли он в виду утиную шейку или самого юношу, но, по-детски объявив права, Янь Шуо развернул кресло и уехал к себе.
Нин Цзяю растерянно остался сидеть на диване. Чем он опять умудрился угодить господину? Вот уж поистине капризный барин!
Он долго не поднимался к себе. Янь Шуо сквозь приоткрытую дверь видел лишь его одинокую спину.
«Неужели я действительно обидел его?» — подумал Янь Шуо.
После долгих размышлений он пришёл к выводу: да, Нин Цзяю, болтавший с Цзо Цинь о браке, был неправ. Но чтобы порадовать юношу, он так и быть готов признать свою ошибку.
Янь Шуо решил пойти и успокоить Нин Цзяю.
И только он собрался выехать, как Нин Цзяю внезапно подскочил с дивана:
— Подождите!
Янь Шуо подумал, что тот заметил его движение, и тут же убрал руку с пульта управления.
Однако Нин Цзяю сломя голову помчался к двери, о чём-то пошептался с вошедшим слугой и спустя пару минут, сияя от счастья, понёс две свежие утиные шейки к себе в комнату.
Оказывается, он просто ждал дворецкого, чтобы забрать еду!
Янь Шуо в сердцах захлопнул дверь.
Вот же... А он ещё переживал и мучился угрызениями совести! Нин Цзяю вовсе и не думал обижаться!
Впрочем, выместив досаду, Янь Шуо подумал, что лёгкий характер Нин Цзяю — это даже к лучшему.
Он едва заметно улыбнулся, лёг в постель и быстро погрузился в сон.
* * *
В ту ночь ему приснился кошмар.
Он видел банкет в честь дня рождения Старейшины Яня. Нин Цзяю наотрез отказывался подписывать расторжение брачного договора, отчаянно и безуспешно умолял Янь Тяньхао не бросать его, а выбежав из поместья семьи Янь, попал прямо под колёса машины. И лишился ног.
Янь Шуо в ужасе проснулся. За окном уже рассвело. В панике перебравшись в кресло, он помчался к комнате Нин Цзяю, но внутри никого не оказалось.
Сон казался слишком настоящим — настолько, что реальность вокруг воспринималась как иллюзия.
Грудь стянула необъяснимая паника.
— Нин Цзяю! — крикнул он, но в доме стояла тишина.
На втором этаже юноши не было. Янь Шуо спустился на лифте и столкнулся с дворецким, несшим вазу с цветами.
— Где Нин Цзяю?! — выпалил он, до смерти боясь услышать в ответ: «А кто это?»
Дворецкий только собрался ответить, как раздался знакомый голос:
— Господин Янь?
Нин Цзяю вышел из кухни с подносом в руках, на его лице застыло удивление:
— Вы меня искали?
Его ноги были в полном порядке. Янь Шуо облегчённо выдохнул:
— Нет, ничего.
— Отчего вы так взмокли? — Нин Цзяю поставил поднос, вытащил салфетку, опустился перед Янь Шуо на корточки и заботливо утёр пот с его лба, после чего приложил тыльную сторону ладони к его щеке: — Слава богу, температуры нет.
— Охо-хо, — Цзо Цинь, спускавшаяся по лестнице, с улыбкой качнула головой. — В доме полно людей, могли бы хоть немного постесняться.
Нин Цзяю тут же отбрил:
— А вам, госпожа Цзо, не помешало бы проветрить голову от пошлых мыслей.
Губы Янь Шуо тронула лёгкая ухмылка: приятно было осознавать, что перед Цзо Цинь юноша явно принял его сторону.
— Завтрак приготовил? — донёсся до Янь Шуо аппетитный аромат.
Нин Цзяю кивнул и поднял металлическую крышку:
— Вчерашний ужин показался мне слишком тяжёлым, поэтому я встал пораньше и сварил лёгкую кашку. Давайте поедем за стол.
Янь Шуо с удовольствием согласился и победоносно взглянул на Цзо Цинь — мол, смотри, тебе ничего не досталось!
Стол находился рядом. Янь Шуо просто подогнал кресло на своё обычное место.
Нин Цзяю налил ему пиалу. Цзо Цинь, почуяв аромат, тоже подошла:
— Как пахнет! Я тоже хочу.
Нин Цзяю налил и ей — в знак извинения за вчерашнюю утиную шейку.
Настроение Янь Шуо мгновенно испортилось.
— Зачем ты ей налил? — буркнул он.
— Неужели господин Янь готов морить гостей голодом? — подколола Цзо Цинь.
Янь Шуо насупился:
— Иди на кухню и приготовь сама.
Цзо Цинь скривилась:
— Я отродясь у плиты не стояла! Приехала в дом Янь в гости, а меня заставляют самой себе готовить? Это так вы встречаете гостей?
Дворецкий, поставив вазу, примирительно проговорил:
— На кухне есть и другие блюда, госпожа Цзо, желаете попробовать?
— Ну уж нет! Сегодня я буду только завтрак, который приготовил этот милый младший брат, — Цзо Цинь сделала глоток каши и зажмурилась от удовольствия. — Какая прелесть! Искренне завидую кое-кому — экая роскошь каждый день так питаться! — Она недовольно косилась на Янь Шуо.
Янь Шуо расправил плечи: гордость и торжество переполняли его.
Нин Цзяю не обращал внимания на их словесные перепалки и спросил у дворецкого:
— Хотите пиалу?
Тот поспешно замахал руками:
— Что вы, спасибо, я уже сыт. Пойду заниматься делами, приятного аппетита!
Войны титанов — не то место, где стоит крутиться рядовому дворцовому люду.
Нин Цзяю налил каши себе и обратился к Янь Шуо:
— Мы сразу после еды поедем? Я хоть и насыпал Паньцзюю кучу корма, но к полудню он всё равно всё съест. Интересно, соскучился он по нам за ночь?
Янь Шуо кивнул:
— Уедем сразу, как закончим.
Цзо Цинь удивлённо выгнула бровь:
— Вы уже и кота завели?
— Ага, подобрали на улице эдакого приёмного сынка, — Нин Цзяю с теплотой вспомнил, как трогательно мяукал Паньцзюй, когда они его нашли.
— Это и мой сын тоже, — вставил Янь Шуо.
Цзо Цинь лишь фыркнула.
В этот момент в столовую вошёл Старейшина Янь и от неожиданности застыл:
— Какой ещё сын?! А-Шуо, у тебя появился сын?!
Для него внебрачный ребёнок Янь Шуо был бы таким счастьем, что он готов был прямо здесь пуститься в пляс.
Янь Шуо вздохнул:
—... Кот.
Старейшина Янь разочарованно протянул:
— Кот так кот, заладили тоже: «сын, сын»... Напугали только.
— Вы разве не собирались в больницу за внучкой? Зачем сюда пришли? — спросил Янь Шуо.
— Я только что говорил с Мэн Цзюнем. Он сказал, девочке нужно продолжать лечение. Ты ведь спасал её, Нин Цзяю, тебе лучше знать её состояние. Вот я и решил спросить, как там дела.
Старейшина Янь направился в гостиную.
— Я сейчас подоконник освобожу и приду, — Нин Цзяю допил кашу и вышел за дедушкой.
На самом деле старик решил устроить Нин Цзяю небольшой экзамен. Хоть Янь Шуо и не стал бы обманывать деда, ради защиты юноши он мог преувеличить его заслуги. Но Нин Цзяю описал всё точь-в-точь как доктор Мэн, только ещё более детально. Старейшина Янь окончательно успокоился.
— На самом деле проблемы там мелкие, лежать в стационаре не обязательно, — подытожил Нин Цзяю. — Медсёстрам приходится ухаживать за кучей детей, за всеми не уследишь. Лучше забрать малышку домой и нанять сиделку. Так можно будет вовремя заметить любые изменения и принять меры.
Заметив, что Янь Шуо подаёт знак собираться домой, Нин Цзяю попрощался со старейшиной.
Глядя им вслед, Старейшина Янь испытывал смешанные чувства.
* * *
«Роллс-ройс» Янь Шуо уже подогнали к пристани — оставалось только сойти с катера и сесть в машину.
Нин Цзяю сел за руль, а Янь Шуо расположился сзади и как бы невзначай произнёс:
— Цзо Цинь далеко не так проста, как кажется.
— Хм? — Нин Цзяю удивился, что он сам заговорил о ней.
— Несколько лет назад она выбила из семейного бизнеса собственного дядю и заграбастала всю власть в семье Цзо, — будничным тоном рассказал Янь Шуо, однако в зеркало заднего вида косился непрестанно, ловя реакцию юноши.
Нин Цзяю не знал таких подробностей, но помнил сюжет: Янь Шуо перешёл дорогу Цзо Цинь и в итоге жестоко поплатился.
— Тогда тем более будь с ней поосторожнее и повежливее, — заметив опасение, проговорил Нин Цзяю.
Янь Шуо фыркнул:
— Я её не боюсь.
— Зато я за тебя переживаю.
Брови Янь Шуо радостно взметнулись вверх. Он сделал вид, что не расслышал:
— Что ты сказал?
Нин Цзяю не мог прямо сказать о своих страхах насчёт сюжета, поэтому попытался подобрать слова:
— Я к тому, что врагов на пустом месте плодить не стоит, у нас и так проблем хватает. Если Цзо Цинь решит поддержать Янь Тяньхао, нам придётся несладко.
Слово «нам» невероятно порадовало Янь Шуо, и он неожиданно легко согласился:
— Ладно, я учту.
* * *
Когда они вернулись домой, Паньцзюй уже дежурил у гаража. Увидев Нин Цзяю, рыжий кот бросился навстречу, вцепился когтями в штанину и жалобно замяукал, будто брошенный ребёнок, предъявляющий претензии жестокому родителю.
— Ну-ну, мы же вернулись! — Нин Цзяю погладил его по пушистой макушке, взял на руки и понёс в дом.
Внутри выяснилось, что миски для корма и воды абсолютно пусты. Похоже, кот скучал не по хозяевам, а по еде.
Передав рыжего Янь Шуо, Нин Цзяю пошёл насыпать корм.
Едва заслышав хрустящие подушечки, Паньцзюй спрыгнул с колен Янь Шуо и помчался к миске.
Глядя, с каким аппетитом тот уплетает обед, Нин Цзяю с любопытством спросил у Янь Шуо:
— Неужели кошачий корм и правда такой вкусный?
— Понятия не имею. Хочешь попробовать?
Нин Цзяю выудил одну сухую подушечку с того края, куда кот ещё не добрался, и отправил в рот. Морда юноши тут же скривилась. С трудом сглотнув, он пожаловался:
— Дрянь редкая!
В этот момент Янь Шуо отложил телефон и спокойным тоном сообщил:
— Я тут посмотрел в интернете: пишут, что хорошая кошачья еда для людей всегда отвратительна на вкус.
То есть он решил провести на нём эксперимент?!
Нин Цзяю мысленно помянул всех святых, но всё же успокоился. Он наклонился, чтобы погладить рыжего продогу, как вдруг заметил, что Паньцзюй смотрит на него огромными блестящими глазами.
— Что такое, малыш?
Паньцзюй лапой пододвинул пару сухих подушечек из своей миски в сторону Нин Цзяю и тихо мяукнул:
— Мяу.
«Разрешаю съесть капельку!»
Янь Шуо усмехнулся:
— Сын делится с тобой обедом.
Нин Цзяю растрогался:
— Настоящий сынок! Кушай сам, папа не голоден.
— Мяу! — кот настойчиво повторил призыв, но, видя, что Нин Цзяю не забирает угощение, вздохнул и вернулся к миске.
За такую сыновнюю любовь Нин Цзяю решил вечером выдать ему баночку премиального консервированного корма.
Паньцзюй обожал баночный корм. Он с жадностью съел всю порцию, а потом замешкался, будто вспомнил о чём-то важном, и глуповато уставился на Нин Цзяю.
Юноша привык к его забавным причудам и не придал этому значения. Весь день он провёл в состоянии абсолютного умиления.
Пока вечером не обнаружил на своей кровати жестяную баночку из-под корма, которую сам же выбросил в мусорку.
А внутри лежал дохлый мотылёк.
Паньцзюй с чувством выполненного долга сидел рядом.
«Сынок... папа, конечно, очень ценит твою заботу... но спасибо, не надо...»