Письмо, продиктованное Сеной, Се Чжи отправил не с обычным курьером. Ответ мчался в столицу на крыльях обученного Королевской гвардией ястреба.
Не прошло и суток, как птица опустилась на подоконник в кабинете, где заседал совет министров.
— Это ястреб Ее Величества, — проговорил министр финансов Райан, отрываясь от бумаг и указывая на пернатого вестника.
На шее хищника поблескивал герб правящего дома Империи Лител. Спутать его было невозможно.
— Быстрее! Сними послание! — засуетился министр внутренних дел Джайс. — Это наверняка ответ Императрицы!
Остальные вельможи уставились на Райана. Граф Санд с опаской приблизился к птице, с трудом сдерживая дрожь под ее дерзким, хищным взглядом. Скрипнув зубами, он отворил створку и потянулся к кожаному тубусу на лапе.
— Черт бы тебя побрал! — выругался Райан, когда ястреб больно полоснул его когтями по пальцам, взмахнул крыльями и растворился в небесной синеве. — Когда-нибудь я сварю из этих тварей суп!
— Что там написано? Что отвечает Её Величество? — наперебой заговорили присутствующие.
Письмо не изобиловало пышными фразами. Почерк — изысканный, каллиграфический вензель — радовал глаз, но смысл послания заставил министров оцепенеть.
Райан впился глазами в строчки, и его лицо мгновенно побледнело. Пальцы, сжимавшие пергамент, сжались до белизны в костяшках.
Сначала Се Чжи во всех красках и с ядовитым сарказмом высмеял их предыдущее послание — вычурное, бессмысленное и пустое. Заявил, что приговор маркизу Данлани вынесен и обжалованию не подлежит; если у господ советников есть возражения, пусть отправляются с ними прямо к Инквизиции. Наконец, Императрица уведомила совет, что лично встретила принца Хермана и намерена официально передать ему командование всеми войсками.
Именно эта последняя новость обухом ударила по министрам.
— Её Величество... Она посмела высмеять мое письмо! — подал голос молодой виконт, сочинявший предыдущую депешу. — Я вложил в него всю душу, весь свой поэтический дар!
Юноша закрыл лицо руками и, не выдержав позора, выбежал из кабинета.
Присутствующие лишь переглянулись.
«И кто вообще пустил этого идиота в Малый совет?»
Впрочем, они предпочли забыть, что сами пристроили юношу на мелкую судейскую должность исключительно из-за его словесного таланта.
— Что же произошло с Императрицей? — прошамкал полуслепой министр иностранных дел Джонатан, тряся седой бородой.
— Она вернула Хермана. И скоро они прибывают в столицу, — процедил Райан сквозь зубы.
По кабинету пронесся тревожный шепоток. Почти у каждого из присутствующих тянулся за собой шлейф застарелой вражды с принцем.
— Более того, — граф Санд издал желчный смешок, — Её Величество вручает ему всю армию. Похоже, наша государыня окончательно уверовала в непотопляемость своего трона.
Командующий городской стражей Майлс Уайлд мгновенно побледнел. Если армия уйдет к Херману, какова будет его личная судьба?
— Мы обязаны ее отговорить! — воскликнул Джонатан. — Вернуть Хермана — полбеды, но давать ему войска?!
— Верно! Напишем коллективное письмо! Попробуем убедить Её Величество! — поддержали остальные. Вельможи до смерти боялись возвращения старого волка: отдай ему армию — и он прижмет их к ногтю в тот же день.
Пока в кабинете поднимался гвалт, Райан, Джайс и Майлс обменялись молчаливыми взглядами. В отличие от этих дураков, они не собирались тратить чернила на никчемные уговоры. Им требовалось лишь одно — чтобы и Императрица, и принц Херман сгинули навеки.
Когда совет разошелся, троица заперлась в отдельном покое.
— Передайте магам: пусть атакуют, как только кортеж войдет в ущелье, — отрезал Майлс.
— Не переживай, люди уже на месте, — ответил Джайс Турс. — Я выложил целое состояние, чтобы нанять этих архимагов. Если Се Чжи и Херман останутся в том ущелье навсегда, эти деньги окупятся сторицей.
— Мало просто перебить их, — добавил Райан, поглаживая поцарапанную ястребом руку. — Подпалите лес. Пусть эта дрянь и старый пес сгорят дотла. Никаких шансов.
— Будет сделано, мой дорогой Райан. Я лично отправлю отряд для подстраховки, — пообещал Майлс.
— Вот и отлично, — оскалился граф Санд.
* * *
Тем временем кортеж Се Чжи уже покидал владения. На этот раз Императрица двигалась не инкогнито, а во всем блеске монаршьего величия.
Восемь белоснежных скакунов мчали позолоченную карету. Впереди и сзади ровным строем следовали гвардейцы в парадных доспехах, а замыкала шествие десятитысячная армия принца Хермана. Закаленные в боях солдаты двигались молчаливо и сурово; от одного их вида веяло смертельной угрозой.
Сама же Императрица полулежала на шелковых подушках в роскошном салоне, наслаждаясь заботой дворецкого и тихими жалобами на отсутствие амортизаторов.
— Эх, если бы бедолаги-игроки смогли собрать хотя бы примитивный двигатель внутреннего сгорания... Я бы не раздумывая заложил железную дорогу, — проговорил Се Чжи, с чашкой чая в руках глядя на проплывающие за окном пейзажи. — От впадины Татар до самой столицы, а оттуда — во все концы империи. Было бы сказочно: пару дней — и ты на месте. И снабжение армии упростилось бы в разы.
Сена поставил перед ним изящное блюдо с миниатюрными пирожными.
— У тебя всё получится, — спокойно произнес дворецкий.
Се Чжи улыбнулся, отправил одно пирожное в рот и тут же поморщился.
— Что такое? — Сена приподнял бровь.
Проглотив сладость и запив её глотком терпкого чая, Се Чжи спросил:
— Знаешь, какова высшая похвала любому десерту на моей родине?
Сена промолчал. Кондитерские изыски смертных его не интересовали.
— «Не слишком сладко»! — пригвоздил Се Чжи. — А это... Они что, сахар мешками сюда сыпали?
В глазах Сены откровенно читался ответ: «Ты в своем уме?».
Се Чжи вздохнул. Объяснять Богу Света тонкости гастрономического этикета было бесполезно.
— Ладно, отдай это всё Хервир, — Се Чжи бессильно уткнулся лбом в подлокотник.
— Хорошо.
Сена молча упаковал сладости в лаковый сундучок и велел слугам передать десерт юной принцессе.
Когда кортеж приблизился к узкой горной теснине, настроение Се Чжи резко изменилось. Интуиция забила тревогу.
— Стоп. Приказать отряду остановиться, — отрезал он.
Хотя приказ показался странным, колонна мгновенно замерла. Принц Херман подогнал коня к окну кареты.
— Ваше Величество что-то почувствовали?
Опытный полководец понимал: ущелье — идеальное место для западни. Зажмут с двух сторон — и деваться некуда.
— Просто предчувствие, — легко ответил Се Чжи, опершись о подлокотник. — Нынче вечером разбиваем лагерь прямо здесь. А с гостями из ущелья я разберусь.
На его губах заиграла лукавая улыбка. Спустя минуту в интерфейсе бессмертных «бедствий» появилось новое задание:
[Поймать кошку: схватить тех, кто прячется в ущелье и замышляет покушение на Императрицу]
Игроки, уже успевшие заскучать от долгого марша, взорвались от восторга. Сотни глаз уставились на темнеющий зев ущелья так, словно там созрел урожай сундуков с эпическим лутом. Се Чжи не сомневался: с их неуемной энергией эти безумцы за ночь перевернут горы кверху дном.
Так и вышло. Ночью «четвертое бедствие» хлынуло в ущелье. Игроки сверялись с картами, вычисляя идеальные точки для засад.
Наемные маги и затаившиеся в скалах стражники столицы даже не поняли, что произошло. Их буквально смели. Двух начальных архимагов пришлось попотеть ловить, но против тактики «завалим мясом и закидаем самодельной взрывчаткой» у чародеев не было шансов.
— Вы совсем ебанутые?! — орал один из архимагов, пока бессмертные бежали прямо сквозь его огненные заклинания.
— Эй, мы уже закончили? У меня же еще полрюкзака пороховых шашек осталось! — разочарованно протянул один из игроков, увешанный самодельными бомбами.
Маги лишь ошарашенно переглянулись. Монстры! Они просто ненормальные!
Тем временем Се Чжи, наблюдавший за ущельем снаружи, наслаждался стихийным шоу: в небе громыхали молнии, вспыхивали огненные шары и сыпался град, а взрывы сменяли друг друга без перерыва. Игроки просто страдали классическим синдромом нехватки огневой мощи.
Вскоре связанных пленников — полуживых архимагов и выживших наемников — притащили к Императрице.
В ночной тьме отблески факелов освещали утонченные черты Се Чжи, восседающего на раскладном троне.
— Итак, — лениво проговорил он, рассматривая пленников. — Кто вас подослал?
Не дав им опомниться, он добавил:
— Ложь вас, конечно, не убьет прямо сейчас... Но стоит ли рисковать своей магической карьерой ради чужих интересов? Не думаю, что господам архимагам захочется доживать век обычными калеками.
Маги были наемниками, купленными за золото. Ни о какой верности заказчику речи не шло. Едва услышав намек на лишение сил, они выложили всё до единого слова.
— Граф Санд... Министр финансов Райан, — резюмировал Се Чжи, постукивая пальцами по подлокотнику.
Пленники закивали, моля о пощаде.
— Разве я обещал вас отпустить? — Се Чжи мягко улыбнулся.
Кадры в империи были на вес золота, а магами разбрасываться — преступление. Императрица намеревалась выжать из этой парочки все соки на благо государства, а уж потом решать их судьбу.
Параллельно принц Херман допросил схваченных стражников. Ниточки действительно тянулись к Райану, Джайсу и Майлсу.
— Что прикажете делать, Ваше Величество? — спросил Херман.
— Они хотели острых ощущений? Что ж, мы устроим им праздник до самого конца, — Се Чжи коснулся губ изящным пальцем. — А теперь очистите мое окружение от соглядатаев.
Спустя полчаса командир гвардии Аликсес бросил к стопам монарха нескольких разоблаченных слуг.
— Ваше Величество, милосердия! Ради милосердного Бога Света, пощадите! — запричитали шпионы, бьясь лбами о землю. — Вы ведь Посланник Бога Света!
Се Чжи посмотрел на них с холодным презрением.
«Бог Света, может, и милосерден, но при чем тут я? Да и насчет милосердия Сены у меня большие сомнения.»
— Выкладывайте. Что успели передать в столицу?
Шпионы наперебой сознались: они докладывали обо всем — о союзе с Херманом, о назначении Хервир наследницей и даже об «императорском чуде» со зрелой пшеницей. Однако из-за задержки почты в столицу успели дойти только первые вести.
— Значит, про чудо они тоже донесли? — Се Чжи опер подбородок о ладонь.
— Отменить отправку донесений? — нахмурился Херман.
— Зачем? — ухмыльнулся Се Чжи. Отпив из кубка, он обратился к предателям: — Передайте своим хозяевам самым быстрым способом: да, я — Посланник Бога Света на земле. И добавьте, что Его Высочество Архангел Арфи лично сопровождает мой кортеж в столицу.
Слуги опешили. Арфи ведь покинул отряд сразу после того случая с пшеницей!
Но Се Чжи знал, что делает: имя Владыки Архангелов заставит столичных интриганов дрожать от страха и убережет его от нападения высших магистров.
— Слушаемся! Всё исполним! — закивали шпионы, после чего гвардейцы утащили их прочь.
В шатре воцарилась тишина. Се Чжи повернулся к Сене:
— И куда, спрашивается, улетел этот Арфи? Если его нет рядом, кто подтвердит мою «святость»? Не звать же мне настоящего Бога Света ради пары фокусов.
Он вздохнул. Назвался груздем — лезь в кузов: роль пророка пришлось отыгрывать до конца.
Сена лишь смерил его прохладным взглядом.
«Какая наглость... Сам заварил эту кашу, а теперь ждет, что Архангел станет прикрывать его ложь.»
— Арфи — паладин Церкви, — отчеканил дворецкий. — Его долг — защита Святого сына. Убедившись, что ты вне опасности и под защитой армии Хермана, он вернулся к своим обязанностям.
— Ого! — ахнул Се Чжи, вылупившись на него. — Ты произнес больше пяти слов подряд!
Сена сжал челюсти.
«Он меня вообще слушает?»
Се Чжи поднялся, подошел вплотную и сжал ладонь Сены.
— Ты ведь поможешь мне сотворить пару «чудес»?
Зеленые глаза Императрицы лучились лукавым, гипнотизирующим светом. Се Чжи подался вперед, сокращая расстояние до минимума. Они стояли так близко, что ощущалось чужое дыхание и ритмичный стук сердца.
Теплое дыхание Се Чжи коснулось щеки дворецкого.
— Я ведь твой любимый смертный, верно? — прошептал Се Чжи, смотря с наигранным обожанием, способным утянуть на дно самого стойкого. — Ну помоги... Я ведь так стараюсь на благо государства. Ты же не откажешь в такой малости?
Сена замялся, с трудом отвел взгляд от этих губ и вымолвил:
—... Хорошо.
Как только слово сорвалось с его губ, Се Чжи мгновенно отстранился, скинул туфли и с ногами залез под одеяло.
Сена остался стоять, глядя на свернувшегося калачиком «рокового соблазнителя», который секунду назад казался воплощением греха, а теперь просто засыпал на ходу.
— Завтра тяжелый марш, мне нужно выспаться, — донеслось из-под пледа.
* * *
Спустя три дня на стол графа Санда легло новое донесение от выживших шпионов.
Прочитав первые строки, Райан мгновенно побледнел. Спланированное покушение провалилось! Двух архимагов захватили в плен!
Чем дальше он читал, тем сильнее у него тряслись руки. Пшеница, созревшая за считаные минуты? Посланник Бога Света?!
— Невозможно! — рявкнул Райан, вскочив с места.
От резкого движения он опрокинул чернильницу. Густая черная жидкость залила стол и мгновенно уничтожила письмо.
— Это обман! Морочные чары ее карманных магов! — в исступлении зашептал он. — Бог Света молчит тысячу лет! Единственным Его признанным Посланником был Арфи! Она просто морочит всем головы!
Он обязан сдернуть маску с этой самозванки!
Не теряя времени, граф Санд тайком покинул замок и на незаметной карете отправился к горному хребту на окраине столицы. Там, среди древних лесов, высилась Башня Магии, где обитал Великий архимаг Луис Хьюан — хранитель Империи Лител. Он-то уж точно разоблачит дешевые фокусы Императрицы.
* * *
Ещё через три дня к вратам столицы подошел императорский кортеж.
Впереди шествовала королевская гвардия, за которой стройными рядами маршировала армия принца Хермана. Закаленные воины ступали по мостовой с тяжелым, чеканным гулом. Атмосфера была настолько суровой, что высыпавшие на улицы горожане боялись даже дышать.
Столичная знать, собравшаяся у дворца, выглядела не лучше. Внезапный триумф Императрицы смешал им все карты, а вернувшийся Херман казался еще более опасным, чем до изгнания.
Золоченая карета остановилась. Слуга подставил скамеечку, и Се Чжи грациозно ступил на землю.
По его приказу гвардейцы заранее подожгли жаровни и приготовили факелы. Святой сын Ния, прибывший по личному приглашению монарха, уже ждал у эшафота со своей свитой.
— Что происходит? — зашептались аристократы.
Се Чжи одарил собравшихся ослепительной улыбкой:
— Раз уж вы все в сборе, предлагаю посмотреть на торжество правосудия.
На площадь вывели семейство маркиза Данлани. Святоша Ния развернул свиток и громким, поставленным голосом зачитал длинный список их преступлений — от казнокрадства до государственной измены. Разъяренная толпа зашумела, требуя крови, в то время как вельможи отводили взгляды.
— Именем Закона и Церкви приговариваю маркиза Данлани и его род к сожжению на костре! — провозгласил Святой сын.
Приговор привели в исполнение мгновенно. Семья маркиза билась в истерике, бывшие родственники проклинали друг друга, но их вопли потонули в реве пламени, подлитого крепким спиртом, и ликующих криках черни.
Некоторых аристократов от этого зрелища затошнило. Но Се Чжи смотрел на полыхающий костер без тени сожаления. На его губах играла чарующая ухмылка. Повернувшись к стоящему неподалеку Райану, он тихо спросил:
— Граф Санд, правда ведь, удивительный огонь?
Райана обдало ледяным потом. Глядя на прекрасный, но нечеловечески холодный лик правительницы, он успел подумать только одно:
«Порождение тьмы... Воплощенный тиран!»
— В дворянах много жира и дорогого шелка, гореть будут долго, — меланхолично продолжал Се Чжи. — Предлагаю господам министрам досмотреть зрелище до конца.
Никто из присутствующих не посмел возразить. Скованные ужасом, вельможи простояли до тех пор, пока от семьи маркиза не осталась лишь горстка пепла.
Когда последние искры угасли, Се Чжи окинул толпу потемневшим взглядом:
— Отныне принц Херман принимает верховное командование над войсками империи. А его дочь, принцесса Хервир, официально объявляется наследницей престола. Надеюсь, возражений ни у кого нет?
Площадь ответила гробовым молчанием.
«Тиран...» — в ужасе думали дворяне, не смея поднять глаз на стоящую перед ними прекрасную смерть.