Шэнь Ци немного посидел внизу и собрался подняться наверх. Интуиция подсказывала: женщина-призрак вряд ли задержится в доме надолго. Войдя в комнату, он первым делом тщательно проверил все углы, где можно было спрятаться, и лишь убедившись в отсутствии нечисти, с облегчением выдохнул.
Расчистив себе небольшой пятачок для сна, лишних движений он делать не стал — мало ли что случится, если нарушить порядок в вещах старосты. Опустив глаза, Шэнь Ци принялся изучать выданные Небесной Книгой предметы и навыки.
[Невидимка: в деревне Хуан давно творится чертовщина, но почему же никто не погибает? Всё просто: они ведь невидимки~ Срок действия: только в пределах текущего сценария.]
[Я хороший человек: староста деревни обязан обладать даром убеждения, внушая окружающим непоколебимую уверенность в собственной правоте. Количество использований: 2.]
[Навык: Гордость односельчан. Поскольку вы с жителями одной крови, они куда охотнее поделятся с вами сокровенными тайнами прошлого~]
Шэнь Ци слегка прищурился. Хоть боевых умений и не досталось, набор всё равно выглядел неплохо. Чуть раньше он пустил в ход одно подслушивающее устройство, рассчитывая выведать условия прохождения той группы, но в итоге...
Пальцы невольно дрогнули, но он всё же сдержал раздражение.
Решив, что на сегодня чужаки угомонятся, Шэнь Ци собрался вздремнуть, а расспросы отложить на утро. Однако стоило его голове коснуться подушки, как по коридору прокатился истошный вопль:
— А-а-а-а-а!..
Шэнь Ци рывком сел на кровати, и лицо его потемнело от глухой ярости.
* * *
На лестничной площадке, сжавшись в комок и обхватив колени руками, тряслась круглолицая девушка. Губы её посинели, а с уст срывалось бессвязное:
— Везде кровь... не хочу больше играть, отпустите меня домой!..
Рядом, завернувшись в банное полотенце и скрестив руки на груди, с неприкрытым раздражением стояла девица офисного вида.
Первым на крик примчался юноша. Он тут же торопливо стянул с себя куртку и набросил на дрожащую девушку, прикрывая её наготу, а затем озадаченно огляделся:
— Что стряслось? Что произошло?
Офисная девица брезгливо покосилась на скулящую спутницу, но всё же снизошла до ответа:
— Да кто её знает! Мылась-мылась, потом вдруг заголосила про призраков и выскочила в коридор. Свихнулась, не иначе.
Следом подоспел молодой мужчина и нахмурился, уточняя:
— Ты уверена, что не видела ничего подозрительного?
Голос офисной девицы тут же взвился:
— Думаешь, я вру?!
Тот тоже вспылил:
— Не будь здесь условий прохождения, я бы с тобой словом не обмолвился!
Видя, что перепалка вот-вот перерастёт в драку, паренёк с досадой вмешался:
— Хватит вам, сейчас же не время...
— Что такое? Гостям не по нраву ночлег?
Раздался глухой, зловещий голос деревенского старосты, и спорщики мгновенно прикусили языки.
Шэнь Ци обвёл собравшихся тяжелым взглядом:
— Мастера не могут уснуть?
«Мастера»: «...»
Уснёшь тут с вами, как же!
Шэнь Ци мысленно вздохнул.
Он ведь просто хотел поинтересоваться, в чём дело!
Воцарилась гробовая тишина. Оглядев побледневших постояльцев, Шэнь Ци уже собирался подвести черту:
— Раз ничего не произошло, тогда...
Круглолицая внезапно забилась в истерике:
— Я не хочу! Не хочу больше играть, выпустите меня! Ы-ы-ы, хочу домой, плевать мне на это прохождение, ы-ы-ы!..
[Небесная Книга: Игрок Номер 1005327944 Бао Синьюэ желает отказаться от прохождения испытания?]
Оповещение прозвучало для всех присутствующих — его отчетливо услышал даже Шэнь Ци.
Бао Синьюэ ухватилась за эти слова, будто за спасительную соломинку:
— Да! Да! Я отказываюсь! Верните меня обратно!
[Небесная Книга: Запрос подтверждён. Игрок Номер 1005327944 Бао Синьюэ покидает испытание.]
Игроки опешили: «???»
Так тоже можно было?!
В глазах остальных вспыхнул азартный огонёк: неужели есть простой способ сбежать?
Мгновение назад Бао Синьюэ сияла от счастья, предвкушая спасение. В следующую секунду всё её тело одеревенело.
Лицо исказилось от дикого ужаса, рот распахнулся для крика, но не успела она издать ни звука, как её плоть распалась на пять аккуратных частей. Срезы вышли идеально ровными, словно её рассекли невидимым гигантским лезвием.
Из расчленённого тела на пол хлынули тёмные ручьи крови, и в тишине равнодушно зазвучал механический голос:
[Небесная Книга: Поздравляем, утилизация Номера 1005327944 завершена успешно. Оставшимся игрокам рекомендуется приложить все усилия для скорейшего прохождения!]
[Небесная Книга: Номер 0127, ликвидируйте оставшийся после утилизации мусор во избежание загрязнения окружающей среды.]
Последняя фраза прозвучала лично для Шэнь Ци. Глядя на кровавые ошмётки, он едва заметно дрогнул ресницами, всеми силами подавляя подступившую тошноту.
Подняв невозмутимый, замогильно-отстранённый взгляд на онемевших людей, он ровно произнёс:
— Ночь на дворе. Ступайте спать.
Развернувшись, староста направился на кухню, чтобы отыскать щипцы для углей и вместительный мешок для наведения порядка.
Троица выживших застыла в оцепенении, боясь даже вздохнуть.
Эта игра и вправду забирала жизни без лишних сантиментов.
* * *
Наутро Шэнь Ци поднялся с первыми лучами солнца. Раз уж ему досталась карта «Гордость односельчан», имело смысл наведаться к местным и выведать пару-тройку полезных слухов.
Заглянув на кухню, он обнаружил, что Небесная Книга предусмотрительно сервировала нехитрый завтрак: простую жидкую кашу и скромные соленья. Наскоро проглотив свою порцию, Шэнь Ци подхватил поднос с едой для гостей и на выходе нос к носу столкнулся с парнем, явно не сомкнувшим глаз за всю ночь.
Юноша выглядел совершенно измождённым, под глазами залегли иссиня-чёрные круги. Завидев старосту, он инстинктивно отшатнулся и выдавил жалкую улыбку:
— Д-доброе утро, староста.
Шэнь Ци сдержанно кивнул:
— Не спалось?
Паренёк затряс головой с такой силой, словно пытался оторвать её от шеи:
— Да нет, что вы, что вы! Я просто... к кровати чужой не привык, вот и всё!
Шэнь Ци промолчал.
В глубине души шевельнулось сомнение: при перемещении всё произошло слишком быстро, и он толком не успел разглядеть выданное системой лицо. Неужели оно настолько пугающее?
Отогнав лишние мысли, Шэнь Ци расставил плошки на столе и сухо бросил:
— Подкрепитесь как следует, почтенный мастер. А я пойду навещу соседей, чтобы ненароком не побеспокоили достопочтенных гостей.
Глаза юноши вспыхнули надеждой, он закивал с неистовостью клюющего зерно цыплёнка:
— Да-да, конечно, ступайте спокойно, староста! Не извольте беспокоиться! Я всё до последней крошки съем!
Не бойся он, что хозяин дома сию секунду пустит в ход топор, наверняка затянул бы на радостях какую-нибудь праздничную песню.
Шэнь Ци с плохо скрываемым сочувствием оглядел этого перепуганного простофилю и молча вышел за порог. На душе скребли кошки.
Если исключить погибшую круглолицую, из четверки выживших один был заносчивой особой, второй — скользким лицемером, третий — унылым мужичком, а четвертый — трусливым недотёпой-школьником.
Что-то подсказывало: легкой жизни здесь ждать не приходится.
Как только староста скрылся из виду, парень припал к дверной щели, выставив зад и опасливо вытягивая шею, чтобы убедиться, что горизонт чист.
Спустившийся вниз мужчина застал его именно в этой нелепой позе.
Тот насмешливо приподнял бровь:
— Зазнобу высматриваешь?
Школьник вздрогнул от неожиданности, но, поняв, кто перед ним, закатил глаза:
— Старосту высматриваю!
Мужчина усмехнулся:
— Меня зовут Ван Цюань. Поболтаем за завтраком?
Парень тут же расправил плечи, возвращая себе каплю уверенности:
— Я Цзянь Юйчжэ, выпускник школы! Без проблем, поболтаем!
* * *
Тем временем Шэнь Ци шагал по разбитой просёлочной тропе. Идти было тяжело: под ногами чавкала вязкая грязь, а по обочинам поднимался бурьян в половину человеческого роста, наводя тоску запущенностью и запустением.
Сверившись с домовой книгой, он целенаправленно направился в восточный конец поселения.
Здесь ютились сплошь заброшенные лачуги, полусгнившие от сырости и покрытые толстым слоем вековой пыли. Подойдя к одной из них, Шэнь Ци вежливо и негромко постучал в ветхую дверь.
Минула минута — изнутри не донеслось ни звука. Шэнь Ци нахмурился и забарабанил настойчивее.
Прошла еще минута, ответом вновь была тишина. Недолго думая, староста решил, что выбрал неверный подход.
Отступив на пару шагов для разгона, он от души приложился к двери подошвой. В воздух взметнулось густое облако серой трухи.
Дряхлые доски жалобно заскрипели под натиском.
Когда Шэнь Ци уже занес ногу для второго удара, за дверью послышалась запоздалая возня, а затем долетел приглушенный юношеский ропот:
— Кого там нелегкое принесло... Совсем никакого уважения к старикам!
Шэнь Ци опешил.
Дверь с опаской приоткрылась, оставив узкую щёлочку, из которой виднелась лишь часть безусого круглого лица да шапка густых черных волос.
Парень неловко улыбнулся:
— А, это ты, Сяо Юй? Какими судьбами к дядюшке рода?
Шэнь Ци потерял дар речи.
«Дядюшка рода»?! Ему же от силы лет семнадцать!
Заметив ошеломление на лице старосты, молодой «дядюшка» сухо кашлянул в кулак:
— Кхм... Дядюшку тут немного продуло на ветру, вот и сдал за последнее время. Неужто не признал родную кровь, Сяо Юй?
Шэнь Ци осторожно прощупал почву:
— Дядюшка ведь ещё не праздновал свой юбилей в этом году?
Благодаря системному навыку собеседник ни на миг не усомнился в его словах:
— И то правда! Шутка ли — шестьдесят стукнет! Дело серьезное, надо с размахом отметить. Ты уж подсоби старику с хлопотами, Сяо Юй!
Шэнь Ци молча кивнул. Сохраняя непроницаемую мину перед этим юнцом, он лихорадочно соображал: дурацкая шутка Небесной Книги или скрытая зацепка?
Похоже, комнату старосты придётся перерыть заново и куда основательнее.
Видя, что гость застыл истуканом, «старик» нервно сглотнул. По правде говоря, этот угрюмый староста всегда наводил на него жуть: вечно казалось, будто тот вот-вот кинется с кулаками. Особенно сейчас...
Юноша смущенно потер кончик носа:
— Сяо Юй... Ты за помощью пришел? Дядюшка хоть и непутевый, но если что... кхм, пособить могу, ха-ха.
Он нервно хохотнул, всем видом моля небо, чтобы незваный гость поскорее убрался восвояси.
Однако Шэнь Ци лишь смерил его задумчивым взглядом и невозмутимо произнес:
— Да нет, давно не виделись, вот и заглянул поболтать о жизни.
Дядюшка рода остолбенел.
«Вот уж спасибо, лучше б не заглядывал!..»
* * *
В полумраке сырой комнаты громоздились горы полуистлевшего хлама, не оставляя свободного места даже для шага.
Цзянь Юйчжэ, сжимая в руке невесть где раздобытый фонарик, с предельной осторожностью продвигался вглубь помещения.
Как только староста ушел, четверка решила разделиться и обыскать дом, чтобы затем сопоставить найденные улики. Эта спальня досталась юноше последней.
Он наигрался во множество квестов и перечитал гору мистических новелл, прекрасно зная: самые важные зацепки всегда прячут в таких вот пыльных углах.
Бах!
Цзянь Юйчжэ вздрогнул, резко отшатнулся назад и вскинул луч фонаря, готовый в любую секунду дать деру.
Прошла минута. Никаких звуков.
Пригнувшись, он воровато заозирался по сторонам. В нескольких шагах, застряв между ножкой стола и половицей, тускло белела небольшая карточка.
Сделав шаг вперед, он направил на неё свет.
— Удостоверение личности.
Стоило взглянуть на находку, как в груди вспыхнуло непреодолимое желание завладеть ею. В висках настойчиво застучал чужой навязчивый шепот: «Возьми его... подними... забери...»
— Староста, вы уже вернулись?! — донесся снизу испуганный крик.
Цзянь Юйчжэ будто ошпарило! Наваждение спало, и он кубарем выкатился из спальни в коридор.
Захлопнув за собой дверь, парень обессиленно сполз по косяку на пол. Сердце бешено колотилось в горле. Стерев со лба холодный пот, он с ужасом осознал: только что он чудом разминулся со смертью.