Фу Цюн прикрыл глаза, не ожидая подобного поворота. За то время, пока он пребывал без сознания, события успели набрать стремительный оборот.
Ощутив, как атмосфера вокруг Е Сиюня резко охлаждается, он уловил дуновение надвигающейся бури, неизбежной в столь неловких ситуациях. Фу Цюн молча отсел немного подальше.
— И ещё… э-э…
Ван Цзе перевела взгляд и только теперь заметила его реакцию. Заранее заготовленные слова застряли у неё в горле. Развязка предыстории уже была озвучена, а что касается механического духа планеты, то об этом Е Сиюнь должен был рассказать лично. Ван Цзе помешкала, переводя взгляд с одного на другого, но, поняв, что адмирал не намеревается открывать рот, лишь слегка откашлялась и вкратце обрисовала суть произошедшего.
Выслушав её, Фу Цюн нахмурился.
Планета Войны, механический дух, неожиданная лихорадочная закупка ресурсов Ассоциацией… Столько странных событий, сплетённых воедино, недвусмысленно намекали на зреющий заговор.
Ассоциации, контролировавшей подавляющее большинство планетарных заводчиков, никогда не недоставало запасов. Раз уж она пошла на подобный шаг, дело наверняка касалось Планеты Войны. Похоже, это «секретное оружие» требовало колоссальных энергозатрат.
Впрочем, глубоко погружаться в размышления Фу Цюн не стал — перед ним всё ещё стояла окровавленная Ван Цзе. Сказав ей несколько успокаивающих слов, он оперативно вызвал медицинскую бригаду, чтобы девушку забрали на осмотр.
— По-моему, Лавэнь меня надул.
Едва Фу Цюн закрыл дверь и повернулся, до него донеслось это абсолютно бесстрастное заявление.
Фу Цюн глянул на лицо Е Сиюня и невольно хмыкнул: атмосфера вокруг адмирала накрахмалилась так, что его взглядом можно было охлаждать напитки вместо льда.
Надув губы, Е Сиюнь недовольно пробормотал:
— Когда он сам вызвался стать внедрённым агентом, я сразу заподозрил неладное. С чего бы этому тирану проявлять такое бескорыстие и рисковать шкурой ради Федерации? Всё было спланировано заранее!
Он сдавленно хмыкнул:
— Небось рассчитывал дождаться, пока мы с Ассоциацией истощим друг друга в мясорубке, чтобы потом прийти на всё готовое и завалить весь обитаемый космос фабриками солёных закусок! Проклятый апологер солёного, мы с ним теперь на ножах!
Чем дальше заходили его рассуждения, тем абсурднее они звучали. Тягостное настроение Фу Цюня мгновенно рассеялось, и он вернулся в кресло, едва сдерживая улыбку:
— Прежде меня мало трогали подробности вашего прошлого, но глядя на тебя сейчас, я, пожалуй, заинтригован.
Е Сиюнь отвернулся с демонстративным «фырк».
Фу Цюню нечасто выпадал случай наблюдать его в столь ребячливом расположении духа, отчего любопытство разгоралось лишь сильнее:
— Ты что, обиделся?
—…
Спустя паузу с противоположной стороны донесся тихий отклик:
— Обиделся.
Вот как.
Фу Цюн вскинул бровь. Е Сиюнь сидел к нему затылком, скрывая выражение лица, однако каждая строптивая волосинка на его макушке буквально вопила: «Я взбудоражен и крайне недоволен!».
Вылитый пёс, замкнувшийся в собственной досаде. Милый до невозможности — так и подмывало погладить.
Фу Цюн не стал себе отказывать: протянул руку и мягко провёл ладонью от макушки Е Сиюня до самых кончиков его волос. Шелковистые прядки приятной прохладой скользнули между пальцев.
— Ну и как мне тебя утешить?
Е Сиюнь молчал, лишь подался плечом ближе, прижимаясь к его ладони.
— Ладно тебе. Всё прошлое осталось позади, да и со мной ведь всё в порядке? — Фу Цюн поддался импульсу и лёгким движением погладил его снова. — К тому же сейчас я здесь, рядом с тобой.
При этих словах Е Сиюнь повернул голову. Его взор встретился с тёплым, лучащимся смешинками взглядом.
Сколько бы бурь ни бушевало в прошлом, в это самое мгновение он находится рядом.
«…!»
У Е Сиюня перехватило дыхание. Впервые в жизни он столь отчётливо ощутил каждый оглушительный удар собственного сердца.
Он поспешно отвёл глаза, но тут же не удержался и снова метнул короткий взгляд на Фу Цюня, после чего вновь отвернулся, точно от вспышки тока. Наконец он выдохнул:
— Я…
В следующую секунду крыша дома просто улетела.
Е Сиюнь на мгновение оцепенел, не в силах осознать произошедшее.
Это была его резиденция, самое сердце Федерации. И пусть уровень её безопасности уступал оружейным складам, проникнуть сюда незваным гостям казалось немыслимым. На пороге собственного дома человек невольно расслабляется, тем более в присутствии того, кто занял всё его сердце.
Внезапный удар застал Е Сиюня врасплох.
Потребовалось добрых две секунды, чтобы до сознания дошёл смысл случившегося. Здание за мгновение превратилось в руины под открытым небом, а через зияющий пролом в потолке опустился луч потустороннего света. Он мгновенно окутал Фу Цюня и с непреодолимой силой потянул его вверх, в поднебесье.
Зрачки Е Сиюня сузились.
Дальнейшее происходило на грани чистых инстинктов. Чёрная духовная сила хлынула из него мощным потоком, за считаные мгновения вымахав в грозного дракона толщиной в несколько метров. Исполинский хвост с хищным свистом рассек воздух и наотмашь ударил по лучу —
Бум!
Столкновение отозвалось оглушительным лязгом, словно ударились два стальных монолита. Чёрная духовная сила распалась от грандиозной отдачи, однако световой столб не получил ни единой царапины.
Е Сиюнь жадно, глубоко втянул воздух.
Остатки хладнокровия подсказывали: нападение было выверено до мелочей, враг просчитал каждый его шаг. Вызволить Фу Цюня прямо сейчас граничило с невозможным, разумнее всего было отступить, перегруппироваться и разработать план…
Так было ровно до той секунды, пока он не поднял взор на сам источник захватного луча.
Прямо над Федерацией бесшумно покоилась планета — непроглядно-чёрная, жуткая.
Она подступила так близко, что заслонила собой почти семьдесят процентов небосвода, оттеснив редкие звёзды к самым крайкам ночной тьмы. Невооружённым глазом на её поверхности проглядывали очертания бесчисленных конструкций.
Сомнений не оставалось: перед ними стоял главный козырь Ассоциации, о котором упоминали Юнь Вэй и Ано, — Планета Войны.
Сама её колоссальность уже являлась оружием. Никакие элитные флотилии Федерации, никакие армады не могли сравниться с этим чудовищным монолитом. Один лишь её вид внушал первобытный трепет, а уж о количестве смонтированных на ней оружейных систем не приходилось и говорить. Даже самые отважные солдаты Федерации перед лицом такой махины невольно затрепетали бы.
И дело было не в трусости — это был фундаментальный страх перед несоизмеримым величием объекта, въевшийся в саму ДНК человечества.
Световой столб увлекал Фу Цюня ввысь с невероятной скоростью. В первые же секунды тот попытался призвать духовную силу для защиты, но безрезультатно — луч обладал свойством полностью блокировать внутренние потоки энергии. Вслед за этим Фу Цюн ощутил, как окончательно отнимаются конечности.
Он зажмурился, заставляя себя сохранять предельное спокойствие. Десятка секунд хватило, чтобы оценить диспозицию: нападавшие не стремились лишить его жизни на месте.
И это наталкивало на весьма интересные выводы.
Если их удар оказался способен пробить защитный барьер Федерации, то куда выгоднее было бы обрушить сфокусированный калибр и испарить его вместе с Е Сиюнем. Или, на худой конец, уничтожить оружейные склады, нанеся сокрушительный урон военной мощи столицы.
Но противник поступил иначе.
Защитный купол Федерации не был бумажным — он обладал функцией автономной регенерации. Даже пробитый, он восстанавливал целостность за считаные секунды. Стоило Федерации прийти в себя, и повторить подобный трюк врагу бы уже не позволили.
Потратить драгоценную внезапность первого удара на то, чтобы просто похитить его живым… В этом не было логики.
Если только… им не требовалось достигнуть определенной цели, напрямую связанной с его персоной.
Цели настолько приоритетной, что ради неё нападавшие предпочли жертвой поставить тактическое преимущество.
Ограниченный в движениях и лишённый духовной силы, Фу Цюн понимал, что вырваться сейчас не сумеет. Он опустил взгляд, намереваясь подать Е Сиюню знак не глупить.
И как раз в этот миг их взгляды пересеклись.
Ночь вступала в свои права. Красная звезда спала, а усечённая полусфера искусственной Луны пугливо забилась в самый угол небосвода. На её фоне лицо Командующего Федерацией выглядело бледнее и холоднее лунного света.
У Фу Цюня ёкнуло сердце.
Этот взгляд был ему слишком хорошо знаком — точно так же Е Сиюнь смотрел на него, когда явился после инцидента на планете Нипу.
Спустя две секунды молчаливого контакта Е Сиюнь, похоже, принял решение. Он тихо выдохнул, и в воздухе над руинами начал формироваться гигантский фантом, сформированный из чёрных сигнальных линий.
«?! Он что, с ума сошёл?!»
Фу Цюн замер от изумления.
Он собирается призвать меху прямо здесь?! В самом сердце столицы?!
Фу Цюн метнул взгляд по сторонам — боже правый, если эта махина ступит на землю, от резиденции и окрестных кварталов останется только мокрое место!
Чёрный сияющий поток разгорался всё ярче, обрисовывая исполинские контуры. Проекция наливалась мощью, грозя превратиться в катастрофу. Фу Цюн, не выдержав, крикнул изо всех сил:
— Не смей!..
Луч, как выяснилось, не глушил акустику, и его возглас долетел до Е Сиюня без помех. Адмирал вздрогнул и замер.
Тот, кто управлял Боевой планетой, наверняка находился поблизости. Фу Цюн не мог позволить себе лишних слов — пойми противник неоднозначность их отношений, его тут же превратили бы в рычаг давления. Посему он лишь отчаянно закрутил головой, пока окончательно не вылетел из поля зрения Е Сиюня, пытаясь передать мысль на одном лишь интуитивном доверии:
«Со мной всё будет в порядке. Поверь мне, я справлюсь».
Е Сиюнь неотрывно смотрел ему вслед.
В глубине его глаз застыла непроглядная тьма — казалось, вся безысходность этой ночи сгустилась в его зрачках.
Контуры мехи уже полностью сформировались, повиснув над городом грозной тенью. Е Сиюнь положил ладонь на рукоять меча…
Но в последний миг так и не нанёс удар.
* * *
Лишь когда его затянуло в глубь Планеты Войны, Фу Цюн смог перевести дух.
Он поднял голову: световой столб продолжал увлекать его всё выше, в самое чрево искусственного небесного тела.
Внутреннее устройство Планеты Войны превосходило любые описания. Переплетения невероятных трубопроводов формировали настоящий техногенный лабиринт. Здесь не царил полумрак — сквозь прозрачные стенки магистралей текла неопознанная флуоресцирующая жидкость. Судя по сечению и разводке, эта субстанция питала многочисленные орудия на поверхности Планеты Войны.
По мере подъёма скорость луча постепенно снижалась. Фу Цюн сделал глубокий вдох.
Интуиция подсказывала: ровно через мгновение он предстанет перед Председателем Ассоциации.
Раздался лёгкий щелчок, и луч аккуратно опустил его в капсульное помещение абсолютно чёрного цвета.
За время долговременного подъёма глаза Фу Цюня успели привыкнуть к темноте, позволив различить детали окружения. Бегло осмотревшись, он заметил, что конфигурация каналов на стенах кажется странно знакомой — нечто подобное ему доводилось видеть в высокотехнологичных лифтовых шахтах.
Расчёт оказался верным: в следующую секунду передняя панель разошлась в стороны, и помещение заполнил ослепительный поток холодного света, заставивший Фу Цюня зажмуриться.
Прямо перед ним стоял подтянутый мужчина средних лет в безупречном костюме, опирающийся на элегантную трость.