Цзянь Суй даже не успел ответить: Цэнь Му мгновенно исчез из списка его контактов, а вся история сообщений тут же очистилась.
Трудно было сказать, пожалел ли тот в последний момент о сказанном или изначально планировал так замести следы.
Цзянь Суй замер с коммуникатором в руках. Экран автоматически вернулся на главный рабочий стол, а его палец так и остался занесённым над гладким стеклом.
Сон так и не пришёл. Перестав мучить себя бессмысленными попытками уснуть, Цзянь Суй распахнул балконную дверь и вышел наружу. Впрочем, даже летняя ночь не принесла долгожданной прохлады — душный, тяжёлый воздух плотным коконом окутывал пространство, не давая вздохнуть полной грудью.
Соседняя дверь скрипнула. Цзянь Суй обернулся: окно напротив, в комнате Цэнь Сяоюаня, тоже было открыто, но внутри никто не просматривался.
— И куда это ты смотришь?
Голос раздался прямо за спиной — Цэнь Сяоюань без труда перемахнул с соседнего балкона.
— Опять не спится? Выходит, есть я рядом или нет — разницы никакой?
Не дав Цзянь Сую обернуться, Альфа сделал шаг вперёд и обнял его сзади, спрятав своё лицо.
Цэнь Сяоюань уткнулся носом в его шею, а затем медленно, с едва ощутимым нажимом провёл губами по чувствительной коже на затылке.
Цзянь Суя снова забила мелкая дрожь, отзывавшаяся в пальцах и запястьях. Он заставил себя сцепить зубы и не реагировать.
«Скоро... Совсем скоро сессия».
На каникулы все разъедутся по своим секторам, и Цэнь Сяоюань — не исключение.
В последнее время они не заходили далеко. Скорее всего, Цэнь Сяоюань просто тешил своё эго, искренне полагая, что лишение близости — это наказание для Цзянь Суя. А значит, раз он сам проявляет инициативу и касается его, его настроение вполне благодушное.
Душный ночной ветер налетал порывами, вздымая полы одежды. Лето стояло тяжёлое, липкое от пота.
Цэнь Сяоюань слегка приоткрыл рот и прикусил зубами старый шрам-метку. Он сжимал челюсти то сильнее, то слабее, пока на влажной от пота коже не проступил явственный, густой след его феромонов.
Цзянь Суй замер, напоминая беспомощного детёныша, которого крупный хищник сжал за шкирку.
— Твой гон...
— Не бери в голову, Цэнь Му дал мне супрессоры, — буркнул Цэнь Сяоюань с мальчишеской неохотой.
Цзянь Суй знал: тот терпеть не мог показывать кому-либо собственную слабость. В венах этого Альфы побывало уже слишком много холодной химии — транквилизаторов, обезболивающих и сильных супрессоров, необходимых в период повышенной восприимчивости.
Но эти препараты отличались от запрещённых супрессоров категории E, которые принимал Юань Юй для маскировки своей природы.
Средства, предназначенные для Альф в период гона, глушили реакцию на чужие феромоны.
Если уровень совместимости превышал шестьдесят процентов, Альфа во время гона легко поддавался провокации и мог потерять контроль от одного запаха Омеги.
У Цэнь Сяоюаня действительно проявлялись первые симптомы: он сжимал руки на талии Цзянь Суя всё сильнее, словно пытался вжать его в себя. Будучи гораздо крупнее и выше, он явно испытывал неудобство, согнувшись в три погибели, но всё равно не желал отпускать.
Цзянь Суй сначала окаменел от этого напора, но затем постепенно расслабил плечи, поднял руку и осторожно провёл пальцами по мягким волосам Альфы.
Цзян Ивань оказался прав: стоило проявить немного ласки и заговорить помягче, как опасный хищник тут же превращался в ручного зверя.
В ту ночь они разошлись по своим комнатам, и Цзянь Суй впервые за долгое время провалился в глубокий, безмыслимый сон. Наутро он едва не опоздал на занятия.
Как только с последним экзаменом было покончено, территория Академии заполнилась студентами с чемоданами и сумками.
Цзянь Суй тоже собрал нехитрый багаж и направился к Цэнь Сяоюаню, чтобы попрощаться.
— Куда ты направишься? — спросил перед расставанием Цэнь Сяоюань.
Цзянь Суй на мгновение замешкался:
—... В Зону C. Домой.
Он панически боялся услышать привычное: «И даже не пригласишь меня в гости?», но, к счастью, тревога оказалась напрасной. Цэнь Сяоюань лишь пристально вгляделся в его лицо и коротко кивнул:
— Увидимся в следующем семестре.
Это означало, что последний учебный год Цэнь Сяоюань всё так же проведёт в Академии в статусе студента по обмену.
Однако теперь Цзянь Суй знал его истинные намерения. Учёба была лишь удобным прикрытием, и совсем скоро тот вернётся в Зону A.
Стоило миновать элитный квартал с виллами, как со стороны побережья налетел влажный, солоноватый бриз. Прорвавшись сквозь густые кроны деревьев, он ударил в лицо, взъерошив волосы.
Цэнь Сяоюань сделал шаг и заслонил его собой — и порыв ветра тут же утих.
— Напишешь мне, когда доберёшься?
Цзянь Суй поднял взгляд на высокое тело, перекрывавшее солнечные лучи и отбрасывавшее на него плотную тень.
— Эм... Коммуникатор работает только на территории Академии.
— У тебя нет мобильного?
— Нет.
Глаза Цзянь Суя под прямыми лучами солнца казались прозрачными; привычная непроницаемая чернота уступила место тёплым серо-коричневым оттенкам.
— В Зоне C во многих районах нет связи, так что от него всё равно мало толку...
— Я понял, — перебил его Цэнь Сяоюань. Похоже, перспектива остаться без связи на целый месяц его ничуть не растревожила. Он протянул руку и аккуратно поправил растрёпанную чёлку Цзянь Суя: — Тогда счастливого пути.
Изумительное хладнокровие.
Несмотря на приближающийся гон, Альфа держался подчёркнуто отстранённо.
Поправив лямку рюкзака, Цзянь Суй покинул кампус, сел на метро и добрался до небольшой гостиницы, где заранее забронировал номер.
Отсутствие нормального средства связи создавало массу неудобств, поэтому ему потребовалось немало времени, чтобы выйти на связь с Юань Юем.
— Старший шинён, вся моя надежда на тебя! Будет у меня диплом или нет — зависит от твоей помощи! — нарочито беззаботным тоном выложил он.
— Об этом не переживай. Но... — Юань Юй нахмурился, глядя на высветившийся неопознанный номер, начинавшийся с индекса Зоны B. — Зачем ты снял номер в городе?
Цзянь Суй промолчал.
— Цзянь Суй, когда начнётся испытание и мы встретимся, нам нужно будет серьёзно поговорить.
Каждую сессию Академия устраивала дополнительные испытания. Это был своеобразный пересдаточный экзамен, за успешное прохождение которого начислялись баллы.
Из-за кучи сторонних проблем Цзянь Суй в этом семестре катастрофически недобрал академических часов, и этот тест оставался его единственным шансом.
Признаться, уверенности он не ощущал — в подобной пересдаче ему приходилось участвовать впервые.
Экзамен проводился на искусственном острове категории C, расположенном на самой границе Зоны B. Как и на промежуточных тестах, допускали сюда только сформированные пары.
Поскольку испытание считалось добровольным, в нём участвовали немногие. Цзянь Суй ещё неделю назад списался с Юань Юем и договорился о совместном прохождении.
Процент выпускающихся студентов напрямую влиял на престиж учебного заведения, однако Академия Альянса слишком дорожила репутацией, чтобы давать курсантам поблажки.
Полевые учения проверяли не только боевые навыки, но и выносливость. Кандидатов забрасывали на искусственный остров на трое суток. И хотя организаторы регулярно сбрасывали провизию, студентам предстояло за отведённое время ликвидировать нужное количество биодроидов и найти точку эвакуации.
Провал хотя бы по одному из пунктов грозил существенной срезкой баллов.
Деваться было некуда: без недостающих кредитов диплом ему не светил, поэтому Цзянь Суй стиснул зубы и приготовился к худшему.
Дни пролетели незаметно, и вот настал день испытания.
Каждую группу десантировали в отдельном секторе. Цзянь Суй и Юань Юй оказались в последней волне.
Едва паром причалил к суше, Юань Юй сразу же вернулся к теме:
— Нам надо поговорить.
Цзянь Суй попытался отмолчаться. Слухи и сплетни, ходившие по Академии, он научился игнорировать, но выдерживать расспросы близкого человека было выше его сил.
Некоторые события просто выходят из-под контроля.
Осознание собственной слабости и вынужденной покорности и без того жгло изнутри, а если об этом напрямую заговорит единственный друг...
— Чэньжань выходил со мной на связь, — произнёс Юань Юй. — Спрашивал, собираешься ли ты домой на каникулы.
Цзянь Суй вскинул голову, изумлённо воззрившись на собеседника:
— Правда? Он прямо так и спросил?
— А почему он узнаёт это через меня? Вы опять поссорились?
— Нет, мы... да не то чтобы, — Цзянь Суй отчаянно замялся.
Ведь и правда: Чэньжань — его родной брат, но почему-то со всеми вопросами обращался к Юань Юю.
«Насколько же я никчёмный старший брат...»
— Ты слишком его избаловал, — вздохнул Юань Юй.
Цзянь Суй поджал губы. Боясь раньше времени поддаться ложной надежде, он осторожно переспросил:
— Он правда интересовался, приеду ли я?
— Хочешь покажу историю сообщений? — Юань Юй осёкся. — Хотя коммуникаторы перед высадкой изъяли... Но поверь на слово: он спросил. И даже пообещал встретить нас в порту.
За последнее время на Цзянь Суя свалилось столько проблем, что у него просто не оставалось сил поддерживать связь с братом, оставшимся в Зоне C. А когда он пытался расспросить его о жизни, Чэньжань лишь отделывался общими фразами.
В детстве Чэньжань буквально не отходил от него, соперничая с младшей сестрой за внимание старшего брата. Но повзрослев, стал чересчур самостоятельным. Едва исполнилось девятнадцать, как он уже возглавил местную банду в трущобах и набрал себе целую свору шестёрок.
Первое время Чэньжань пытался скрывать свои делишки, но они жили под одной крышей, и не прошло и полугода, как Цзянь Суй обо всём догадался.
Трущобы Зоны C были самым диким и неуправляемым местом. Цивилизация сюда так и не добралась, зато пышным цветом процветал теневой бизнес всех мастей.
Цзянь Суй не желал, чтобы брат однажды сгинул в какой-нибудь грязной подворотне, поэтому без конца пытался образумить его. Каждая такая беседа неизменно перерастала в скандал.
Тогда вмешался Юань Юй. Одной короткой фразой он подвёл черту под их спорами:
— Он родился здесь, Цзянь Суй. У него просто нет другого выбора.
Чтобы просто выжить, у бедняков оставалось слишком мало вариантов.
Позже Цзянь Суй сумел поступить в Академию Альянса в Зоне B, рассчитывая выбиться в люди. Он надеялся обеспечить брата и с чистой совестью заставить его бросить криминал.
Перед отъездом он взял с Чэньжаня обещание взяться за ум и продолжить учёбу. Брат для вида согласился, но за спиной продолжал крутить свои дела.
Должно быть, устав от вечных нотаций, на второй год учёбы Цзянь Суя в Академии Чэньжань и вовсе заявил, чтобы тот не приезжал домой на каникулы.
Юань Юй давно привык мирить их, но Цзянь Суй стыдился посвящать друга в эти семейные разборки.
Чэньжань — его родная кровь. Если он не способен самостоятельно уладить конфликт с младшим братом, то какой из него вообще старший?
В итоге полгода обид и молчания привели к тому, что общались они исключительно через посредника.
— И ещё одна деталь, — добавил Юань Юй. — Если ты не хочешь о чём-то говорить — я лезть в душу не стану. Но не надо избегать меня.
Цзянь Суй растерянно поднял взгляд. Юань Юй протянул руку и ласково взъерошил волосы младшего друга.
* * *
Прошёл первый час пребывания на острове категории C. Биодроидов по-прежнему видно не было.
Спустя три часа палящего зноя оба юноши промокли от пота. По пути им несколько раз попадались другие участники, но из-за конкуренции студенты избегали разговоров и спешно расходились в разные стороны.
— Тут вообще есть хоть одна мишень?
Под «мишенями» Цзянь Суй имел в виду зачётных биодроидов.
На самом деле руководство Академии и так пошло на уступки, перекрыв половину территории острова, чтобы хоть кто-то смог пройти срез. Однако оставшаяся зона всё равно поражала размерами, а густые тропические заросли превращали местность в непроходимый лабиринт.
На третьем часу и девятой минуте поисков в поле зрения наконец появился робот. А вместе с ним — отчаянный, надрывный вопль:
— Помогите-е-е! На помощь! Спасите кто-нибудь этого несчастного, прекрасного Омегу!