Е Сиюнь оцепенел. Он молчал довольно долго, а выражение его лица менялось с калейдоскопической быстротой.
— За... зачем ты хочешь его позвать?
— Нас с адмиралом Е кое-что связывает.
Фу Цюн пролистывал интерфейс личного терминала, выуживая из самых дальних папок почтовый ящик. Письмо Ван Цзе наконец-то выплыло на свет.
— Раз уж у нас такой пир, почему бы не пригласить его? — как бы между прочим роздал он разорвавшуюся бомбу. — Глядишь, и по прорезывающемуся поводу выпьем по бокалу.
В голове Е Сиюня будто вспыхнул гигантский восклицательный знак. Он хлопнул ладонью по столу и резко поднялся:
— Исключено!
— С чего вдруг?
Фу Цюн только и ждал этой реакции. Он лениво вскинул взгляд, изобразив безупречное, едва заметное недоумение:
— Что тебя так передернуло?
Стоило словам сорваться с губ, как Е Сиюнь понял: сплоховал. Сконфуженно опустившись обратно на диван, он чуть прищурился, уловив фальшь.
Фу Цюн словно намеренно расставлял ему ловушку.
Но стоит ли взглянуть в эти абсолютно невинные глаза, как подобные подозрения рассеивались без следа. Е Сиюнь сдавленно кашлянул:
— Нет, я о том... Адмирал Е — Главный командующий. У него день расписан по секундам, вряд ли он выкроит минутку.
Фу Цюн задумчиво кивнул:
— Хм, логично.
Почувствовав слабину, Е Сиюнь тут же пошел в наступление:
— Давай лучше так: когда закончишь трансляцию, мы укомплектуем порцию и отправим в штаб Федерации. Даже если до самого адмирала еда не дойдет, он хотя бы узнает о твоём благородном порыве.
Сформулировано это было с отменной дипломатичностью: и встрече Фу Цюна с «Е Сиюнем» воспрепятствовал, и очков в глазах любимого человека перехватил.
Вот только на Фу Цюна этот манёвр не подействовал.
— Нет, — качнул головой тот. — Я пока не планирую трубить на всю Федерацию о нашем знакомстве с господином командующим.
— Тогда... что ты предлагаешь?
— Вы ведь знакомы, верно? — Фу Цюн выдержал паузу и сбросил очередной козырь: — Поделишься его личным контактом?
Е Сиюнь чуть не поперхнулся воздухом:
— Че?..
На середине выдоха он спохватился и с трудом замял вопросительную интонацию:
— Э-э... Понимаешь, у меня нет...
Он уже собрался соврать, будто не располагает контактами адмирала Е, но вовремя заметил мелькнувшее в глазах Фу Цюна сомнение. Этот взгляд прямо-таки говорил: * «Вы разве раньше не связывались через терминал?»*
Виновник замешательства, чуя за собой грешок, завис на пару секунд и в экстренном порядке выдал:
— Я никогда не выходил с ним на связь первым. В конце концов, я лишь мелкий закупщик ресурсов, а он — Главный командующий. Как-то это не по чину...
— Всё в порядке, вполне по чину, — невозмутимо парировал Фу Цюн. — Нас связывают особые отношения.
Е Сиюнь онемел.
Особые — не то слово.
В любой другой обстановке он был бы на седьмом небе от счастья, услышь такие слова из уст Фу Цюна.
Сейчас же ему хотелось прижать ладонь к лбу от раскалывающейся головной боли. С проницательностью Фу Цюна спустить дело на тормозах явно не удастся. И что делать? Где ему прямо сейчас выкопать некоего «Е Сиюня»? И уж тем более нельзя давать ему настоящий профиль...
Оставался единственный выход.
Сложно сказав себе не отступать, Е Сиюнь резко поднялся, отряхнувшись от прежней запинающейся робости:
— Ладно. Я свяжусь с ним прямо сейчас. Как только он даст добро, скину тебе контакт.
Фу Цюн едва прищурился.
Мутно всё это.
Опустив веки, дабы скрыть нарастающее подозрение, он спокойно отреагировал:
— Буду признателен.
Что бы тот ни задумал, он встретит вооружившись. Посмотрим, какую очередную штуку выкинет этот делец.
* * *
Когда Е Сиюнь вышел, Фу Цюн вернулся к дисплею терминала. Едва скользнув взглядом по первому абзацу, он наткнулся на прямую повинную:
«У меня не хватило ума распознать великого мастера. Простите мою прежнюю дерзость, искренне надеюсь на ваше великодушие».
Фу Цюн опешил.
Не представляя, кем его считала Ван Цзе раньше, он в полном недоумении продолжил чтение.
В письме говорилось, что Анке была её самым первым планетным духом, а сама планета Анке специализировалась на разведении фауны. Из-за скромного природного потенциала ранг планеты годами застревал на уровне «B».
Для любого планетарного заводчика ранг подопечного духа имел решающее значение. Поскольку Анке не блестела высокими показателями, её заводчицу, Ван Цзе, вечно ни во что не ставили.
Самой Ван Цзе на чужие насмешки было плевать, но кроткая и добрая Анке каждый раз после стычек с задирами погружалась в глубокую самоедскую печаль. Ван Цзе страстно хотела вызволить её из этого удручающего состояния, однако её собственная духовная сила не отличалась мощью — сколько бы трудов она ни прикладывала, пробить барьер между рангами «B» и «A» никак не удавалось.
Именно тогда к ней явился некий заводчик, заявивший, что знает способ повысить ранг Анке.
Он выдавал себя за страстного любителя планетных духов, якобы владеющего секретной, не подлежащей разглашению методикой. Раскрывать детали Ван Цзе он отказался, но гарантировал быстрый успех.
Ван Цзе колебалась, однако Анке пришли в нескрываемый восторг: юный планетный дух, еще не ведавший коварства мира, свято верил, будто все люди добры, как её хозяйка.
Видя такое ликование, Ван Цзе не стала возражать.
И это стало началом трагедии.
К какому ухищрению прибег тот заводчик — оставалось загадкой, но всего за одну неделю ранг планеты Анке действительно совершил прорыв до уровня «A».
Поначалу и Ван Цзе, и Анке не помнили себя от счастья. Однако спустя некоторое время состояние духа планеты без видимых причин резко ухудшилось: из недр почвы Анке хлынула едкая, невероятно агрессивная чёрная субстанция, беспощадно уничтожавшая всё живое.
Тот заводчик к тому моменту бесследно испарился. Нежная кожа Анке покрылась обширными язвами, постепенно затягивавшимися мертвыми струпами, а ранг планеты рухнул до самого дна — до категории «C».
Глядя, как её дух планеты, коего она растила словно родную дочь, угасает на глазах, Ван Цзе потеряла всякую способность гневаться. Ей движимо было лишь одно желание — найти спасение для Анке.
В Ассоциации откуда-то пронюхали о её беде и вышли на связь сами. Представители заявили, будто Экспериментальный отдел проявляет животрепещущий интерес к случаю Анке и, возможно, располагает средствами для излечения.
Её команда ликовала, но, к общему изумлению, Ван Цзе категорически ответила отказом.
Она уже совершила одну роковую ошибку, и её нервы были обострены до предела. Ван Цзе подметила: сотрудники Ассоциации смотрели на планетного духа исключительно как на подопытный материал.
Отвергнув предложение Ассоциации, Ван Цзе со своей командой испробовали сотни способов, но так и не смогли совладать с чёрным бедствием. Им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как тьма метр за метром пожирает всю планету.
На этом месте Фу Цюн ненадолго прервал чтение.
Каждая строчка письма дышала отчаянной искренностью, точно утопающий цеплялся из последних сил за соломинку. Любовь Ван Цзе к её духовному чаду была неоспоримой, и Фу Цюн не мог этого не ощущать.
Он не сомневался, что Ван Цзе пыталась воздействовать на чёрные хлопья своей духовной силой, но, судя по исходу, успеха это не принесло.
И вот это выглядело странно.
Фу Цюн слегка насупился.
Неужели... только его духовная сила способна уничтожать эту жуткую дрянь?
В поисках спасения для Анке Ван Цзе без колебаний сложила полномочия планетарного заводчика и подалась в закупщики ресурсов.
Участие в текущем Турнире заводчиков также диктовалось лишь надеждой выйти на выдающихся мастеров и выведать у них способ исцеления.
Дочитав послание до конца, Фу Цюн уяснил подоплёку происходящего и набрал ответ:
[Суть дела мне понятна. Мне необходимо лично посетить планету Анке. Когда у вас найдётся свободное время?]
Не прошло и нескольких секунд после отправки, как терминал коротко вибрировал. Ван Цзе, очевидно, ни на миг не отходила от экрана:
[В любое время! Я свободна когда угодно!]
Фу Цюн сверился с расписанием: затягивать с Анке было нельзя.
Он решил отправиться туда сразу после завтрашней трансляции.
* * *
Соревнование миновало экватор, и позиции в общем рейтинге в целом устоялись. Судя по опыту прошлых лет, лидер на данном этапе с высокой вероятностью удерживал корону победителя до самого финала.
Однако в этот раз расклад оказался иным.
На сцену выскочил Фу Цюн — игрок, пренебрегающий какими-либо шаблонами. Когда зрители в чате ждали от него рывка в рейтинге, он отсиживался в тени. Когда все решали, что он сдулся, он стремительно взлетал на вершины. После нескольких таких горок аудитория попросту опешила.
Так что даже сейчас многие были убеждены: судьба чемпионства далеко не решена.
На следующий день Фу Цюн поднялся на рассвете, готовясь к выходу в эфир.
По регламенту соревнований, по завершении почасового ПК-батла заводчики обычно проводили стримы, посвящённые кулинарной обработке добытых ресурсов. Однако сам он пропустил трансляции два дня подряд, и при виде пестрящего чата — * «Наконец-то ты вернулся! Как хорошо, что я не сдался!»* — в нём проснулся лёгкий стыд заядлого «прогульщика».
Фу Цюн слегка откашлялся:
— Всем привет, давно не виделись. Сегодняшняя программа предельно проста: приготовим кое-что из морепродуктов.
Чтобы закатить полноценный пир, Фу Цюн потратился на славу: приобрёл сразу два абсолютно новых кухонных гарнитура, полный набор утвари от кастрюль до сотейников, а также заказал у Юнь Фэйхэ особый автоматический рыболовный агрегат. Ещё до начала эфира он успел выудить целую кучу свежайших крабов и рыбы.
Этот рыболовный аппарат стал очередным плодом неуёмной фантазии президента Юнь. Помимо вымётывания сетей в пучину, он обладал абсолютно бесполезной, но забавной функцией — игровым модулем.
Что творилось в голове гениального промышленника, оставалось загадкой, но управление процессингом он оформил в виде аркады: чтобы сбросить сеть, требовалось собирать комбинации в «маджонге» на встроенном дисплее.
Фу Цюн: «...»
Сыграв пару раундов, он уже начал откровенно скучать, как вдруг ощутил на себе два пылающих взгляда. Обернувшись, он увидел Нипу и Буина, уставившихся на экран полными надежды глазами.
Планетные духи явно впервые соприкасались с подобными игровыми автоматами и сгорали от любопытства. Фу Цюн охотно уступил им место и отошёл в сторону, наблюдая за процессом и попутно набрасывая меню:
«Чёрный окунь — на тушение в соевом соусе, крабы — на пар, лосось — на сашими... Хм?»
В сети среди улова он внезапно приметил рыбину, которую прежде никогда не встречал. Она была абсолютно, ослепительно белой.
Когда улов вытащили на палубу, Фу Цюн отсадил белоснежную рыбу в отдельное ведро и некоторое время пристально её разглядывал. Убедившись, что этот вид ему незнаком, он достал терминал и запустил экспресс-сканирование.
Система думала почти минуту, после чего выдала скупую справку:
[Вид не определён. Токсинов не обнаружено. Пригодно в пищу]
Фу Цюн: «...»
Неужто чёрный окунь с лососем преодолели межвидовой барьер и породили гибрид?
— Что тут у тебя? — за спиной раздался голос Е Сиюня, и тот с интересом подался вперёд. — Ого, какая красавица. Вкусная, небось?
Фу Цюн выдержал паузу:
— Съедобная. Вроде как.
Е Сиюнь: «?»
Долго задерживаться на этой загадке они не стали. Буин и Нипу щёлкали уровни игры с поразительной скоростью, и свежие партии рыбы беспрепятственно поступали на спину Чёрного кита. Вдвоём они быстро взялись за разделку.
Набрав достаточный объём улова, Фу Цюн отобрал несколько тушек для обеда, а остаток отправил в хладагрегат.
Опираясь на прошлый опыт приготовления рыбы с квашеной капустой, Фу Цюн орудовал ножом всё увереннее. Выпотрошив чёрного окуня, он пластовал тушку пополам, сделал надрезы крест-накрест, заложил соломку из имбиря и зелёного лука, отправив мясо мариноваться перед обжаркой.
Поставив крабов в пароварку, он повернулся за кулинарной лопаткой, но рука соскользнула в пустоту.
Вскинув взгляд, Фу Цюн увидел, что лопатку уже перехватил Е Сиюнь.
— Давай я! — с улыбкой вызвался тот. — Раз уж у нас такой праздник, дай и мне проявить кулинарный талант.
Фу Цюн слегка удивился.
И дело было не в том, что он возражал против помощи. Просто духи планет относились к Е Сиюню с неизменной прохладцей, и Фу Цюн полагал, что малыши найдут тысячу способов связать его по рукам и ногам.
И его догадка подтвердилась лишь наполовину.
После того случая с ранением Фу Цюна отношение Буина к Е Сиюню стало весьма двусмысленным. Нипу же, воочию познав мощь его духовной силы, проникся ещё большей настороженностью и избегал прямого столкновения.
Заметив, как тот переступает порог кухни, оба малыша обменялись взглядами, прочитав в глазах друг друга глубокое замешательство.
Работа кипела. Не зная, как лучше поступить с загадочной серебристой рыбой, Фу Цюн решил разрезать тушку пополам: одну часть отправить на пар, другую — протушить в соусе. На сашими он пока замахиваться не рисковал.
Паровая порция отправилась в кастрюлю вместе с крабами и поспела первой. Пока Е Сиюнь колдовал над тушёным окунем, Фу Цюн разложил готовые блюда по тарелкам.
Подхватив пустую кастрюлю, он шагнул к посудомойке, но, обернувшись секунду спустя, застал Е Сиюня у блюда с серебристой рыбой: тот как ни в чём не бывало отправлял кусочек пареного мяса прямо в рот.
Зрачки Фу Цюна сузились.
— Ты что творишь?!
Не помня себя, он в один прыжок очутился рядом и вцепился пальцами в его щеки:
— Немедленно выплюнь!
Е Сиюнь от столь бурной вспышки аж вздрогнул, но сопротивляться не стал и послушно приоткрыл рот.
Послушание-то он проявил, да вот Фу Цюну легче не стало: во рту Е Сиюня было пусто, что недвусмысленно означало — рыба уже проскочила в желудок.
Выражение лица Фу Цюна изменилось до неузнаваемости.
В последний раз он испытывал подобную ярость, когда Ши Цянь в безумии напал на Буина. Фу Цюн ощутил, как вся кровь приливает к голове. Выдохнув сквозь зубы, он процедил:
— Ах ты... глупый...
В лексиконе великого заводчика явно отродясь не водилось ругательств. Запнувшись на мгновение от нехватки слов, он с трудом закончил:
— Бестолочь! Это же неизученный вид! А если она ядовита?!
— Но я же видел, как ты только что тянулся за палочками. Разве ты не сам собирался её попробовать?
Е Сиюнь недоумённо хлопнул ресницами. От неожиданного порыва Фу Цюна он ещё не успел прийти в себя и смотрел абсолютно растерянно.
В голосе Фу Цюна зазвенели металлические нотки:
— Это совершенно разные вещи! Я-то не представляю особой...
— Представляешь.
Улыбка на лице Е Сиюня мгновенно погасла. Он крепко сжал запястье Фу Цюна, безапелляционно перебивая:
— Не смей так о себе говорить.
Фу Цюн оцепенел.
Встретившись с Е Сиюнем взглядом, он словно налетел на невидимую стену.
В возникшей паузе Фу Цюн первым отвёл взор. Развернувшись, он взял палочки, подхватил ломтик серебристой рыбы и на глазах у Е Сиюня отправил его в рот.
Тот дернул рукой, намереваясь помешать, но Фу Цюн властно отмахнулся.
Всё ещё не остыв от вспышки гнева, он бросил на Е Сиюня колкий взгляд:
— Займись своим окунем.
Из-за ракурса камеры эта сцена осталась за кадром, но зрители в чате всё равно уловили, что между Фу Цюном и его спутником витает странное напряжение.
За этой звенящей молчанкой готовка подошла к концу. Спустя полчаса на столе красовались пропаренные крабы, тушёный в соевом соусе окунь и свежайшее сашими из лосося.
Нипу и Буин давным-давно прибежали на восхитительный аромат, а когда трапеза официально началась, оба буквально затрепетали от предвкушения.
Буин первым отправил в рот кусочек лосося.
В ту же секунду ядрёный васаби шибанул прямо в нос. Маленький дух планеты никогда прежде не сталкивался с горчицей: от неожиданности у него из глаз брызнули слёзы, перепугав сидевшего рядом Нипу:
— Ты чего?!
— Хр-р... — всхлипнул Буин.
Нипу, сгорая от тревоги, подался ближе и только тогда разобрал задыхающийся лепет:
—... Вкусно-то как!
Чат взорвался хохотом и восторженными криками:
[Чёрт, до чего же свежий лосось!]
[Ха-ха-ха, Буин просто прелесть!]
[Ссылка! Император устал просить, подайте ссылку на покупку!]
В этот раз Фу Цюн оправдал ожидания аудитории и не спеша вывел товарный вид в интерфейс трансляции. Его личный терминал снова забился в конвульсиях от шквала заказов.
Перед объективом Е Сиюнь посмеивался вместе со зрителями, однако его взгляд то и дело возвращался к Фу Цюну.
И он не мог не заметить: то ли случайно, то ли намеренно, но Фу Цюн за весь обед так и не притронулся к тушёному окуню, приготовленному его руками.
* * *
«Что делать, что делать... Если так пойдёт и дальше, он меня обойдёт!»
В три часа ночи Хэ Сян метался по комнате из угла в угол.
По графику команды ему следовало спать, набираясь сил перед завтрашним эфиром, но сон не шёл.
Он мучился бессонницей от тревоги уже несколько дней, и по мере роста популярности стримов Фу Цюна его состояние ухудшалось. Если поначалу он просто долго не мог уснуть, то теперь проводил без сна целые ночи, что катастрофически сказывалось на его ментальном здоровье.
Хэ Сян отличался упрямым и заносчивым нравом. С самого детства он цеплялся за недосягаемые высоты, страдая крайним уровнем завышенных притязаний при весьма скромных способностях. Проще говоря — совершенно не знал себе цены, но искренне верил, будто способен на всё.
Будь это единственным его изъяном, полбеды. Но Хэ Сян к тому же признавал исключительно результат. Если цель в итоге не достигалась, он считал потраченные ресурсы, время и деньги выброшенными на ветер.
Поэтому в любом деле, встречая потенциального соперника, способного посягнуть на его положение, Хэ Сян шёл на любые подлости, лишь бы уничтожить конкурента. Он и его команда съели на этом не одну собаку.
Однако на сей раз о Фу Цюна они ломали зубы раз за разом. Начиная от блокады поставок и заканчивая банкетом с почасовым ПК-батлом — каждый их шаг вроде бы венчался успехом, но показатели Фу Цюна всё равно неизменно ползли вверх.
Теперь у них не оставалось ни единого рычага, чтобы сдержать его взлёт.
Взвинченный Хэ Сян клочьями рвал на себе волосы. Не в силах больше мерить шагами комнату, он схватил ключи и направился к помощнику.
Секретарь тоже не спал.
Они обменялись взглядами: причиной недуга обоих явно выступал один и тот же человек.
Хэ Сян не выдержал:
— А производственный отдел не может поднажать?..
— Нагрузка и так на пределе, — секретарь нервно взъерошил шевелюру. — Если давить сильнее, дух планеты просто не выдержит.
Хэ Сян вспыхнул:
— Но если мы продолжим созерцать, то гарантированно проиграем!
— Хочешь поднять урожайность ресурсов на планете?
Холодный, лишённый эмоций голос неожиданно донёсся из глубины коридора.
Хэ Сян с секретарём оцепенели, пробитые холодным потом.
Отель, где остановилась их группа, славился безупречной системой безопасности, а глухой ночью входные двери давным-давно заблокировались. Хэ Сян точно помнил: секунду назад здесь никого не было!
Таинственный голос продолжал:
— Готов ли ты заплатить любую цену ради увеличения объёмов?
Секретарь опомнился первым и хотел было призвать Хэ Сяна к благоразумию, но тот выпалил без колебаний:
— Готов.
И даже чеканно повторил:
— Лишь бы обеспечить победу, я пойду на любую цену!
Едва слетели эти слова, как из тьмы вылетела и упала на ладонь ампула.
— Препарат взвинтит продуктивность планеты.
Стоило фразе отзвучать, как леденящее присутствие безвесно растворилось, словно загадочный визитёр просто испарился.
Секретарь, не помня себя, вцепился в отвороты куртки Хэ Сяна и принялся судорожно его трясти:
— Ты совсем из ума выжил?! Слышал же: «любая цена»! Тут же невооружённым глазом видна подстава!
Хэ Сян покачнулся от толчков и, отвернув лицо, тихо пробормотал пару слов.
Лицо секретаря мгновенно одеревенело:
—... Что ты сказал?
— Я сказал: расплачиваться всё равно не мне, — огрызнулся Хэ Сян, с силой скидывая его руки. — Расплачиваться придётся духу планеты. Ампула для неё! При чём тут вообще я?!
Секретарь в шоке отшатнулся на шаг:
— Ты... ты хоть соображаешь, какую дичь несёшь?..
Он сам не считал себя праведником — большинство идей по устранению опасных конкурентов ещё в зародыше придумывал именно он. Но даже его цинизм не заходил так далеко.
— Ани ведь с нами с самого начала! Ты сам её выбрал... Неужели ты забыл, с какими словами вступал на путь заводчика?! Ты же клялся, что приведёшь нас всех к вершинам!
— Помню я! — раздражённо оборвал Хэ Сян. — Но ещё лучше я помню, сколько пота и крови вложил в этот турнир! Если мы вырвем чемпионство, то сможем войти в Павильон Поиска Звёзд и забрать дух планеты ранга «S»! Это принесёт колоссальные дивиденды!
Секретарь замер, потрясённый до глубины души. Смотря на давнего соратника, он с ужасом осознавал, что перед ним стоит совершенно чужой человек.
Ампула с алой жидкостью покоилась в ладони Хэ Сяна. В её стеклянном боку отражался его безумный, фанатичный взгляд.
— Продержаться ещё недели две... Нет, даже меньше десяти дней. Покуда мы удерживаем трон лидера, любые средства оправданы.
* * *
По завершении эфира Фу Цюн и Е Сиюнь сообща привели в порядок обеденную зону. Маленькие духи планет, сытно пообедав, совсем отяжелели и зевали, но изо всех сил пытались помогать Фу Цюну, пока тот не подхватил их под мышки и не унёс спать.
Вернувшись в гостиную, Фу Цюн застал уже чистую комнату. Е Сиюнь коротко встретился с ним взглядом, выждал секунду и с виноватым видом подступил ближе:
— Кхм... Тот человек дал согласие. Дай свой терминал, я введу контакт...
Заметив, что лицо Фу Цюна остаётся непроницаемым, Е Сиюнь опешил, мгновенно сбавил тон и осторожно потянул его за край одежды:
— Я был неправ... Пожалуйста, не держи на меня зла.