Единственного человека в VIP-ложе, который был одет в обычную штатскую одежду и выглядел абсолютно безобидно, увела императорская гвардия — под прицелом нескольких десятков заряженных импульсных винтовок.
Поднимаясь со своего места в самом центре трибуны и аккуратно пробираясь к выходу, Кан Кэ вновь ощутил на себе всеобщее пристальное внимание. Родители курсантов провожали его взглядами, поворачивая головы точно коты, заворожённо следящие за указкой.
Его вели к выходу — полувежливо, полупринудительно, — а за спиной доносился ошеломлённый и сдавленный шепоток:
— Разве он не из нижних трёх сословий? Иначе почему не в парадном мундире? Только вот станет ли гвардия Императора «приглашать» какого-то простолюдина с такой предосторожностью?
— Тсс! Рыжий, из родителей... Ты что, не слышал? Полночи назад на военную академию напали две сотни ложных владык насекомых. Всё могло закончиться страшной бойней, если бы не один умелец, перебивший их всех клинком из чистой ментальной силы!
— Постой... Но ведь шептались, будто это был... «Тот самый»?
— Да я слышал, что пилот мехи — всего лишь служащий этого рыжего парня! То ли кондитер, то ли слесарь-сантехник...
— Сдурел? Чтобы Маршал пошёл к кому-то в сантехники?!
— Кто знает. Вы слышали про то целебное настойное вино, за которым сейчас все гоняются? Их рук дело. А новые курсанты с редчайшим даром ментального успокоения, принятые в академию в этом году? Тоже связаны с ним!
— Ого-о... Опутать настойкой нижние сословия, а через курсантов-успокоителей подмять под себя верхушку шестерых высших сословий и военных... Вот же хитрец, а! Метит куда-то совсем высоко?
— Или Маршал решил таким хитроумным путём, без шума и пыли, отжать у Императора власть над Империей?
— Эх, блин! Знал бы я — перекинулся бы с ним хоть парой слов!
Кан Кэ, заглянувший сюда исключительно ради того, чтобы поймать Агента 14580 и заодно поглазеть на манёвры, молча лишился дара речи.
«Да что вы за бред тут выдумываете?! Какой ещё заговор?»
В Санатории сейчас катавасия с кадрами — людей не хватает даже на то, чтобы навести порядок в Приютище скитальцев, куда уж им замахиваться на целую Империю!
Один Бог ведал, что настойки продавались, а одарённые курсанты внедрялись лишь для выслеживания затаившихся крыс, и к империи всё это не имело ни малейшего отношения. С какой стати он вдруг превратился в теневого властелина, плетущего козни планетарного масштаба?
Система даже перестал щёлкать кибер-семечки:
[Э-э... А ведь если порассуждать в таком ключе, Ричард вполне обоснованно решил с тобой перетереть?]
Кан Кэ лишь тяжело вздохнул.
С противоречивыми чувствами в душе он проследовал за конвоем в строго охраняемую отдельную ложу. Переступив порог, Кан Кэ услышал, как из динамиков трансляции гремят торжественные фанфары:
— Дамы и господа, приветствуем вас на Объединённых военных манёврах!
Перед гигантским проекционным экраном стоял высокий, сухощавый человек. Услышав скрип открывающейся двери, он медленно обернулся. Его утомлённое, измождённое лицо выражало лишь ледяную враждебность:
— Мне сообщили, что Казмир объявился в районе академии. А ты — его сообщник.
[Иными словами: «Это ты собрался вместе с Казмиром отжать у меня трон?!»] — подогнала закадровый перевод Система.
Кан Кэ смягчил тон и с максимально искренним видом ответил:
— Я понятия не имею, кто такой Казмир.
У него в штате числился только работник по имени Карл. Казмир? Впервые слышит.
Система тихонько просканировал окружение:
[Дела дрянь. Судя по уровню охраны, этот Ричард вообще не планирует выпускать тебя отсюда живым.]
Кан Кэ и сам это отлично понимал.
За дверью выстроились два ряда вооружённых до зубов гвардейцев, а внутри ложи ещё с десяток дул смотрели ему прямо в затылок и лоб. Его Величество Ричард явно придерживался принципа: «лучше перебить невиновных, чем упустить угрозу».
Директор задумчиво прикинул: попытаться достучаться до разума собеседника словами или сразу наломать всем дров?
В этот момент с экрана донёсся бодрый голос ведущего:
—... Встречайте бурными аплодисментами десять сильнейших команд Империи!
На арену вышла первая сборная — и Кан Кэ заметил среди участников своего серого кота.
Вышла вторая сборная — и там снова мелькнула знакомая кошачья мордочка.
Третья, четвёртая...
Кан Кэ погрузился в глубокое, витиеватое молчание.
Стоявший рядом император Ричард издал издевательский смешок.
Кан Кэ почувствовал, что теперь его не отмоет ни одна река в галактике.
Пока в ложе нарастало напряжение, режиссёр трансляции — то ли по глупости, то ли строго следуя регламенту, — подлил масла в огонь:
— Просим участников поприветствовать своих родителей на трибунах! Сегодня вы выкуете славу Империи и своих великих родов!
Камера принялась оперативно переключаться, сопоставляя лица курсантов с приглашёнными гостями на трибунах. Задержавшись на пустующем кресле Кан Кэ, объектив на секунду замер в замешательстве. В ту же секунду с той стороны двери постучали:
— Ваше Величество! Главный оператор спрашивает, можно ли вывести сигнал из ложи? Показать родителей капитанского состава — давняя традиция наших манёвров.
Кан Кэ искренне надеялся, что сегодня эту традицию нарушат. Иначе абсурдность ситуации рисковала превзойти все разумные пределы.
Ричард снова сурово ухмыльнулся и резким тоном приказал:
— Включайте.
Спустя мгновение Кан Кэ встретился взглядом с самим собой на проекционном экране — с вытянутым, абсолютно ошалевшим лицом.
Суровый политический конфликт со скоростью света начал превращаться в фарс.
Режиссёр трансляции переключал видеопоток каждые десять секунд. Стоило объективу повернуться к ложе, как в помещении раздавался дружный щелчок: солдаты мгновенно прятали импульсные винтовки за спины и с невинным видом выкатывали глаза.
Как только трансляция возвращалась на арену, стволы снова взмывали вверх, беря Кан Кэ на прицел.
За десять переключений гвардейцы прошли настоящую строевую подначку: вскинуть оружие — спрятать оружие. Система у него в груди заходился в истерическом хохоте, пытаясь не выдать себя.
Несмешно было только двоим: Ричарду, чьё лицо приобрело цвет спелой сливы, и Кан Кэ, окончательно оставившему попытки что-либо объяснить.
Честно говоря, если бы император прямо сейчас отдал приказ о расстреле, Кан Кэ даже не удивился бы.
— А теперь встречайте десять лучших команд Альянса! — гремел из динамиков голос диктора. — И возглавляет этот список любимец прессы и фаворит сезона — студент Хуань Баовоэр!
Из-за непрекращающейся угрозы жуков и Империя, и Альянс постоянно находились на военном положении, поэтому ежегодные манёвры заменяли гражданам масштабный праздничный концерт. Ведущий держался непринуждённо и, подскочив к Хуаню с микрофоном, пошутил:
— Все знают, насколько строг твой опекун! Будь то изнурительные тренировки или важный разбор тактики, стоит часам пробить пять вечера — и тебя уже след простыл. Скажи, твой опекун присутствует сегодня на трибунах?
Кан Кэ встретился взглядом с Хуанем через экран, и в груди у него заворочилось недоброе предчувствие.
С экрана Хуань сочувственно и умиротворённо улыбнулся, после чего нагнулся к уху ведущего и шепнул пару слов. Лицо комментатора перекосило. Насилу выдавив из себя натянутую улыбку, тот пробормотал в микрофон:
— Прошу оператора переключить трансляцию по указанию студента Баовоэра...
Щёлк.
Кан Кэ снова уставился на своё каменное выражение лица на проекции.
Стадион взорвался оглушительным гулом. Находившийся рядом Ричард тоже потерял дар речи.
Император замер от изумления, а затем под дружный ах гвардейцев круто развернулся к Кан Кэ:
— Да вы... вы не просто метите на престол Империи! Вы вознамерились прибрать к рукам ещё и Федерацию?!
— Нет... — сухо выдавил Кан Кэ. — Честное слово, нет.
Однако прямая трансляция продолжала вгонять его в гроб.
Команды Альянса сменяли одна другую, диктор автоматом просил курсантов помахать родителям, а объектив упорно возвращался в ложу.
На двенадцатый раз Кан Кэ просто утомлённо закрыл глаза.
Гадать о виновнике не приходилось: это явно устроил Хуань. Наверняка решил, что раз уж каша заварена, стоит приписать «опекуну» ещё пару великих свершений, чтобы Император окончательно побоялся выкинуть какую-нибудь глупость.
Ричард и впрямь струхнул. Зато лидер Альянса, едва увидев трансляцию, со своей многочисленной свитой во весь опор помчался прямо в приватную ложу императора.
В помещении стало совсем не протолкнуться.
Под прицелом двойного комплекта импульсных винтовок Кан Кэ в полном молчании опустился в кресло точно посередине между правителями двух сверхдержав — по вежливому приглашению улыбающегося главы Федерации.
Система у него в груди буквально заходился от хохота — ей безумно нравилась эта картина, где Кан Кэ упорно принимали за теневого властелина, замыслившего покорение всей вселенной.
Кан Кэ сделал последнюю, отчаянную попытку оправдаться:
— Всё совсем не так, как вы думаете. Настойки, курсанты... У меня совсем другие цели, далёкие от захвата космоса.
— О-о? — Главнокомандующий Федерацией с широкой улыбкой подвинул ему чашку чая и невинно поддел: — Неужто твоя истинная цель — защита мира во всём мире?
Кан Кэ снова умолк.
«А почему, собственно, и нет?..»
[Хи-хи-хи-ха-ха!] — Система заходился в приступе судорожного смеха.
Кан Кэ глубоко вздохнул и произнёс:
— Смотрите трансляцию.
Да и к чёрту. Ему плевать. Главное — поймать Агента 14580.
* * *
Тем временем на арене военной академии.
Иу со своими головорезами вылез из только что зачищенного улья. От их одежды и оружия исходило отвратительное, тухлое зловоние слизи жуков.
Пиратов эта вонь нисколько не смущала. А вот Агент 14580 и вереница исследователей в белых халатах за его спиной скривились так, будто съели по лимону.
— Неужели нельзя зачищать ульи аккуратнее? — поморщился Агент 14580, сжав переносицу.
— Да ну, палить издалека — никакого кайфа, — выскреб остатки слизи с лица Иу и оскалил зубы. Сверкнув янтарно-жёлтыми глазами на людей в халатах, он хмыкнул: — А эти-то тут на кой чёрт?
— Мои новые партнёры, — отрезал Агент 14580 и брезгливо отступил на шаг. — Во время манёвров им нужно провести парочку безобидных тестов. Ваша задача — обеспечивать их безопасность.
Иу уставился на него. В его тяжёлом взгляде скользнула хищная, ядовитая угроза:
— Мы договаривались зачистить как можно больше курсантов, а не работать няньками для яйцеголовых.
— Не смей держать нас за обузу, — раздался резкий голос из группы учёных.
Очкарик во главе исследователей брезгливо поправил угловатую оправу. В эпоху, когда проблемы со зрением давным-давно канули в лету, такой аксессуар выглядел явно не простой вещью.
— Если вляпаетесь по уши, ещё спасибо скажете, что мы рядом оказались.
Иу лишь пожал плечами и, памятуя о внушительной сумме задатка, небрежно бросил:
— Ладно, проехали. Когда вы начнёте свои фокусы, от нас-то что требуется?
— Перебить столько курсантов, сколько сможете, — с сухим щелчком Агент 14580 одной рукой передёрнул затвор тяжёлого пулемёта. — А оставшихся — согнать в юго-западный сектор.
Я буду ждать их там.