Вопреки ожиданиям системы, Хуань никак не отреагировал на эту новость. Он лишь смежил веки, будто погрузившись в безмятежный сон.
Впрочем, за долгие годы службы у этого взбалмошного носителя, привыкшего жить по собственным законам, ИИ научился распознавать его состояние без слов:
[А-а-а! Только не говорите, что он опять свалился!]
Тот болел с завидным постоянством — по три дня через пять. Бедная система от такой жизни едва не переквалифицировалась в сиделку.
Сбросив настройки до базовых, ИИ в панике закружился над Хуанем. Ему хотелось позаботиться о нём, провести диагностику, но, вспомнив, что у носителя пока нет физического тела, система бессильно опустила виртуальные руки.
Головокружение, тошнота, полнейшая слабость… Приступы холодного пота сменялись хаотичным роем мыслей. Для Хуаня подобное состояние, до боли напоминавшее человеческую лихорадку, не было чем-то новым. Ещё до того, как Яхве заявился к нему с претензиями, он успел сожрать немало миров ради собственной эволюции. Реакция отторжения давно стала для него привычным делом. А уж после того, как его принудительно зачислили в штаты Главного управления, где под предлогом «создания образа врага для ловли крупной рыбы» разрешили жрать миры ещё чаще, симптомы только усилились. Он привык.
А вот Кан Кэ, на которого в санатории накатила точно такая же волна жара, смириться с этим никак не мог.
Пока он не знал, что Хуань — это вторая половина его собственного «я», постоянные недомогания списывались на последствия раскола души. Склеенная чаша всё равно протекает, так что наличие застарелых фантомных болей казалось логичным. Но теперь… Кан Кэ сильно подозревал, что вся его нынешняя хвороба — прямая «заслуга» Хуаня.
[Ой-ой-ой, какой горячий!] — Система распласталась по его лбу, пытаясь сработать как охлаждающий пластырь. — [Может, не пойдёшь к новому пациенту? Давай сначала тебя подлечим, а?]
Кан Кэ казалось, что если он прибьёт свою вторую половину, то обеспечит себе здоровое будущее:
— Кабы это лечилось, я бы давно… хм?
Выйдя за порог, он наткнулся на сбившихся в кучу воспитанников. В глазах от лихорадки всё плыло, и вместо учеников Кан Кэ видел лишь размытые тёмные пятна. Перешёптывание котят долетало до него сквозь пелену:
— Это ещё что такое? Похоже на сокровищницу гномов.
— Новый боец… точно живой?
— Бред какой-то. Как может заболеть огромная железная коробка? Ржавчина одолела?
Раздвигая ладонями этот отряд черноволосых котят, Кан Кэ двинулся к палате.
Система из любопытства запустила сканирование:
[Камера точной изоляции типа М-36… Мамочки! Эй, малявки, не трогайте эту хреновину! Она же предназначена для сдерживания ментального заражения!]
Но лапы мелких оболтусов оказались быстрее системных предупреждений. Не успел ИИ договорить, как раздался тяжелый, скрежещущий лязг открываемой металлической двери.
В следующий миг воздух гулко звякнул.
Кан Кэ почувствовал, будто по его мозгам шарахнули кувалдой.
Обычная ментальная скверна редко даёт подобный ударный эффект. Сжав зубы, Кан Кэ отпихнул дезориентированных котят и подошёл к проёму.
Из темноты распахнутой двери выпросталась бледная, но жилистая мужская рука и мёртвой хваткой вцепилась в косяк. Прочные стальные пластины спецкамеры с визгом помялись под его пальцами, словно жестянка.
Рядом подпирал стену Чао Цы. В одной руке он держал Рейвена, на плечо взвалил N. Как бессмертный мечник, прошедший через тысячи испытаний и укротивший демонов сердца, он легко перенёс ментальный всплеск. Чао Цы лишь задрал голову, разглядывая нового жильца, и тихо присвистнул:
— Ну и каланча.
Самым высоким в санатории до сих пор считался N со своими метр восемьдесят семь, но новичок возвышался над ним ещё сантиметров на пять. На нём был строгий чёрный комплект из рубашки и брюк, а в левой руке он небрежно держал тяжёлый пулемёт. Впечатляющие пропорции фигуры привлекали внимание к его длинным ногам, на бедре одной из которых красовалась кожаная портупея с пристёгнутым скорострельным пистолетом.
Кан Кэ сощурился, переведя взгляд выше. Короткие чёрные волосы, аккуратная стрижка, дымчато-голубые глаза, похожие на бархат… Первоначальное впечатление портили лишь многочисленные глубокие трещины, испещрившие его кожу.
Явные последствия расстройства ментального тела, справиться с которыми предыдущие директора так и не сумели.
Из-за спины раздались позывы к рвоте, сменившиеся паническими воплями. Хрустели кости, с отвратительным чавканьем перекраивалась плоть. Добавился сухой треск, напоминавший шорох крыльев насекомого, пробивающего кокон.
[Святой отец, ради твоего же аппетита — не оглядывайся!] — пропищала система, оцепенев от ужаса. — [Только не смотри назад! У тебя прямо за затылком выросли мушиные фасеточные глаза размером с арбуз! Я сейчас… бве-е-е!]
Завершив реплику тошнотворным звуком, ИИ кубарем укатился в корзину удалённых файлов. Кан Кэ же, игнорируя наставления, спокойно повернулся и сгреб за шкирку котёнка, у которого из головы вымахал гигантский фасеточный глаз:
— Ну что, научились не шастать без спросу где попало?
Мутировавший воспитанник закрыл ладошками глаза, а вырастив из боков ещё пару лишних рук, в ужасе замахал ими:
— Д-директор! Сзади! Сзади вас!
Щёлк.
Трясущиеся пальцы пациента наотмашь вогнали спусковой крючок пулемёта в рукоять.
У дульного среза мгновенно закружилась каскадная россыпь микроскопических чёрных дыр, извергавших смертоносное излучение Хокинга.
За мгновение до того, как цель должна была испариться без следа, Казмир увидел, как красноволосый мужчина, даже не оборачиваясь, слепо выкинул назад руку — и голой ладонью попросту раздавил сгусток чёрных дыр, способный сжечь целый рой жесткокрылых.
Казмир обомлел.
Казмир опешил.
Эта дрянь… её вообще можно раздавить руками?!
Чао Цы с большим удовольствием наблюдал, как ледяной взгляд сурового красавца мгновенно становится прозрачно-чистым от шока. Тем временем к палате подошёл Бальдр — он только что вернулся с Лебединого озера, держа в охапке свежие стебли лотоса. Мечник без лишних слов всучил ему один из своих «живых грузов».
— Это ещё что? — Бальдр брезгливо уставился на очнувшегося в его руках N и, не раздумывая, разжал пальцы. Король-лич с глухим стуком шмякнулся на пол. — Что с Рейвеном? Я чувствую от него густую скверну.
Хотя в санатории царило хрупкое равновесие трёх сил, для N в этой «взаимной заботе» места не нашлось.
Чао Цы со вздохом передал Рейвена Бальдру. Тот подхватил своего извечного врага и, немного помявшись, устроил его на руках в весьма сомнительной, почти романтичной позе принцессы.
Чао Цы лишился дара речи.
Рейвен, пожалуй, предпочёл бы, чтобы его бросили на землю.
Забрав у бедного Светлого сына оглушённого N, мечник вернулся к созерцанию нового развлечения… то есть нового коллеги. Холодный красавец со смущённым видом смотрел, как директор обходит котят по кругу и методично отвешивает каждому шлепки по пушистым задам — точно выбивал пыль из старого матраса.
И о чудо: ужасающие мутации, под воздействием которых плоть разрывалась на части, от этих простых шлепков испарялись без следа, словно обычная пыль.
Котята визжали, разбегаясь в разные стороны, и жуткий хоррор за считанные секунды превратился в балаган.
Казмир замер. Мысли в его голове на мгновение отключились, и он даже не заметил, как бушевавшие в теле волны ментальной энергии улеглись, а дыхание выровнялось.
Тем временем вылезшая из мусорной корзины система выставила перед ним журнал регистрации:
[Эй! Да-да, ты. Как звать-величать?]
Обычная процедура при поступлении. ИИ от всей души надеялся, что хотя бы этот новичок окажется честным и добросовестным человеком. Вдруг этот молчаливый парень в портупее — нормальный, исполнительный служака?
— Ка… — Казмир опомнился, и имя на кончике языка мгновенно вильнуло: —…рл.
С самым убедительным выражением лица он повторил:
— Зовите меня Карл.
Если память ему не изменяла, перед тем как потерять сознание, он вёл переговоры с вождём в Приютище скитальцев. А вот дальше… дальше в воспоминаниях зияла дыра. Проснулся он уже в месте, напоминавшем больницу.
Тогда к нему вышел человек в белом халате, с наигранной дружелюбной улыбкой заявивший, будто он «директор, присланный Главным управлением космических санаториев для решения проблемы с нашествием жуков». К счастью, Казмир тогда находился не в лучшей форме, но на дешёвую уловку не клюнул и настоящего имени не назвал. Иначе этот негодяй в человеческом обличье давно превратил бы его в марионетку.
А ещё тот тип украл его меху… Точно! Меха!
Казмир бегло оглядел свою гладкую, полностью восстановившуюся кожу и спросил с ещё большей осторожностью:
— Простите… Где мой Майрикос?
Надо же, «простите».
Чао Цы хмыкнул:
— Ты бы хоть пояснил, о чём речь. Это твой друг? Или плюшевый мишка?
Казмир смерил мечника ледяным взглядом:
— Брелок. В форме робота, раскрашенный под печенье.
Кан Кэ, изначально предполагавший, что Майрикос — это боевой экзоскелет или гигантская меха, на секунду завис.
Значит… «брелок» межзвёздного воина — это его меха, выкрашенная в виде домашнего печенья?..
Директор представил себе исполинский боевой доспех, покрытый рисунками глазурованных сладостей, затем перевёл взгляд на суровое лицо новичка и промолчал.
Казмир перехватил этот сложный, сочувственно-озадаченный взгляд. Очевидно, его не в первый раз понимали неверно:
— Я не люблю есть сладкое. Мне просто нравится его печь. — Голос его оставался ровным. — Есть какие-то проблемы?
Кан Кэ вскинул бровь:
Проблемы? Да какие тут могут быть проблемы! Как вообще человек может иметь настолько бескорыстное хобби?
После этого ему даже передумалось выставлять претензии за недавний выстрел из пулемёта.
Размашистым почерком Кан Кэ вписал в графу «Особые навыки»: Кондитерское дело.
— Никаких проблем. Последний вопрос: профессия?
Выгода! Чистая выгода! — ликовал про себя директор. Звёздный воитель, меха, наверняка разбирается в технике лучше Бальдра. Теперь можно с чистой совестью переложить на него обязанности электрика и сантехника! А вдобавок он ещё и кондитер… N готовит европейскую кухню, а этот парень будет печь сладости. Жизнь в их убогом санатории постепенно налаживалась!
Кан Кэ почувствовал лёгкий прилив вдохновения. Настроение подскочило: Думал, придётся просто отбывать номер, а тут такой сюрприз!
А вот Казмир в этот момент думал совсем о другом.
В его голове проносился целый рой мыслей: Ещё один директор? Зачем строить палату в таких зефирно-розовых тонах, что за извращение? Почему вместо стен здесь забор, он что, сумасшедший? Излечить генетическую болезнь невероятно трудно — почему он сделал это так легко? Не проводил ли он опыты на людях?
Умные люди всегда склонны усложнять простые вещи. И чем больше Казмир размышлял, тем сильнее становилось беспокойство — ещё немного, и он до смерти напугал бы сам себя.
Казмир невзначай прикоснулся к рукояти пистолета, делая вид, что просто поправляет оружие. Твёрдый металл, упёршийся в ладонь, принёс крупицу спокойствия. Хотя и очень относительного: всё-таки этот рыжеволосый псих только что голой рукой погасил микроскопическую чёрную дыру.
Честно говоря, Казмир уже сомневался, не попал ли он в очередную иллюзию. Как ещё объяснить, что обычный человек вытворяет вещи, на которые способны разве что Короли-черви?
После недолгой паузы Казмир неспешно произнёс:
— Да какая там профессия… Я обычный адъютант маршала, служу на самых дальних рубежах. Ничего особенного: помогаю строить базы, таскаю кирпичи…
Игнорируя системный виртуальный транспарант с титулом «Главарь-звездоед», развёрнутый прямо перед его носом, новичок сохранял невозмутимое выражение лица и говорил с максимально искренней интонацией:
— Вообще-то, я просто хочу спасти мир.
Последнее, к слову, он сказал от чистого сердца.
Но, увы, Казмир никогда не умел управлять мимикой и тоном. Поэтому его попытка слегка приврать и откровенно поделиться сокровенным выглядела со стороны весьма специфически:
Холодный, высокомерный новичок с недовольным видом протирает оружие и на ходу плетёт убогую ахинею.
[Чего-о-о?! Ну и наглец!] — возмутилась система. — [Он же только что пытался застрелить директора!]
Таких дерзких типов следовало выпороть пару раз, чтобы они поняли, чей кулак здесь… Стоп, а почему директор так радостно улыбается?
Кан Кэ и впрямь был в восторге!
Пусть стилистика в духе «Барби» формально и не требовала от него трат баллов оздоровления, но на деле-то всё вычиталось из его личного запаса, накопленного ещё в серверной! А когда эти сбережения иссякнут, кому придётся возвращаться в Главное управление и вкалывать на печатном станке? Ему!
Но собственный строитель менял всё! Теперь можно покупать материалы в малых мирах и заставлять работягу строить всё на месте. Сирота-печатник наконец-то спасётся от рабского труда!
Горящий от лихорадки Кан Кэ с пылающим взглядом цапнул нового «рабочего вола» за руку и с глубоким чувством произнёс:
— Отныне ты — глава нашего строительного отдела. Вот тебе первое задание: возведи вокруг хозяйской спальни нормальные стены.
Казмир посмотрел на руку Кан Кэ, крепко сжимавшую запястье… Чао Цы.
Директор сиял от радости, но при этом выглядел не слишком здорово: щёки горели от лихорадочного румянца, подчёркивая болезненную бледность истощённой кожи.
Казмир запнулся, и в его голове снова завертелись шестерёнки:
…Только что он ловко заблокировал выстрел и погасил чёрную дыру, а теперь до того болен, что даже людей путает? Это из-за того, что он лечил тех детей? Значит… он действительно сильный, но добрый и нормальный директор?
Он взглянул в сторону, куда указывает направление спальни: прямо под открытым небом стояла роскошная кровать. Ни стен, ни элементарной уборной.
По сравнению с этим его собственная палата — с отдельной ванной, столом, стульями и переливающимися светильниками — выглядела как королевские покои. Пусть стилистика и отдавала цыганщиной, но это было куда лучше, чем спать на улице и ходить в общий туалет.
Чао Цы с изумлением наблюдал, как новый жилец мысленно наклеил на их всемогущего директора ярлык «несчастный и обездоленный». Новичок глухо буркнул:
— Точно нужны только стены? Я могу пристроить полноценный санузел.
Чао Цы аж поперхнулся.
Слышь, парень, у тебя рост метр девяносто и рожа хладнокровного головореза. Ты с какого перепугу превратился в добрую фею? Куда делся тот хладнокровный тип, который секунду назад шмалял из пулемёта? Верни его назад, на кой чёрт нам тут сдался этот альтруист!
Пока мечник мысленно возмущался, Казмир скользнул по нему ледяным взглядом. Невозмутимо прижав виляющий хвост котёнка обратно к полу, новичок повернулся к Кан Кэ:
— Когда поправитесь, присмотрите за своими подчинёнными. А то как бы чего не вышло.
Чао Цы:
—?!
Погоди-ка… Это ещё что за подколки? Только-только пришёл, а уже кляузничаешь директору на коллег?!
— И ещё, — тем же будничным тоном добавил Казмир. — Вы тяжело больны. Почему никто из этих так называемых сотрудников даже не додумался поддержать вас под руку?
Остальные сотрудники — кто к этому моменту успел очнуться, а кто просто наблюдал за происходящим со стороны:
—???
Эй, слышь, новенький! Ты чего там наплёл, а?!