Се Чжи и впрямь горел любопытством, желая посмотреть, как божество справляется с поварским делом. Стоило лишь представить, как холодный, отстранённый Сена, привыкший не замарывать рук бытовой суетой, хлопочет у плиты, и на губах юноши сама собой расплывалась ехидная ухмылка.
«Интересно, не начнёт ли он доливать воду, когда мука покажется слишком сухой, а потом сыпать новую муку, пока не выйдет гигантская бадья теста?» — думал Се Чжи, наматывая на палец золотистый локон.
Впрочем, поразмыслив, он отпустил прядь и тихо пробормотал:
— Он же как-никак бог. Не должен быть настолько бестолковым.
* * *
Тем временем на кухне «совершенный» дворецкий выставил всю кухонную челядь за дверь. Повара, привыкшие видеть господина Сену исключительно безупречным, даже не усомнились в его кулинарных талантах и с услужливой готовностью предоставили кухонные владения в его полное распоряжение.
Лишь когда за ним затворилась тяжёлая дверь, один из поваров неуверенно подал голос:
— А... господин Сена вообще умеет готовить?
Кухонная братия дружно уставилась на закрытую дверь. Шеф-повар императорской кухни ненадолго задумался и произнёс с глубокой убеждённостью:
— Должен уметь. Господин Сена ведь идеален во всём.
Однако «идеальный» господин Сена в этот самый миг увяз именно в той беде, которую пророчил Се Чжи. Пропорции воды и муки никак не желали сходиться.
Глядя на липкую массу, вцепившуюся в пальцы, Сена тяжело вздохнул. С тестом не задалось — что ж, стоит начать с каши. Обычная рисовая каша на медленном огне много ума не требует.
Для соевого молока тоже нашлось решение: достать бобы, с помощью магии выжать из них сок, довести до кипения в сотейнике и подсластить мёдом.
А вот паровые булочки баоцзы заставили его изрядно поломать голову. Будь его воля, он бы просто вытащил из Рога Изобилия ароматный свежий хлеб, но Се Чжи органически не переваривал западную выпечку и бисквиты.
Спустя добрых полчаса мучений Сена всё же сумел заставить тесто подняться, приготовил мясную начинку и принялся лепить баоцзы строго по рецептам далекой Поднебесной. Из пары десятков слепленных булочек лишь четыре удостоились чести оказаться на подносе. Относительно остальных Сена предпочёл бы сделать вид, будто они вылепились сами.
Когда рис в кастрюле разварился до нежной густоты, Сена аккуратно перелил белоснежную кашу в изящную фарфоровую пиалу, а густое соевое молоко оттенка слоновой кости разлил по красивым кувшинам.
* * *
Се Чжи, лежавший в спальне, прождал немало времени, прежде чем на пороге показался дворецкий. Наблюдая за тем, как Сена неторопливо и исполненно достоинства шествует к нему с подносом, юноша не удержался от подколки:
— Только не говори, что ты полчаса доливал воду в муку, а потом сыпал муку в воду.
Сена сохранил ледяное молчание, даже не поведя бровью. С безупречным изяществом он расставил блюда: фарфоровая пиала с идеально сваренной кашей легла на тончайшую салфетку рядом с золочёной ложкой; четыре аккуратных баоцзы покоились на белоснежном блюде с волнистыми краями в форме лилии, а рядом красовалась свежесрезанная роза. Соевое молоко подачи ждало в кувшинчике чистого фарфора.
Се Чжи был искренне рад увидеть знакомую с детства еду, но удержаться от иронии не мог:
— Тебе бы податься в оформители блюд, — с лукавой искрой в глазах произнёс он. — Простая уличная закусочная с твоей подачей сразу потянет на три звезды Мишлен.
Обыкновенный домашний завтрак стараниями Сена выглядел настолько недосягаемо роскошным, что Се Чжи невольно задался вопросом: не стоит ли эта трапеза целого состояния?
Сена предпочёл проигнорировать подколку и просто вложил ложку юноше в пальцы:
— Ешь.
— В руках совсем нет сил, — Се Чжи бессильно откинулся на подушки, состроив самую жалобную гримасу. — Покорми меня.
Сена лишь на секунду замер. Он прекрасно знал, что юноша откровенно паясничает — мгновение назад у того хватало сил на длинные тирады, — но всё же поднял ложку и аккуратно поднёс её к губам Се Чжи.
— До чего сладко, — прошептал юноша, слизав каплю каши с губ и с улыбкой глядя на дворецкого. И трудно было понять, хвалил ли он вкус блюда или сам факт того, кто именно его кормит.
Под неусыпной заботой Сена Се Чжи без остатка умял пиалу каши, четыре баоцзы и теперь неторопливо потягивал соевое молоко через стеклянную трубочку.
— Когда ты выходил, кто-нибудь расспрашивал о моём состоянии? — поинтересовался он между глотками.
— Ци Е Ся спрашивала, — откликнулся Сена. — Остальные не дерзнули.
Едва ли это удивляло: Саша при виде дворецкого от страха терял дар речи, а у Крис попросту не было времени — она неустанно молилась за здоровье Императрицы, одновременно пропадая на переговорах с иностранными послами и выбивая выгодные торговые соглашения.
— Если знает Ци Е Ся, значит, знает всё игровое сообщество, — подытожил Се Чжи, задумчиво потерев подбородок.
* * *
Как и предполагал Се Чжи, сообщение Ци Е Ся на форуме о том, что Её Величество тяжело ранена после покушения и находится между жизнью и смертью, произвело эффект разорвавшейся бомбы.
Большинство игроков пришли в этот мир благодаря первому же промо-ролику, где блистала Императрица Лител. Она была их главным стимулом, а яркий, живой характер персонажа лишь подливал масла в огонь. Узнав, что их любимица стала жертвой подлого нападения, игроки пришли в ярость.
[Тяньци Мухэ]: Без паники, народ! По сюжету Императрица — главный сюжетный NPC. Такие персонажи так просто не умирают.
[Несдающийся фермер]: Ты забыла?! В этой игре у NPC нет респауна! Если Императрица погибнет, это будет окончательно и бесповоротно! Как тут не паниковать?!
[Ци Е Ся]: Даже если она выживет, сердце разрывается! Вы бы видели, как господин Сена выносил её из рухнувшего зала допросов... Вся её белая мантия была пропитана кровью!
[Главный прислужник Императрицы]: Что?! Не могу в это поверить! Почему Ваше Величество не взяла меня с собой?! Я бы лично принял этот удар на себя!
[Преданный Императрице]: А известно, кто стоял за покушением?
[Ци Е Ся]: Господин Сена обмолвился, что это тварь, вырвавшаяся из Бездны.
[Тяньци Мухэ]: Бездна? Демонические твари? Насколько у нас вообще много информации о Бездне?
[Эта игра не про кач]: Я знаю! Я подрабатывал волонтёром при соборе и наткнулся на древние фолианты. Бездна — это темница для демонических сущностей, запечатанная лично Богом. Полторы тысячи лет назад Владыка Архангелов вместе с героями всех рас повёл войска на защиту континента. Потеряв половину армии, они загоняли демонов обратно под землю. Тогда же Боги наложили печать, и с тех пор божества больше никогда не появлялись на континенте Тина.
Прочитав это, Тяньци Мухэ быстро сопоставил факты и выделил главное:
[Тяньци Мухэ]: Если мои догадки верны, то глобальный финал игры — это масштабное вторжение тварей из Бездны. Судя по божественному благословению, Императрица выступает на стороне Бога Света. И лихорадочное развитие военной промышленности нужно ей вовсе не для завоевания соседних королевств, а для защиты от грядущего прорыва! Игровой мейн-квест — помочь Императрице отразить нашествие Бездны!
Как и следовало ожидать от признанного ветерана игровых стратегий, Тяньци Мухэ практически без промаха разгадал замысел разработчиков.
[Давно мечтаю стать мечником]: Чёрт возьми! Наш финальный босс-файт — это перестрелка из ракетных установок с полчищами демонов?! Звучит невероятно круто!
[Моя магия лучше всех на свете]: А ведь можно не только из ракетниц палить, но и сбрасывать фугасы или отправлять демонам «Дунфэн» прямо с доставкой на дом!
[Игрок-технарь]: Отличные новости! Во имя мщения за Императрицу и процветания точных наук — мой долг не остаться в стороне! Бегу к наставнику Е разрабатывать магические крылатые ракеты!
Поток комментариев взорвался одобрительными возгласами в адрес «технаря».
[Тяньци Мухэ]: Пришло время показать всё, чему нас учили на факе!
[Картофелевод]: Мы, агрономы, посрамим любые неурожаи! Гарантирую доводку урожайности риса до двух тонн с му!
* * *
Наблюдая за бурлением на форуме, Се Чжи невольно улыбнулся. Юношеский задор и искренний энтузиазм — прекрасная вещь.
Он мазнул взглядом по Сене и поманил его пальцем, призывая наклониться ближе.
— Возьми завтрак, который принесла Ци Е Ся, и вынеси его абсолютно нетронутым, — негромко проговорил Се Чжи. — Пусть все увидят, насколько слаба сейчас Императрица. Но обязательно пусти слух: если она сумеет пережить эти семь критических дней, то выкарабкается.
Сена мгновенно уловил замысел юноши и кивнул.
— И не забудь подметить, что подле неё находится искусный лекарь. Эта весть должна дойти до Крис — её реакция станет лучшим сигналом для остальных наблюдателей.
— Сделаю, — отозвался Сена.
Отдав необходимые распоряжения, Се Чжи почувствовал, как силы окончательно покидают его, и с облегчением опустился на подушки, погружаясь в сон.
Юноша лежал неподвижно, смежив веки; длинные ресницы, точно крылья бабочки, лишь изредка подрагивали. Бледность лица и едва розовеющие губы придавали ему до того хрупкий и трогательный вид, что сердце невольно сжималось от сострадания.
Сена, точно поддавшись неведомому искушению, медленно протянул руку в перчатке и лёгким касанием прошёлся по губам Се Чжи, пока те не налились сочным, алым оттенком.
В следующую секунду дворецкий резко отшатнулся, ошеломлённо глядя на собственную ладонь.
Вскоре он покинул спальню. А Се Чжи, уловив тихий щелчок закрывшейся двери, едва заметно изогнул уголки губ в лукавой полуулыбке.
* * *
Когда Сена снова появился перед Ци Е Ся, держа в руках абсолютно нетронутый поднос с завтраком, у девушки на глаза навернулись слёзы.
— Ваше Величество... даже прикоснуться к еде не смогла? — дрожащим голосом спросила она.
Сена сдержанно кивнул:
— Раны Императрицы глубоки. Однако если она сумеет преодолеть эти семь дней критического состояния, опасность отступит.
— Вот как... слава богу! Ваше Величество обязательно выстоит эти семь дней! — услышав слова дворецкого, Ци Е Ся заметно повеселела.
— Поведай об этом остальным, — ровным тоном добавил Сена. — Пусть их сердца успокоятся.
Девушка кивнула и умчалась точно вихрь. Первым делом она устремилась в постоялый двор неподалёку от собора, где остановилась Крис.
В тот самый момент Крис вела предельно холодные и расчётливые переговоры с иностранным вельможей. Её лицо оставалось непроницаемым, она не уступала ни на йоту, мастерски отстаивая интересы Империи Лител и не позволяя оппоненту выгадать ни малейшей пользы.
Именно в эту напряжённую паузу в залу, подхватив юбки, ворвалась юная особа.
— Крис! — выпалила она с порога. — Господин Сена сказал, что если Ваше Величество перенесёт семь дней критического состояния, опасность минует!
Услышав это, Крис на мгновение замерла, а затем по её щекам полоснули слёзы — не от горя, но от хлынувшего через край облегчения.
Переговоры, разумеется, тут же прервались: Крис спешно удалилась, чтобы вознести мольбу Богу Света за здравие правительницы.
Иностранный дворянин остался сидеть в полном изумлении, лишь пробормотав про себя:
«Нужно срочно обсудить эти сплетни с остальными...»