Чтобы поднять руку на учителя, нужно применить фехтовальные приёмы, им же когда-то и преподанные. Белиар не удержался от едва заметной усмешки, разглядывая беловолосого юношу с серебряным длинным мечом в руках.
— Я пришёл поговорить о прошлом, Арфи, а не устраивать поединок.
Серебровласый падший эльф с фиолетовыми глазами ловко уклонился от выпада, а затем, будто наперед зная каждый шаг соперника, лёгким движением сжал клинок пальцами.
Беловолосый юноша ответил ледяным, не выражающим ни единой эмоции взглядом янтарных глаз. На его лице застыла суровая стужа.
— Пусть я и не помню, был ли ты моим учителем, одно знаю наверняка: всякий павший во тьму подлежит смерти!
Арфи крутанул меч; серебряная сталь вильнула извивающейся драконьей спиной. Чтобы не лишиться пальцев от лютой стужи, исходящей от клинка, Белиару пришлось разомкнуть хватку.
— Крестообразный удар: Опавший иней!
Со свистом взвились две серебристо-белые полосы. Узкое пространство мгновенно сковал мороз, и выросшие из воздуха ледяные шипы пронзили бледную кожу Белиара. По белым иглам сочилась алая кровь, окропив чистейший иней ярким багрянцем.
Прекрасный демон лишь улыбнулся. Его фиолетовые, подобные аметистам глаза с лёгкой грустью уставились на юношу.
— Знаешь, чем пытать меня чуждой тебе магией льда, я куда больше предпочёл бы принять удар магии Света, которой я лично тебя обучил.
Арфи даже веком не повёл. Проведя пальцами по серебряному лезвию, он с силой вонзил меч в землю.
В тот же миг вокруг выросла прозрачная ледяная сфера, заперев их в изолированном пространстве. Белиар прекрасно понял: юноша вознамерился пресечь любые пути к отступлению.
— Арфи, твоё нынешнее тело — вовсе не Владыка Архангелов, — произнёс падший эльф. — Так к чему эти бесполезные потуги? Тебе меня не убить.
Даже будучи на пике могущества, Арфи смог лишь запечатать его, но не уничтожить. А сейчас они оба ослаблены: один — лишь осколок души, другой — смертный человек. И ещё неизвестно, кто из них сильнее.
Белиар выдернул прошившие его плоть шипы и хохотнул:
— Что же, позволь учителю преподать тебе ещё один урок: никогда не замуровывай равного по силе врага в собственном барьере!
Окровавленные ледяные иглы со свистом чиркнули по щеке Арфи. Уклонившись от первого выпада, юноша встретил следующую атаку Белиара сотворённым из мороза клинком.
Раздался звон. От удара кристаллы льда, измазанные кровью падшего эльфа, разлетелись в пыль. Несколько алых капель пали на фарфорово-белую кисть Арфи — словно грязь осквернила драгоценный фаянс.
Когда Арфи развернулся для ответного выпада, Белиар улыбнулся — улыбка его была жуткой, соблазнительной, а в глубине глаз полыхало зловещее предвкушение.
У Арфи резко сузились зрачки. Сердце скрутила внезапная дикая боль, лишая сил. Задыхаясь, он опустился на одно колено, вынужденный опираться на ледяной меч, чтобы не рухнуть ничком.
Белиар подступил ближе и кончиками пальцев приподнял юношу за подбородок. Чёрный плащ он сбросил ещё раньше, оставшись в серебристо-белом одеянии; в этот миг он походил не на владыку демонов, а на мудреца, постигшего тайны мироздания.
Длинные, словно сотканные из лунного света волосы упали на лицо Арфи. Очаровывающий фиолетовый взор въедался в саму душу, а пальцы второй руки легко коснулись губ юноши.
— Как ты мог забыть, Арфи? Я — эльф, владеющий всеми знаниями этого мира. Мне ведомы и магия, и колдовство, и древние проклятия. А моя кровь — отнюдь не безобидный елей. Ты проявил непростительную оплошность, — тихо прошептал Белиар, глядя на него как на драгоценную, но хрупкую вазу. — До чего же мерзко... Бог Света стёр из твоей памяти каждую деталь наших прежних дней. Ничего. Когда мы спустимся в Преисподнюю, я заставлю тебя всё вспомнить. Однако... не прямо сейчас.
Белиар расстегнул верхнюю пуговицу на воротнике Арфи.
— Сперва нужно выманить сюда Бога Света, чтобы он убрался подальше от этой человеческой императрицы.
Взгляд Арфи мгновенно стал стальным и пронзительным.
— Вы задумали покушение на Её Величество?!
— Не будем о посторонних. Давай просто поболтаем о былом, пока твой Отец-Бог не явился. Ладно? — улыбнулся Белиар и прикоснулся пальцем к груди Арфи, аккуратно напротив сердца.
И именно в то мгновение ледяной барьер сокрушился. Кинжал из чистейшего льда насквозь пробил живот Белиара.
— А ты всё такой же мстительный мальчик... — пробормотал падший эльф.
Его фигура мгновенно истаяла, осыпавшись на землю соломенной куклой-заменителем.
Арфи вскинул голову к источнику ослепительного сияния и просиял:
— Отец-Бог!
И тут же поспешно добавил:
— Её Величество в опасности! Скорее, спасите её!
С этими словами он выхватил из земли серебряный длинный меч, намереваясь ринуться к Воздушному саду Императрицы. Однако не успел он сделать и пары шагов, как его с ног до головы накрыл мощнейший поток Заклинания Святого Света.
Арфи опешил.
С чего бы Отцу-Богу устраивать ему столь тщательную дезинфекцию? Неужели решил, что от него теперь несёт скверной?
Златоокий и златовласый Сена возложил ладонь на голову Арфи. Лицо его было темнее тучи: эти твари из Бездны воистину знали, на какие клавиши нажимать, чтобы вывести его из себя.
— Со мной всё в порядке, Отец-Бог, — пробормотал Арфи, прижимая руку к груди. — Проклятие крови Белиара сковывает лишь на пару минут. Главное сейчас — спасти Императрицу!
— Впредь держись от него подальше, — ровным, но полным скрытой угрозы тоном произнёс Сена, глянув на испачканную чужой кровью руку юноши, после чего развернулся и устремился к Воздушному саду.
* * *
В этот момент Се Чжи вместе с игроками уже загнал осколок души Владыки Демонов Похоти Адлайда в глухой угол.
Адлайд в жизни бы не подумал, что у горстки недоученных магов найдётся такой арсенал диковинных и безумных штуковин. Но ещё больше его бесила сидевшая на кровати «женщина», которая откровенно забавлялась, стравливая его с этой сворой, словно дикого зверя.
— Сбежать вознамерился? — Се Чжи вскинул серебряный пистолет и без колебаний спустил курок.
Грянул выстрел. Пуля угодила Адлайду прямо в ногу.
И тут же на демона посыпался целый град инженерных сюрпризов, припасённых игроками. В спальне без перерыва гремели взрывы.
Адлайд был на грани безумия. Откуда у этих проклятых смертных бесконечный боезапас?!
К тому же толпа обывателей действовала с поразительной слаженностью: разбившись на тройки, они непрерывно маневрировали, пока один из них прикрывал Императрицу. Враги рассредоточились настолько грамотно, что Адлайд не мог накрыть их одним ударом и был вынужден метаться из стороны в сторону, выматываясь до предела.
В такой круговерти ему было не то что до Императрицы — до собственной шкуры не добраться! Попытавшись применить свою главную способность — пробудить в сердцах нападавших потаённые страсти и вожделение, — демон с ужасом обнаружил, что их единственная страсть заключается в одном: забить его до смерти! А его магия лишь повесила на игроков мощный положительный бафф.
Владыка Похоти был в полном шоке. Что это за святые мученики?! Неужели у них вообще нет иных желаний, кроме как скрутить его живьём?! Ни богатства, ни власти, ни пылких красавиц?! Даже у Папы Римского душа полна тёмных помыслов, а у этих оборванцев — вообще ничего?!
В отчаянии Адлайд обрушил ментальный удар на саму Императрицу. Результат оказался предсказуем: дух Се Чжи даже не пошатнулся.
Се Чжи, глядя на стенания демона, лишь снисходительно усмехнулся. Эти игроки, входящие в топ-10 по боевому рейтингу, — закоренелые хардкорщики. О чём ещё они могут мечтать, кроме как выдать максимальный урон, первыми закрыть сложнейший рейд или заточить пуху на максимум?
Когда Адлайд окончательно пал духом, двери спальни вдруг распахнулись. Узрев в этом лучик надежды, демон обратился клубом чёрного дыма и устремился к выходу.
Лишь бы вырваться из окружения этих бесстрастных психов!
Однако уже в следующую секунду призрачный сгусток его души упёрся прямо в ладонь вошедшего Сены.
Разглядев, на кого он только что налетел, Адлайд судорожно глотнул воздух... и мгновенно лишился чувств.
Игроки, сжимавшие в руках кучу волшебных артефактов и взрывчатки, готовые в любой момент продолжить бомбардировку, от изумления вытаращили глаза.
— Вот это да! Господин Сена как всегда всемогущ! — воскликнул кто-то из них.
Они гоняли этого босса полчаса и никак не могли добить, а Сена едва появился — и уже комкает высшего демона в кулаке, словно пластилиновый шарик.
— Кажется, ты вернулся не совсем вовремя, — с лёгкой улыбкой произнёс Се Чжи, опуская серебряный пистолет и небрежно откидываясь на подушки. — Сорвал кое-кому побег.
Сена опустил взор на полуживую тварь в своей руке; в его золотых глазах полыхнула мрачная тьма.
Достав из пространственной шкатулки клетку, он небрежно швырнул туда демона, запер её и только после этого шагнул к Се Чжи.
Опустившись перед кроватью на одно колено, Сена бережно взял ладони Се Чжи в свои, внимательно осматривая его на предмет ранений. Каждое движение дворецкого было наполнено такой безграничной нежностью, заботой и трепетом, что у стоявших рядом игроков сводило челюсти от зубовной ломоты.
— Кажется, я здесь лишний... — тихо пробормотал Цюймин Чжэньнань.
— А то ты не понял, — прикрыл лицо рукой Дадзяо Мэнмэй.
Атмосфера между Сеной и Императрицей была настолько интимной, что вклиниться в неё казалось святотатством. Их присутствие явно мешало парочке излить друг другу чувства.
— Со мной всё в порядке, — проговорил Се Чжи, глядя сверху вниз на черноволосого мужчину с золотыми глазами. Он протянул руку и ласково намотал на палец смоляной локон Сены.
Затем окинул взглядом игроков, превратившихся в живые декорации:
— Вы отлично потрудились. Ступайте отдохните, вы наверняка устали.
Цюймин Чжэньнань тут же всхлипнул от умиления:
— Ах, Её Величество так добра к нам!
Остальные сопартийцы смерили его ледяными взглядами, не став разрушать наивные иллюзии дурака. Императрица просто намекнула, что третьи лишние мозолят глаза и мешают им с дворецким остаться наедине!
— В таком случае, Ваше Величество, мы пойдем!
Получив солидную кучу очков вклада и звонких монет, игроки в прекрасном расположении духа покинули королевские покои.
Едва за ними закрылась дверь, Сена взмахнул рукой. Разрушенная спальня, от которой остался лишь уцелевший остов кровати, мгновенно вернула свой прежний изысканный вид.
— Удобная магия, — хмыкнул Се Чжи, приподняв дворецкого за подбородок.
Сена поднялся и взглянул на ночное платье Се Чжи:
— Не холодно в таком наряде?
— Ничуть, — Се Чжи коснулся его щеки. — Кстати... почему у тебя такой мрачный вид с самого возвращения?
Хотя лицо Сены обычно оставалось бесстрастной маской, проницательный Се Чжи уловил исходившую от него тяжёлую, угрюмую ауру. Он догадывался, что во время отлучки дворецкого что-то произошло, и это «что-то», скорее всего, связано с Арфи.
Сена перехватил ладонь Се Чжи и прижал к своей щеке:
— Столкнулся с мерзкой тварью, у которой весьма грязные виды на Арфи.
Помолчав мгновение, он добавил:
— С его бывшим учителем.
Се Чжи опасно сузил глаза:
— Как родитель, я категорически против романов между учениками и учителями. Прикончи его.