— Ну надо же, какое нелепое совпадение, — ровным тоном произнёс Фу Цюн, взглянув на Мэн Цяна.
Мэн Цян проигнорировал язвительность и приподнял свой бокал:
— Разрешите пару слов наедине?
Эта уловка заставила Юнь Фэйхэ, направлявшегося к Фу Цюну, замереть на месте. Тот нахмурился, чувствуя одновременно досаду и глухую обиду. Президент никак не мог взять в толк: почему просто перекинуться парой фраз с Фу Цюном оказывается настолько невыполнимой задачей?
Заметив это, Хэ Сян, подкарауливавший удобный момент, едва не просиял. Почуяв шанс, он без зазрения совести вновь подобрался ближе и с подчеркнутым почтением преподнёс свои документы:
— Господин Юнь, прошу вас, дайте нам шанс! Обещаю, наша команда вас не подведёт!
На этот раз Юнь Фэйхэ замешкался и прогонять его не стал.
Мэн Цян явно чувствовал себя здесь как рыба в воде. В полумраке он провёл Фу Цюна через пару закрученных коридоров и юркнул в неприметную нишу за портьерой. Меблировка миниатюрного кабинета оказалась предельно простой: пара диванов да низкий столик — крошечное изолированное пространство, просматриваемое насквозь.
— Не буду ходить вокруг да около, — сразу взял быка за рога Мэн Цян, едва опустившись на диван. — Понимаю: ты не веришь Ассоциации и недолюбливаешь меня лично. Скажу откровенно, я от тебя тоже не в восторге. Но мы взрослые люди и давно вышли из возраста юношеского максимализма. Когда на кону солидный куш, любые разногласия можно уладить.
С этими словами он слегка звякнул своим бокалом о фужер с шампанским, который держал Фу Цюн.
Цзян Хайчжоу предпочитал прятать кинжал за слащавой улыбкой; Мэн Цян же обожал нести ахинею и откровенно фонтанировать дрянью. Словом, оба хороши. Фу Цюн раскусил их повадки слишком давно, а потому успел морально подготовиться к разговору.
Но чего он никак не ожидал, так это существования мерзости, превосходящей суммарный потенциал обоих дельцов: Мэн Цяна, который намеренно подражал интонациям Цзян Хайчжоу. Чёрт возьми, градус отвращения подскочил ровно вдвое!
Фу Цюну потребовались колоссальные усилия, чтобы удержать лицо. Отставив бокал на столик, он прохладно заметил:
— Я нёс его через весь главный зал. Пока дошёл, внутри наверняка осела тонна пыли. Так что пить не стану.
Улыбка Мэн Цяна на мгновение окаменела.
Фу Цюн уже второй раз демонстративно проигнорировал его жест доброй воли. Даже для такого толстокожего человека, как Мэн Цян, подобное публичное пренебрежение было ощутимым ударом по самолюбию. Нахмурившись, он перешёл прямо к делу:
— Всё предельно просто. Мой приход — не случайность. На самом деле наши интересы вовсе не пересекаются: ты привязан к планетным духам, Ассоциации требуются ресурсы. Мы вполне способны договориться.
Заметив полное равнодушие на лице собеседника, Мэн Цян продолжил гнуть свою линию:
— Разумеется, прошлый раз ты сделал выбор в пользу Федерации. Смею предположить... всё дело в том, что военные предложили более щедрые куски?
Фу Цюн промолчал.
«Надо же... Прошло больше месяца, а у них в головах всё та же пластинка».
Мэн Цян расценил эту паузу как неловкое замешательство разоблачённого человека и с полной уверенностью подлил масла в огонь:
— Хочу открыть тебе глаза: Федерация далеко не так безупречна, как принято думать.
Фу Цюн даже бровью не повёл.
— Само собой, что бы я сейчас ни произнёс, ты спишешь это на попытку вбить клин. На твоём месте я рассуждал бы так же.
Мэн Цян самодовольно ухмыльнулся и внезапно, словно заправский любитель загадок, увёл разговор в сторону:
— А ты вообще задумывался, что представляет собой дух планеты по своей природе?
Фу Цюн смерил его ледяным взглядом, не произнеся ни слова.
Игнорирование ничуть не смутило собеседника. Он нарочито медленно отпил из бокала:
— Дух — это материализованное сознание небесного тела. По сути, сгусток колоссальной духовной силы...
Он пустился в отвлечённые рассуждения, от которых на Фу Цюна накатила усыпляющая скука. На мгновение тот даже заподозрил Мэн Цяна в попытке гипноза.
Едва терпение Фу Цюна подошло к критической точке, Мэн Цян подвёл черту под своим длинным вступлением и сбросил настоящую бомбу:
— Тебе знакомо название «Проект "Создание Бога"»?
Сложно описать реакцию Фу Цюна на эти слова.
Словно отработанный до автоматизма рефлекс, его зрачки мгновенно сузились. Тело самопроизвольно пришло в боевую готовность: пульс подскочил, мышцы натянулись струной, за доли секунды переведя его в состояние полной мобилизации.
Фу Цюн твёрдо знал: в его нынешней памяти этих слов не существовало. А значит, данный проект напрямую касался его утраченного прошлого.
— А ведь ты должен знать, — тихо хмыкнул Мэн Цян. — Как-никак, ты принимал в нём самое прямое участие, не так ли?
— К чему ты клонишь? — прищурился Фу Цюн.
Однако собеседник опять ловко вильнул в сторону:
— В межзвёздную эпоху уровень духовной силы всегда оставался ключевым показателем таланта.
Это был уже n-й раз за разговор, когда тот уходил от прямого ответа.
Фу Цюн мысленно поклялся: если этот тип выкинет ещё хотя бы один туманный финт, он задвинет все свои планы и просто разобьёт ему физиономию прямо здесь. На дворе межзвёздная эра, к чёрту эти дурацкие загадки!
— Ещё до того, как появились планетарные заводчики, человечество нашло духовной силе массу применений. И самым главным из них стало управление мехами. Чем выше потенциал, тем более совершенную машину способен пилотировать человек. С момента создания первых боевых экзоскелетов люди были одержимы идеей наращивания духовной силы. В Федерации эта идея превратилась в культ — что логично: на изменчивом поле боя лишняя капля ресурса гарантирует жизнь.
Слушая его, Фу Цюн ощутил, как внутри нарастает липкое недоброе предчувствие.
— Именно на этой почве и вырос проект «Создание Бога».
Встретив взгляд Фу Цюна, Мэн Цян ядовито усмехнулся:
— Если объединить оба фактора и наделить человека духовной мощью целой планеты... Представляешь, насколько грандиозный прорыв это обещало?
Он подался вперёд, понижая голос:
— И мне безумно любопытно: как человек, прошедший через жернова подобного эксперимента и всё ещё работающий с Федерацией, способен искренне считать жестокое обращение с духами планет чем-то...
— Господин Мэн Цян!
Речь оборвалась на полуслове. Мэн Цян опешил и вскинул голову. В дверях стоял Нои.
Беловолосый дух выглядел нешуточно перепуганным.
— Беда! Только что один из заводчиков подкрался ко мне сзади... Кажется, он хотел сгрести меня в охапку!
Он явно бежал сюда во весь дух, потому что пришлось сделать паузу и перевести дыхание.
— Я его не заметил, но когда он прыгнул, я случайно шагнул в сторону. В итоге этот заводчик со всего размаха врезался головой в витражное стекло! Он... он сейчас без сознания лежит посреди зала!
Лицо Мэн Цяна исказилось. Ругательство «Бесполезный идиотина!» едва не сорвалось с языка, но в присутствии Фу Цюна пришлось сдержаться.
Глубоко вздохнув, он процедил:
— Понял. Сейчас разберусь.
Поднявшись с дивана, Мэн Цян с фальшивым сожалением посмотрел на Фу Цюна:
— Что ж, похоже, время для беседы выбрано неудачно.
Он изобразил подобие дружелюбной мины:
— Надеюсь, ты взвесишь моё предложение, заводчик Фу Цюн. Терпение Ассоциации не бесконечно, и это твой последний шанс.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел.
Намеренно или случайно, но у самого выхода Мэн Цян задел Нои плечом. Хрупкий дух планеты не мог соперничать в весе со взрослым мужчиной и сразу же вылетел в коридор, больно растянувшись на полу.
— Ува-а-а!
Увидев это, Фу Цюн мгновенно выкинул из головы мрачные мысли, шагнул вперёд и помог Нои подняться.
— Ты как? Цел?
— Спасибо вам! Вы такой добрый!
Беловолосый дух поднялся на ноги. На его лице не было и тени обиды — наоборот, он засиял искренней, сладкой улыбкой:
— Вечер уже в самом разгаре, заводчик. Если не вернётесь в зал... пропустите кучу удачных возможностей.
* * *
К моменту, когда Фу Цюн вернулся в банкетный зал, нелепое происшествие уже уладили. Атмосфера снова стала непринуждённой, гости увлечённо общались с потенциальными партнёрами.
Исключение составлял лишь один человек — Юнь Фэйхэ.
После того как Мэн Цян увёл Фу Цюна, оставшиеся четырнадцать заводчиков облепили президента Юнь со всех сторон. Отбившись от них по очереди, тот в мгновение ока превратился из самого лакомого холостяка вечера в никому не нужного, брошенного бедолагу.
Использовали и выбросили — потребительское отношение этих планетарных заводчиков переходило все границы, независимо от того, кто перед ними: планетный дух или живой человек.
И теперь Фу Цюн наблюдал, как недавний центр всеобщего внимания в одиночестве сидит за столиком, с тоской ссутулив спину и уныло пожёвывая трубочку.
Присмотревшись, Фу Цюн понял, что в стакане обычный сок.
Ситуация показалась ему довольно комичной. Слегка улыбнувшись, он подошёл ближе, присел рядом и окликнул собеседника:
— Как ты? Живой?
Сидевший у барной стойки Хэ Сян заметил эту сцену. Сделав глоток, он стал молча наблюдать за ними через прозрачное стекло бокала.
Паника в его глазах окончательно улеглась. Корпорация Юнь была гигантом, специализирующимся на пищевой промышленности. Пусть контракт, подписанный с Юнь Фэйхэ, оказался скромнее ожидаемого, Хэ Сяну этого вполне хватало.
Он был твёрдо убеждён: пока Фу Цюн не выкинет фокус с новым ресурсом уровня пыльцы эльфов, победу не отнять...
— Тебя так волнует этот заводчик?
Женский голос заставил его вздрогнуть. Хэ Сян спохватился, осознав, что совершил непростительную глупость — отвлёкся прямо во время разговора с закупщиком!
Он торопливо замахал руками:
— Нет-нет, что вы! Мне просто стало любопытно...
— Я понимаю твои мысли, — сидевшая напротив женщина прикурила сигарету и мельком бросила взгляд в сторону Фу Цюна. В её тоне проскользнула прохладная категоричность: — Можешь не переживать. С такими заводчиками я работать не стану.
* * *
— В общем, я хотел узнать... Тебе случаем не нужны роботы по индивидуальному заказу?
Фу Цюн от неожиданности замер.
Ему и в голову не могло прийти, что президент Юнь искал его ради подобного вопроса.
Да, главной причиной, по которой глава Корпорации Юнь так отчаянно пытался завязать разговор с Фу Цюном, было банальное желание получить заказ!
Хотя ресторанный бизнес являлся основным направлением компании, сам Юнь Фэйхэ к кулинарии был абсолютно равнодушен. Напротив, он питал страсть, абсолютно не вязавшуюся с его статусом генерального директора — обожал конструировать роботов.
Более того, его тянуло к созданию узкоспециализированных, странных механизмов, пригодных к эксплуатации лишь при самых экзотических условиях.
Разумеется, подобный хлам никому не требовался. Наблюдая, как его «великие изобретения» покрываются пылью на складе, Юнь Фэйхэ погрузился в глубокую хандру.
Пока не наткнулся на трансляцию Фу Цюна.
В тот момент президент Юнь осознал: его мастерству наконец-то найдётся достойное применение!
Это же освоение целой планеты! Там гарантированно потребуются самые диковинные роботы, разве нет?!
Сбросив прежнюю замкнутость и раздражение, он уставился на Фу Цюна с горящим энтузиазмом:
— Любые модели, которых нет на рынке, — я сделаю всё!
Фу Цюн на мгновение задумался, и в памяти действительно всплыла одна проблема.
Дамба из рыбьих костей.
Эта конструкция была гигантской, но чрезвычайно хрупкой: задень её неудачно — и вокруг поднимется туча костной пыли. Для транспортировки требовался мощный экскаватор. Но обычные тяжелые машины с рынка не могли работать под водой, а подводные модификации обладали смехотворным объёмом ковша.
Существовал ещё один вариант — купить полноценное грузовое судно.
Однако этот путь грозил пробить огромную брешь в бюджете. Фу Цюн никак не мог решиться на подобную покупку, ведь тогда рацион Буина и Нипу пришлось бы снова урезать до низкокачественных звёздных камней.
Стоило ему обрисовать задачу в общих чертах, как Юнь Фэйхэ без колебаний согласился. Они мгновенно пришли к согласию.
Президент Юнь просиял, чувствуя, что сделал первый шаг к своей мечте, и с широким жестом объявил:
— Если в будущем возникнут какие-то неразрешимые проблемы — сразу иди ко мне. Чем смогу — обязательно помогу!
Услышав это, Фу Цюн вспомнил недавний неразгаданный секрет. Поколебавшись немного, он всё же уступил любопытству:
— Слушай, у меня тут возник один вопрос... Возможно, немного нескромный.
Юнь Фэйхэ был в прекрасном расположении духа и готов отвечать на что угодно:
— Да без проблем, спрашивай!
Фу Цюн озвучил загадку:
— Тот аккаунт с ником «Ярый фанат адмирала Е»... это ты?
Едва слова прозвучали, как лицо Юнь Фэйхэ перекосило. На нём отразилась смесь крайнего смущения и глубокой беспомощности:
— На самом деле... это ник моей младшей сестры.
Он сделал глоток сока:
— Как видишь, семья Юнь издавна занимается торговлей, и в каждом поколении рождался лишь один наследник. Но в моём случае вышло исключение: после меня мама родила дочь — мою младшую сестру, Юнь Иньцю.
Сестрёнка росла умной и бойкой, так что отец изначально планировал передать компанию ей. Но когда ей исполнилось восемнадцать, её будто муха укусила: она заявила, что хочет отправиться в Федерацию и стать военным.
Единственная любимая дочь! Отец, понятное дело, встал на дыбы. В отместку сестрёнка переименовала все свои сетевые профили во всё, что связано с Федерацией, а заодно переписала ники и на моих аккаунтах.
— И что было дальше?
— А дальше она сбежала из дома и отправилась в Федерацию воплощать свою мечту.
Фу Цюн на мгновение лишился дара речи.
«Решительная девица, ничего не скажешь...»
Юнь Фэйхэ тяжело вздохнул:
— Вот по этой причине отношение отца к Федерации упало ниже нуля. Он наотрез запретил мне вести с ними дела. Из-за этого мне даже как-то неловко перед адмиралом Е...
Фу Цюн оживился:
— Ты виделся с адмиралом Е Сиюнем?
— Было дело... пересекались один раз, — Юнь Фэйхэ на мгновение задумался, а затем качнул головой: — Но лица я толком не запомнил. В памяти осталось только то, что у него были невероятно броские серебристые волосы.
Фу Цюн замер.
Серебристые волосы?
Странно... Разве в его воспоминаниях у Е Сиюня были не чёрные волосы?