Фу Цюн лишь молча повёл плечом.
Впечатление об этом типе и без того было так себе, а теперь и вовсе испортилось. Похоже, прошлый Фу Цюн испытывал к нему ровно те же чувства. Он жёстко смахнул с плеча ладонь брюнета:
— Понятно.
Тот на мгновение застыл от неожиданности.
Но не успел парень ничего ответить, как окружающий мир снова поплыл и задрожал крупной рябью. Фу Цюн понял: воспоминание подходило к концу.
Бросив последний взгляд на экран с духом планеты, он моргнул — и вновь очутился в собственной гостиной.
Похоже, эту запись встроили напрямую в его сознание с помощью какой-то особой технологии. Плюс был очевиден — полное погружение, но и плата за него оказалась высокой: от подобной нагрузки отчаянно гудела голова. Фу Цюн прикрыл глаза, справляясь с подступившей к горлу тошнотой.
Из первого отрывка становилось ясно, что в прошлом он действительно учился в Первой военной академии Федерации — это сходилось со словами Чистого Серебряного Правосудия. Более того, уже тогда прежний Фу Цюн проявлял к духам планет нешуточный интерес.
И вот это как раз удивляло.
До того как обрести независимость, Ассоциация Заводчиков была лишь скромным исследовательским отделом в лаборатории Федерации. Его перспективы не шли ни в какое сравнение с факультетами, изучавшими классические меха, и большинство курсантов даже не слышали о существовании такого подразделения.
Тем более до того, как Ассоциация сконструировала первую машину создания духов планет.
Это был первый странный момент в увиденном обрывке. А второй... Фу Цюн мог бы поклясться, что уже встречал того духа планеты Нипу.
Размышляя об этом, он открыл систему заводчиков, вбил в строку поиска «Планета Нипу» и нажал ввод.
Интерфейс тут же выдал с десяток результатов, первым из которых шла карточка духа:
[Имя духа планеты: Нипу]
[Возраст планеты: 2,1 миллиарда лет]
[Оценка уровня способностей: C-]
[Основной производимый ресурс: морепродукты]
Рядом с текстом крутилась трёхмерная голограмма. Короткие синие волосы, чистые, невинные лазурные глаза и настолько утонченные черты лица, что парень походил на фарфоровую куклу. Дух смотрел прямо в объектив и открыто, солнечно улыбался.
В том воспоминании Фу Цюн стоял далековато от экрана, да и сценический свет мешал толком разглядеть детали — оставалось лишь неясное ощущение дежавю. Но теперь, взглянув на проекцию, он мгновенно всё понял.
Это же тот самый бродячий дух, которого он встретил в Новом районе развития!
Так вот, значит, как его зовут. Нипу.
Фу Цюн вдумчиво пробежал глазами оставшиеся строчки. Как и следовало ожидать, в графе «Заводчик» стоял прочерк.
Брови Фу Цюна медленно сдвинулись к переносице.
Как первый искусственный дух планеты, Нипу обладал ценностью, которую невозможно переоценить. Его создание принесло Ассоциации неоценимую научную славу и стало важнейшей вехой в её становлении.
Вот только ценность самой планеты Нипу оказалась ничтожно мала.
То ли подвело несовершенство ранних технологий, то ли сыграли роль особенности самого космического тела, но ресурсы Нипу производила скудные — судя по базе данных, всего пару видов съедобных морепродуктов. Исследователи Ассоциации быстро подсчитали: при равных энергозатратах любые другие планеты приносили несоизмеримо больше прибыли.
Вряд ли учёные были сплошь бессердечными людьми... Однако в Ассоциации, стремительно рвавшейся к коммерческому успеху, Нипу был обречён на списание.
Фу Цюн поджал губы.
Ему вспомнилось самое первое правило из методички для подготовки к экзамену планетарных заводчиков: «Духи планет с высоким уровнем способностей представляют куда большую ценность, чем духи с низким уровнем».
Тогда Фу Цюн, всем сердцем привязавшийся к этим созданиям, искренне не понимал, почему организация так настойчиво насаждает подобный потребительский подход.
Теперь же, глядя на судьбу Нипу, он осознал, насколько тяжело идти против общего течения.
Возможно, с точки зрения Ассоциации всё было логично: хочешь развиваться — выбирай перспективных духов, а «бесполезных» выбрасывай, таков закон джунглей.
Вот только Фу Цюн отказался с этим мириться.
Звуковой сигнал СтарПэя вырвал его из размышлений. Фу Цюн поднял коммуникатор и увидел сообщение о зачислении средств за сегодняшний стрим.
Пользователи «Хочу Разбогатеть» и «Ярый фанат адмирала Е» на двоих подогнали ему целиком два десятка «Башен Алого Сердца». С учётом прочих мелких донатов чистый доход за эфир перевалил за семьсот тысяч кредитов.
Из прошлых пятисот тысяч, потраченных на роботов и семена, ещё оставалось около двухсот. С нынешним пополнением его сбережения уверенно пробили семизначную цифру. Фу Цюн официально стал миллионером.
Глядя на счёт, он вспомнил главное: уровень способностей Буина наконец-то поднялся до ранга B.
Фу Цюн глубоко вздохнул. Наряду с радостью на плечи лёг затаённый груз ответственности.
В среде заводчиков ходила поговорка: «Золотой S, серебряный A, а прочее — труха». Начиная с ранга B, ключевым критерием оценки становилась уже не запасаемая планетой энергия, а рыночная ценность производимых ресурсов.
Чтобы продвигаться дальше, теперь требовались не только солидные финансовые вливания, но и точный расчёт самого заводчика.
Что сажать, как ухаживать, окупится ли урожай, каков коэффициент нормативной прибыли, сроки созревания, стабильность сорта... Каждая деталь требовала взвешенного решения.
Изначально планета Буин славилась древесиной. После того как Фу Цюн последовательно высадил там грибы, траву планетных духов и пшеницу, система автоматически внесла эти сельскохозяйственные культуры в список ресурсов планеты.
Однако Фу Цюн прекрасно понимал: чтобы дотянуть Буина до ранга A, простых культур будет катастрофически мало.
Ассоциация делила ресурсы на три категории. Общедоступные — вроде пшеницы — могли производиться даже на планетах ранга D. Редкими ресурсами считались те, что выдерживали культивацию лишь на планетах уровня B и выше. Наконец, эксклюзивные, доступные только планетам ранга S — к ним относились, например, эльфы.
И сейчас Фу Цюню предстояло выбрать редкий ресурс.
В теории выбор казался очевидным, ведь Буин в прошлом уже носила ранг S.
Однако, погрузившись в архивные записи, Фу Цюн столкнулся с неприятным сюрпризом.
В своё время Ассоциация пыталась превратить Буин в поставщика редких пород древесины и засадила её соответствующими деревьями. Эксперимент с треском провалился, и к сегодняшнему дню практически все редкие посадки полностью вымерли.
Понять, что именно идеально подойдёт планете теперь, не представлялось возможным.
Пришлось действовать наугад. Проведя за анализом каталогов добрых два часа, Фу Цюн остановил выбор на растении под названием «одуванчиковое дерево».
Эта культура действительно напоминала гигантский одуванчик высотой под пятнадцать метров. Её пышная крона из мягких, будто пух, листьев шелестела на ветру тихим шумом, но сами листья сидели на ветвях крепко и обладали огромной ценностью для фармацевтики.
Вот только цена на редкие саженцы кусалась. Открыв первую попавшуюся карточку товара с семенами одуванчикового дерева, Фу Цюн увидел ценник с пятью нулями: десять тысяч за единицу! Вдесятеро дороже обычных деревьев, и это за крошечный росток.
Фу Цюн онемел.
Да уж, в сферу редких ресурсов без бездонного кошелька лучше не соваться.
Поворчав про себя, он всё же приступил к покупкам. Сравнив предложения десятка поставщиков, Фу Цюн выторговал пятьдесят саженцев за четыреста пятьдесят тысяч — продавец великодушно сбросил остаток, но всё равно счёт парня моментально похудел наполовину.
И это была лишь первая строка в его сегодняшнем списке покупок.
Яйцо эльфа уже раскололось. Помимо ежедневной подпитки духовной силой, малышу требовался полноценный рацион — а значит, питательные эссенции. Закупленные ранее высококачественные звёздные камни тоже подходили к концу. Роботы-пчёлы для посадки деревьев не годились, поэтому до доставки саженцев следовало пополнить армию механических помощников...
Фу Цюню показалось, будто его кошелёк издал тихий, исполненный боли всхлип.
На данном этапе рассчитывать исключительно на стримы становилось рискованно — требовалось задействовать все имеющиеся активы. Собрав с помощью роботов созревший урожай пшеницы, Фу Цюн решил выставить его на продажу на внутренней бирже Ассоциации.
Чтобы быстро привлечь внимание оптовиков, он пошёл на небольшую хитрость.
На бирже торгуют такие же заводчики, и у каждого под рукой армия роботов. Пшеница — ресурс ходовой, но и предложение на рынке огромное. Фу Цюн выходил на торги впервые: ни базы клиентов, ни репутации. Пробиться в таких условиях было бы непросто.
Поэтому он не стал выставлять зерно в чистом виде, а сначала переработал его.
Казалось бы, простейшая первичная обработка! Но большинство заводчиков продавали пшеницу как есть, и муку на бирже практически никто не предлагал. Фу Цюн фактически открыл новую нишу, в разы повысив шансы на быструю сделку.
Закончив с заготовками, Фу Цюн разогнулся и размял затёкшую шею. Он уже собирался выключить коммуникатор и отправиться отдыхать, как на экране мигнул алый индикатор нового сообщения.
Писал Чистое Серебряное Правосудие:
[Чистое Серебряное Правосудие: На связи? (выглядывает)]
[Чистое Серебряное Правосудие: Хочу предложить сотрудничество. У тебя случайно нет в планах снова заняться травой планетных духов, а?~]
Увидев это, Фу Цюн мгновенно встрепенулся.
Крупная рыба приплыла.
[Фу Цюн: Планы есть.]
Как говорится, опыт решает всё. Условия сделки они согласовали быстро. На этот раз Федерации требовался куда больший объём — сразу полтонны, — но и ценник они выставили шикарный: ровно пять миллионов кредитов!
От такого предложения Фу Цюн просто не мог отказаться.
[Чистое Серебряное Правосудие: Объём приличный, но ты не перенапрягайся. Руководство дало нам месяц, так что работай в своём темпе, без фанатизма.]
Опасаясь, что Фу Цюн истощит резервы духовной силы, Е Сиюнь заботливо добавил:
[Чистое Серебряное Правосудие: Ты у нас единственный заводчик, загнёшься — нам замену не найти.]
[Чистое Серебряное Правосудие: (пёсель шлёт сердечко)]
Глядя на забавный стикер, Фу Цюн на мгновение замер. В груди разлилось приятное, разглаживающее усталость тепло.
Накопившееся утомление как рукой сняло. Он прекрасно почувствовал скрытую за этими словами искреннюю заботу, но не стал акцентировать на этом внимание. Они обменялись ещё парой непринуждённых фраз, и тут Фу Цюню внезапно вспомнился тот брюнет из обрывка памяти.
Раз они учились в одной военной академии... Е Цюн вполне мог знать, кто это такой.
Не откладывая дело в долгий ящик, Фу Цюн набрал на виртуальной клавиатуре:
[Фу Цюн: Кстати, а мы в академии случайно не общались близко с одним черноволосым парнем?]