Дослужившись до заместителя начальника отдела в Главном управлении и заполучив собственный кабинет, Агент 14580 считался среди директоров едва ли не самым перспективным.
Однако быть обычным человеком ему, видимо, наскучило. Иначе с чего бы он согласился на трансформацию под руководством нового покровителя, благодаря которой его сила за короткий срок совершила колоссальный скачок?
Впрочем, разбор чужих психологических травм вполне мог подождать до успешного задержания. Кан Кэ, обменявшись с ним внешне вежливым приветствием, в следующее же мгновение рванулся к 14580 стремительной тенью.
Звень…
Земля и воздух, точно туго натянутые струны, на полсекунды исказились от столкновения двух встречных атак, а затем с гулом распрямились.
В вибрирующем эхе Кан Кэ голыми руками сокрушил тяжелый пулемет в руках Агента 14580 вместе с выпущенной из него микроскопической черной дырой. Он мертвой хваткой сжал запястье противника, намереваясь разом лишить того возможности сопротивляться, как вдруг нахмурился:
— Что тот, кто стоит за твоей спиной... какие эксперименты он над тобой поставил?!
Кан Кэ редко действовал вполсилы — он принадлежал к той категории людей, что даже на охоте на зайца выкладываются по максимуму. Тем более сейчас, когда дело касалось безопасности всего Главного управления.
Однако 14580 сумел встретить его атаку, в которую Кан Кэ не вкладывал никакой пощады, и сдержать её так, будто их силы были равны.
— Это не эксперимент, — Агент 14580 перехватил ладонь Кан Кэ, рывком сокращая дистанцию. Его серо-голубые глаза холодно впились в лицо собеседника. — Он лишь пробудил меня... пробудил его вторую половину.
Пространственные искажения впились в барабанные перепонки тошнотворным скрежетом. Кан Кэ лишь на миг поморщился и, не стараясь гадать, откуда у противника взялась эта аномальная мощь, решительно бросился в новый виток схватки.
Это была затяжная, но предрешенная битва.
Даже обладая сопоставимой силой, Агент 14580 не имел такого колоссального боевого опыта, как Кан Кэ.
Впрочем, 14580 вовсе не выглядел обеспокоенным. Он даже нашел время для провокации:
— Почему ты до сих пор не сбросишь свои Заповеди? Ах... совсем забыл. Вы с господином разыскиваемым преступником уже столько раз их срывали. В лечебных пунктах Главного управления ресурса для экстренной помощи, небось, почти не осталось? Ну и что ты будешь делать? Смотреть, как я ухожу? Или... чтобы поймать меня, "разумно и обоснованно" пожертвуешь несколькими низшими мирами, которые прямо сейчас ждут спасительного лечения?
— Вротмненоги!
Система подскочила и принялась с размаху таранить головой лицо 14580. Всё равно её «отец» зажал противника в железные тиски, так что даже от таких бестолковых головных ударов 14580 не мог уклониться.
— Ты в своем уме вообще?! Ты думаешь, чтобы настучать тебе по шапке, папе нужно снимать Заповеди?! Ты лучше подумай, как после поражения будешь пощады просить и молить о допросе!
Смертельно опасное противостояние из-за пушистого комка, остервенело бьющего врага по физиономии, мгновенно превратилось в какой-то фарс.
Кан Кэ изогнул бровь, с удовольствием наблюдая за происходящим. А вот 14580 от такой наглости начал выходить из себя:
— Ты... Кхм! Кхъ! Да ты... система! Почему из тебя линяет шерсть?!
14580 с досадой мотнул головой, стряхивая Систему, и вновь яростно уставился на Кан Кэ, наслаждавшегося его убогим видом:
— Ты правда ни разу не задумывался, почему за всё это время твоя вторая половина так и не явилась на помощь?!
14580 подло ухмыльнулся:
— Зная, что ты в этом мире, неужели мы пришли бы без подготовки, прямо так раскрывая карты?
Хрусть—
В небе раздался звук, похожий на треск разрываемой плотной бумаги.
Кан Кэ краем глаза глянул на небосвод над зоной военных маневров, увидев, как на пурпурно-розовом небесном полотне появляются глубокие багрово-черные "ссадины". Что-то извне изо всех сил пыталось пролезть сквозь эти рваные щели.
— Мать твою... — Казмир, едва пробившись сквозь пространственные турбулентности к Кан Кэ, поднял голову к небу и с трудом проглотил более сочное ругательство. — Это... что за дрянь?
Описать увиденное было сложно.
Там колыхались щупальца серо-зеленых моллюсков; проглядывали дула орудий размером с полпланеты; выплывал выглядящий абсолютно безобидным, но сокрушающий пиксели пространства сгусток, пожирающий саму материю...
Кан Кэ окинул взглядом эти "внешние средства уничтожения", явно прибывшие из самых разных вселенных, и его голос заметно потяжелел:
— Ты собрал всех директоров, переметнувшихся на вашу сторону?
Хуань наверняка справился бы с ними, но что если зажавшие его директора тоже прошли через эту уродливую трансформацию? Что если у каждого из них в руках по такому же длинному ларцу, который в свое время уничтожил Приютище скитальцев?
К тому же... Хуань всё еще не оправился от ран.
Кан Кэ мысленно перебрал все дебаффы, висящие на Хуане, и впервые задумался: а не стоило ли ему сначала до конца вылечить этого мерзавца?
14580 злорадно искривил губы:
— Не собираешься призвать маневренную группу себе на выручку?
— Нет.
Кан Кэ не намеревался плясать под чужую дудку. А главное, после коротких раздумий он пришел к логичному выводу: если другой «он» настолько слаб, что его может свалить пара дебаффов, то ему лучше сдохнуть пораньше.
Он как раз мог бы воспользоваться их ментальной связью и вычерпать силу той стороны, чтобы разделать 14580 под орех, даже не прикасаясь к Заповедям.
Вот уж точно — две половины одной сущности. Стоило Кан Кэ подумать, что другой «он» попал в беду, как ход мыслей у обоих становился абсолютно одинаковым: оба гадали, как бы так поудобнее поглотить друг друга и поставить жирную точку в стиле мрачного хэппи-энда.
Кан Кэ от души пнул подкравшегося слишком близко 14580:
— Система, выводи сотрудников с Континента Роман. И серого кота зови на сверхурочные.
Директора с артефактами из разных миров опасны?
Да будь они хоть трижды опасны, неужели они опаснее тех безумных боссов-пациентов, что с кучей смертельных дебаффов вырезали элитных директоров одного за другим?
И пусть эти директора прошли через модификацию — у тех пациентов теперь и дебаффов-то никаких нет.
Стоявший рядом Казмир еще раз взглянул на небо, трезво оценил расклад и немедленно вышел из этой уже предрешенной рубки, предпочтя прикрыть своих.
Пффф...
По полю боя клубами потек черный туман некромантии.
Из тумана выпросталась костистая, мощная кисть и наугад царапнула одного из удачливых директоров, даруя тому редкую возможность лично прочувствовать признание Короля-лича: «И коснется Король-лич главы твоей, и обратишься ты в прах да кости».
Рейвен, когда его телепортировало сюда, всё еще сжимал в пальцах недописанный отчет. Увернувшись от пары вражеских атак, он окончательно вышел из себя и с яростью швырнул перо в грязь:
— Заебали! Какого черта вам надо?! Вы вообще в курсе, сколько у меня на вечер отчетов запланировано?!
На поле боя, превратившемся в дикую солянку из всех возможных сеттингов, Чао Цы беспечно рассекал воздух на летающих мечах, а Бальдр с ледяным лицом направо и налево раздавал очищающие заклинания. Пациенты крошили директоров с такой эффективностью, что те начали сомневаться в реальности происходящего:
— Эй! Вы почему помогаете Кан Кэ?! Прошлых директоров вы же сами и убили! Разве вы не хотите, чтобы Кан Кэ сдох и дал вам свободу?!
Старый директор, которого Рейвен яростно цапнул за бороду, тоже отчаянно попытался переманить его на свою сторону:
— Директор Баовоэр угнетает вас бесконечными сверхурочными! Об этом знают все! Если вы сегодня просто постоите в стороне, то без единой капли крови избавитесь от этого тирана... Хр-р-р?!
Рейвен буквально пылал от ярости. Его огненный клинок насквозь пробил грудь старого хрыча:
— Заткнись! Что ты вообще понимаешь?! Мы вкалываем сверхурочно по доброй воле! То есть... нет! Это наш личный досуг такой!
Окружающие директора, которые не могли ни сбежать, ни ринуться в атаку, опешили:
—???
У него что, мозг закипел?!
Они только хотели заорать: «Ты что, стокгольмским синдромом заразился?!», как их щиколотки мертвой хваткой сжали зеленые плети.
Густые стебли пустили корни прямо в их плоть. А затем из глубины поля боя донесся глухой, бархатный голос, который с момента нападения на оперный театр успели выучить наизусть почти все враги. От этого голоса у них душа ушла в пятки:
— Вот именно. Согревать постель директору — это тоже сугубо добровольное решение.
Кан Кэ прямо посреди боя метнул во вспыхнувшего на горизонте Хуаня взгляд, полный острых лезвий, но на четверть секунды оцепенел, разглядев его наряд.
Бело-золотая военная форма безупречно подчеркивала широкие плечи и узкую талию. Управляя духовным телом, которое доедало остатки вражеских директоров, этот мерзавец как бы между прочим потянул за край своей кожаной перчатки, дав ей щелкнуть по запястью.
Кан Кэ мог дать зуб: этот жест не нес вообще никакой практической пользы, кроме чистейшего выпендрежа.
—... — 14580, до этого не замолкавший ни на секунду, резко осекся. Глядя на с иголочки одетого, ничуть не растрепанного Хуаня, он, кажется, окончательно осознал участь остальных директоров. И то, на чьей стороне Хуань стоит...
Но в следующую секунду он выдал такой ультразвуковой визг, что стало ясно: до хладнокровия ему далеко.
— СОГРЕВАТЬ ПОСТЕЛЬ?!
14580 вытращил глаза, точно кот, которому наступили на хвост, или перепуганный оперный певец на высокой ноте:
— Он... ты... да как ты можешь?! Вы же... вы же две половины одной сущности!!
Это еще что за нарциссизм?! Что за дичь?! И каждый день?! А-а-а-а, его уши скверной напитались!
14580 выглядел так, будто готов зажать уши и закричать во весь голос. Кан Кэ попытался что-то объяснить, но тот лишь отчаянно замахал головой:
— Я не слушаю!! Не хочу ничего знать!!
И не надо говорить ему, что «это нормально»! Он бы ни за что на свете не стал «согревать постель» с собственной второй половиной!!
Прежде чем Кан Кэ успел открыть рот, 14580 зажмурился и выкрикнул на незнакомом языке:
— М■■■■■■с ■■■■■!
Восприятие мгновенно заблокировало целые блоки звуков. Кан Кэ еще не успел понять, что за абракадабру тот проорал, как из тела 14580 фонтаном брызнули до боли знакомые белые цепочки символов.
—...!
Кан Кэ стремительно отскочил назад, избегая риска попасть под насильственное обращение времени. Хуань, напротив, плевать хотел на опасность и рванулся было вперед, но 14580 успел испариться без следа.
На поле боя мгновенно воцарилась тишина. Остались лишь трупы врагов.
Курсанты военной академии растерянно толпились вокруг Казмира, еще не до конца понимая, что произошедшее вообще было. Система же, не давая сотрудникам задавать лишние вопросы, быстро разогнала их обратно по рабочим... то есть по досуговым местам.
Казмир пару секунд взвешивал, стоит ли вникать в пикантные подробности жизни 14580, но в итоге решил сберечь нервы:
— Эти белые цепочки символов... вы их уже встречали?
Казмир отпихнул с дороги мелких курсантов и подошел к Кан Кэ:
— Когда 14580 стирал Иу и остальных, он, кажется, использовал то же самое.
—... — Кан Кэ всё еще пребывал в некотором оцепенении. — Я видел.
Хотя эти символы слегка отличались от тех, с которыми они сталкивались раньше, оба вида обладали способностью подавлять силу обращения времени.
Кан Кэ склонялся к мысли, что бессвязная ругань 14580 перед побегом могла быть названием этой дряни — ну или как-то с ней связана. Поэтому он мысленно постучал Системе, велев той запустить перебор вариантов.
Что до побега... Кан Кэ не считал уход 14580 такой уж трагедией. В этот раз тот наоставлял слишком много зацепок. Дать ему отлежаться, а потом снова сцапать и выжать всю информацию — чем не вторичная переработка?
Коварный серый кот, на лице которого было аршинными буквами написано «у меня готова куча едких подколок, но я приберегу их на потом, хотя обязательно выдам», неспешно подошел ближе. Он огляделся по сторонам в поисках уцелевших камер военных маневров:
— Цыц, надо же, одна железка всё-таки уцелела.
Он сокрушенно качнул головой прямо в объектив и небрежно раздавил его пальцами:
— Похоже, моя карьера внедренного агента официально окончена.
—! — Слова Чао Цы напомнили Кан Кэ о вопросе, который мучил его еще в самом начале учений.
— Эй.
Он протянул руку, ухватил Хуаня за аккуратно завязанный галстук и рванул на себя:
— На церемонии открытия... Зачем ты намеренно раскрыл наши отношения?
Кан Кэ поклялся себе: если этот корчащий из себя пай-мальчика мерзавец хоть заикнется про «какие отношения? про постель?», он на месте проломит ему череп.
Хуань послушно подался вперед вслед за рывком, слегка наклонившись:
— Разумеется... потому что я приготовил для директора сюрприз.
Кан Кэ:
—?
Сюр... приз? Ты серьезно?
Он подозрительно вгляделся в лицо Хуаня, но увидел там лишь кротость и покорность. При первой встрече этот тип из кожи вон лез ради соблюдения приличий, а теперь скатился в абсолютно противоположную крайность.
Даже будучи насильно поставленным в положение подчиненного, он умудрялся чуть приподнять свои прозрачные светло-фиолетовые глаза под идеальным углом. В этих ледяных глазах отразился яркий свет зоны военных маневров, придавая его взгляду нежное, абсолютно невинное выражение:
— Разве директор не говорил, что мне нужно быть чуточку послушнее, чтобы заслужить шанс на лечение?
Еще не успевшие разойтись бывшие пациенты хором повернули головы:
—??
Это что еще за новости? Директор использует служебное положение, чтобы домогаться больных?! Дайте посмотреть.jpg
Кан Кэ:
—............
Хуань филигранно прошлся по самой грани. За мгновение до того, как Кан Кэ взорвался бы и всыпал ему по первое число, он моментально сменил тон на серьезный:
— Кажется, я знаю, где Роан.