Цзянь Суй потёр глаза, усомнившись в собственном зрении.
— Чего застыл?! — не умолкал в вопле Цзян Ивань. — Спасай меня, живо!
После суматошной стычки Юань Юй сумел поразить уязвимую точку. Робот издал электронный писк, виртуальная проекция растаяла в воздухе, а на счёт зачислились баллы.
Цзян Ивань стоял неподалёку, упёршись руками в колени, и тяжело, отрывисто дышал. Всегда безупречно уложенные, шелковистые волосы превратились в спутанный ком, а на предплечьях алели свежие царапины от веток.
Цзянь Суй невольно сделал шаг навстречу:
— Как ты здесь оказался?
Омега добровольно на полигон ни за что бы не явился.
Едва перенеся бешеную погоню, Цзян Ивань выглядел жалко и едва переводил дух. И хотя учебные биороботы не представляли смертельной угрозы, попадись им — и пришлось бы ломать голову, как вызволять пленника, что лишь создало бы лишнюю головную боль.
Цзянь Суй достал из рюкзака флягу и протянул её Цзян Иваню. Тот жадно сделал несколько больших глотков и, кажется, немного пришёл в себя.
— Надумал сдавать пересдачу — так шёл бы сразу к Цэнь Сяоюаню! — Цзян Ивань резким жестом ткнул пальцем в спасшего его Юань Юя. — На кой чёрт ты таскаешься с этим бракованным Бетой?!
У Бет не имелось никаких рангов и делений на «сорта», поэтому визгливая выходка Цзян Иваня лишь вызвала у Юань Юя отвращение. Слегка нахмурившись, он перевёл взгляд на Цзянь Суя.
Тот едва заметно качнул головой, дав понять, что сам всё уладит.
— Вы ещё смеете при мне переглядываться?! — Цзян Ивань едва не задыхался от ярости, а его язык явно опережал мысли. — Кабы не ты, Цэнь Сяоюань ни за что не притащил бы меня в эту дыру!
— Цэнь Сяоюань тоже здесь? — тут же перебил Цзянь Суй.
— А на кой, по-твоему, он сюда припёрся? Ради этих вшивых баллов, что ли? — огрызнулся Цзян Ивань.
Несмотря на палящее солнце, Цзянь Суя пробрал ледяной озноб.
Неудивительно, что после итоговых экзаменов Альфа допытывался, куда тот собирается. Он с самого начала знал, что Цзянь Сую предстоит ещё одно испытание!
Не прошло и двух недель с тех пор, как Цзянь Суй поклялся ему больше никогда не врать, а ложь уже выплыла наружу.
Перед глазами всё ещё стояло воспоминание о том вечере: жгучее прикосновение Цэнь Сяоюаня к зажатому запястью... Захоти Альфа нажать чуть сильнее — и кости превратились бы в труху.
— Этот Бешеный Пёс — сучий потрох! Потерял живого человека и даже не заметил! — Цзян Ивань со скрежетом сжал кулаки так, что ногти въелись в ладони. — Нет... Он сделал это нарочно! Ему просто плевать, он и не подумает вернуться!
Все его бросали.
Прежние привилегии, льстивые улыбки, угодливое внимание — всё испарилось без следа в тот самый миг, когда его вторичная дифференциация потерпела крах. Даже собственные родители, души в нём не чаявшие, теперь лишь сухо твердили о сдержанности:
«Сяо Вань, убавь-ка свою спесь. Выйдешь замуж — защитить тебя будет некому».
Цзян Ивань бессильно разжал пальцы. На истерзанной коже ладоней остались багровые лунообразные вмятины.
— Ладно, так и быть, не стану опускаться до уровня этого психа, — проворчал он, вытирая лицо. — А ты... Дуй к Цэнь Сяоюаню. Этот безумец решил, что вы ушли далеко вперёд, и пробивается дальше, разнеся всё на своём пути.
Цзянь Суй отступил на шаг и твёрдо качнул головой:
— Я к нему не пойду.
Он уже солгал.
И какова же расплата за ложь?.. Цзянь Суй не знал, Альфа ничего ему не объяснил.
«Я верю тебе в последний раз».
Но раз уж Цэнь Сяоюань бросил эти слова — он выполнит своё обещание. Он всегда держал слово.
— Да ты вообще соображаешь?! Он же тебя ищет! — взвился Цзян Ивань. — Если не явишься сам и он сцапает тебя лично — тебе конец! Я же говорил... — Покосившись на чужака, он сбавил тон и договорил смущённо: — Стоит тебе хоть немного сгладить углы, проявить покорность — и он ничего с тобой не сделает!
— Он же сказал, что не пойдёт, — подал голос Юань Юй, до этого молча наблюдовавший за перепалкой. — Или уши заложило? И потом...
Его взгляд замер на шее Цзян Иваня, покрытой багрово-сизыми ссадинами:
— Где твой защитный ошейник?
Этот вопрос окончательно вывел Цзян Иваня из себя:
— Тварь эта железячная сорвала! А тебе-то что?! Метишь в женихи, паршивый Бета?! Решил губу раскатить?!
Должно быть, из-за долгого пребывания в джунглях, пропитанных густым запахом прелой зелени и влажной коры, Цзянь Суй не сразу уловил еле заметную, тонкую ноту.
Едва ощутимый аромат розы.
Феромоны Цзян Иваня.
— Прекратите ссориться, — попытался вмешаться Цзянь Суй, но Цзян Ивань мёртвой хваткой вцепился ему в запястье:
— Ты идёшь со мной! А этот Бета пусть и шагу за нами не делает!
— Я вообще-то тоже Бета, — спокойно возразил Цзянь Суй. — К тому же... ты сможешь сам уничтожать уязвимые цели?
Эти слова заставили Цзян Иваня онеметь.
Испытание на полигоне предполагало ближний бой, а из доступного оружия выдавали лишь короткие клинки. Куцых навыков самообороны, преподанных в отделе обеспечения, явно не хватало для выживания в одиночку.
Их задача сводилась к разведке и оказанию первой помощи: отслеживать передвижение роботов, оценивать обстановку да искать выход по оставленным подсказкам.
Сообразив это, Цзян Ивань вцепился уже в обе руки Цзянь Суя:
— Вы обязаны взять меня с собой! Обязаны!
Ещё одного предательства он бы просто не пережил.
Перед отправкой на полигон у них отобрали коммуникаторы. Выданные идентификационные локаторы позволяли лишь отслеживать местоположение напарника, но не передавать сообщения.
И всё же Цзянь Суя не покидала тревога. Поверни Цэнь Сяоюань назад на поиски Цзян Иваня — и ему точно несдобровать.
Цзян Ивань же, смертельно боясь отстать, без конца вцеплялся в лямку рюкзака Цзянь Суя, вздрагивал от каждого шороха и упрямо продолжал вбивать ему в голову своё:
— Сколько ты будешь выбивать нужные баллы с этим никчёмышем?! Иди к Цэнь Сяоюаню! Ему ничего не стоит поднять твои оценки, ты даже палец о палец...
— Заткнись, — не оборачиваясь, бросил шагавший впереди Юань Юй, но одного его ледяного взгляда хватило, чтобы Цзян Ивань мгновенно проглотил язык.
Делать нечего: не имея на этом острове ни единого шанса на выживание, приходится гнуть спину перед другими.
— Подумаешь, какой-то Бета... — еле слышно проворчал Цзян Ивань.
— Я тоже Бета, — снова напомнил Цзянь Суй.
— Это другое! Ты не такой, как они!
Цзянь Суй замер и медленно обернулся к Цзян Иваню.
Тот ответил ему лучезарной, безупречно милой улыбкой.
Естественно, Цзянь Суй отличался от прочей серой массы.
От него было куда больше пользы.
Смеркалось. Цзянь Суй быстро отыскал пригодное для ночлега место. Цзян Ивань с чистой совестью уплетал собранные им плоды и поджаренную Юань Юем дичь, не забывая при этом выражать недовольство дикими условиями.
В тёмных зрачках Цзянь Суя плясали отсветы костра.
— Боишься, что Цэнь Сяоюань вернётся за мной? — Отстранённость Цзянь Суя была настолько броской, что её заметил даже Цзян Ивань.
— Да не случится этого, сколько можно повторять! — воспользовавшись отсутствием Юань Юя, Цзян Ивань отбросил всю скрытность. — На меня ему плевать! Единственный, кто его волнует — это ты.
Он с досадой вздохнул:
— Знаешь, что самое смешное? Этот гад так опасался меня, Омегу... Помнишь, я пришёл к тебе в класс? Так он моментально про всё прознал! Вы же помирились, разве нельзя и дальше жить спокойно? Между прочим, кузина Цэнь Сяоюаня сейчас набрала огромный вес в клане Цэнь. А на самого Сяоюаня из-за его жестоких расправ и превышения полномочий возлагают кучу обвинений. Он сейчас в очень шатком положении.
Цзян Ивань повернулся к нему и словно бы вскользь спросил:
— Если б одному из них суждено было погибнуть... чьей победы пожелал бы ты?
Цзянь Суй за весь разговор не проронил ни слова. Пляшущие языки пламени отражались в его глазах, но мысли были бесконечно далеко.
Когда он попытался подняться, Цзян Ивань тут же вцепился в его одежду.
— Вы что, решили бросить меня?! — с настороженным испугом воскликнул Омега.
Он практически стоял на коленях, сжимая ткань куртки Цзянь Суя. Из-за фарфоровой, нежной кожи синяки и гематомы на его обнажённой шее выглядели зловеще.
— Нет... — качнул головой Цзянь Суй. — Юань Юя слишком долго нет. Я пойду проведаю его. Хочешь со мной? Мой рюкзак остаётся здесь, все припасы в нём. Мы тебя не бросим, обещаю.
В любой другой день Цзян Ивань ни за что не отпустил бы его, но за сегодня он вымотался до предела.
— Не водись с этим Бетой, — пробурчал он, неохотно разжимая пальцы. — Твоё место — подле Цэнь Сяоюаня.
Отойдя от убежища всего на пару шагов, Цзянь Суй увидел Юань Юя, сидевшего на трухлявом пне.
— Старший брат, ты... — начал было Цзянь Суй, но тут же осёкся, ощутив разлившееся в воздухе тяжёлое напряжение. Юань Юй вскинул руку, запрещая подходить ближе.
Густой, колкий запах морозной хвои.
Феромоны Альфы.
— Супрессор перестал действовать?! — поражённо прошептал Цзянь Суй.
Юань Юй отрицательно качнул головой:
— Дело в этом Омеге...
Супрессор категории E, который он принимал, лишь маскировал второй пол, но не мог переписать биологию. Он оставался Альфой. И под влиянием чужих феромонов в нём просыпался гон — их совместимость с Цзян Иванем превышала шестьдесят процентов!
Цзянь Суй окончательно растерялся:
— И... и что нам делать?
— Бросим его здесь, — отрезал Юань Юй. — А там видно будет.
Он и без того недолюбливал Омег, а уж связываться с тем, кто крутился возле Цэнь Сяоюаня, желанием вовсе не горел.
Вот только запущенный механизм реакций на феромоны не останавливается просто так. Сбежать от источника запаха мало — процесс уже начался.
Не пройдёт и суток, как Юань Юй погрузится в полноценный гон.
Не дождавшись ответа, Юань Юй вздохнул, понимая, какими сомнениями мучим его спутник:
— Цзянь Суй, ты славный и добрый парень. Но порой жалость — это верная гибель.
Вернувшись в укрытие, Цзянь Суй обнаружил, что костёр уже угас. Цзян Ивань спал, крепко обняв его рюкзак, и выглядел безумно беспомощным.
Перед уходом Цзян Ивань произнёс: «На меня ему плевать. Единственный, кто его волнует — это ты».
Цзянь Сую отчаянно хотелось крикнуть в ответ, что это не так! Что он сам — точно такая же ничтожная, ничего не стоящая букашка, которую раздавят и не заметят.
Будь у него хоть малейший выбор, представься шанс... он ни за что не поступил бы так.
— Я что-нибудь придумаю! Я обязан найти выход! — убеждал он Юань Юя. — У меня же получилось достать супрессоры в прошлый раз, в куда более отчаянном положении... Выйдет и теперь, непременно выйдет! Ведь это я притащил тебя сюда, я виноват в случившемся, мне и исправлять. А Цзян Ивань... у него же нет защитного ошейника. Если он пойдёт со мной и наткнётся на чужого Альфу... случится непоправимое.
Он один здесь был по-настоящему лишним.
Ведь его бросали всегда.
Сперва родители, затем — младший брат.
Всю свою жизнь он лез из кожи вон, стараясь быть угодным, правильным, удобным... изо всех сил пытаясь заслужить право не быть выброшенным за ненадобностью.
Цзян Ивань спал чутко и разом разлепил веки, зачуяв чужое присутствие.
Костёр разгорелся снова. Цзянь Суй стоял над ним и протягивал руку.
Его тень на каменистой стене гротескно дрожала, пожираемая языками пламени.
— Отдай мне свой локатор, — тихо проговорил он. — Я пойду к Цэнь Сяоюаню.