План побега был далёк от идеала, но для духов планет он оставался единственной отдушиной. Ано и Нои рвались к выходу из здания Ассоциации изо всех сил — и рухнули обессиленными в каком-то шаге от вожделенной свободы.
Случившееся вызвало в верхах Ассоциации настоящую бурю. Разгневанное руководство немедленно приказало сворачивать все исследования на планете Анои, а обоих дерзких духов жестоко наказало: их ранг урезали с А до C, а выделяемую энергию снизили до жалкого минимума.
Впрочем, относительно дальнейшей судьбы беглецов в верхах разгорелись споры.
В те годы Ассоциация лишь набирала силу и ещё не успела изобрести такую противоестественную дрянь, как стирание памяти. С одной стороны, исследования на планете Анои имели колоссальное значение, требуя постоянных поставок добываемых духами минералов, так что избавиться от них было нельзя.
С другой — верхушка прекрасно осознавала, какими грязными делами занимается за закрытыми дверями. Было очевидно: после случившегося оба духа возненавидели Ассоциацию до глубины души, и привычная промывка мозгов больше не сработает.
И тогда они нашли безупречное решение: использовать одного из духов-близнецов как заложника, чтобы держать в узде второго.
Как раз в то время технологии накопителей энергии совершили прорыв, тогда как разработка мех окончательно зашла в тупик. Потерявшего сознание Ано заточили в подземелье, выделяя ровно столько энергии, сколько требовалось для поддержания угасающей жизни. И этим Ассоциация шантажировала Нои: дерзнёшь снова сбежать — братца больше никогда не увидишь.
Удар пришёлся точно в цель. Нои стал шёлковым. Дальнейшие исследования проходили без сучка и задоринки: дух покорно помогал учёным доводить до ума эссенциальные накопители.
Однако верхушка не теряла бдительности.
Они были алчны и патологически подозрительны. Нои отлично это понимал, а потому спрятал свои когти подальше и со стороны казался абсолютно безобидным. Он ждал. Год за годом, почти восемь лет...
Ассоциация разрасталась, превращаясь в гиганта, команда приставленных к нему надзирателей сменилась несколько раз. И вот, когда Нои получил приказ о переводе, он понял: его час настал.
Впрочем, дух трезво оценивал ситуацию. Нынешняя Ассоциация стала в разы могущественнее, и попытаться вытащить брата в одиночку — не более чем безумная иллюзия.
Дух планеты поднял взгляд на Фу Цюна:
— О ваших подвигах я узнал, когда готовил банкет для новичков.
Честно говоря, поначалу Нои даже не думал просить помощи у планетарных заводчиков. Семь лет каторги на Ассоциацию научили его: все заводчики — лишь алчные рвачи. Вот только из-за своего статуса дух не имел выходов ни на кого, кроме них.
Что ещё хуже, в последнее время Нои стал чувствовать: дело дрянь, его брату совсем плохо.
Они делили духовную силу одной планеты на двоих и ощущали состояние друг друга даже сквозь пространство. Ано просидел в заточении слишком долго. Видя покорность Нои, Ассоциация ослабила хватку и фактически списала заложника со счетов, урезав подачу энергии до крох. Подкошенный постоянной болезнью и дефицитом ресурсов, дух оказался на грани гибели.
Именно тогда Нои и попались на глаза материалы о Фу Цюне.
Дух до смерти боялся верить заводчикам, но выбора у него не оставалось — пришлось поставить всё на одну карту.
Возможно, парень выхлебал слишком много горя, и даже небеса сжалились над ним. На этот раз Нои не прогадал.
Он порывисто поднялся и снова низко поклонился Фу Цюну, с трудом подбирая слова:
— Вы вытащили моего брата... Я даже не знаю, как отблагодарить вас! Но... простите за наглость, мне придётся попросить вас ещё об одной услуге.
Нои задрал правый рукав, обнажая иссиня-чёрный браслет:
— Это особый ограничитель, разработанный Ассоциацией для наказаний и поощрений. Вся документация по нему засекречена в... Э-э?
Договорить он не успел. Фу Цюн небрежно протянул руку и слегка сжал запястье духа. Из его ладони выплеснулось несколько нитей духовной силы, которые серебряными змейками впились в металл браслета.
Нои впал в панику:
— Постойте! Если с ним неосторожно обращаться, он может...
Раздался сухой щелчок. Браслет распахнулся, развалился на две половинки и глухо шмякнулся на пол.
Нои уставился на упавший ограничитель ошарашенным взглядом, вылупив глаза.
Шок оказался настолько велик, что дух забыл обо всех приличиях, и на его лице впервые проступили живые, нескрываемые эмоции.
Фу Цюна искренне забавила эта реакция. Усмехнувшись, он пояснил:
— Я, вообще-то, именно ради этого в Ассоциацию и проник.
Между делом он точно так же снял ограничитель с руки Ано. Сложив все четыре браслета в пространственный накопитель, Фу Цюн подумал, что стоит предложить их Федерации — вдруг удастся сбыть эту дрянь и выручить немного денег на звёздные камни?
Освободившись от оков, Ано судорожно вздохнул. Нои тут же опомнился и с тревогой приник к брату.
Увы, тот лишь слегка дрогнул веками и так и не очнулся.
Надежда в глазах Нои мгновенно угасла.
— Это я виноват... Если бы я не забирал себе так много духовной силы, брат бы не впал в беспамятство.
Фу Цюн хмуро кивнул про себя: ну конечно, причина именно в этом.
Создавая Ано и Нои, Ассоциация, скорее всего, попросту разорвала духовную силу планеты Анои пополам, вырастив двух духов вокруг двух разносистемных минеральных ядер. Эксперимент удался, но духовная сила — субстанция крайне капризная. Подобная конструкция напоминала высотку, возведённую на гнилом мостке через пропасть.
Когда Ано потерял сознание, баланс рухнул. Духовная сила планеты закономерно перетекла к Нои. Брату доставались крохи, его организм включил защитную реакцию, погружая дух в глубокую кому, из-за чего тот получал ещё меньше ресурсов от планеты. Замкнутый порочный круг превратил Ано в пустую оболочку.
Если так пойдёт и дальше, Ано попросту развеется без следа.
Фу Цюн положил ладонь на лоб бедолаги и осторожно направил внутрь каплю своей духовной силы.
Спустя мгновение он отдёрнул руку и прикрыл глаза.
Тело Ано напоминало бездонный колодец. Фу Цюн быстро понял: его собственной духовной силы не хватит, чтобы заполнить эту брешь.
* * *
В этот момент дверь гостевой комнаты настежь распахнулась. Внутрь вихрем ворвался синеволосый пушистый комок и с разбегу уткнулся Фу Цюну прямо в грудь:
— Я... я вспомнил!
Нипу, судя по всему, мчался изо всех сил — Буин за ним даже уследить не успел.
Прикинув, о чём пойдёт речь, Фу Цюн привычно взъерошил мягкие волосы духа и уже собрался сказать пару успокаивающих слов, как вдруг его будто громом поразило.
Нипу набрал полную грудь воздуха и вылил на него правду:
— Е Цюн — это фальшивое имя! На самом деле он — Е Сиюнь!
* * *
Выйдя из комнаты, Е Сиюнь отправился прямиком в свой кабинет.
Упав в кресло, он закинул руку на глаза и тяжело вздохнул. Мысли спутались в один сплошной клубок, словно нитки, над которыми усердно поработал кот.
Он сидел в тишине, пока комлинк на запястье не завибрировал.
Входящий вызов от Лаэра.
Е Сиюнь нажал «Принять». Камера активировалась, и посреди комнаты возникла слегка мерцающая голограмма Лаэра.
Тот просматривал какие-то бумаги и, не поднимая головы, отчеканил:
— Разведка отчиталась. Всё подтвердилось: «Чёрная дыра» и впрямь восстала из мёртвых... О, ты уже вернулся?
Закончив доклад, адмирал наконец заметил странное состояние собеседника. За десять лет совместной службы Лаэр давненько не видел Главного командующего в столь глубокой депрессии. Он аж бровь изломом поднял:
— Ты... что с тобой?
От этого вопроса аура вокруг Е Сиюня стала ещё мрачнее. Лаэр судорожно перевёл дыхание, сопоставил факты — адмирал только что лично притащил Фу Цюна в Федерацию — и выдал единственную логичную версию:
— Неужели несчастная любовь?
В его голосе проскользнула странная, почти злорадная нотка, которую можно было перевести как: «Ага, и на твоей улице настал день разбитого сердца!»
—... Ты можешь желать мне хоть чего-то хорошего? — Е Сиюнь с досадой смерил его взглядом. — Как раз наоборот. Мне кажется... я ему тоже нравлюсь.
—?! — Лаэр вытаращился на него. — Вы сошлись? А чего ты тогда слюни распустил...
Е Сиюнь сбил его на полуслове:
— Нет. Я сбежал.
Лаэр мгновенно заглох.
В кабинете повисла неловкая тишина.
Спустя полминуты Е Сиюнь не выдержал:
— Эй, да хорош уже. Я впервые вижу, чтобы у тебя так глаза из орбит вылезали.
Лаэр нахмурился:
— А я впервые слышу от тебя слово «сбежал».
Он взъерошил шевелюру, чувствуя, как над его головой закипают невидимые знаки вопроса:
— Слушай, я чего-то не догоняю. Взаимные чувства — это же повод для радости, разве нет?
Адмирал лишь тяжко вздохнул:
— Помнишь, я говорил, что Фу Цюн, похоже, раскусил, кто я такой?
Лаэр кивнул:
— Помню. Ты же вроде придумал дурацкий трюк и заговорил ему зубы? Не сработало?
Е Сиюнь качнул головой:
— Нет... Просто к нему постепенно возвращаются воспоминания о прошлом.
Лаэр ничего не понял и уже хотел попросить адмирала перестать говорить загадками, как вдруг в его голове что-то щёлкнуло. Он запнулся:
— Ты... боишься, что он вспомнит тот случай?
Е Сиюнь промолчал.
Повисла тяжёлая пауза.
—... Фу Цюн человек разумный, — тихим, глухим голосом произнёс он. — Он умеет отделять мух от котлет. Но всё, что касается духов планет — его личная красная черта.
Лаэр поморщился:
— Завязывай себя накручивать. К тому же в той истории твоей вины не было...
— Чья бы это ни была вина, — резко перебил его Е Сиюнь, что случалось крайне редко, — факта это не меняет: я собственными руками уничтожил планету прямо у него на глазах.
На этот раз замолчал Лаэр.
Он долго присматривался к другу, а потом со вздохом уронил:
— Я так и знал... Эта дрянь до сих пор сидит у тебя костью в горле.
Помолчав, он перелистал документы у себя в руках и резко сменил тему:
— Раз так, советую сначала разобраться с ордером на розыск. Фу Цюн ведь души не чает в духах планет? Раскатай Ассоциацию в блин и подари её ему. Гарантирую, огребёшь вагон плюсиков в карму.
Е Сиюнь молчал.
Чёрт, а ведь звучит невероятно убедительно!
Лаэр помахал бумагами:
— Ассоциация совсем страх потеряла — готовит рассылку ориентировок прямо у дверей Федерации. Я сколько в штабе служу, такой наглости ещё не видел.
Хотя Ассоциация Заводчиков обособилась от Федерации и подмяла под себя уйму ресурсов, до статуса равного игрока ей как до Луны пешком. По факту это просто огромная корпорация вроде Юнь.
Иными словами, у Ассоциации нет никакого права издавать собственные законы — их внутренний устав выкроен из федерального законодательства. А учитывая, что силовой блок у них всегда был слабым местом, при любой заварухе с опасными преступниками они прибегали к помощи Федерации.
И вот теперь, прекрасно зная о сотрудничестве Фу Цюна с Федерацией и понимая, что помощи им не видать, Ассоциация открыто объявляет его в розыск!
Это аномалия.
Е Сиюнь на мгновение задумался. Он слишком хорошо знал Цзян Хайчжоу: тот был торгашом до мозга костей, привыкшим втихаря ставить подножки. Открытый конфликт — совершенно не его почерк.
Здесь одно из двух: либо Ассоциация заполучила технологию, способную тягаться с мощью Федерации, либо... тот тип вернулся.
При этой мысли Е Сиюнь вскинул голову:
— Кстати. Экспертиза того инъектора с препаратом готова?