Ночной свет месяца, пробивавшийся сквозь облака, омывал фигуру Се Чжи, вытягивая по земле длинную темную тень. Из залитого огнями зала, отделенного десятком метров и тяжелыми дверями, доносился лишь смутный, не режущий слух шум.
Здесь стояла относительная тишина, и Се Чжи нашел это место идеальным для приватного разговора.
— Поговорим здесь? — Се Чжи поднял взгляд на симпатичного юношу, спускавшегося по ступеням с золотым кубком в руке.
Красив, изящен, донельзя утончен. Слегка вьющиеся каштановые волосы, влажный блеск глаз — каждое движение аристократа казалось выверенным, словно по учебнику придворного этикета.
Се Чжи смерил его прохладным взглядом. «Он что, пытается меня соблазнить?» — промелькнула мысль. Впрочем, возможно, это просто избыток собственной уверенности.
— Раз Ваше Величество предпочли этот уголок, пусть будет так, — произнес молодой дворянин, окинув быстрым взором пустующий сад.
— И сколько ты готов выложить за мою технологию? — скрестив одну руку на груди, Се Чжи второй изящно распахнул дворцовый веер из слоновой кости с золотой росписью. Чуть прищуренные глаза лучились властной уверенностью.
— Ваше Величество чрезвычайно прямолинейны, — с улыбкой отозвался гость. — Позвольте сперва представиться: я герцог Империи Ило, Аранло Кристин. Можете звать меня просто Аранло.
В его глазах мелькнул лукавый огонек: дворянин прекрасно понял, что Се Чжи до этого момента понятия не имел, как его зовут.
Заметив протянутую руку, Се Чжи отрезал:
— Обойдемся без целований рук.
Ему и одного раза хватило, когда Сена прикоснулся губами к его кисти — от повторения подобного с кем-то другим просто скрутит.
Аранло состряпал наигранно-обиженную мину:
— Ваше Величество непреклонны. А ведь это лишь ни к чему не обязывающий знак почтения от джентльмена истинной леди.
Однако, столкнувшись с абсолютно равнодушным взглядом Се Чжи, герцог про себя вздохнул. Напрасно он рассчитывал легко провести юную правительницу, прибравшую к рукам всю власть в империи.
Се Чжи лишь мысленно ухмыльнулся. Подобных «зеленых чаев» и «белых лотосов» мужского пола он на своем веку повидал немало. Чтобы заставить его умилиться или почувствовать вину, умишка и красоты этого красавчика явно маловато. Вот будь он хорош собой хотя бы наполовину как Сена — тогда другое дело. А Аранло сгодится разве что для того, чтобы дурить наивных юнцов.
— Что ж, Ваше Величество, примите мои извинения за бестактность, — со вздохом уступил герцог, с показным сожалением принимая тот факт, что его шарм не сработал.
— Я не люблю ходить вокруг да около, — улыбнулся Се Чжи, неторопливо обмахиваясь веером. — Если пришли делать бизнес — выкладывайте предложение. Нет — я возвращаюсь на бал.
Он сделал шаг прочь. Ночной ветер подхватил золотистые локоны, донеся легкий аромат роз.
Аранло мгновенно перегородил ему дорогу, выставив вперед золотой кубок:
— Простите мою поспешность, Ваше Величество. Давайте обсудим цену технологии производства бумаги.
— Товар этот бесценен, герцог Аранло. Называйте свою цену, — Се Чжи кончиком веера оттолкнул кубок и повернулся к собеседнику.
Аранло опустил руку и произнес:
— Смею предположить, сырье для такой бумаги стоит копейки.
— А с чего ты взял, что сам процесс прост? — Се Чжи задумчиво постучал веером по подбородку. — Без моих указаний вам ни за что не получить лист белее снега. А секрет технологии, знаете ли, стоит денег.
— Ваше Величество, ну и ну... — герцог покачал головой и усмехнулся. — Ладно. В знак серьезности намерений я предлагаю вам треть всех налоговых доходов моих владений. Идет?
— Всего лишь треть? — сокрушенно вздохнул Се Чжи, опустив веер.
— Ваше Величество, не стоит проявлять лишнюю жадность, — Аранло подался вперед, сокращая дистанцию. — Мои земли огромны, на них расположен торговый порт, приносящий колоссальную прибыль. Треть моих доходов — это суммы, многократно превышающие реальную стоимость любого рецепта.
Лишь сейчас Аранло с замешательством осознал: из-за высокого роста Императрицы ему не удается подавить ее своим присутствием.
— Милый мой, мне и впрямь до лампочки, насколько велики твои земли, — Се Чжи кончиком закрытого веера поддел подбородок Аранло. — К тому же у нас, людей, не принято измерять стоимость конкретной вещи годовыми налогами. Так что...
Веер в его руке мгновенно распахнулся. Острый, как бритва, край со свистом рассек воздух, прочертив алый след на белоснежной шее герцога. Выступили капли свежей крови.
Аранло застыл, широкими от изумления глазами уставившись на собеседника. Он явно не ожидал столь молниеносной атаки.
В то же мгновение Се Чжи выхватил из набедренной кобуры серебряный пистолет и спустил курок. Однако в ту же секунду плиты под его ногами провалились в пустоту.
Внезапная потеря опоры сбила прицел — пуля пролетела мимо цели.
Отпрянув от смертоносного снаряда, Аранло пораженно прошептал:
— Сила Бога Света...
Он опустил взгляд на зияющий провал в полу:
— Похоже, он действительно без ума от тебя.
Их план оказался верным: нанести удар по печати Бездны, заставив Бога Света отвлечься, и тем временем уничтожить Императрицу Лител.
С этими словами Аранло спрыгнул вслед за ним в темноту.
В подземелье царил непроглядный мрак, отравленный густым запахом старой крови. Се Чжи замер, опустившись на одно колено, готовый в любой миг отразить нападение.
Герцог размеренно сделал несколько шагов вперед:
— Это зал допросов Церкви. Здесь ломают тех, кого заподозрили в связи с исчадиями Бездны, подвергая самым изощренным пыткам. Полагаю, лучше места для приема Вашего Величества не найти.
Аранло извлек из-за пазухи украшенный драгоценными камнями кинжал.
— Оружие, дарованное божеством, ты выронила. Будешь послушной и не станешь сопротивляться — подарю легкую смерть, — покручивая лезвие на пальцах, с улыбкой проговорил он. — А если окажешься совсем шелковой, я уволоку твою душу в Бездну и сделаю своим апостолом.
Сохраняя грациозную осанку, герцог шаг за шагом приближался к Императрице, чье пышное платье покрывала пыль.
Но стоило клинку едва не коснуться плоти, как Се Чжи взметнул руку. Из его ладони вырвался полоснувший по воздуху кинжал, объятый золотистым сиянием. Лишь невероятная реакция спасла Аранло от перерезанного горла.
— Тварь вроде тебя собралась меня убить? — поднимаясь на ноги, усмехнулся Се Чжи.
Резкий подсекающий удар ногой со свистом рассек воздух у самого лица Аранло. Тот был вынужден вступить в жесткую рукопашную.
В тесном пространстве пыточной Се Чжи мертвой хваткой сжал шею противника локтевым сгибом, а острие золотого кинжала упер в его грудь.
— Говори, что ты за дрянь? — сжимая тиски и блокируя ногами движения лже-герцога, сквозь зубы бросил Се Чжи.
Аранло и представить не мог, что рядовое устранение смертной превратится в эту бойню. Знай он заранее, выбрал бы для маскировки кого-то с куда более крепким телом!
— Ваше Величество... если нас увидят в такой позе... поползут слухи о вашей неверности Богу Света, — хрипел задыхающийся дьявол.
Се Чжи нажал на рукоять, заставляя лезвие медленно погружаться в его грудь, и шепнул на ухо:
— Пустяки. Насколько я «вернопредан», Бог Света знает лучше всех.
Лицо Аранло исказил ужас. Неужели...
Даже для порождения Бездны новость о том, что пречистый Творец спустился с небес и отдал себя во власть смертного, стала шоком. Он и подумать не мог, что божественная милость зайдет так далеко. Если убить эту Императрицу — Бог сойдет с ума от горя!
Заметив молчание пленника, Се Чжи нахмурился:
— Мозги выставлять не хочешь? Тогда сдохни.
В этот миг Аранло поднял взгляд. Его глаза вспыхнули завораживающим фиолетовым светом, подобно драгоценным кристаллам. Это был взор демона — сила, способная извлечь наружу самую глубокую уязвимость духа и затянуть жертву в паутину иллюзий.
Пальцы Се Чжи разжались. Оружие, способное разить богов, с тихим звоном упало на каменные плиты, и он бессознательно наступил на него. Его разум напрочь отключился от реальности, целиком погрузившись в образ стоящей перед ним женщины.
За стенами бушевала гроза. Стена дождя, грохот канонады громовых раскатов — буря заглушала отчаянные детские слезы.
— Мама! Мамочка!
— Отпустите её! Отпустите! — заходился в плаче пятилетний ребенок.
Се Чжи застыл. Наяву всплыл день его рождения — тот самый день. Стояла ясная, солнечная погода; отец, дядя, кузены с сестрами ждали их к праздничному столу.
Но его и маму скрутили двое незнакомцев, затолкнули в фургон и увезли в неизвестном направлении.
— Старшой, эти твари копов вызвали! Легавые на хвосте!
— Черт! Режь бабу, пусть знают, с кем связались!
— Давай сразу на куски её порубим!
Двое похитителей, сжимая тяжелые ножи-мачете, уставились на привязанную к столбу полуживую женщину:
— Могли бы спокойно отдать деньги и разойтись. Раз решили сыграть в ментов — вини своего муженька.
Лезвие взметнулось над головой, готовясь обрушиться вниз.
Взгляд Се Чжи застлала кровавая пелена: перед глазами снова встало исполосованное, изуродованное тело матери — кошмар, преследовавший его всю жизнь.
— Нет!
Он отчаянно выкинул руку вперед. Горошины из его кармана посыпались на землю и в мгновение ока проросли мощными, шипастыми плетями, насквозь пронзившими грудь обоих бандитов.
— Мама! — Се Чжи кинулся к испускающей последний вдох женщине.
Горячая брызнувшая кровь залила его белое платье. Наконец-то он смог прижать ее к себе — исполнив то, о чем с мольбой просил судьбу в каждом ночном кошмаре: вырвать близкого человека из лап страшного рока.
Но стоило ему заплакать от счастья, как острое лезвие вонзилось прямо в живот. Се Чжи поднял глаза на мать, которая только что была связана, с немым ошеломлением и застывшим на губах вопросом.
— Прощайте, Ваше Величество. Ваша жизнь...
Договорить Аранло не успел. Ухмылка застыла на его губах, горло перехватила невидимая хватка, и в следующее мгновение демон рассыпался в прах прямо на глазах у Се Чжи.
Се Чжи начал оседать на пол, но чьи-то сильные и нежные руки подхватили его, бережно привлекая к груди.
Открыв глаза, Се Чжи встретил взгляд Сены и тихо прошептал:
— У меня... получилось спасти её?
— Да, — откликнулся Сена, крепче прижимая его к себе.
Се Чжи с облегчением смежил веки:
— Спасибо, что пришел... Мое божество.