Цзянь Суй перебрался наверх, но спать вместе им не пришлось — Цэнь Сяоюань освободил для него соседнюю гостевую комнату.
На этот раз он мог с уверенностью сказать: комната была обставлена точь-в-точь как в том доме в Зоне A. Знакомая обстановка, привычная планировка — Цзянь Суй ощутил лишь страх.
Странно: они жили под одной крышей, но почти не разговаривали. Неизменным осталось одно — Цэнь Сяоюань по-прежнему требовал, чтобы Цзянь Суй будил его вовремя. Он давно приметил, что тот не желает пользоваться персональным автомобилем и добирается до Морского порта на школьном электроскутере — то и дело замечал в коридоре учебного корпуса мелькавшую внизу фигурку Беты, спешащего куда-то бегом.
Цзянь Суй изо всех сил избегал его, и Цэнь Сяоюань, кажется, не возражал. Следуя их «договорённости» — прошлое не поминать, — он давал Цзянь Сую свободу в пределах кампуса и почти не вмешивался.
Ему даже не требовалось больше, чтобы Цзянь Суй являлся по первому зову и приносил ему обед.
Несколько лекций подряд Цзянь Суй просидел рядом с Юань Юем.
Раньше такое случалось редко, но стоило увидеть того приметного высокорангового Альфу да то и дело брошенные Цзянь Суем тревожные взгляды в его сторону — и всё становилось понятно без объяснений.
Юань Юй ни о чём не расспрашивал, просто подыгрывал.
Иногда, если Цзянь Суй отвлекался на уроке, он мог подсмотреть в конспект Юань Юя, чтобы дописать ответы.
В обед, отправившись поесть в медпункт, Цзянь Суй заметил двух незнакомых людей — тут же метнулся в лестничный пролёт, прислушиваясь к грохоту передвигаемых вещей. Похоже на рабочих.
«Неужели даже эту развалюху решили ремонтировать?»
Пришлось идти в обход, в столовую — там он как раз столкнулся с Юань Юем, набравшим еды, и они вместе пристроились обедать. Пока убирали посуду, из скоростного лифта, идущего прямиком на пятый этаж, вышли две фигуры.
Поскольку большинство взглядов устремилось туда, Цзянь Суй из любопытства тоже повернул голову.
Взгляды всех четверых столкнулись напрямую. Омега, что шёл следом за Цэнь Сяоюанем с раздражённым видом, заметив толпу, мгновенно нацепил безмятежную улыбку — а увидев Цзянь Суя, растянул её ещё шире.
Цзянь Суй: «...»
Альфа, до этого шагавший быстрым шагом, замедлил ход, но взгляда так и не отвёл в сторону — прошёл мимо них двоих, глядя прямо перед собой.
Многие провожали его взглядом всю дорогу — но не Цзянь Суй.
Юань Юй, глядя на сидящего напротив Бету, уставившегося в пустую тарелку, произнёс:
— Они уже прошли.
— О? — голос Цзянь Суя прозвучал раньше, чем он поднял голову; повернувшись, он бросил взгляд вслед, выдохнул. — Ну и хорошо.
Расписание перед промежуточной аттестацией было почти пустым — остальное время отводилось на самостоятельные тренировки.
В Академии Альянса упор делали на командную работу: помимо обязательных письменных экзаменов, проводились и практические зачёты. Весь факультет заходил на большой полигон группами — марш-бросок с грузом, стрельба, комплексная физподготовка. Обычно набирали пары свободного состава: один из отдела патрулирования, один — из отдела обеспечения.
В прошлые годы Цзянь Суй неизменно шёл в паре с Юань Юем — большую часть времени отнимала уже сама подача заявки и её одобрение.
Все студенты в последний момент бросались готовиться разом, площадок на всех явно не хватало: попасть на полигон можно было только по заявке, да и то тренироваться разрешалось лишь в отведённые часы.
В этом году они подали заявление заранее, но одобрения всё не приходило.
В то утро, проснувшись, Цзянь Суй с удивлением обнаружил Цэнь Сяоюаня в гостиной — впервые за долгое время.
Будить не пришлось, и он уже собирался вздохнуть с облегчением, как вдруг услышал вопрос:
— С кем собираешься в паре на зачёте?
Цзянь Суй промямлил что-то невнятное, прежде чем назвать имя, заодно упомянув, что заявку они подали давно.
Цэнь Сяоюань хмыкнул, покосился на него:
— Значит, так и будешь тереться среди Бет.
Тон звучал так, будто он говорил о его никчёмности, но Цзянь Суй не особо расстроился — бумаги уже поданы, дело решённое.
— А ты? — спросил он в ответ.
Цзянь Суй мог поклясться, что спросил просто так, между делом, но прямой взгляд Цэнь Сяоюаня заставил его почувствовать: сказал что-то не то.
По идее, Альфе S-ранга найти напарника из отдела обеспечения труда не составит — но Цэнь Сяоюань изо дня в день ходил с таким видом, будто предупреждал всех держаться подальше...
«Неужели до сих пор не нашёл себе пару?»
В тот день, когда заявку наконец одобрили, погода выдалась отличная. С Юань Юем договорились на стрельбу — тренировку назначили на вторую половину следующего дня.
Ночью Цзянь Суй спал крепко, без единого сна, а утром проснулся ещё до будильника.
Снова выдалось солнечное, погожее утро — но на душе у Цзянь Суя было тяжело до невозможности. Он медленно всунул ноги в тапочки, открыл дверь своей комнаты и замер в нерешительности перед дверью хозяйской спальни.
«Ещё слишком рано. Ладно, для начала — умыться!»
На цыпочках Цзянь Суй спустился вниз, умылся дочиста, старательно вытер лицо полотенцем, не оставив ни капли воды.
Часы в гостиной неумолимо отсчитывали минуты; поняв, что тянуть больше нельзя, он нехотя, вразвалку поплёлся обратно наверх.
Дверь хозяйской спальни оказалась не заперта.
Цзянь Суй повернул ручку. В спальне царил полумрак, слабый свет пятнами ложился на деревянный пол, а человек на кровати, казалось, всё ещё безмятежно спал.
Стоило подойти к кровати, как одеяло — точно чёрная разверстая пасть — поглотило его целиком. Одна тапочка слетела с ноги, вторая едва держалась на кончиках пальцев. Цзянь Суй не успел даже вскрикнуть — рот ему тут же зажала ладонь Цэнь Сяоюаня.
— Сколько уже времени прошло, пора бы и привыкнуть.
Голос Alpha звучал ровно, без единой волны. Лоб прижался к его лбу, и с абсолютно бесстрастным лицом он произнёс всего два слова:
— Помоги мне.
Формально это была просьба, но для слуха Цзянь Суя прозвучало как приказ.
По сути, так оно и было.
Под одеялом было слишком жарко, чтобы вдвоём беспорядочно барахтаться. Рот всё ещё был зажат, и лицо Цзянь Суя пылало от прилива крови. Когда Цэнь Сяоюань наконец отпустил его, он смог перевести дух.
От недавнего яростного сопротивления Alpha хмыкнул с усмешкой:
— Всю ладонь мне слюной измазал.
На этот раз даже уши у Цзянь Суя вспыхнули краской, и он торопливо пробормотал:
— Ты же опоздаешь на пары...
— Не решу это — и из дома не выйду. — Цэнь Сяоюань перехватил его руку и повёл её вниз. — Сегодня хочу именно так.
Уши Цзянь Суя пылали нестерпимо, а ладонь будто держали над огнём.
— Нет, я не могу... — пролепетал он, запинаясь.
— Правда? — Цэнь Сяоюань пристально смотрел на него; на таком расстоянии никто из них толком не различал лица другого. — А раньше ты ведь мне помогал.
Голос Alpha прозвучал низко и хрипло. Для него это — как и то, что он в своё время помогал Цзянь Сую, — было делом самым что ни на есть естественным.
Он кусал его, оставлял метки на его теле, впрыскивал феромоны, обнажённое желание выставлял напоказ прямо перед испуганной им Бетой.
Всё это он проделывал и раньше. Разница лишь в том, что прежде Бета покорно подчинялся, а теперь научился сопротивляться.
Между ними существовала «договорённость», и сейчас Цэнь Сяоюань попросту следовал их уговору.
В стенах школы он мог скрывать их общее прошлое — но ценой за это служило то, что здесь, в этом доме, здесь и сейчас, им приходилось возвращаться к прежним отношениям.
Цзянь Суй отчаянно вырывался, но так и не смог выскользнуть из хватки Цэнь Сяоюаня — напротив, чем яростнее он барахтался, тем жарче становилось, и тем теснее их тела прижимались друг к другу.
Alpha вновь выпускал феромоны — кожу Цзянь Суя закололо мурашками, к которым примешивалась ноющая боль.
В глазах Цзянь Суя мелькнул испуг:
— Не надо, ещё почуют...
Даже если вероятность была ничтожной, ему совсем не хотелось снова, как раньше, ходить, пропитанным насквозь запахом чужих феромонов Альфы, притягивая к себе взгляды повсюду.
— Хм, — отозвался Цэнь Сяоюань и вправду убрал феромоны — настолько, что даже сам Цзянь Суй не поверил своим ощущениям. Пока тот не произнёс следующее: — Тогда чем расплатишься со мной?
Цзянь Суй вдруг вспомнил: вскоре после того, как он покинул Зону A, у станции в Зоне B он увидел мастера, лепившего фигурки из леденцовой карамели. Впервые в жизни — и он из любопытства купил одну, собираясь отнести домой младшим брату с сестрой. Но из-за жары сладость таяла всю дорогу, и в итоге на руке осталась липкая, пахнущая солодом масса — казалось, сколько ни отмывай, запах так и останется на коже.
Цэнь Сяоюань тогда ещё силой заставил его откусить кусочек.
Лицо Цзянь Суя тогда чуть не сморщилось от слёз, он то и дело твердил: нельзя, не надо, не могу.
Просто тогда он ещё ничего не понимал: что бы Цэнь Сяоюань ни велел, он подчинялся. Подросток впервые пробует что-то новое обычно именно с самым близким человеком рядом.
Но теперь оба давно уже взрослые люди, и заниматься подобными выходками — стыд один.
Цэнь Сяоюань будто ничего не слышал — продолжал управлять его рукой, поясняя и направляя, ни капли смущения.
Ученик из Цзянь Суя вышел бестолковый, но Цэнь Сяоюань неожиданно терпеливо объяснял ему, пока тот не освоился полностью, — и только тогда перестал водить его руку, ограничившись наблюдением со стороны.
Руки Цзянь Суя дрожали, он не переставал бормотать:
— Это неправильно... — а ещё непозволительно.
Видимо, Цэнь Сяоюаню наскучила его болтовня.
Рот вновь оказался зажат — той же рукой, пропитанной густым запахом.
Цзянь Суй чувствовал, что вот-вот умрёт.
— И как быть? — Кончик пальца Цэнь Сяоюаня прижался к его губам, раздвинул их, скользнул в рот, надавил на язык. — Дело уже сделано. Хочешь, чтобы я всё вернул назад?
Придавленный к языку палец не давал ответить — Цзянь Суй лишь отчаянно замотал головой.
Время пролетело незаметно быстро: когда всё наконец улеглось и Цзянь Суй вышел из хозяйской спальни, прошёл уже целый час.
Он торопливо и неловко расправлял помявшуюся школьную форму. Несколько дней назад его укусили, и после этого он ещё долго не решался снять футболку с длинным рукавом — а теперь снова приходилось переодеваться.
Цэнь Сяоюань вышел из спальни и направился прямо к Цзянь Сую.
Несколько секунд стоял молча, затем вдруг придвинулся вплотную — губы почти коснулись его век.
Цзянь Суй хотел было отступить.
— Только попробуй отодвинуться.
Даже не пришлось объяснять последствия — спина Цзянь Суя мгновенно окаменела, он не смел пошевелиться.
Оглядев его лицо со всех сторон, Alpha поднял руку и легонько провёл пальцем по его щеке.
Не успел Цзянь Суй ничего спросить, как Цэнь Сяоюань уже раскрыл ладонь у него перед глазами.
— Мне самому всё равно, выйдешь ты так к людям или нет. Но если твои одноклассники, — Цэнь Сяоюань выдержал паузу, светлые глаза скользнули по нему ледяным взглядом, — особенно та Бета, спросят тебя — что ответишь?
— Что у тебя на лице моё? — Цэнь Сяоюань не сводил с него глаз, голос стал жёстче. — Или собираешься отделаться какой-нибудь пустой отговоркой?