— Как думаешь, если я прямо сейчас сведу с Арфи дружбу — ну, такую, чтоб водой не пролить, — он, вернувшись в Небесное царство, согласится ради меня продлить Заклинание Святого Света? — спросил Се Чжи, бросив взгляд на юношу, стоявшего чуть в отдалении от толпы.
В народах континента Тина ходили упорные слухи, будто Арфи — не кто иной, как перерождение Владыки Архангелов, причем сам Папа лично подтвердил этот факт. Се Чжи полагал, что если сойтись поближе с таким славным ангелочком, тот едва ли откажет в подобной мелкой услуге.
Сена, услышав это, посмотрел на сияющего азартом Се Чжи и не сдержался:
— У тебя совести вообще нет?
Как известно, жители континента испытывали перед Богом Света и его ангелами глубочайший трепет. Перед сущностью уровня Владыки Архангелов смертные лишь возносили беспрестанные молитвы, и никому бы в голову не пришло вести себя столь беспардонно — просить высшее создание о «дружеском одолжении».
Се Чжи тяжело вздохнул, глядя на земли впадины Татар, укрытые сиянием древнего заклинания:
— Разве гордость важнее сытого желудка?
В представлении Се Чжи народ живёт хлебом насущным, и нет ничего приоритетнее, чем накормить людей досыта. С тех пор как он примерял на себя роль Императрицы, поводов для головной боли становилось всё больше. Эдак недолго и облысеть раньше времени.
Сена молча разглядывал его некоторое время, а затем тихо произнёс:
— Заклинание Святого Света питает эту землю уже полторы тысячи лет. Сколь бы ни была долга человеческая жизнь, твой век — не более столетия. Действие чар заведомо превысит срок твоей жизни. Когда магия иссякнет, ты будешь покоиться в земле уже не один век. И к кому ты тогда соберешься идти, чтобы просить Арфи о продлении?
Голос Дворецкого звучал невесомо, а взгляд казался бездонным — словно он взором пронзал толщу веков и созерцал описанное будущее. В его глазах Се Чжи отчётливо прочёл совершенное, абсолютное равнодушие ко всему сущему.
Срок жизни — вот главная пропасть, разделяющая смертного и бога.
Се Чжи не удержался от вполголоса брошенного ругательства:
— Ладно-ладно, проехали. После моей смерти — хоть потоп.
Он помолчал и лукаво прищурился на Сену:
— Судя по твоему настрою, тебе полагается безучастно взирать на то, как мир идёт ко дну. С чего вдруг ты решил заставить меня спасать его?
Это решительно выбивалось из привычного образа Сена, потому Се Чжи и задал этот вопрос.
Сена пристально вгляделся в лицо собеседника и ровно проговорил:
— Потому что впереди — полная гибель.
С этими словами он развернулся и ушёл.
Глядя ему в спину, Се Чжи мысленно кивнул: похоже, так называемое «бедствие», о котором твердил Сена, затрагивало самого Дворецкого самым прямым образом.
* * *
После ухода Сена принц Херман увлёк Се Чжи и отряд игроков к обширному поместью.
Прежде эта усадьба принадлежала местному дворянину: к ней прилагались сотни гектаров угодий и толпы крестьян, гнувших спину на господской земле. Теперь же всё это имущество перешло Се Чжи — Херман без колебаний передал поместье Императрице, чтобы тот обустроил здесь опытные поля и жильё для своих таинственных подчинённых.
Окинув взглядом раскинувшиеся угодья, Се Чжи удовлетворенно улыбнулся. Земли после недавнего сбора урожая стояли непахаными, так что у бедолаг-игроков появлялся отличный шанс размять косточки.
— Какая же тут благодать! Теплынь, красота, да ещё и горячие источники есть! Эх, остаться бы тут жить... В нашей мерзлявой столице сейчас можно только дуба врезать да сопли на кулак мотать, — расплылся в блаженстве один из только что прибывших игроков.
— Как же мне фартануло с этим квестом! И очков вклада сгреб кучу, и на курорт за счет системы сгонял. Не то что мои кореша — до сих пор в столице по улицам шастают, воришек ловят да святым духом питаются.
Слушая восхищённый щебет игроков, Се Чжи еле сдерживал усмешку. Нравится пейзаж? Вот и отлично — будете пахать здесь до седьмого пота.
В то же мгновение перед глазами игроков вспыхнуло системное уведомление:
[Задание: Вспахать и засеять все земли в течение трёх дней, использовав самый быстрый, эффективный и экономичный способ.]
Осознав, что перед ними очередной практический квест, игроки, сверяясь с маркерами интерфейса, гурьбой посыпались к управляющему усадьбой за инвентарем. Разобрав мотыги, они с энтузиазмом высыпали на поля.
Крестьяне, жившие при поместье, высыпали из лачуг поглазеть на диковинное зрелище: отродясь им не приходилось видеть, чтобы такая орава нарядных, холёных юношей и девушек взялась горбатиться на их полях.
— Боже Святого Света! Клянусь, за всю жизнь я не видел ничего подобного!
— Вы только гляньте на их кожицу, на их одежку! Это ж чисто благородные господа! Кто ж додумался дворян в грязь с мотыгами выгнать?!
— Да балуются господа, точно вам говорю. Помашут железяками час-другой и бросят.
Селяне оказались абсолютно правы. Современные люди, отродясь не державшие в руках сельхозинвентарь, взялись за мотыги совершенно неправильно и уже спустя полчаса стонали от адской боли в пояснице.
— Всё, я пасс, так дело не пойдет, — прохрипел один из игроков, свалившись на межу.
— Спина отваливается... Я в жизни так не пахал!
— Хорош ныйть, я себе только что мотыгой по ноге съездил! Больно, сука, до слёз!
— У нас всего три дня на всё! Что делать-то?!
На полях началась массовая забастовка. Принц Херман, наблюдавший за этой чехардой издали, нахмурился. Ему казалось, что идея Яэрвэйт привлечь этих чудаков к полевым работам — чистой воды блажь.
— Ваше Величество, не лучше ли поручить пахоту местным крестьянам? А этих господ оставить лишь для отбора и подготовки семян, — не удержался от совета Херман.
По дороге сюда Се Чжи успел ушикать принца рассказами о том, как его «специалисты» умеют выводить элитные сорта семян, способные поднять урожайность до небес, — именно поэтому Херман без раздумий отдал под эксперимент лучшее поместье. Но он никак не ожидал, что Императрица заставит этих избалованных юношей лично махать тяпками.
В глазах сурового воина подобный подход выглядел бессмысленной тратой времени. Из-за этой задержки крестьяне могли упустить сроки сева, что грозило бедному урожаю и голодом.
Однако Яэрвэйт, восседавший в роскошном экипаже, лишь снисходительно улыбнулся на слова принца. Окинув взором бескрайние угодья, он спокойно произнес:
— Погоди, дядя, не спеши с выводами. Помни: лень — один из главных двигателей прогресса.
Херман понятия не имел, к чему ведет Се Чжи, но решил довериться чутью монарха.
Тем временем игроки, немного переведя дух, перешли к активным действиям. Из подвалов усадьбы выволокли пленных магов и чернокнижников, захваченных во время недавней стычки, и каждому всучили по мотыге.
— Чего вытаращились?! Ну-ка живо за работу, копать отсюда и до забора! — рявкнул на них старший группы.
— Что?! Я — великий и благородный маг! Как вы смеете принуждать меня к этому черному труду?! — тут же взвился один из пленников.
Впрочем, бунт подавили на корню без лишних реверансов: пара увесистых подзатыльников быстро вернула колдуна к реальности.
— Какой еще «маг»? Вы теперь зэки! А ну марш на трудовую терапию, пока в расход не пустили!
Перепуганные маги и чернокнижники, помня о жутких расправах, на которые были способны эти безумцы, угрюмо поплелись ковырять землю.
Пока арестанты уныло копошились в грязи, игроки собрали оперативный совет.
— И что делать? Даже если мы выжмем из этих доходяг все соки и заставим пахать двадцать четыре часа в сутки, мы физически не успеем завершить квест за три дня, — вздохнул один из лидеров.
Не успели они закончить мысль, как со стороны поля донеслись вопли изнемогающих колдунов.
— Земля сухая, мотыга не лезет! — орал какой-то чародей.
— А магия тебе на что, бестолочь?! — гаркнул на него игрок. — Совсем мозги усохли?!
Взмыленные маги готовы были разрыдаться: да если бы у них была возможность колдовать, разве стали бы они терпеть эти издевательства?!
Поругавшись на пленников, игроки вернулись к мозговому штурму.
— Слушайте, у нас же в истории был изогнутый плуг — цюйюаньли! — осенило одного из парней. — Собрать его — пара пустяков! Запрягаем быков, встаем сзади и правим. Это же в тысячу раз проще, чем вручную землекопом работать!
— А для сева можно собрать многотрубную сеялку — лоучэ! Я в детстве у дедушки в деревне такую видел: быстро, ровно и сплошная экономия семян.
— Идея блеск! Ток один вопрос: а чертежи-то у кого есть? Как они выглядят?
Спустя минуту нужные схемы цюйюаньли и лоучэ уже были найдены в сети через встроенный интерфейс.
— Так, а крафтеры-деревообработчики среди нас есть? — выкрикнул кто-то.
В ответ народ лишь удрученно замотал головами: все топовые крафтеры остались в столице — клепать новое оружие, им было не до поездок на картошку.
— Идем к Нашей Красавице-Императрице! — принял волевое решение лидер.
Спустя пару минут принц Херман с изумлением наблюдал, как толпа игроков плотной колонной двинулась к карете Яэрвэйт. Остановившись в метре от дверцы, представитель отряда с глубоким поклоном передал наброски Се Чжи.
Едва взглянув на чертежи изогнутого плуга и сеялки, Се Чжи расплылся в довольной улыбке. Он ни капли не сомневался, что эти продвинутые геймеры выкрутятся именно таким образом.
— Какая замечательная задумка! Дядя, не желаешь взглянуть? — с улыбкой передал он листки верхом сидевшему рядом Херману.
Принц принял чертежи со сдержанным любопытством, но по мере изучения схем его глаза раскрывались всё шире, а зрачки сужались.
Даже будучи чистым военным, Херман мгновенно оценил колоссальный потенциал этих приспособлений. Сколь невероятные площади можно будет распахать! Сколько зерна вырастить!
— Ваше Величество, позвольте мне созвать мастеровых! — не дожидаясь ответа, выдохнул принц.
Се Чжи лишь кивнул.
По приказу Хермана все плотники и кузнецы усадьбы — свыше сотни человек — были немедленно поставлены на уши и переведены на круглосуточный режим работы.
Принц светился от восторга, а Се Чжи, откинувшись на бархатные подушки, тихо заметил:
— Дядя, а задумывался ли ты о том, что настанет день, когда людям не понадобятся ни быки, ни собственная мускульная сила? Механизм за десять минут распашет целое поле и засеет его без единого вздоха усталости.
— Это невозможно! — выдохнул Херман. — На такое способна разве что высшая магия!
Се Чжи посмотрел сквозь окно на игроков, которые уже опробовали первый собранный плуг:
— Поверь мне, как только им станет лень таскаться за плугом, они придумают нечто еще более удобное. Ибо лень — это истинный двигатель прогресса.
Глядя на суетящихся чужаков, принц Херман вынужден был молча согласиться.
Появление цюйюаньли произвело фурор не только среди командования, но и повергло в шок местных крестьян, наблюдавших за процессией.
— Боже Святого Света! Что это за диво?! Они... они больше не долбят землю мотыгами?!
— Пресвятые угодники! Кабы мне такую штуку, я б вдвое больше земли засеял!
— Сразу видать — господа ученые! Мы на этой земле век горбатимся, а до такого не додумались. А эти приехали — и на тебе, готовое чудо!
У крестьян от жадности перехватывало дыхание. Налоги дворян были грабительскими, и возможность обработать больше земли означала шанс спасти от голодной смерти своих детей.
К исходу второго дня, пусть плугов хватило не всем, совместные усилия быков, новоявленных механизмов и в хвост и в гриву гонимых магов дали результат: к закату все поля усадьбы были вспаханы. Игроки буквально валились с ног от усталости.
— Всё! Клянусь, я вложу все силы, чтобы ускорить наступление века пара в этом мире! Еще одна такая посевная — и я отброшу копыта!
— Завтра хоть сев, а не пахота. Слава богу, сеем пшеницу, а не рис вручную сажаем, иначе б моей пояснице пришел окончательный пиздец.
— Ох, блин, надо срочно разрабатывать механическую рисопосадочную машину!
* * *
Ночью Се Чжи с наслаждением вытянулся на перинах огромной кровати. Сена задернул плотные портьеры на панорамных окнах и, подойдя к ложу, произнес:
— Ты ведь хотел научиться управлять своей внутренней силой?
Сонливость Се Чжи сняло как рукой. Он моментально взвился на матрасе и едва не врезался лбом в подбородок Дворецкого.
Сена успел вовремя придержать его за плечи, поморщившись: эти импульсивные порывы юноши каждый раз заставали его врасплох.
— Скорей, учи меня прямо сейчас! — Се Чжи вцепился в рукав Сена, уставившись на него умоляющими глазами.
— Завтра, — холодно отрезал Дворецкий.
Се Чжи не разжал пальцев. Сена нахмурился и ледяным тоном добавил:
— Спи.
— Мать твою! — вспылил Се Чжи. — Да если б тебе в одиннадцать лет сова принесла письмо из Хогвартса, ты б хрен заснул в ту ночь!
Дворецкий лишь еще сильнее сдвинул брови: что за чушь он опять несет?
В представлении Се Чжи поведение Сена было верхом нерасторопности: если уж тот не собирался учить его ночью, нечего было и дразнить перед сном!
— Слушай, а «Аваду Кедавру» ты меня научишь кастовать? — вдруг вспомнил Се Чжи давние бредни Дадзяо Мэнмэй.
— Нет такого заклинания, — отрезал Сена. — А теперь — спать.
Свечи в спальне мгновенно угасли, и комнату затопила звенящая тишина.
* * *
На следующее утро Се Чжи поднялся ни свет ни заря, чтобы лично наблюдать за севом.
Впрочем, на полях собрались не только они: вчерашние зеваки из числа местных селян снова привалили на межу, принеся с собой чистую воду и скромную снедь для тружеников.
Одна женщина средних лет в заскорузлом от заплат платье, держа за ручонку едва научившегося ходить малыша, подошла к работающему игроку и протянула ему глиняный кувшин.
— Спаси вас Господь... Кабы не ваша помощь, я б ни за что не успела вспахать и засеять свой надел. Муж-то мой аккурат перед севом преставился, одна я осталась с дитём... — На глазах женщины блестели слезы.
Игрок замер. Искренняя горечь и глубокая благодарность, исходившие от этой NPC, казались настолько живыми и настоящими, что у парня перехватило горло. Это не имело ничего общего с сухонькими, шаблонными фразочками из обычных MMO.
В груди игрока расцвело приятное чувство от сделанного доброго дела.
— Да бросьте вы, пустяки! — вытер пот со лба парень. — Скоро Ее Величество распорядится передать вам плуги и сеялки совершенно бесплатно. Вы и одна с полем шутя справитесь.
Женщина остолбенела, а затем молитвенно сложила дрожащие, огрубевшие от труда ладони:
— Хвала Богу Света! Хвала милосердной Императрице!
Слёзы хлынули из её глаз с новой силой. О подобном облегчении она прежде не смела и мечтать.
К самому закату, когда багровое солнце уже касалось горизонта, игроки закончили засыпку последних семян.
Звуковой сигнал о выполнении задания заставил толпу взорваться радостными криками: на их игровые счета хлынул щедрый поток очков вклада.
В этот момент из экипажа вышел Се Чжи. Его золотистые волосы были сплетены в изящные косы с вплетенными белыми бутонами, а белоснежное платье придавало образу удивительную мягкость, сглаживая привычную царственную строгость.
Сена бесшумной тенью следовал за ним. Когда они ступили на край поля, Дворецкий мягко подхватил Се Чжи за запястье.
— Направь свою силу за моим импульсом. Выпусти её всю, без остатка, — прошептал он на ухо юноше.
Се Чжи кивнул и, повинуясь направляющему импульсу Сена, полностью раскрепостил свой внутренний источник.
Словно плотину прорвало: из его пальцев выплеснулся колоссальный поток энергии. Эта волна, похожая на бескрайнее золотое море, затопила все засеянные земли до самого горизонта.
Присутствующие замерли, открыв рты: под сполохами золотого света свежезасеянные зерна прямо на глазах пустили ростки. Стебли пшеницы наливались силой, стремительно вытягиваясь вверх. Когда зелёные побеги поднялись до уровня колен, Се Чжи почувствовал, что его силы на исходе.
Однако азарт взял верх: ему захотелось узнать предел собственных возможностей. Сжав зубы, он продолжал держать поток.
Колосья набухли, налились тяжелым зерном, и спустя мгновение бескрайнее поле превратилось в штормящий океан чистого золота.
Народ ахнул. Это было не просто колдовство — это было истинное Чудо.
Ни один маг в мире не способен мгновенно вырастить урожай, ибо законы природы и увядания неподвластны смертным.
Едва пшеница окончательно созрела, принц Херман первым рухнул на колени. Вслед за ним на сухую землю повалились сотни крестьян и солдат.
В их глазах сейчас стояла не просто правительница Яэрвэйт — перед ними явился Посланник Бога Света, принесший на их землю благословение изобилия.
Херман поднял истово верующий взгляд на застывшего в лучах заходящего солнца Се Чжи:
— Вы... Вы Посланник, ниспосланный Богом Света, чтобы даровать нам дары урожая?!
Се Чжи, опустошенный до дна и готовый вот-вот шарахнуться в обморок, мгновенно преобразился. На его лице расцвела самая благочестивая, исполненная неземного величия улыбка:
— А ты как думаешь?
«Да-да, черт возьми! Ты абсолютно прав! Я — святой посланник, собственной персоной!»
У Хермана перехватило дыхание:
— Так это правда... Священный Вестник!
Принц склонил голову в глубочайшем, исполненном священного трепета поклоне.
Сена, молча наблюдавший за этой комедией со стороны, мысленно покрутил пальцем у виска: «До чего же бесстыжее создание...»
Се Чжи тем временем плавно повел руками, касаясь налитых колосьев, и произнес глубоким, грудным голосом:
— Бог Света указывает мне путь. И я верну Лител на вершину этого мира.
Народ забился в экстазе молитвы.
Сам же «посланник» едва удерживал царственную мину, понимая, что долго не продержится. Подумать только: будучи монархом, приходится еще и святошу из себя корчить!
— Наигрался? — тихо пролепетал Сена, наклонившись к его уху.
— Всё-всё, завязываем... Срочно неси меня в карету, я сейчас копыта отброшу, — так же шепотом выдавил Се Чжи.
— Ого, а сам дойти не в состоянии? — хмыкнул Дворецкий. — Ты же Посланник Бога Света, как-никак.
С величайшим трудом Се Чжи велел крестьянам приступать к сбору урожая, а сам, едва переставляя ноги, под эскортом Дворецкого поплелся к экипажу.
Едва дверца за ними закрылась, Се Чжи пластом рухнул на диван, превратившись в сдувшийся шарик.
— А только что выглядел столь благородно, — поддел его Сена.
Се Чжи косо посмотрел на него:
— Если ты не заткнешься, я прямо сейчас срисую тебе пальцы на ногах.
Сена взглянул на его ослепительное, чувственное лицо и лишь качнул головой: как человек с подобной внешностью способен нести такую ахинею?
Заметив его озадаченность, Се Чжи тихо задорно хмыкнул, а затем устало вздохнул:
— Кто бы мог подумать, что императорская работа включает в себя подработку пророком... Надеюсь, настоящий Арфи не решит меня разоблачить.
— Не разоблачит, — коротко отозвался Сена.
— Уверен? — Се Чжи глянул на него с прищуром.
Сена опустил веки, избегая его взгляда.
— Я вымотался в край... Едем в усадьбу.
— А да, пшеницу... Отдайте крестьянам половину.
С этими словами Се Чжи окончательно провалился в глубокий сон.
— Половину? — Сена тихо посмотрел на спящего. — А ты щедр.
Будь на его месте любой другой аристократ, весь этот неожиданный урожай огребли бы до последнего зернышка, не оставив беднякам и шелухи. Налоги в этих землях и так превышали половину.
Когда весть о решении Императрицы дошла до крестьян, жнувших пшеницу, те разрыдались от захлестнувшей их благодарности. Взвесив урожай с одного только му, они обомлели: вышло вдвое больше обычного! Половина от этого объема равнялась их нормальному годовому сбору!
— Боже Святого Света! Спасибо милосердной Императрице! — Крестьяне падали на колени прямо в стернь, воздевая руки к небу.
А затем с утроенной энергией принимались за работу. Если поторопиться и успеть засеять землю снова, к осени они соберут еще один богатый урожай!
* * *
Се Чжи проспал беспробудно трое суток. В окружении же ползли слухи, будто Ее Величество исчерпала всю данную Богом Света благодать ради совершения Великого Чуда и теперь пребывает в священном трансе.
Узнав об этом после пробуждения, Се Чжи лишь молча покрутил пальцем у виска. Впрочем, доля правды в этом была — вот только божество, поделившееся с ним силой, вряд ли имело отношение к Богу Света.
— Очнулся?
Едва Се Чжи открыл глаза, Сена с тихим шуршанием раздвинул тяжелые портьеры. В спальню ворвался сноп ярких солнечных лучей.
Се Чжи зажмурился, прикрывая лицо ладонью:
— Ох, слепит-то как...
— Ты проспал трое суток. Пора возвращаться к делам, — Сена аккуратно зафиксировал шторы и повернулся к ложу.
— Слабость во всем теле... — пробормотал Се Чжи, свешивая ноги с кровати. — Что происходило, пока я дрыгал ногами?
— Игроки возвели теплицы, разбили три опытных участка и вовсю заняты селекцией семян, — отпортовался Сена.
— Отличная новость, — зевая, Се Чжи ступил босыми ногами на прохладный паркет.
— Надень сам, — Сена швырнул ему белоснежные шелковые чулки.
Се Чжи оглядел золотое шитье на ткани, цокнул языком и без тени смущения натянул чулок на голень. К женскому гардеробу за эти месяцы он уже совершенно привык.
Огладив изящные, стройные ноги в шелке, он шаловливо задрал ножку, демонстрируя её Дворецкому:
— Ну как, нравится? Честно говоря, чувствую себя законченным извращенцем.
Не успел он договорить, как ему в лицо прилетел ворох нижних юбок и корсет.
— Ещё одно слово — и я пущу твои ноги на окорока, — раздался ледяной голос Сены.
Сдернув с головы кружева, Се Чжи ухмыльнулся:
— Ну-ну, без крайностей.
Дальше последовал привычный ритуал: кринолин, нижнее платье, пышные рукава-пагоды, корсет и тяжелый шлейф, поверх которых навешали целый ворох драгоценностей. Взирая на свое отражение в ростовом зеркале, Се Чжи скривился:
— Хоть убей, не понимаю местную моду. Зачем наряжать человека по образу и подобию рождественской елки?
И действительно, в полном парадном облачении он до боли напоминал пышно украшенное праздничное дерево.
— Пошли, глянем, что там снаружи, — Се Чжи подхватил сложенный костяной веер и направился к выходу.
В этот момент в дверь постучали.
— Ваше Величество, вы бодрствуете?
Сена приоткрыл створку. Начальник королевской гвардии с поклоном передал ему конверт:
— Срочное послание из столицы.
На сургуче красовалась печать Кабинета министров. Похоже, старикашки прислали ответ на его предыдущие распоряжения.
— Распечатай, — велел Се Чжи.
Сена изящным движением серебряного ножа вскрыл конверт.
Се Чжи пригляделся к строчкам, пробежал глазами по ажурному почерку и сморщился, словно от зубной боли:
— Короче говоря, там одна вода?
Первая половина письма состояла из бесконечных, изощренных приветствий и высокопарных дифирамбов — Се Чжи на мгновение показалось, что он читает не депешу от министров, а любовное послание.
Суть же сводилась к следующему: Кабинет выражал крайнее недовольство самоуправством Императрицы в отношении имущества маркиза Данлани, особенно той его части, что перешла герцогине Изабель.
Прослушав краткую выжимку, Се Чжи ядовито ухмыльнулся:
— Старые пни... Вернусь — спущу с них шкуру.
Он был твердо намерен устроить показательный суд над семейством маркиза Данлани прямо на глазах у высшего света, привлекая к расправе Церковь — чтобы прочим неповадно было.
— Похоже, я слишком долго отсутствовал в столице, и эти господа успели позабыть, кто в этой стране истинный хозяин, — тихо проговорил Се Чжи. Затем повернулся к Дворецкому: — Любезный Сена, будь добр, набросай им ответ.
Сена чуть приподнял бровь:
— Что именно написать?
— Передай им, чтобы впредь писали строго по делу и не засоряли мне мозги своей ахинеей, — отчеканил Се Чжи. Ему совершенно не улыбалось разгадывать словесные ребусы во время работы.
Стоявший у двери начальник гвардии от неожиданности едва не выронил меч: в его представлении благородная Императрица никак не могла выражаться с подобной солдафонской прямотой!
— Что ещё? — привычно уточнил Сена.
— Добавь, что принц Херман успешно очистил впадину Татар, но согласился сложить оружие и вернуться со мной в столицу. И что я принял решение передать ему верховное командование армией. Пусть сидят и переваривают, — злорадно улыбнулся Се Чжи.
Он прекрасно помнил, кто именно в свое время приложил руку к ссылке Хермана «на картошку».
Министры Кабинета даже представить себе не могли, что их аккуратный протест обернется для них разорвавшейся бомбой.
Более того, им предстояло встречать не просто юную правительницу, а облеченную божественным статусом Посланницу Бога Света.