Тысячи снарядов посыпались на поле боя градом падающих звёзд. Ослепительные вспышки разрывов слились в грандиозный огненный салют, разорвавший непроглядную тьму ночи.
К этому моменту вражеская коалиция трёх государств уже трещала по швам. Ещё при первых взрывах строй рассыпался: солдаты в панике бросились кто куда, и никакие приказы военачальников не могли остановить этот безумный побег.
А затем на позиции обрушился шквал ракетных залпов «Катюш». Несокрушимая огневая мощь стёрла оборону в порошок, похоронив высшее командование союзников под градом раскалённых осколков.
Грохот канонады и зарево пожарищ не остались незамеченными для соседних держав.
— Это... заклинание высшего круга? — потрясённо прошептал один из великих архимагов, созерцая батальную сцену в глади волшебного зеркала.
И он был не единственным. Правители всех сопредельных стран, пристально следившие за походом коалиции против Империи Лител, замерли перед магическими зеркалами своих придворных чародеев.
Исполинские взрывы сотрясали землю, оставляя на месте равнины зияющие воронки. Но ужаснее всего была непрерывность этого ада: снаряды сыпались тысячами. Подобные разрушения мог бы вызвать разве что архимаг, вычерпавший весь свой мановый резерв до капли. Но неужели Лителу потребовались столь колоссальные жертвы ради победы над коалицией?
Впрочем, вскоре до соглядатаев дошло: перед ними не магия, а смертоносное оружие неизвестной природы.
На экранах зеркал на мгновение возникла надменная чародейка Литела. Подарив наблюдателям презрительную ухмылку, она разнесла магические кристаллы вдребезги.
В залах венценосцев воцарилась гробовая тишина. Могущественные владыки сидели ни живы ни мертвы, не в силах оправиться от увиденного кошмара.
— Она нас предупреждает, — нарушил молчание чей-то глухой голос.
То было не просто предупреждение, а прямая угроза и демонстрация силы. Лителу не требовались сильные маги, чтобы обрушить на врага мощь, равную высшим заклятиям. А главное — у этого оружия не было времени на подготовку или перезарядку. Оно могло вести беспрерывный огонь сокрушительной силы.
Сердца правителей сковал липкий страх. Предложи им кто сейчас пойти войной на Лител — они отказались бы не задумываясь.
Именно этого и добивался Се Чжи. Нанести такой удар, чтобы раз и навсегда отбить у окружающих охоту к агрессии. Не обнажать клинок по пустякам, но если разить — то наповал, с сокрушительной беспощадностью.
Однако страх охватил не только венценосцев континента Тина — в трепет пришла и Церковь Света.
Священнослужители, имевшие непосредственное отношение к развязыванию конфликта, с замиранием сердца ждали исхода битвы.
По их расчётам, коалиция трёх государств если и не сокрушит Лител, то нанесёт ему тяжелейшие увечья. Тогда Церковь выступает в роли милосердного миротворца, убеждает агрессоров оставить империи шанс на выживание, а заодно наглядно демонстрирует всему миру: отступникам, отрекшимся от Святого Света, нет прощения и процветания.
И что же они увидели в итоге? Снаряды, подобно огненным метеорам, с силой заклятий высшего круга за считанные минуты превратили соединённую армию в кровавое месиво!
Лицо Папы потемнело. Морщины глубже избороздили его старческий лик. В душе святителя закипела глухая обида на Бога Света: за что Создатель так осыпает милостями Императрицу Литела? Зачем вложил в её руки силу, равную магии древних? И почему Всевышний, молчавший столетиями, решил проявить своё присутствие именно сейчас?
— У меня остался лишь этот престол... Да и у него тоже, — поглаживая резные подлокотники священного трона, тихо прошептал Папа.
Чего бы это ни стоило, он возведёт Святого сына Нию на папский престол и обеспечит ему незыблемую власть.
* * *
Тем временем герцог Бартон, едва получив депешу с фронта, пришёл в неистовое неистовство. Смерив Владыку Демонов Похоти Адлайда ошеломлённым взглядом, он выкрикнул:
— Разве я не приказывал вам сковать силами магии того лителского архимага?! Почему...
— А кто мог знать, что в руках этой девки окажется арсенал сокрушительности заклятий высшего круга? — грубо перебил его Адлайд, в чьём голосе сквозило явное раздражение. — Откуда у неё вообще столько козырей?!
Герцог Бартон тяжёлым грузом опустился обратно в кресло. Неужели придётся ждать самого Великого бедствия, чтобы нанести Императрице смертельный удар?
* * *
Эта кампания окончилась для объединённых сил сокрушительным крахом. Враг понёс колоссальные потери: реактивная артиллерия Литела развеяла прахом их строй, и теперь при одном лишь упоминании слова «Катюша» солдат охватывал животный ужас.
Впрочем, и самой Империи Лител триумф обошёлся в кругленькую сумму: за производство тысячи ракет пришлось выложить добрую половину казны, щедро разбавленную средствами из личных сбережений Её Величества.
В итоге поверженные агрессоры направили в Лител депешу с предложением о перемирии.
В пышном зале тронного замка Се Чжи пробежал глазами документ, лично доставленный посланником, и лёгкая улыбка коснулась его губ.
— Что изволит ответить Ваше Величество? — не выдержал представитель союзных держав. От загадочного молчания Императрицы, воседающей на троне, у него по спине пробегал мороз.
В следующий миг звонкий, ледяной голос Императрицы отскочил от высоких сводов:
— Поверженным странам надлежит вести себя так, как подобает побеждённым.
— Перемирие? — Се Чжи насмешливо фыркнул и непринуждённым движением разорвал грамоту пополам. — Извините, но я принимаю исключительно капитуляцию.
Лицо посла моментально пошло белыми пятнами. Он и помыслить не мог, что правительница Литела со снайперской точностью швырнёт достоинство трёх великих государств в грязь и растопчет каблуком.
— Ваше Величество! — вскричал посланник, видя, что Се Чжи собирается подняться с трона. — Побойтесь богов! Император Херст, Император Этлань и Король Ялана соединены с вами узами крови! Более того, правители Херста и Этланя приходятся вам дядьями. Окажите же им уважение!
Владетельные дома континента Тина действительно состояли в бесчисленных брачных союзах. Стоило углубиться в генеалогические дебри — и оказывалось, что все венценосцы приходятся друг другу родственниками, причём в самых замысловатых сочетаниях: по линии отца ты ему племянник, а по линии матери — двоюродный дядя. Королевские родословные представляли собой непролазные дебри.
Услышав о родстве, Се Чжи замер на месте. Посланник окрылился надеждой: сработало!
Однако Императрица лишь едва заметно склонила голову, и в её взоре блеснула ядовитая насмешка:
— О как?
От этого короткого междометия у дипломата ёкнуло сердце — слишком уж явствовало из него полное пренебрежение правительницы.
— Касательно старшинства... По линии двоюродной бабушки мне следовало бы звать их дядьями. Однако по линии покойного батюшки они мне — троюродные племянники, — Се Чжи лениво покрутил на запястье золотой браслет, продолжая с ледяным спокойствием: — Зови я их дядьями, выходит, они вероломно напали на родную империю, избивая младших. А будь они мне племянниками — получается, младшие подло восстали на старшего. Какую сторону ни возьми, достоинство ваших монархов давно испарилось.
— Так если чести всё равно не осталось, что стоит подписать акт о безоговорочной капитуляции? — Императрица чуть склонила голову набок, с наигранным недоумением разводя руками.
— Впрочем, вы вольны отказаться. Не хотите сдаваться — что ж, продолжим воевать. Благо средства у нас имеются.
С этими словами Се Чжи развернулся и величественной походкой удалился из залы.
Посланнику оставалось лишь горько усмехнуться. Лител-то продолжить войну способен, а вот три державы, чьи интересы он представлял, стояли на грани полного истощения.
Едва свита Литела покинула тронный зал, помощник дипломата в смятении шепнул:
— Господин посол... Что нам теперь делать?
— Что делать? — с тоской вздохнул дипломат. — Срочно отправлять курьеров к государям и жонглировать их решением.
* * *
Получив депеши, Император Херст, Император Этлань и Король Ялана пришли в неистовую ярость. По их мнению, отправка послов с предложением мира и без того была предельным унижением. А наглая девка из Литела мало того что отвергла руку помощи, так ещё и посмела требовать безоговорочной капитуляции!
— Воевать! На смерть! Не поверю, чтобы у Литела остался хоть один такой снаряд! — в исступлении грохнул кулаком по столу Император Херст.
Император Этлань и Король Ялана пылко поддержали соратника. Подписать бумагу о сдаче — значит навсегда очернить своё имя на всём континенте Тина!
Однако пыл монархов разбился о глухую стену протеста собственного кабинета министров. Лител в этой войне не потерял практически ничего, тогда как коалиция лишилась лучших военачальников и цвета дворянского рыцарства. Даже если правители жаждали реванша, знать и истощённая экономика не дали бы им сделать ни шагу.
Под давлением сановников венценосным упрямцам пришлось уступить. Скрепя сердце, три государя поставили свои подписи под актом о полной капитуляции.
Продолжать войну означало подписать смертный приговор собственным государствам. К тому же Империя Лител скинула оковы Церкви Света — кто знает, не решит ли их своенравная племянница сложить их головы на эшафот?
* * *
Вскорости до столицы Литела дошла вожделенная грамота.
Се Чжи остался премного доволен. Теперь перед ним встал следующий важнейший вопрос: контрибуции и репарации.
Предстояли долгие дипломатические баталии, но Се Чжи знал: позиции побеждённых ничтожно слабы, а значит, можно запрашивать самую нескромную цену.
— Кого Ваше Величество изволит назначить главой делегации? — поинтересовался кардинал Морос, исполнявший обязанности министра внутренних дел.
Се Чжи задумчиво обвёл взглядом сановников и, кивнув своим мыслям, произнёс:
— Пусть пойдёт Крис.
В тот же миг заседание огласилось хором возмущённых возгласов: «Ваше Величество, это недопустимо!»
Доводы сыпались один за другим: Крис — женщина, а женщина не вправе представлять целую империю; статус её слишком низок, да и юные лета вкупе с нехваткой опыта не позволяют доверить столь ответственный пост.
Поднявшийся шум утих сам собой, едва Императрица медленно вскинула взор. Морозный холод её взгляда заставил возмущённых вельмож мгновенно проглотить языки.
— Женщина не может представлять Лител? — тихо спросил Се Чжи. — Выходит, по-вашему, и я не вправе носить корону Императрицы?
Чиновники, только что громче всех оравшие о недопустимости назначения Крис, поспешно вжали головы в плечи.
— Говорите, статус Крис слишком низок? — Се Чжи выдержал паузу и легко кивнул: — Что ж, пожалуй, вы правы.
Оппозиционеры уж было выдохнули, собираясь закрепить успех, как Императрица продолжила:
— Крис, отныне назначаю тебя министром финансов и дарую титул виконтессы.
— Слушаюсь, Ваше Величество! — звонко и с нескрываемым трепетом в голосе отчеканила Крис.
Стоявший подле них Кортис, вынужденный доселе временно исполнять обязанности министра финансов, с трудом сдержал вздох облегчения. Слава богу, этот тяжкий крест наконец-то с него сняли!
Се Чжи тепло улыбнулся девушке:
— Этот пост изначально предназначался тебе.
Сановники опешили от столь дерзкого произвола, и под сводами залы вспыхнула новая волна протестов.
Находившийся среди них маркиз Ланс лишь сочувственно покачал головой: «Ну и дурачьё... Разве Её Величество хоть раз уступила вашим воплям? Ни за что!»
Зачем же попусту сотрясать воздух, если можно просто расслабиться и созерцать, как виртуозно Императрица проводит свою политику?
Се Чжи властным жестом оборвал гул и обратился к Крис:
— Назначаю тебя главой полномочной делегации. Ты наделяешься правом принимать любые решения на переговорах. Выжми из этих стран максимум возможного для нашей империи.
— Будет исполнено, Ваше Величество! — Крис преклонила колено.
— Собирайся. Завтра выезжаешь, — подытожил Се Чжи.
* * *
Местом проведения переговоров избрали небольшой приграничный городок Литела. Когда делегации сопредельных держав прибыли на место, их ждало немалое изумление: переговорную группу империи возглавляла женщина.
В стане союзников тут же начались ядовитые смешки и пересуды:
— Баба на троне — бабы и во власти! Скоро лителские мужики совсем под юбки заберутся. И как только терпят подобное позорище?
Члены лителской делегации слушали эти выпады с каменными лицами. Часть из них составляли бессмертные игроки, другая часть — верные сподвижники Се Чжи, так что шипение побеждённых дипломатов производило на них эффект собачьего лая.
Однако стоит дипломатам сесть за стол, как три державы на своей шкуре ощутили мёртвую хватку нового министра финансов Литела. Крис въедалась в каждый пункт договора подобно матёрой волчице, не упускающей ни единого куска добычи, и шагом за шагом вбивала оппонентов в грязь.
Итог переговоров был беспощаден: коалиция обязалась выплатить миллиард золотых монет, поставить миллион голов скота, открыть приграничные торговые порты и полностью освободить купцов из Литела от таможенных пошлин.
Скрепляя подписью этот документ, представители трёх стран сидели чернее тучи, буквально истекая кровью за каждую изъятую монету.
Крис же лишь небрежно бросила им напоследок:
— Радуйтесь, что от вас не потребовали отторжения земель и размещения наших гарнизонов.
Дипломаты так и застыли с открытыми ртами, не в силах вымолвить ни слова вслед удаляющейся виконтессе.
С тех пор по всему континенту Тина молвой разнеслась крылатая поговорка: «Можешь гневить императоров, можешь перечить Церкви, но спаси тебя боги перейти дорогу женщине из Литела».
Эта оглушительная победа не просто охладила пыл всех любителей лёгкой наживы — она подтолкнула маховик истории. Связи между державами стали стремительно крепнуть, а сам мир неудержимо устремился по совершенно новому пути развития.