Эпидемия грянула без малейшего предупреждения. Не прошло и суток, как число заболевших по всем городам Литела перевалило за десятки тысяч.
Впрочем, ни игроки, ни имперские чиновники не поддались панике. Выстроенная система противоэпидемической защиты, работавшая строго по «Руководству по борьбе с мором», отработала без единого сбоя.
В каждую провинцию заблаговременно поступили медицинские запасы: спирт, защитные маски, дезинфицирующие растворы и респираторы. Лишь держа в руках эти средства, наместники наконец осознали, ради чего Императрица в своё время заставила мануфактуры пожертвовать частью прибыли.
— Похоже, Её Величество знала обо всём заранее... — пробормотал градоначальник одного из северных округов.
И без промедления отдал приказ: наглухо перекрыть главный город провинции.
По всей стране чиновники действовали в единой связке с гарнизонными войсками. Города мгновенно брались в оцепление. Ни одной живой душе не позволялось покинуть стены, а попытки вельмож уехать прочь пресекались на корню. Стоило кому-то из аристократов устроить скандал, как его тут же брали под стражу — жёстко и без оглядки на титулы.
Наблюдая, как знатных господ без лишних церемоний волокут в пикеты, горожане припали к земле от ужаса.
— Вы что же это?! — выкрикнул кто-то из толпы, поддавшись панике. — Перекрыли ворота, чтобы мы тут всем городом в заперти подохли?!
Народ мгновенно вспыхнул. Охваченная безумием толпа рванулась к выходу.
Грянул залп. Свинцовый град и грохот огнестрельного оружия заставили людей отхлынуть обратно.
На вышку поднялся один из игроков, отвечавших за оборону сектора.
— В этом городе триста тысяч человек! — гаркнул он, перекрывая шум. — Понимаете, сколько это рабочей силы?! Если вы передохнете, представьте, какие убытки понесёт Императрица! Карантин введён ради вашей же безопасности! И ради блага всей империи!
Поняв, что языком социологии местных жителей не убедить, игрок сменил тон на более понятный:
— Захоти Её Величество от вас избавиться, она бы просто выжгла город дотла, уничтожив заразу вместе с вами еще в зародыше! А вас помещают в изоляторы, присылают врачей и дают лекарства. Императрица пытается вас спасти!
Толпа замерла, всё ещё сжимаясь от страха.
— А ну расходитесь по домам! Сидите за закрытыми дверями! Еду и воду доставят, мусор вывезут. У кого в семье появится жар — немедленно докладывать, прибудут лекари! — продолжал выкрикивать игрок. — Мне вы можете не верить, но неужели вы не верите Её Величеству?! Она — посланница Бога Света! Она дала вам сытость, дала крышу над головой! Какого черта вы сомневаетесь в той, кто перевернула вашу жизнь?!
Авторитет Се Чжи в народе был непререкаем. Явление божественных знамений, урожаи чёрного риса, отмена поборов — простые люди едва ли не молились на своего правителя.
Поколебавшись, горожане начали расходиться по домам.
— Стой, куда попёрли! Сначала заполняем опросные листы!
— Имена, адреса — все записываем! Вы тут в кучу собрались, риски зашкаливают. За вами буду следить в первую очередь! — орал игрок.
С переписью закончили лишь к полудню, но перевести дух не удалось. Игроки вместе с обученными подмастерьями отправились по кварталам — выискивать больных с жаром и сыпью, а половина гарнизонных солдат надела на спины ранцевые опрыскиватели, заливая улицы дезинфектантом.
На Лител опустилась ночь. В городах не звучал смех, не горели огни пиршеств. В зловещей тишине слышались лишь шаги патрулей да виднелись силуэты жителей, с тревогой всматривавшихся в темноту из-за плотно закрытых ставен.
* * *
В королевском дворце столицы под руководством старшей фрейлины Ке лин провели тотальную дезинфекцию. Заболевших слуг перевели в изолированное крыло, передав под наблюдение лекарей.
Се Чжи, пробежав глазами очередное донесение, с силой грохнул кулаком по столу.
"Не сходится!"
За одну ночь мор вспыхнул в двух десятках крупнейших городов империи. С точки зрения науки о распространении инфекций это было невозможно — болезнь должна развиваться очагами, переходя от одного поселения к другому. Одномоментный взрыв по всей стране означал лишь одно: Закон Мироздания нанёс прямой удар.
— Есть и хорошая новость, — подал голос Цюймин Чжэньнань.
Се Чжи мрачно кивнул. Хорошо хоть, что это оказалась натуральная оспа. Они готовились к подобному раскладу, и технологическая база для вакцинации была готова. Однако масштаб катастрофы перечеркивал все расчеты: запасов коровьей оспы катастрофически не хватало. На полную ликвидацию мора уйдут месяцы.
Се Чжи закрыл глаза, справляясь с гневом, и произнёс:
— Объявить мой указ: Лител закрывает границы. Полная изоляция.
Присутствующие ошеломлённо уставились на него.
— Ваше Величество! — подал голос кто-то из знати. — Но как же торговые караваны?! Купцы понесут разорительные убытки!
Крис нахмурилась: у империй были подписаны обязательства по крупным поставкам. Впрочем, раз такова воля Императрицы, сделками можно пожертвовать.
Министр внутренних дел Морос добавил:
— Застрявший товар может привести к банкротству крупнейших гильдий, что ударит по казне.
— У нас нет выбора, — отрезал Се Чжи, опустив взгляд. — Мы не можем допустить, чтобы мор перекинулся на весь континент.
Возражений больше не последовало.
— Дядя, примите командование над пограничными фортами, — обратился Се Чжи к принцу Херману.
— Будет исполнено, Ваше Величество, — ответил Херман и покинул залу.
Империя Лител запечатала свои земли. Ни одна живая душа не могла вступить на её территорию, ни один человек не мог сделать и шага за пределы пограничных столбов.
Соседние государства застыли в изумлении, взирая на погрузившуюся в безмолвие северную державу, где среди воющих метелей царила мёртвая тишина.
В это же время Се Чжи приступил к массовому внедрению вакцинации. Первую прививку он сделал себе сам — на глазах у высшей знати и министров.
Дворяне с ужасом следили за тем, как игла вонзается в царственную руку. Мысль о том, что жидкость, полученную от больного скота, вводят человеку, вызывала у них отропь.
Когда процедура завершилась, Сена накинул на плечи правителя мантию. Се Чжи поднялся с кресла и обвёл присутствующих ледяным взглядом:
— Приступайте. Если этой вакцине суждено убивать — я умру первым.
Следующей прививку получила наследница престола, принцесса Хервир, а за ней — ближайшие советники.
Видя это, остальные дворяне тоже подались вперёд, надеясь получить защиту, но Се Чжи небрежно оставил их ни с чем:
— Остатки препарата передать в лазареты и медицинским бригадам. Новые партии распределить между городской службой и стражей.
— Ваше Величество! — ахнули аристократы. — А как же мы?!
Се Чжи равнодушно бросил:
— Вы? Сидите по своим поместьям и не мешайтесь под ногами.
Знати оставалось лишь молча проглотить обиду.
* * *
Между тем Ния, продавший душу ради спасения друга, успел отправить письмо Се Чжи. Он умолял Императрицу вызволить Арфи из подстроенной ловушки — ведь только правитель Литела смел открыто бросить вызов Церкви Света.
Однако послание перехватили.
Герцог Бартон держал в руках конверт, скрепленный сургучной печатью. Вспыхнуло темное пламя, и бумага обратилась в пепел.
— Что слышно из Литела? — спросил он у подобострастно изогнувшегося беса-фамильяра.
— Господин, Императрица закрыла границы! — пропищал тот тонким голоском. — Никто не может ни войти, ни выйти!
— Превосходно, — губы Бартона исказились в ухмылке.
Раз империя на замке, то и вести о судьбе Арфи до Се Чжи не дойдут.
— Отправляйтесь в заснеженные земли. Верните принца Арфи.
* * *
В глухих снегах северных пустошей Арфи потерял счёт убитым чудовищам. Лишь когда перед ним возник заместитель командира Ордена рыцарей Света, он опустил запятнанный чешуей и кровью клинок.
— Тари? Зачем ты здесь? — спросил Арфи, убирая меч в ножны.
— Ваше Высочество, я прибыл по приказу Его Святейшества. Вы должны вернуться в Цитадель.
Арфи нахмурился:
— Вернуться?
— Печать Бездны ослабла, и твари хлынули из гор магических зверей. Его Святейшество просит вас лично спуститься в глубины и укрепить барьер. Все ждут вашего возвращения. Только вам под силу спасти невиновных.
Арфи понимал: от этого призыва ему не уклониться.
— Хорошо.
Уладив дела в приграничном городке, Арфи вместе с рыцарями отправился в обратный путь.
Все эти дни Ния непрестанно молился Богу Света, надеясь, что письмо дошло до Литела и Императрица успеет вытащить Арфи.
И всё же они встретились под сводами Собора.
Прошло два года. Мальчики повзрослели. Арфи вытянулся, расправил широкие плечи — его статная фигура с мечом на поясе казалась сошедшей с фресок, изображавших Владыку Архангелов.
Ния тоже изменился: золотые волосы волнами спускались до самой талии, а в глубине глаз застыла неистребимая тоска.
Взглянув на Нию, Арфи мгновенно понял, как тяжело тому приходилось всё это время.
— Зачем... зачем ты вернулся?! — выкрикнул Ния, и голос его сорвался на хрип.
Он подскочил к Арфи и со всей силы толкнул его в грудь:
— Убирайся! Проваливай! Не вернись ты, следующим Папой стал бы я! Проваливай!
Слёзы вырвались из глаз Нии, он рыдал навзрыд, ломая ногти о доспехи друга. В этом проклятом месте у него не было ни близких, ни защитников — лишь Папа, видевший в нем инструмент, да Арфи, остававшийся единственным настоящим другом. И теперь те, кого он считал своей семьей, вознамерились уничтожить этого единственного друга.
— Я должен был вернуться, Ния, — тихо произнёс Арфи.
— Убирайся! Тебе здесь не рады! — орал Ния, поворачиваясь к застывшим слугам. — Чего вы стоите?! Прогоните его! Пошёл прочь!
Он отчаянно пытался вытолкать Арфи за двери, но в следующий миг его запястье мёртвой хваткой сжал Бартон.
Не обученный воинскому искусству Ния беспомощно забился в чужой хватке. Ему оставалось лишь умоляюще смотреть на Арфи: "Беги!"
— Святой сын проявил дерзость в присутствии принца Арфи, — хладнокровно отчеканил Бартон и швырнул юношу на холодные плиты. — Увести. Десять суток одиночной камеры.
Слуги тут же подскочили к Нии, прижав его к полу.
Когда его, обессилевшего, волокли мимо Арфи, Ния прошептал:
— Арфи... иногда я так хочу, чтобы ты был хоть немного эгоистом...