У Хуаня имелась тьма соображений относительно того, чем заняться по окончании битвы. На первом месте, разумеется, стояло продолжение того самого часа с сорока минутами, растянувшегося аж на полмесяца.
Увы, реальность вечно вносила свои коррективы. Откровенная беседа с родителем вероломно порушила все планы, так что Хуаню оставалось лишь раздражённо, но терпеливо давать пояснения:
— Я не лгал... Что было раньше? Да ничего толком не было, мы и сами-то концы с концами едва сводить начали только у Энтропии...
Тем временем Кан Кэ, спихнувший старого отца на желловолосого парня, невозмутимо поднялся со скамьи и поправил одежду. Жестом призванный медиком, он направился к палате Агента 14580.
Сквозь закрытую дверь доносился разговор врача и пациента:
— Операция прошла успешно, а теперь попрошу вас ответить на пару воп... Ай!
Грохот падения чего-то тяжёлого вперемешку со звоном склянок заглушил конец фразы, после чего Шэнь Дань издал истошный вопль:
— Доктор! Доктор, я разучился ходить!!
— Не паникуйте, сударь, это естественная реакция. Всё-таки последние несколько триллионов лет вы провели в форме шара. Вам просто нужно заново приучить свои конечности...
— Да как тут не паниковать?! — взвизгнул Шэнь Дань на ультразвуке. — Сколько я буду их «приучать»?! А как же моя премия за посещаемость?! Мои годовые бонусы?! Мой план по продвижению по службе?!
Врач на пару секунд онемел, а затем, проникшись горем пациента, обнял его за голову и зарыдал в ответ:
— А я сам когда в последний раз получал повышение?! Мой начальник — чёртова нежить! Он не стареет, не умирает и в отставку хрен уйдёт! До каких пор я должен выслуживаться, чтобы стать заведующим отделением?!
Слезоточивый порыв мгновенно подхватили остальные присутствующие в палате трудяги. Врачебный кабинет огласился всеобщим стенанием угнетённых работяг.
Рука Кан Кэ, уже потянувшаяся к дверной ручке, на мгновение замерла. Впрочем, сопровождавшая его медсестра, утирая слёзы, сама толкнула дверь:
— 1... 14580-й, к тебе твой директор пришёл. Сказал... пока с дороги шёл, что приготовил сюрприз.
— Э-э... ну... — Кан Кэ попытался незаметно спрятать за спину папку с документами, желая перевести тему. — Как ты себя чувствуешь?
— Работяга чувствует, что рухнул весь его мир, — утёр нос Шэнь Дань. — Что за сюрприз?
Условия были не лучшими для вручения бумаги, но раз уж спросили, не убирать же её обратно.
— Ну... приказ о повышении?
— Чего?!
Одно и то же слово прозвучало из разных уст с совершенно противоположной эмоциональной окраской.
Шэнь Дань забился на койке, словно выброшенная на берег рыба, пытающаяся перевернуться:
— Покажи, дай взглянуть!
Остальные офисные невольники разразились воплями отчаяния:
— Невозможно! Это нечестно!!
Кан Кэ решил сперва позаботиться о своём подчинённом и протянул документ Шэнь Даню:
— Один триллион триста миллиардов миров... Если учесть скорость течения времени, ты пахал без выходных и отпусков более двух триллионов лет. Ты заслужил эту награду. Прежняя должность Агента 14580 за тобой сохраняется, и, более того, Главное управление переводит тебя в штатный состав.
—...@#$! — Шэнь Дань уставился на приказ, извергая изо рта сплошной набор бессвязных символов. Однако в следующую секунду он выдал вполне внятную речь: — Меня отправляют начальником отдела в кадровое управление... А как же ты? Неужто реально решил уйти на покой?
Отдать столько сил столь тяжкой битве, одержать победу — и уйти в тень на самом пике?
Шэнь Дань вдруг почувствовал неладное. Он перевёл взгляд с бумаги на Кан Кэ:
—... Может, тебе не обязательно уходить насовсем? Ну... просто брать поменьше поручений и работать в своё удовольствие?
Он помялся и отложил приказ:
— В кадровых делах я ни бум-бум. Сделать меня начальником — это всё равно что платить зарплату за красивую рожу. В свободное время я мог бы оставаться твоим заместителем, сопровождать тебя по разным мирам... Слушай, ну ведь это почти то же самое, что путешествовать после выхода на пенсию, разницы-то никакой, а?
Стоявшие рядом врачи и медсёстры опешили от таких речей. В палате начался шепоток:
«Призывать человека пахать дальше — да за такое высшие силы карать должны!»
«Но ведь он сам себе работу на шею вешает...»
«Хнык... Вот если бы наш директор выбил мне должность заведующего!..»
Шэнь Дань не обращал на них внимания. Кое-как перебравшись в инвалидное кресло, он продолжил:
— Ты подумай на досуге, ладно? К тому же за тобой ещё целая куча неразобранного бардака осталась: взять хотя бы Хуаня да те души, что хранятся у меня... О, и ещё Чао Цы!
Он не хотел, чтобы Кан Кэ давал ответ прямо сейчас. Шэнь Дань слишком хорошо знал своего начальника: если уж этот упрямец что вбил себе в голову, хрен его сдвинешь с места, хоть буря бушуй. Поэтому он поспешил перескочить на другую тему:
— Нам надо скорее возвращаться в санаторий! Я отправил остатки души Чао Цы в отдел временного содержания, она ждёт повторного изъятия!
Кан Кэ пожевал губы, замешкавшись. Он не знал, как доходчиво объяснить Шэнь Даню: «Вообще-то я с самого начала не собирался уходить в отставку», а также: «Если ты взвалишь на себя и кадровый отдел, и должность моего зама, никакая печень такой нагрузки не выдержит». В итоге он лишь произнёс:
— Ладно, возвращаемся.
* * *
В недавнем сражении Энтропия вывернул почву санатория наизнанку.
Присутствующие некоторое время молча разглядывали изрытые изломы извести и скальных пород, после чего единодушно пришли к согласию. Слетевшись к краю массива, они вознамерились голыми руками произвести «переворот земных недр».
— Ухнем! Ещё раз ухнем! Навались, ребята!
— Рейвен, у тебя тяжёлое ранение, не перенапрягайся!
— Богиня Ночи милосердная, смените меня кто-нибудь! Я не могу находиться рядом с этими двумя!
— Роан! Ты чем там занят?! Ты вообще силу прикладываешь?!
— Заткнись, Джозеф! Замысел стряпать мне брачный союз с Казмиром исходил не от меня, так что завязывай при каждом удобном случае вставлять мне шпильки! Казмир, да скажи ты ему хоть слово, Казмир!
Пока раненые и калеки подняли гвалт, Кан Кэ — единственный, чья боеспособность нисколько не пострадала, — завис в воздухе. Ему строго-настрого запретили вмешиваться, дабы он, раз уж Энтропии не удалось уничтожить этот осколок истока, сам себя не отправил на тот свет чрезмерным усилием.
Наконец, с оглушительным гулом и грохотом пласт земли перевернулся и встал на своё законное место.
Толпа ринулась проверять, уцелели ли их комнаты, а Кан Кэ поднял поваленный информационный щит и, найдя единственную запись о поступлении, нажал кнопку «Принять».
Истончённый ошмёток души явился посреди разорённой палаты и был незамедлительно сопровождён в кабинет механического лекаря.
Тем временем Кан Кэ выпустил из пространственного накопителя души остальных директоров. Те послушно выстроились в цепочку у дверей процедурного кабинета.
— У меня вопрос, — проговорил Бальдр, глядя на вереницу душ. — Почему бы и нам не пройти курс лечения?
— Ты что, хочешь до конца дней продаться в рабство... — Роан осёкся на полуслове и отступил от Бальдра на шаг. — Ах да, совсем забыл. У тебя коэффициент оплаты низкий, ты свои медицинские счета с пары зарплат закроешь.
Простая, но убойная фраза мгновенно развалила сплочённую трудовую армию.
Изгнанный из коллектива Бальдр уставился на Рейвена и со всей искренностью изложил своё видение дружбы:
— Я мог бы разделить с тобой твои расходы на лечение.
—?? — Рейвен, приволакивая раненую ногу, отшатнулся от него. — Не смей ко мне липнуть! Не видишь, как на нас остальные директоры смотрят?!
— Казмир... — Джозеф протянул руки к объекту своего обожания.
Казмир резко развернулся и обнял Роана за плечо:
— Я мужчина семейный. Не делай ничего, что могло бы вызвать подозрения у моего супруга.
—?? — Роан отчаянно забился, пытаясь вырваться из этого чёртова любовного треугольника. — При чём тут я?! Наш брак чисто фиктивный!
Цзянгу, некоторое время наблюдавший за этим балаганом из инвалидной коляски, перевёл взгляд на только что вышедшего из палаты Чао Цы:
— Говорят, ты эдакий восточный Бальдр. Если я соглашусь на лечение, не думаешь покрыть мои медицинские расходы?
Чао Цы вскинул бровь:
—? Как я, увязший в долгах по уши, должен спасать тебя, у которого в карманах свистит ветер? И вообще, никакой я не восточный Бальдр. Мне просто тошно, когда ты встреваешь и мешаешь мне устраивать хаос.
Понаблюдав немного за междоусобицами подчинённых, Кан Кэ плавно опустился на землю. Едва в нём проснулась совесть и желание выручить собственного отца из пучины с разборками, как из гущи душ с трудом пробрался один из коллег, махая какими-то бумагами:
— Погоди-ка! Тут конверт, адресованный тебе... Ведь тебе же? На нём приписка: «Директору, нашедшему сей предмет в горных изломах, передать Кан Кэ Баовоэру».
—? — Кан Кэ принял конверт. — Нашли в горных изломах?
— Ага. Ещё до того, как враг ворвался в санаторий, мы от скуки слонялись сквозь стены и землю, так что пронюхали о том, что скрыто под фундаментами, раньше остальных, — пояснила душа-сослуживец. — Вот тогда-то, между скальных пластов внизу, мы и наткнулись на письмо. Оно буквально прилипло к куску известняка.
Гвалт утих. Замолкли как живые, так и бесплотные духи, включая старшее поколение, усердно обсуждавшее смысл бытия с приёмным сыном.
Яхве обернулся и посмотрел на конверт:
— Судя по словам Энтропии, этот уголок — мой вам подарок. Выходит, и послание... оставлено мной?
* «Директору, нашедшему сей предмет в горных изломах, передать Кан Кэ Баовоэру»...* Звучало так, словно Яхве из прошлого уже тогда предвидел будущее. Предвидел всё, чему надлежало случиться сегодня... Включая личную амнезию?
Кан Кэ ловко надрезал конверт и извлёк содержимое.
Это был официальный указ о назначении.
Система-студент Хуаня, отличавшийся хронической ленью в работе, зато невероятной резвостью в сборе сплетен, мигом подскочил к Кан Кэ и заглянул через плечо:
[... Слагает с себя полномочия начальника управления и вверяет сию ответственную ношу Кан Кэ Баовоэру... Ого-го!]
Среди душ поднялась буря:
— Начальник уходит в отставку?! С чего вдруг? Я думал, Он вот-вот вернётся в Главное управление!
— Ты что, указ не слышал? Он считает, что подошёл к концу своего жизненного пути, и в оставшиеся дни хочет пожить обычным отставником да старшим родичем...
— Э-э... Как-то совсем не похоже на речи божества. Во всяком случае, не того бога, какого я знал.
— Да ну вас! Какая разница, что там наверху перетасовывают? Нас, простых пахарей, это касаться не должно. К тому же старший Кан Кэ — не свалившийся с неба неизвестный начальник, его боевой путь у всех перед глазами.
— И то правда... Постойте, а по случаю вступления в должность торжество будет? Выходной дадут?
В то же мгновение на Кан Кэ скрестились десятки выжидающих взглядов.
—... Ладно. Объявляется один день отдыха. Но только для тех, у кого сейчас нет незавершённых спасательных миссий. Те же, кто находится на задании, получат отгул позже, по представлению рапорта.
—???
Крайнее ошеломление проявили вовсе не призраки, а официальные сотрудники (за исключением Чао Цы и Хуаня). Шэнь Дань и вовсе сорвался на визг:
— Вступление в должность?! Главный начальник?! Постой-ка! Отчего ты держишься так невозмутимо?! Будто ведал о письме заранее!
— О письме я понятия не имел, однако Яхве перед погружением в сон действительно заводил со мной об этом речь, — спокойно пояснил Кан Кэ.
Чао Цы фыркнул:
— Разве не очевидно, стоит хоть немного пораскинуть мозгами? Если наш директор уйдёт на покой, кто станет снабжать систему очками оздоровления? Его вторая половина? Господин разыскиваемый преступник вдруг переквалифицируется в мецената?
—... — Шэнь Дань застыл с таким видом, будто ему перекрыли кислород. — А как же то... то, что я говорил... про зама...
Кан Кэ с известной долей ехидства улыбнулся едва не падающему в обморок подчинённому:
— Стало быть, мне расценивать это как прошение о назначении на должность заместителя Главного начальника? Ну как, звание замглавы Управления звучит достаточно солидно, чтобы с триумфом вернуться в родные края?
На лице Шэнь Даня отразилось глубокое ошеломление, однако суровая реальность быстро привела его в чувство:
—... Если я стану замглавы, у меня вообще останется время хотя бы нос показать на родине?
— Ну-у... — Кан Кэ очень хотел обнадёжить его словом «да», однако соврать прямо в лицо в первый же день назначения, да ещё и на глазах у толпы сотрудников, было бы дурным тоном. — В день вступления в должность... дадут один выходной? Сможешь... воспользоваться случаем и навестить родных?
Шэнь Дань посмотрел на него с абсолютно каменным лицом:
— Понятно. Стало быть, свидание перед вечной разлукой?