Фу Цюн замер, не сводя глаз с прозрачной сферы. Рука сама потянулась к искрящемуся хрусталю, но он в последний миг сдержался и опустил её. Сфера дышала неровно — состояние Рики оставалось нестабильным, любой неосторожный жест мог оборвать едва зарождающуюся жизнь.
Когда первый порыв радости улёгся, внутри у Фу Цюна поднялась волна сомнений. Насколько ему было известно, гибель планетного ядра безоговорочна и обратного хода не имеет. А Рики и вовсе разорвало на три части. Даже собрав воедино все осколки, пробудить духа казалось немыслимым.
Если только... в дело не вмешалось что-то со стороны.
Фу Цюн отступил на шаг, пристально всматриваясь в хрустальную сферу, и почти сразу заметил разгадку.
— Так вот оно что... — тихо вздохнул он. — Ну и глупый же ты ребёнок.
Вокруг кокона невесомым пухом кружили едва заметные белые хлопья.
Обнаружив на планете Нипу чёрные хлопья, Фу Цюн целые недели пытался отыскать хоть какие-то следы белых — и безрезультатно. Тогда это показалось ему странным: Нипу прожил с ним о бок о бок столько времени, и пусть малыш отличался скрытным характером, он просто не мог не питать к новому дому светлых чувств.
Догадка подтвердилась. Нипу действительно собирал эти бесценные крупицы положительных эмоций, способные вернуть жизнь угасшему ядру, и теперь без остатка отдал всё до последнего мгновения.
Вряд ли он действовал осознанно. Им двигало лишь одно — тоска. А тоска, доведённая до предела, превращается в неутолимую жажду.
Из ладони Фу Цюна выскользнула тонкая серебряная нить и бережно коснулась белых хлопьев. Через эту связь он ощутил всю глубину чужой надежды — трепетной, робкой, почти отчаянной.
Самые драгоценные воспоминания Нипу спрятал на самом дне своего сожаления, до последнего веря в новую встречу.
* * *
Вернувшись домой, Фу Цюн нашел Нипу в гостиной: тот сидел на диване, поджав ноги. Ничего не объясняя, Фу Цюн лишь манил его за собой. Малыш недоуменно хлопал глазами, но послушно поплёлся следом.
Едва увидев внутри сферы формирующийся силуэт, Нипу замер.
Столько времени он жил в ненависти и метаниях, и вот наконец тучи рассеялись. С этого дня у всех его терзаний и невысказанных слов появлялся адресат.
Возможно, он просто выплакал всё раньше, но сейчас, несмотря на застрявшие в углах глаз слёзы, Нипу не уронил ни росинки. Он повернулся к Фу Цюну, весь дрожа от нахлынувшего чувства:
— Можно мне...
— Останься здесь, — понимающе улыбнулся Фу Цюн и мягко взъерошил ему волосы. — И смотри не опоздай к обеду.
* * *
Е Сиюнь сразу заметил, что Нипу не вернулся, но расспрашивать не стал. Вместо этого он спокойно перевёл тему:
— Собираешься разобраться с Хэ Сяном?
Фу Цюн удивлённо взглянул на него, но тут же расслабился и кивнул:
— Да. Судя по сведениям от Мэн Шуая, времени у нас немного.
Он вызвал интерфейс системы и открыл карточку планеты Ани. Первоначально Фу Цюн планировал отправляться туда на звёздном корабле, но, присмотревшись к координатам, удивлённо замер:
— Погоди-ка... Ани и Анке находятся в одной звёздной системе?
Выражение лица Е Сиюня на мгновение стало весьма двусмысленным.
Ещё когда он впервые услышал имена этих планетных духов, схожесть названий заставила его насторожиться. Впрочем, позже он списал всё на случайность — откуда у подобных существ понятия о родовой фамилии?
А они, оказывается, и впрямь были из одного гнезда!
Задача упрощалась в разы. Раз уж Ани соседствовала с Анке, Фу Цюну достаточно было связаться с Ван Цзе и пройти через стационарный портал. Помимо скорости, существовал ещё один неоспоримый плюс — колоссальная экономия топлива.
Ван Цзе, в своё время спалившая тонны горючего и пролетевшая сотни световых лет лишь затем, чтобы разок взглянуть на Фу Цюна: «...»
Сердце кровью обливается!
* * *
Планета Ани
Пока Фу Цюн просчитывал маршрут, на планете Ани разворачивалось молчаливое убийство.
Хэ Сян, задействовав неизвестные каналы, всё же вышел на того загадочного покровителя и умудрился вытребовать у него ампулу с препаратом.
С этого момента его будто подменили. Человек полностью погрузился в сухие цифры и графики. Растущие доходы его больше не радовали, а каждый шаг Фу Цюна вперёд и вовсе доводил до бешенства.
Всего за три дня команда привыкла относиться к капитану как к душевнобольному и старалась держаться от него подальше.
Сегодня Хэ Сян созвал всех в свой кабинет.
За его спиной на полу лежала едва дышащая олениха. На её спине распростёрлась Ани. И без того хрупкая, сейчас планетный дух выглядела кошмарно: мертвенно-бледная кожа, посиневшие губы — зрелище вызвало бы жалость у каждого.
У каждого, кроме её заводчика.
— Я докажу, что прав! — выкрикнул Хэ Сян, потрясая шприцем с маниакальным азартом, точно реликвией. — Скоро вы своими глазами увидите, на что способна эта стимуляция!
От этих слов скривился даже Мэн Шуай. Он бросил взгляд в окно: над равнинами Ани клубилась зловещая тёмная дымка.
В своё время, чтобы не тратить время на перелёты, Мэн Шуай предложил возвести прямо на равнинах планеты Ани административный комплекс. Хэ Сян идею одобрил. В итоге среди нетронутой природы вымахала высотка, где оборудовали в том числе и стриминговую студию.
Когда Хэ Сян ввёл первую дозу Ани, всё пространство за окном озарилось вспышкой. На планету словно вылили разом сотню флаконов восстановительной эссенции для планет: её энергия подскочила до предела, а ресурсы начали расти с невероятной скоростью.
Вот только самой Ани становилось хуже с каждым часом. Последние дни она не могла даже вымолвить слова.
Сейчас, слушая бредовые речи своего заводчика, Ани лишь едва заметно дрогнула ресницами. В её потухших глазах не отражался даже слепящий свет люминесцентных ламп.
Члены команды больше не могли на это смотреть. Многие отводили взгляды, а один из молодых сотрудников не выдержал и сделал шаг вперёд:
— Капитан Хэ...
Парень только недавно устроился в команду после окончания академии. Он ещё не успел избавиться от юношеского максимализма и верил в справедливость:
— Мы все расстроены тем, что не получили кубок. Но турнир окончен! Нужно уметь принимать поражения и двигаться дальше, а не истязать себя и... А-а-а!
Хэ Сян в один прыжок очутился рядом и прижал иглу шприца к его шее:
— Ещё одно слово — и ты ляжешь рядом с этой тварью!
Парень, никогда не сталкивавшийся с подобным безумием, отчаянно закивал, затаив дыхание.
Мэн Шуай, стоявший чуть в отдалении, глянул на угасающую Ани и мысленно вздохнул.
«Не вини меня. Я сделал всё, что мог. Вини Фу Цюна — это он не захотел прийти тебе на помощь...»
В следующую секунду оконное стекло с грохотом разлетелось на тысячи мелких осколков — снаружи ударил лучевой разряд!
Бронированная панель студии рассыпалась, словно была сделана из тонкого льда. В помещении поднялась паника. Мэн Шуай мгновенно нырнул за ближайшую тумбу и уставился на зияющую брешь в стене, не веря собственным глазам.
Вражеский налёт?! Федерация пошла в атаку?!
Но это была не армия. В проёме показался одинокий планетарный заводчик.
Фу Цюн висел на гибкой электронной лестнице, спущенной с челнока, и удерживал импульсный пистолет одной рукой.
Мэн Шуай застыл с открытым ртом.
Рассмотреть детали он не успел: Фу Цюн выстрелил снова. На этот раз заряд угодил аккурат в несущую балку прямо над головой Мэн Шуая. Потолок обрушился, и кусок бетона прилетел секретарю точно в затылок. Тот закатил глаза и кулём повалился на пол.
— Фу! Цюн! — взвыл Хэ Сян, стискивая раненую кисть.
В последний момент он успел прикрыться духовной силой и спас руку, но шприц выскочил и укатился куда-то под стол.
Разъярённый Хэ Сян ударил ментальной волной прямо по Фу Цюну, однако тот с лёгкостью увернулся, изменив положение на лестнице. Не успел Хэ Сян перегруппироваться для повторной атаки, как со стороны к нему метнулась тень.
Е Сиюнь словно из воздуха возник у него за спиной: в одной руке он держал обнажённый клинок, а второй прижимал к себе ослабевшую Ани.
Хэ Сян неуклюже отскочил. Е Сиюнь не стал ввязываться в ближний бой — едва противник потерял равновесие, командующий уже вернулся на челнок и встал плечом к плечу с Фу Цюном.
— С какой стати?.. — Хэ Сян тяжело дышал, выдёргивая волосы на голове. Все накопленные за недели страхи и обиды выплеснулись наружу. — Ты хоть представляешь, сколько я пахал ради этого турнира?! Почему какой-то новичок забрал первое место?!
Оба его слушателя оставались совершенно хладнокровны.
Е Сиюнь насмотрелся на подобное сполна. После той войны ему пришлось вопреки всему принять звание Главного командующего, и на его памяти от досады и рухнувших надежд ломались десятки куда более сильных людей. Он прекрасно знал: спорить с теми, чьё сознание отравлено алчностью, бесполезно.
Е Сиюнь коснулся рукава Фу Цюна, намереваясь сказать, что этот неудачник не стоит их внимания. Но едва его пальцы задели ткань, Фу Цюн сделал шаг вперёд.
Он прикрыл собой Е Сиюня, абсолютно игнорируя давящую ауру Хэ Сяна. Е Сиюнь на мгновение нахмурился, зная, как сильно Фу Цюн презирает тех, кто видит в планетных духах лишь расходный материал.
Впрочем, ответ Фу Цюна звучал предельно спокойно:
— Ты прав. Я новичок, — его глаза оставались чистыми и холодными, отражая искажённое яростью лицо собеседника. — Но тебе самому не тошно? Ты положил на кон всё, переступил через границу дозволенного — и всё равно проиграл новичку.
Е Сиюнь замер.
Его словно отбросило на десять лет назад. Первое знакомство на армейских испытаниях: Фу Цюн точно так же стоял под кроной дерева с винтовкой наперевес.
Острый, как бритва, но с затаившейся в уголках глаз непроизвольной мягкостью.
Сердце Е Сиюня пропустило удар. Он с трудом перевёл дыхание и отвёл взгляд, чувствуя, как к щекам приливает жар. Сколько бы лет ни прошло, этот человек заставлял его душу трепетать так же, как в первый день.
Речь Фу Цюна окончательно добила Хэ Сяна.
Слова попали в самую больную точку. Потеряв остатки разума, он выплеснул всю свою духовную силу беспорядочным штормом. Фу Цюн небрежно отмахнулся от этой атаки и вскинул пистолет.
Отчаянный выпад Хэ Сяна не нанёс противнику ни царапины. Поняв, что уступает по всем статьям, он окончательно слетел с нарезки. С диким воплем Хэ Сян развернулся и рванулся к лежащей на полу оленихе!
В этот миг сердце Е Сиюня ёкнуло.
Чутьё никогда его не подводило — особенно в бою. Последний раз подобное ледяное чувство опасности он испытывал во время той самой катастрофической битвы.
— Чёрт! — вырвалось у Фу Цюна. — Он решил подорвать ядро!
Ударная волна огромной силы вырвалась из окон административного здания, едва не опрокинув челнок. Е Сиюнь мгновенно забрал Ани из рук Фу Цюна, передав её на заднее сиденье, и занял кресло пилота, выравнивая аппарат.
— Чем это грозит?! — перекрывая рёв турбин, крикнул он.
— Обычно гибель духа просто превращает планету в мёртвый булыжник. Но этот препарат насильно выжал из нее всю энергию, оставив дух в нестабильном состоянии. Подорвать ядро сейчас — всё равно что поднести спичку к пороховому погребу!
Фу Цюн попытался дотянуться ментальным полем до угасающей Ани, но та не откликалась.
— В лучшем случае система получит новую чёрную дыру. В худшем... планета детонирует.
Е Сиюнь процедил проклятие.
Взрыв целой планеты — сопоставить подобное по мощности нельзя было ни с чем. Даже самое разрушительное оружие Федерации едва ли обладало половиной такой силы.
Если Ани взлетит на воздух, зацепит не только их — накроет всю звёздную систему!
Ани, до этого момента неподвижно лежавшая на заднем сиденье, неожиданно очнулась.
Она взглянула на Фу Цюна и тихо, безмятежно улыбнулась. Казалось, всё это время она не угасала, а лишь копила последние силы для одного-единственного шага. Чтобы изменить чужую судьбу.
Фу Цюн поражённо замер.
Ани оттолкнула его от себя.