Фу Цюн открыл чертёж, долго всматривался в него, но так и не смог разобрать детали.
Схема состояла из двух ключевых значков: один — округлый, поразительно напоминавший капсулу, второй — какой-то продолговатый предмет. Оба изображения были выполнены в предельно схематичной манере и соединялись между собой пунктирной линией.
Рисунок выглядел слишком абстрактно. Поразмыслив и сопоставив факты, Фу Цюн пришёл к выводу, что чертёж наглядно демонстрировал принцип работы устройства: первая штуковина трансформировалась во вторую.
Раз этот файл обнаружился в памяти его коммуникатора, значит, он напрямую касался его прошлого. Проигнорировать такое Фу Цюн не мог.
Он решил начать с капсулы. Деталь казалась смутно знакомой — чем дальше он вглядывался, тем сильнее укреплялся в мысли, что точно такую же штуку уже где-то видел.
Точно. Капсула анабиоза в подвале, в которой он очнулся!
Фу Цюн спустился в подвал, вытащил из пыльного угла старый агрегат и сравнил его со значком на схеме. Совпадение оказалось полным.
Пока он соображал, как именно связаны эти вещи, объектив коммуникатора на его запястье внезапно вспыхнул. Яркий белый луч сканера медленно прошёлся по капсуле сверху донизу.
В следующее мгновение корпус анабиозного блока со скрежетом разъехался. В воздух взмыла вереница деталей; подхваченные неведомой силой, они стали стремительно перестраиваться прямо на глазах у Фу Цюна, складываясь в изящное продолговатое орудие размером почти с человеческую руку.
Чем больше элементов вставало на свои места, тем мрачнее становилось лицо Фу Цюна.
Узлы и сегменты, снятые со спасательной капсулы, собирались в крупнокалиберную снайперскую винтовку!
Минуты через три последняя деталь с тихим щелчком плотно вошла в пазы. Тяжёлая серебристо-белая винтовка качнулась в воздухе и пошла вниз. Фу Цюн вскинул руку, и оружие привычно легло в ладонь.
В голове у него будто что-то ухнуло.
Ощущение, охватившее его в этот миг, трудно было передать словами. Каждый изгиб, каждый плавный контур рукояти и приклада казались одновременно родными и чужими — словно он встретил старого друга после долгой разлуки.
Повинуясь подсознательному импульсу, Фу Цюн ловким, отточенным движением крутанул винтовку на пальце и вскинул к плечу.
Это оружие явно прошлó с ним сквозь самые суровые испытания.
Но почему винтовка была спрятана внутри анабиозного блока?
Поразмыслить над этим Фу Цюн не успел: из гостиной донёсся отчаянный, полный боли крик. Сердце Фу Цюна замерло. Мгновенно убрав винтовку, он рванулся наверх.
Кричал Буин!
* * *
Всего пятью минутами ранее в гостиной разворачивалась совсем иная сцена. Дух планеты и эльфийское яйцо восседали по разные стороны стола, всем своим видом изображая предельно серьёзные переговоры.
Буин сидел выпрямившись и строго смотрел на своего визави.
— Нам нужно поговорить, — чеканя слова, произнёс он.
«Инг?»
Яйцо недоуменно накренилось набок.
Похоже, оно вообще не понимало, чего от него хотят. Покрутившись из стороны в сторону, малыш не выдержал и воспарил над стулом, собираясь улететь в подвал к Фу Цюну.
Однако не успел он пролететь и пары метров, как Буин ловко цапнул яйцо и водворил обратно на сиденье.
— Слушай меня внимательно, — дух планеты поджал губы. — Я хочу задать тебе один очень важный вопрос.
Эльфийское яйцо, впрочем, истолковало его действия по-своему. Решив, что с ним просто играют, оно принялось весело подпрыгивать. Стоило Буину усадить его на стул, как оно тут же вырывалось и улетало в другую сторону, после чего духу приходилось снова его ловить... Вся эта суета до боли напоминала древнюю детскую забаву «поймай крота».
Буин вздохнул.
Погоняв непрошеного «крота» туда-сюда ещё пару раз, он не сдержался и напустил на себя строгий вид:
— Сиди ровно и не крутись!
Получив отповедь, яйцо обиженно затихло и послушно опустилось на место.
Видя его несчастный вид, Буин мгновенно обмяк. Он сокрушённо вздохнул и кончиком пальца осторожно коснулся верхушки скорлупы:
— Ну почему ты не хочешь выходить?
«Инг?»
От его прикосновения яйцо качнулось назад и издало растерянный звук.
— Почему ты не хочешь вылупляться? — повторил Буин. — Я же чувствую: в тебе уже более чем достаточно энергии.
Ощутив серьезность его тона, яйцо затихло. Оно ненадолго задумалось, а затем из тонкой трещинки на скорлупе неожиданно высунулись два белых крошечных коготка, похожих на липкие рисовые клецки.
На глазах у опешившего духа эти белые лапки упёрлись в края трещины и изо всех сил потянули их в стороны, пытаясь вытолкнуть скорлупу изнутри. От их неимоверных усилий узкая щель на поверхности яйца заметно расширилась.
Буин невольно затаил дыхание. Он смотрел на яйцо не мигая, боясь пропустить исторический момент.
Но торжество длилось недолго. Шли секунды, а пробить прочную оболочку малыш так и не смог. Продержавшись в таком положении с полминуты, эльф окончательно выбился из сил и разжал коготки. Скорлупа с глухим щелчком схлопнулась, а яйцо от отдачи перевернулось вверх тормашками и закрутилось на стуле, совсем ошалев от встряски.
Буин замерл.
Нарушение логики казалось очевидным: он ведь отчетливо ощущал, что энергии для вылупления малышу хватает с избытком...
И тут духа осенило.
«Неужели... дело во мне?» — пробормотал Буин, погружаясь в мрачные мысли.
И в этот самый миг всё рухнуло.
Внезапная, дикая боль прошила правый бок — будто в брюшную полость со свистом вонзилось раскалённое сверло. Буин отчаянно закричал и словно подстреленный свернулся калачиком.
Яйцо тут же подлетело к нему, тревожно запищав: «Инг-инг-инг!», но у духа не осталось сил даже на то, чтобы успокоить малыша. Сознание Буина помутилось от боли, тело потеряло опору, и он стал заваливаться на пол.
В последний момент чья-то сильная рука подхватила падающего духа.
Поспевший вовремя Фу Цюн почувствовал, как сжалось сердце при виде страданий Буина.
— Что произошло?!
Побледневший до синевы дух, ощутив родное тепло, подсознательно прижался к груди Фу Цюна. Его голос звучал еле слышно:
— Жи... живот... Ужасно болит...
Выражение лица Фу Цюна мгновенно изменилось.
Он приподнял край рубашки Буина и замер. На правом боку духа зияла обугленная дыра, которая на глазах медленно расползалась в стороны. Зрелище было жуткое.
Фу Цюну хватило одного взгляда, чтобы всё понять. Вены на его лбу вздулись, а челюсти сжались так, что хрустнули зубы.
Кто-то прямо сейчас атаковал родительскую планету Буина.
* * *
Убедившись, что в документе всё верно, Е Сиюнь поставил штамп «Утверждено», вывел внизу размашистую подпись и отложил папку в сторону. Он потянулся за следующим делом, но рука черпнула пустоту.
Адмирал замер и лишь спустя пару секунд сообразил, что на сегодня с бумагами кончено. Е Сиюнь отложил перо, откинулся на спинку кресла и тихо перевёл дух.
Работа изматывала, но труды последних дней принесли отличные плоды. Воспользувшись замешательством, вызванным покушением на Цзян Хайчжоу, Федерация нанесла стремительный ответный удар. Ассоциация Заводчиков не успела опомниться — их прежние попытки давления не просто провалились, но и стоили им огромных ресурсов. В ближайшее время эти дельцы вряд ли решатся на новые провокации.
Кроме того, благодаря Траве планетных духов, предоставленной Фу Цюном, экосистема Седьмой ресурсной планеты не просто вернулась к докризисному состоянию, но и стала гораздо богаче, что сразу же подстегнуло объёмы добычи.
Всё складывалось как нельзя лучше.
За исключением одного обстоятельства.
В памяти Е Сиюня всплыли слова Лаэра:
«Я видел имя Юнь Фэйхэ в списках гостей на банкет».
Корпорация Юнь оставалась одной из немногих гигантских структур, не запятнавших себя связями с Ассоциацией. Её глава, президент Юнь Фэйхэ, славился умением виртуозно держать дистанцию, в своё время отклонив предложения о сотрудничестве как от Ассоциации, так и от Федерации.
И вдруг он лично решает посетить банкет планетарных заводчиков.
Е Сиюнь нахмурился.
Если в сложившейся ситуации Корпорация Юнь пойдёт на сделку с Ассоциацией, положение Федерации резко осложнится.
Не одно, так другое...
Он глубоко вздохнул и устало потер переносицу.
Впрочем, гадать бессмысленно. Придётся действовать по обстановке.
Е Сиюнь собрал вещи и уже намеревался покинуть кабинет, когда на его коммуникаторе вспыхнул сигнал экстренного вызова.
— Адмирал! Чрезвычайное происшествие! — на линии был оперативник разведки Федерации. В его обычно хладнокровном голосе сквозил откровенный испуг. — Группа наблюдения, прикрывающая Фу Цюна, зафиксировала лёгкий эсминец-освоитель возле планеты Буин! Десять минут назад корабль открыл по планете огонь из плазменных орудий!
— А вскоре после начала атаки... объект наблюдения неожиданно исчез из своего дома! Судя по датчикам, он переместился через пространственную червоточину прямо на атакуемую планету!
К концу доклада голос разведчика невольно сошёл на шепот.
Лицо Главного командующего в этот момент выглядело действительно жутко.
На второй фразе оперативника аура командующего Федерацией стала ледяной до хруста.
— Я понял, — проговорил Е Сиюнь. Его голос, звенящий сдерживаемой яростью, резал не хуже клинка. Взгляд оставался острым и холодным. — Готовьте мой флагман.
Он паузы не сделал:
— Я отправляюсь на планету Буин лично.