— Алло? Слышно?! — Лаэр всё ещё с недоумением орал в терминал оптикома, когда тяжёлая ладонь опустилась ему на плечо.
Тот, чьё имя он только что поминал, возник за спиной словно из воздуха.
— Как обстановка?
Лаэр чуть не подавился воздухом:
—... Готовимся к вылету. Ты как здесь оказался?
— Прибежал, — коротко отрезал Е Сиюнь. — Был в общежитии, тут неподалёку.
Не успел он договорить, как из глубины коридора вынырнул синеволосый парень в форме военной академии, бубня под нос:
— Закончили сопли мотать? Живо на сбор...
Фраза застряла у него в горле, стоило упереться взглядом в Е Сиюня.
Е Сиюнь смерил его ледяным взором.
— А я уж грешным делом подумал, что кое-кто решит отсидеться, — хмыкнул прибывший.
Лаэр обречённо вздохнул. Опять начинается.
Синеволосого звали Лавэнь — четвёртый жилец их комнаты. Сколько Лаэр его знал, главной страстью этого типа было язвить и цеплять окружающих, а к Е Сиюню у него имелся отдельный счёт. Лаэр не вникал в истоки их вражды — да и была ли она вообще? Лавэнь с одинаковым удовольствием язвил абсолютно всем. Благо Е Сиюнь редко появлялся в расположении, так что сталкивались они нечасто, иначе свалки было бы не избежать.
При одной мысли об этом у Лаэра заломило виски. Рука сама дёрнулась ко лбу, но, заметив краем глаза, как Лавэнь набирает в грудь воздуха для новой порции яда, Лаэр молча сгрёб его за загривок и ощутимо боднул локтем под рёбра:
— Заткнись. Ты вообще обстановку не просекаешь?
Е Сиюнь даже глазом не моргнул. На его лице ясно читалось:
«Кажется, где-то только что испортили воздух»
Взгляд его, проигнорировавший подколку Лавэня, остался прикован к Лаэру:
— В секторе «Чёрной дыры» что-то стряслось?
Лавэнь, у которого от неожиданного тычка все подколки сменились шипением, согнулся в дугу. Лаэр же как ни в чём не бывало убрал руку и помрачнел:
— Да. Но экстренную тревогу объявили не из-за самой аномалии.
Он помедлил, подбирая слова, и закончил:
— Председатель не выходит на связь.
* * *
— Я против, — отрезал Фу Цюн, не задумываясь.
Не успел он договорить, как корпус корабля содрогнулся от мощного удара. Из пассажирского отсека донёсся исполненный паники вопль:
— Эта дрянь ускоряется!
— Нагоняет! Быстрее, жми на максимум!
В следующую секунду из кабины пилота вырвался яркий всплеск серебристого света. Скорость звёздного корабля скачкообразно выросла, на какое-то время оторвав их от наползающей чёрной массы.
Фу Цюн напрямую влил собственную духовную силу в топливный провод.
Пассажиры, впрочем, ничего не заметили. Избежавшие верной гибели испытуемые прильнули к иллюминаторам, глотая воздух от ужаса, а духи планет сжались в единый дрожащий ком. Лишь Рики сохранял ледяное спокойствие.
Он смотрел на клубящуюся позади тьму, и взгляд его уходил куда-то в глубину космоса:
— Принцип работы машины создания духов планет прост: вытянуть духовную силу из небесного тела и спрессовать её в человекоподобную форму. Экспериментальный отдел выбрал меня лишь потому, что потенциал планеты Рики оказался колоссальным. Но кое-чего они не учли.
Он слегка повернул голову к Фу Цюну:
— Помимо самих духов, эта машина порождает кое-что ещё. Духовная энергия планеты неизмерима. И когда подобная махина обретает разум, все её чувства — включая самые тёмные — разрастаются до невероятных масштабов.
Фу Цюн чувствовал подвох ещё с того момента, как Рики заговорил о природе духов, но до сих пор был занят пилотированием. На этих словах он не выдержал:
— К чему ты клонишь?
Словно в ответ, чёрная жижа за кормой вспучилась. Огромный сгусток на мгновение завис в пространстве, а затем щупальцами метнулся к кораблю, разворачиваясь бутоном гигантского, немыслимого цветка смерти.
Рики печально улыбнулся:
— Эта жижа... не что иное, как материализованная ненависть и боль всех планетных духов.
Договорить он не успел. Вспыхнувшая за спиной перепалка заглушила его слова. Услышав правду, испытуемые в отсеке мгновенно сорвались на визг:
— Так эта дрянь преследует нас из-за этих мелюзговых калек?!
— Вышвырните их за борт! На кону наши жизни!
Шкура, взращённая на самых низах общества, давала о себе знать. Нищие и бесправные, эти люди привыкли выживать любой ценой. Обычный алгоритм: при реальной угрозе — поджать хвост, а при поиске виноватого — разорвать любого. Парочка самых ретивых уже вскочила с мест, намереваясь направиться к углу, где съёжились духи планет.
Те с самого начала сбились в тесный клубок, молча прижимаясь друг к другу, словно замерзающие котята. Они привыкли к подобному обращению и на выкрики лишь сильнее вжали головы в плечи.
Сзади нависала смертоносная тьма, Фу Цюн боролся за каждую секунду жизни, а те, кого он спасал, готовы были перегрызть друг другу глотки.
Абсурд, доведённый до предела.
Рики с горьким интересом наблюдал за этим зрелищем:
— Впрочем, без ядра эта масса не смогла бы разрастись до столь чудовищных размеров. Вся эта дрянь сбежалась на меня. Так что претензии вам стоит предъявлять мне, ведь главный виновник... ух!
Закончить мысль ему не удалось. Фу Цюн утопил педаль тормоза в пол.
Корабль, шедший на предельной скорости, встал как вкопанный. От чудовищного инерционного рывка Рики прикусил язык, а пассажиры в салоне с дикими криками полетели на пол, образовав барахтающуюся кучу-малу.
Пока все приходили в себя, Фу Цюн уже покинул кресло пилота. Напрягая волю, он развернул снаружи барьер духовной силы, сдерживающий напор тёмной жижи.
Он подошёл к Рики. Маленький дух поднял на него глаза и, преодолевая боль, с вызовом закончил:
—... Главный виновник — я.
Вот только язык он прикусил до крови, и из глаз невольно брызнули слёзы. Едва ли этот заплаканный вид добавлял его словам угрозы.
Фу Цюн ткнул его пальцем в лоб, заставив откинуться назад, а затем шагнул к перепуганным испытуемым.
Его фигура излучала такую ледяную, властную угрозу, что в отсеке мгновенно воцарилась гробовая тишина. Фу Цюн медленно оглядел сжавшихся людей:
— С этой минуты. Кто откроет рот — вылетает за борт.
Голос был спокойным, без брани и крика, но ни одна сука в салоне не посмела пикнуть.
Утихомирив сброд, Фу Цюн повернулся к духу:
— Вся эта чернь собралась на твоей родной планете?
Рики кивнул:
— Если точнее, её притянуло моё присутствие.
Фу Цюн на мгновение задумался:
— Если увести эту дрянь подальше... тебя можно будет спасти?
Рики замёрз. Он явно не ожидал такого вопроса.
В момент крайнего риска, когда любой думал бы лишь о собственной шкуре, этот человек первым делом спросил, можно ли спасти его — духа.
В глазах Рики мелькнула тень. Он опустил голову и тихо произнёс:
—... Слишком поздно.
В его голосе проскользнула едва уловимая горечь. Фу Цюн почувствовал, как сжалось сердце: дух наверняка вспомнил Нипу.
Чернота вокруг — это выплеснувшаяся боль душ планет. Какую же бездонную обиду нужно носить в себе, чтобы породить нечто подобное?
Спустя пару секунд Рики справился с чувством и поднял взгляд:
— Жертва, о которой я говорю... это не то, что ты думаешь.
* * *
Тем временем в главном арсенале Федерации Е Сиюнь быстрым шагом двигался по ангару звёздных кораблей. Лаэр и Лавэнь еле успевали за ним.
Десять минут назад в секторе «Чёрной дыры» произошёл аномальный всплеск: зона нестабильности мгновенно разрослась вдвое, заблокировав всю группу наблюдения и разведчиков. Председатель Федерации Е Сянбэй, находившийся там с инспекцией, перестал выходить на связь.
Масштабы бедствия превышали возможности регулярного флота. Руководство Федерации пошло на крайнюю меру — объявило экстренную мобилизацию среди лучших выпускников военной академии.
Если бы Е Сиюнь не был в ссоре с отцом, он увидел бы этот приказ в первую же секунду.
Для выполнения задачи курсантам выделили лучшие корабли из секретных резервов, поэтому путь к взлётным докам пролегал через глубокие подземные горизонты.
Е Сиюнь и Лаэр шли молча. У обоих не было ни малейшего желания разговаривать. Лавэнь долго терпел, но под конец не выдержал и ткнул Лаэра в локоть:
— Слушай... Если старик действительно склеит ласты, наш адмиральский сынок быстро вылетит из обоймы.
Лаэр развернулся и влепил ему ощутимую затрещину:
— Заткнись, каркающий урод.
Лавэнь от неожиданности едва не носом прорыл пол:
— Да я дело говорю! Ты же знаешь манеры Председателя — для него существует только Федерация. Под его властью всё цвело и процветало, а в тени накопилась такая куча врагов, что после его гибели Е Сиюня просто сожрут.
У Лаэра уже дёргался глаз. Бросив быстрый взгляд вперёд и убедившись, что Е Сиюнь не слышит, он без лишних слов сцапал Лавэня за щеку и сжал пальцы, превращая любое слово в бессвязное мычание:
— Ы-ы-ы...
— Опять сюсюкаешь? — буркнул Лаэр и отпихнул его.
Лавэнь молча обиделся.
Е Сиюнь сдержанно кашлянул, призывая их к порядку:
— До воздушного дока пара шагов. Согласно инструкциям...
Голос его звучал ровно, но Лаэр чувствовал: за этой маской скрывается колоссальное напряжение. Стоя у шлюза перед самой посадкой, Лаэр не выдержал и спросил:
— Ты... как ты вообще?
В отличие от зубоскала Лавэня, Лаэр отлично понимал: там, в бездне «Чёрной дыры», пропал не только Председатель Е.
Там остался Фу Цюн.
Е Сиюнь, уже занявший кресло пилота, на мгновение поднял глаза. Он лишь качнул головой, давая понять, что держит себя в руках.
Это молчаливое заверение отозвалось в груди Лаэра тяжёлой, ледяной тревогой.
* * *
За несколько минут Рики изложил суть своего плана.
У планеты Рики была особая природа: её ядро действовало как магнит для тёмной скверны — сгустков чужой боли и ненависти. Рики намеревался втянуть всю массу дегтя внутрь планеты, а затем инициировать взрыв ядра. Это уничтожило бы скверну до последней капли.
Фу Цюн быстро уловил суть:
— Ты с самого начала это задумал.
Рики чуть заметно улыбнулся:
— Можно и так сказать.
Он посмотрел на Фу Цюна, и в его глазах блеснул странный огонёк.
«Если бы Нипу не выжил... если бы я сам не встретил этого человека... я наверняка устроил бы Исследовательскому отделу небывалый сюрприз»
Но дух молчал об этом.
— В конце концов, я всё равно угасаю.
Фу Цюн вздохнул. У этого мелкого даже в критический момент находились силы для виселичного юмора. Заметив его взгляд, Рики тут же испуганно прикрыл лоб ладонью:
— Этой дряни скопилось слишком много. А люди, ничего не понимая, отправляют сюда всё новые и новые отряды. Они все в ловушке. Если я ничего не сделаю, они погибнут.
Он сделал паузу и продолжил уже другим тоном:
— Суть проекта «Создание Бога» заключалась в слиянии духовной силы человека и планеты. Учёные хотели пробить предел человеческих возможностей. И эксперименты доказали: наши энергии действительно способны соединяться.
Рики помедлил ещё мгновение и тихо добавил:
— Так что никакой гибели не будет. Если ты дашь мне свою духовную силу в качестве якоря, я смогу выжить, даже потеряв родную планету.
Фу Цюн выслушал его, помолчал пару секунд и отрезал:
— Ты врёшь.