— Поймал на живца, — хмыкнул Чао Цы.
Кан Кэ удивлённо приподнял бровь: неужели?
Вот уж незапланированная радость. Директор-то полагал: раз божественную сущность Справедливости наглым образом умыкнули, остальные обитатели небес из осторожности и близко к замку Уинтер не подойдут. А тут надо же — выискался дурачок!
Чао Цы развёл руками с виновато-ехидной миной на лице — мол, кто ж знал, что глупая рыбешка сама в сети заплывёт:
— Назвался я, значит, последователем Бога горного огня. А тот первым делом выдаёт: «А, этот... Всё ещё не сдох? Воистину, жалкая сошка среди богов». А второй фразой: «И надо же, у такого ничтожества выискался подобный верующий... Подойди ближе, смертный, дай разглядеть тебя получше».
Кан Кэ онемел. Это ещё что за ужимки Серого Волка перед Красной Шапочкой?
— Видимо, и впрямь за съестное принял, — пожал плечами мечник. — Стоило мне шаг сделать, как он, вселившись в бедолагу, рванулся вперёд — пасть разинул, сгрызть меня норовил. Хорошо, реагирую я быстро.
Лишившись сосуда, непрошеный гость, понятное дело, мигом убрался восвояси.
Но Чао Цы не был бы собой, если бы напоследок не уколол: «Эх, прав был мой покровитель: каков бы ни был бог, а всё одно — ненасытная тварь». В ответ полуживая туша, бьющаяся в конвульсиях, изогнулась и вытолкнула из окровавленного горла последнюю фразу:
«Жалкие ничтожества, на которых даже взор мира не падает... Что ж, считай, тебе просто повезло».
«Не попадёт под взор мира? Повезло?»
Кан Кэ только вознамерился ухватиться за эту мысль и глубоко задуматься, как Чао Цы горделиво вскинул подбородок:
— Забудьте, господин директор. Пока вас не было, я уже превратил эту реплику в учебный кейс и раздал как групповое задание нашим красивым дурачкам.
Серый кот прокашлялся и громко хлопнул в ладоши:
— А ну, живо сюда! По командам, согласно списку! Выходим по очереди и защищаем свои презентации...
Кан Кэ лишился дара речи.
Бедовая Система в его разуме забилась в угрюмом шоке:
[... Вьетнамские воспоминания об университетских буднях.]
[Я... я от этих сессий скоро последнее железо покрою холодным потом. Если взвесить мой код перед сном, пару сотен строк точно сброшу...]
Кан Кэ вздохнул с облегчением, радуясь, что числится в полевой группе и освобождён от утренних докладов. В следующий миг Чао Цы уже заботливо усадил его на резное кресло с высокой спинкой, перекочевавшее сюда прямо из замковых покоев.
Первая группа студентов, мнясь и толкая друг друга локтями, выкатилась в центр зала. Впереди себя они с трудом катили знакомое яйцо из прозрачного льда.
— Раз N отказался от этой штуковины, — с гордостью заявил Чао Цы, — я решил сдать её во вторичную переработку. Наш Грибочек добавил щепотку алхимической магии, и вуаля! Встречайте — видеопроектор для презентаций нашего санатория!
Кан Кэ смерил артефакт молчаливым взглядом.
Какая же демоническая вещь. Раньше этот ледяной снаряд предназначался лишь для прицельной атаки на Короля-лича, а теперь превратился в орудие массового поражения всех учащихся без исключения. Поистине, достойное наследие Бога Страха и Обмана.
Докладчик из эльфов зажал в дрожащих пальцах смятую бумажку и, уткнувшись в неё носом, забубнил. Второй студент спрятался за ледяным яйцом, наивно полагая, что так его никто не заметит:
— Т-темой нашей работы является анализ ф-фразы: «Всё ещё не сдох? Воистину, жалкая сошка среди богов». Мы рассматриваем вопрос: указывает ли уровень божественной силы на прямой уровень выживаемости...
Кан Кэ мысленно поморщился — испанский стыд за выступающих сдавил горло.
Чао Цы, не долго думая, громко грохнул ладонью по подлокотнику:
— А ну вскинь голову! Нечего бубнить по бумажке!
Бедный студент с тоской поднял глаза, отложил листок и перешёл на спонтанную речь:
— Мы... мы пришли к выводу, что у данного высказывания есть два подтекста. Первый: слабые боги изворотливее в вопросах выживания, и это высказывание — чистое оскорбление достоинства Бога горного огня. Второй: в силу своей ничтожности мелкие божества не привлекают глобальные угрозы, в то время как верховные сущности принимают главный удар на себя... И мы склоняемся именно ко второму варианту.
С каждым словом речевой поток студента становился всё глаже и свободнее.
Феи от природы обладали даром красноречия и убеждения. Стоило отбросить подсказки и взглянуть слушателям в глаза, как древний инстинкт искушения брал своё. Ещё минуту назад юноша боялся поднять взгляд на стоящего перед ним преподавателя, а теперь, подводя итог, вальяжно улыбался аудитории, гипнотизируя слушателей и подчиняя их своей воле.
Чао Цы прикрыл лицо костяным веером и наклонился к уху Кан Кэ:
— Взгляните, господин директор! Какой прирождённый оратор, какой торговец!
Кан Кэ одарил его проницательным взглядом:
— Твой преподавательский пыл наталкивает меня на мысли о скрытых мотивах.
— Побойтесь бога, директор, — с невинным видом отмахнулся веером Чао Цы. — Разве что обидно немного. С чего вдруг какой-то новичок вроде N получает официальный статус в штате, а я, отдающий все силы разработке ваших планов, до сих пор остаюсь за бортом?
Кан Кэ так и думал — этот прожжённый интриган ничего не делает просто так.
— И какую же должность ты хочешь? Стать старшим преподавателем?
Чао Цы скривился с таким выражением, будто отпил уксуса:
— «Шелкопряд плетет нить до самой смерти» — нет уж, быть усердным шелкопрядом я не нанимался. Предлагаю роль владельца мануфактуры! Взгляните на наш торговый квартал и инфраструктуру вокруг санатория — разве я не заслужил пост руководителя отдела маркетинга?
План его был прост и гениален: вышколить этих недорослей, превратив их в верных рабочих лошадок. Стоит директору открыть портал в новый мир, как он, Чао Цы, вместе со своей сплоченной командой подчинённых ринется осваивать новые рынки, загребать золото и наблюдать за лучшим зрелищем во Вселенной.
А за зрелища, как известно, надо платить!
Он подтолкнул Кан Кэ локтем:
— Пока вы наслаждались мюзиклом, я устроил студентам производственную практику. Мы запустили Алхимический базар. Продаём закрытые разработки аристократии, оружие от гномьих кузнецов, редчайшие эльфийские зелья... И чистая прибыль уже составила вот столько.
Чао Цы жестом показал сумму — и цифра выходила поистине впечатляющей.
Однако внимание Кан Кэ привлекло другое:
— Ты планируешь превратить Юго-Запад в новый экономический и культурный центр континента Роман?
Континент Роман отродясь не видывал Объединенных институтов — да и вряд ли увидит где-то ещё. Мало у кого хватит могущества и дерзости принудить высшие расы работать преподавателями.
Равно как не бывало здесь и свободных Алхимических базаров. Возможно, со временем независимые мастера и откроют свои лавки, но пройдут годы. А в торговле наибольший куш всегда срывает тот, кто первым ступил на неизведанную землю.
Обладая столь колоссальным преимуществом, было бы глупо не пустить его на подъем юго-западных земель. Конечно, такой расцвет неизбежно нанесёт удар по столице и подкосит интересы Юго-Востока — главного торгового узла империи. Но если здраво оценить ситуацию, то именно этот коварный кот идеально подходил для того, чтобы распутать подобный клубок противоречий.
Кан Кэ без лишних слов утвердил назначение в системе. Пока серошерстный кот с довольным мурлыканьем рассматривал на проекционном экране виртуальную униформу маркетолога, на сцене сменился докладчик.
—... До сих пор историки тщательно разбирали хронологию вступления божеств в древнюю Великую битву богов, — вещал со сцены очередной выступающий. — Но никто не задумывался об их мотивации и рвении. Проанализировав имеющиеся летописи, наша группа выявила чёткую закономерность: наибольшую активность проявляли исключительно высшие, могущественные сущности. Чем медоноснее и слабее был бог, тем неохотнее он вмешивался в конфликт.
Докладчик сделал паузу и обвёл аудиторию уверенным взглядом:
— Тут преподаватели могут возразить: «А не объясняется ли это обычной трусостью? Мелкие боги просто спасали свои шкуры!» Но зададимся вопросом: разве абсолютно все слабые божества трусливы? Неужели ни у одного из них не возникло искушения примкнуть к более сильной фракции ради наживы? Разумеется, нет! И ярчайший тому пример — Бог горного огня, Монс.
Кан Кэ мысленно сочувствовал несчастному: надо же так вляпаться — даже после смерти бедолагу регулярно вытаскивают на публичные экзекуции.
А студент тем временем наносил очередные удары по репутации покойного:
— Слабый ли он? Абсолютно. Это признают сами боги — он даже с драконом не справился. Но был ли он трусом? Вовсе нет! Он вступил в бой с Ледяным драконом, оказался скован вечным льдом, потерял останки, которые разграбил Маркиз Границы, но даже в виде духа продолжал интриговать. Так почему же он не пошёл на Великую битву богов? Ответ прост: не из страха, а из отсутствия всякой необходимости.
Он сделал выжидательную паузу и продолжил:
— Отсюда вытекает следующее предположение: верховные боги развязали ту войну не по собственной воле. Существовала некая внешняя, неотвратимая сила, вынудившая их сойтись в смертельном противостоянии. Увы, фактов пока недостаточно, но второй вариант нашего тезиса — «слабость уберегла мелких божеств от катастрофы, уничтожившей сильнейших» — кажется наиболее вероятным. Благодарю за внимание!
Зал взорвался аплодисментами. Громче всех хлопал Ириэль — Новый король фей. Его радость носила исключительно практический характер: если юная поросль фей продолжит демонстрировать такие успехи, у всего народа появится реальный шанс закрепиться в штате санатория и получить вожделенный статус!
— Следующий доклад! — объявил Ириэль.
На сцену выскочила новая группа. Выступающий эльф с ходу уставился на экран:
— Наша тема...
Чао Цы раздраженно постучал веером по подлокотнику:
— Голову подними! Мы и сами читать умеем! Ты бы ещё совсем под кафедру залез!
Кан Кэ промолчал, а Бедовая Система в его разуме сжалась в комочек:
[Папа... у меня опять системы охлаждения на пределе.]
Из-за ледяного яйца робко показалась девица-фея в монокле, что придавало ей вид заправского академика:
— Т-тема нашей работы: «Причины проявления гастрономического интереса божеств к обладающим высокой силой верующим — на основе анализа древней Битвы богов и современных процессов реинкарнации».
Кан Кэ погладил свернувшуюся комочком Систему — та от ужаса заходящейся научностью атмосферы заливала ментальное пространство конденсатом.
А юная фея тем временем поправила стёклышко и торжественно произнесла:
— Чтобы раскрыть данную проблему, нельзя ограничиваться лишь ею одной! Необходим комплексный подход. Почему Бог Справедливости стравливал гномов с их собственными потомками? Зачем Богиня Ночи вместе с другими пантеонами штурмовала Башню Лича, оспаривая право убить Короля-лича N? И по какой причине Бог Света пал именно от руки своего Святого сына Бальдра?
Бедовая Система взвыла:
[Она что, на полном серьёзе цитирует мемы из Академии?! Каждый грамм пролитого мною хладагента — на совести этого паршивого серого кота!]